Reconciliation
3 мая 2024 г., 03:10
И он отпускает её, но только чтобы заглянуть в стеклянные глаза.
— Здесь, — указывает на грудь, прямо туда, где сердце бьётся в бешеном ритме, готовое разорваться от боли в ту же минуту.
Гето молчит, не может подобрать слов. Мягко обхватывает маленькую ладонь и прижимает к своему сердцу, давая понять, что ему так же неспокойно, как и ей. Девичьи пальцы подрагивают, ощущая его сердцебиение. Он нарочито медленно поддевает пальцами острый подбородок Сацуки, с сожалением во взгляде осматривая мокрые дорожки на щеках. Подушечками пальцев стирает влагу, касаясь кожи едва ощутимо.
— Я так тебя ненавижу. Ненавижу то, что ты делаешь со мной, — сквозь зубы слышен пропитанный ядом шепот. — Зачем ты так поступаешь?
— Я люблю тебя…
— Влезаешь ко мне в комнату, жмешься ко мне, целуешь, а потом просто сбегаешь, — обрушившийся поток речи не даёт Коно уловить слова парня, потому она полностью их игнорирует.
— Я люблю тебя, — повторяет вновь так же тихо, но на сей раз его слова доходят до собеседницы.
Шаманка замахивается, но останавливает ладонь в миллиметрах от щеки Сугуру. Парень не моргает, даже не дышит. Ожидание убивает его спокойствие.
— Ударь, если так хочется, но от своих слов я не откажусь, — говорит уверенно, понимая, что пощечина, которая вот-вот поразит щеку, будет заслуженной.
— А затем снова, — с трудом делает вдох, не опуская ладонь, находящуюся в опасной близости с мужским лицом, — вернулся, словно ничего не было. Устроил какой-то спектакль и тут же решил избегать меня, — ладонь резко вздрагивает, мазком задевая скулу.
— Глупые отговорки, отмазки, лишь бы не пересекаться со мной. По твоему это приятно? Думаешь, мне должно было это понравиться? — голос протяжно надрывается, но Коно не смолкает ни на мгновение. — О каких чувствах ты можешь говорить, манипулируя моими эмоциями?
Он вздрагивает, готовясь к очередному приступу ярости и взрыву проклятой энергии. Однако вместо этого получает едва ощутимые прикосновения. Мягкие подушечки пальцев осторожно обводят скулу. Дрожащие пальцы проводят незамысловатый узор, точно вырисовывая какую-то картину.
Это прикосновение исчезает так же внезапно, как и появляется. Сацуки вытирает засохшие слезы, намереваясь встать с чужой постели и ретироваться как можно скорее в свою комнату. Второгодка улавливает её молчаливое желание, читая его в чересчур резких движениях.
— Не уходи, — большая ладонь неуверенно окольцовывает запястье, не прилагая никакой силы.
Шумный вдох, выдох — и так несколько кругов. Медленный поворот — и девичьи глаза сверкают, а луна мягким светом отражается в блестящем взгляде.
— А смысл? — хриплым шепотом вопрошает она, абсолютно точно не понимая этого парня и его действий.
— Прошу, просто останься, — голос звучит так мягко, так ласково он просит её присутствия, — со мной.
Молчаливое согласие, едва уловимое, но всё же ощутимое, позволяет Сугуру расслабиться и притянуть девушку к себе, возвращая на кровать.
— Ты мне нравишься, — проговаривает на ухо, укладывая голову на плечо Коно.
Он сидит позади, прижимаясь к её спине так, что сама брюнетка может ощутить его сердцебиение. Бьётся так сильно, быстро, с огромной скоростью гоняя кровь по венам.
— Поэтому я избегал тебя. Глупое оправдание, но я хотел разобраться со своими чувствами, — каждое слово отдаётся вибрацией по коже из-за непосредственной близости. — Но ты всё время попадалась мне на глаза, отчего я и терялся.
— Мы могли просто поговорить.
— Конечно, и закончилось бы это очередным скандалом и твоими криками, — даже не глядя на него, Сацуки была уверена в том, что на мужских губах красуется ухмылка.
— Но сейчас же мы разговариваем, — поворачивает голову в его сторону, желая зацепиться глазами за его лицо.
— Недавно ты разгромила мою комнату, — мимолетное чувство стыда перекрывает спокойствие, наконец поселившееся в груди.
