SOFT

***

Весь учебный день Андрей провёл в анабиозе. Мысли об учёбе отошли на второй план, и он всё пытался смириться со своей участью. Первая стадия принятия неизбежного — отрицание. Он понимал происходящее, но как в тумане, из-за чего никак не мог даже подумать о принятии этой ситуации. Не могло с ним, примерным отличником, подающем надежды музыкантом, почти комсомольцем, такое случиться. Он же никогда ничего плохого не делал. Кошек за хвосты не тягал, котят не топил, младших не обижал, не хамил маме — и тут такая подстава от судьбы. Соулмейтом, в существование которого он вообще отказывался верить, оказался пацан. Андрей с усиленным вниманием смотрел на одноклассниц. Да, он действительно раньше не особо обращал на них внимание, ведь уделял всё своё время учёбе и музыке в конце концов, ему не до девчонок было, но этот фактор не одаривает его клеймом педика, правильно? Вот сейчас выберет себе девчонку и пригласит прогуляться по пути домой, делов то. Осталось только выбрать, но никто не нравился. Эта низкая, та высокая, другая скучная, у этих вообще парень есть, а вот у неё плохая репутация. Стоп, это не значит, что если никто из класса не нравится, то остаётся только на парней смотреть. Может, кто-то из параллели приглянется. Так и прошли все занятия, а отвлечь от навязчивых мыслей не смогли ни замечания от преподавателей, ни разглагольствования товарища об обидчике и его брате из какой-то банды, ни рассматривания девчонок. Смирившись с мыслью о том, что никого он не приметил и придётся ему идти домой одному, он уже направлялся к выходу из школы, когда его позвала учительница по английскому. Особо не вникая в разговор, оставляя в приоритете мысли о соулмейтах, он понял только одно — сейчас на него повесят ученика. С одной стороны его это радовало, что хоть это поможет отвлечься от такой тягостной ситуации в жизни. — Вставай! — повысила голос учительница, входя в класс. Ученик, спящий на парте и явно не понимающий, что вообще происходит, поднял голову и обернулся. Точно не поможет отвлечься от ситуации, понял Андрей, когда увидел, кто оказался его учеником, которого надо подтянуть. Ну не могла же жизнь быть так жестока, что сталкивает его второй раз за день с человеком, который дал ему по лицу, и по совместительству является его соулмейтом. Оказывается могла и, возможно, даже смеялась от такого захватывающего расклада событий. Пацан, судя по его недовольному лицу, был абсолютно не рад выдавшейся перспективе заниматься английским с чушпаном, но без лишних слов встал и, взяв свои вещи, вышел из класса. Андрей поплелся за ним. — Если что я тебя не знаю, — сказал он, натягивая куртку, и направляясь к выходу из здания. Андрей не стал перечить, когда пацан вручил ему свой рюкзак и пакет со сменкой, просто молча продолжал за ним идти. Во-первых, он боялся, что тот что-то знает о родственных душах и сейчас вмажет ему за такой подарок судьбы. Во-вторых, он сам пытался осознать, что человек идущий рядом с ним — это его родственная душа, хотя непонятно вообще есть она у того, или нет. — Сигареты есть? — Спросил пацан, слегка поворачивая голову назад. — Не курю. — Ответил Андрей, отвлекаясь от своих мыслей. — Ну что за человек, ни говна ни ложки, — тяжело вздыхая, съязвил парень, — Ну, считай тогда, это ты можешь? — Спросил он, подходя к турнику. Не отвлекаясь от счета, Андрей залипал на уверенные подтягивания пацана. Так легко у него это получалось, будто он родился на этом турнике. Дальше глаза поднялись на руки, которые держались за перекладину, и совершенно неосознанно появилось желание согреть его потрескавшиеся от мороза руки. На улице минус, а этот псих голой кожей по металлу. Одним словом — ненормальный. Неожиданно пацан спрыгнул с перекладины и быстро пошёл в арку будто что-то увидел, не считая важным что-либо при этом сказать Андрею, который уже отвлекся от назначенного занятия и поспешил за ним. Парень почти подбежал к мужику, который валялся на бордюре, и потрепал его по плечу. Понимая, что человек в порядке он подошёл к телефонному аппарату и набрал 03. — Здравствуйте, тут человек с признаками инсульта, — сказал он, назвал адрес и повесил трубку. — Так он же пьяный, — с непониманием сказал Андрей. — Помогай, — тот уже поднимал пьяное тело, — им всегда помогать надо, они же замёрзнут. Андрей поспешил помочь пацану, и они направились к ближайшему подъезду. Что ж, теперь он точно знал, что у его родственной души своя душа на месте, хотя до того был уверен на все сто процентов, что её нет. Оставив пьяницу на первом этаже, в тепле у батареи, они продолжили подниматься, но уже к пацану домой. Андрей шёл за ним, но смотрел на него уже другим взглядом.