Горячо, влажно, узко, ново

      Минхо лежит спиной на кровати, задрав руки вверх, и залипает в телефон, вместо эмоции и искривлённых губ, кривит уши, то прижимая к голове, то сгибая пополам, то навостряя их. Он даже не поворачивается, когда Джисон заходит в комнату, возвращаясь из душа, а лишь голову с кровати свешивает, откидывая гаджет в сторону.       — Сони, — улыбается омега.       Джисон подходит к нему, опускаясь на колени, и чмокает в губы, пока его глаза жмурятся напротив шеи альфы. Он расслабляется и получает тёплый поцелуй в ключицу, который вызывает мурашки.       Джисон умиляется, замечая, как его хвост елозит по кровати из стороны в сторону под согнутыми коленями, и собирается встать, чмокнув его в кончик носа.       — Сони, — привлекает внимание гибрид, заставляя посмотреть на лицо.       Джисон улыбается, когда он рот приоткрывает и язык вытаскивает. Он кладёт в него палец и мягко обводит подушечкой нёбо.       — Соблазнить меня пытаешься? — улыбается альфа, добавляя второй.       — Пытхаюсь, — старается ответить Минхо с пальцами во рту.       Джисон проводит ладонью по его шее, несильно надавливая на выпирающую гортань, и толкает пальцы глубже, ожидая, что он закашляется, но нет. Альфа убирает руку, чтобы сжать свой твердеющий орган через ткань полотенца, что висит на бёдрах.       — Могу заменить пальцы на член? — интересуется Хан, чуть наклоняясь, чтобы посмотреть в глаза гибрида.       — Мгм, — отвечает он, всё ещё облизывая пальцы, которые быстро выскальзывают изо рта.       Джисон выпутывается из полотенца, позволяя члену удариться о живот, и обвивает его рукой, мягко себя лаская. Он давит на орган и прикладывается головкой к чужим уже разомкнутым губам, плавно скользя по ним всей длиной так, что в какой-то момент мошонка ударяет Минхо по носу. Он морщится, но не пытается улизнуть. Высовывает язык и давит им на выпирающую венку.       Джисон улыбается и двигается назад, чтобы толкнуться в горячий рот членом. Он упирается головкой в центр языка и глаза прикрывает от приятного ощущения, а после почти стонет, проникая в узкое горло. Тугие стенки плотно обволакивают орган, словно для того и созданы, и он замирает, довольствуясь ощущением.       Минхо слабо — почти невесомо — царапает его бедро, и Джисон подаётся назад, позволяя члену выскользнуть изо рта, чтобы Минхо сделал глубокий вдох. Омега тянется языком к поджавшимся яичкам, и Джисон двигает тазом, чтобы этот блядский язык скользнул дальше и прошёлся по сжимающемуся колечку мышц.       У Джисона пальцы на ногах подгибаются. Это слишком хорошо. Он пытается улизнуть от сладкой пытки и вновь толкается членом во влажный рот, но больше не медлит, плавно виляя бёдрами и крепко держа омегу за горло. Он толкается в узость чужой глотки, ощупывая пальцами член, который прилично выпирает, и буквально скулит от того, как хорошо, а после, даже не дожидаясь, когда Минхо попросит жестом сделать несколько вдохов, сам отстраняется, и скользит по высунутому языку сначала членом, а затем и аккуратной дырочкой, которая не привыкла к такой ласке.       Джисон почти плачет, потираясь о губы омеги интимным местом, ощущая, что кончит в каждую следующую секунду, и отстраняется, чтобы снова толкнуться в горячий рот. Он двигается быстро, грубо, глубоко, не обращая внимания, что Минхо закашливается от его довольно резких проникновений, но пока омега не стучит ладонью по бедру — плевать.       Джисон толкается всё более остервенело и часто, выбивая весь воздух из легких омеги, и замирает, оставляя член в глотке. Он кончает внутрь, но бедром чувствует, что сперма льётся по губам Минхо, потому что глотать в таком положении почти невозможно.       Джисон задушенно стонет, съедая большую часть звуков, и отстраняется, садясь и практически касаясь задницей пола.       Как же хорошо...       Он гладит по щеке Минхо, который жадно хватает воздух ртом, и растирает по губам капельки спермы. Он ухмыляется и наклоняется, чтобы провести языком по подбородку омеги. Его аж передёргивает. Он крупно дрожит, прикладывая ладонь к собственному члену через одежду, и Джисон лижет ещё раз, стирая весь беспорядок с его лица языком.       У Минхо в самом деле колени дрожат. Это как-то слишком... Слишком ново и хорошо. Он облизывается, ловя язык альфы своим и сплетает их.       — Блять, — всё, что может выдавить Джисон из себя, отстраняясь и разрывая поцелуй.       Минхо и вовсе молчит. Тихонько жмёт ушки к голове и неловко улыбается, крепко жмурясь.