— Извини, — бурчит себе под нос, стыдясь проговорить извинения громче.
— Ты, — откашливается, собирая мысли в кучу, — хочешь отношений со мной? — Гето не дает ответить, прерывая сразу же. — Мы можем хотя бы попробовать.
— Можем, — теперь она стесняется, разглядывая колени, с трудом видимые в темноте.
Ответ такой тихий, растворяющийся в тишине ночи, но чуткий слух брюнета улавливает его. От осознания дыхание учащается, приятные мурашки скользят по девичьей шее. Губы невесомо, почти иллюзорно касаются бледной кожи. Коно поворачивает голову в сторону парня, а глаза фиксируются на его губах, не моргая. Так внимательно на ещё никогда ни на что не смотрела.
Рот кривится в забавной ухмылке. Конечно же, Гето заметил этот проницательный взгляд, который уж очень льстит ему. Сейчас в его намерениях — сократить это ужасно мизерное расстояние между их лицами. Сильная рука запутывается в коротких локонах, таких шелковистых на ощупь. Первое несмелое столкновение губ совсем не такое, как в прошлый раз.
Поцелуй хоть и не долгий, но жизненно необходимый, как воздух,
обрывается. Щёки наливаются краской не только у Сацуки. Однако её кожа краснеет лишь от смущения. Брюнетка рвано выдыхает, а теплый воздух касается влажных губ Сугуру, отчего он вздрагивает. Не сдерживаясь, вновь утягивает девушку в сладостную негу новых ощущений. Мужские уста двигаются с неуловимой нежностью, не пропуская ни миллиметра персиковых губ.
Его прикосновения кажутся такими привычными, родными, что удовольствие от них невозможно передать. Только если томными вздохами, которые глушатся звуками сладких поцелуев. Девичьи пальцы впиваются в крепкие плечи, оставляя ногтями красные полумесяцы, но, кажется, этот факт игнорируется парнем. Он увлечен так же сильно, время от времени чересчур сжимая тонкую талию, при этом не причиняя ощутимого дискомфорта.
Ровные зубы цепляются за нижнюю губу, больно прикусывая её. Парень отстраняется, ловко собирая языком капельки собственной крови. Он вопросительно смотрит на Коно, как бы требуя объяснения за прерванный поцелуй.
— В качестве компенсации я остаюсь спать с тобой, — ставит руки в бок в «угрожающей» позе.
— Я думал, это не обговаривается, — ставит в тупик ответной фразой.
— Я могла не захотеть, — поднимается с нагретого места, тут же щелкая выключателем.
— Ай, — глаза слезятся от неприятного контраста. Сугуру раздражённо утыкается в подушку, дабы заглушить режущую боль. — Выключи, — противно хнычет.
— Не буду же я спать в уличной одежде, — вместе с голосом с той стороны раздаётся шебуршание. Коно с особым трепетом подбирала футболку для сна, его футболку.
— Могла бы просто раздеться, — недовольно бурчит, не отрывая голову от подушки, которая служит для его же блага, заглушая последнюю фразу.
— Что говоришь? — переспрашивает, когда заканчивает переодеваться и тушит свет.
— Несправедливо, что тебе это идёт больше, — принимает сидячее положение, усаживая шаманку к себе на колени. Ловко поправляет края длинной футболки, нарочно задевая пальцами кожу на ляжках.
— Как будто ты что-то видишь, — намекает на темноту, поселившуюся в комнате.
— А могла бы промолчать и просто принять тот факт, что я сделал тебе комплимент, — шутливо возмущается, приблизившись к шаманке.
Девушка придвигается ближе, крадя очередной законный поцелуй. Сугуру улыбается сквозь прикосновение.
— Ты так вкусно пахнешь, — отрываясь от пухлых губ со звонким чмоком, он утыкается ей в макушку.
Коно упирается лбом ему в шею от такой резкой смены положения, зарываясь носом в изящные ключицы. На волосах большая ладонь хаотично закручивает прядки, и он наслаждается как запахом, так и мягкостью темных волос. Хоть Сугуру и любил длинноволосых, но устоять перед этой почти мальчишеской стрижкой не мог.
Под рукой Коно ощущает мелодичное сердцебиение. Пульс так приятно стучит, отбиваясь в своём собственном ритме прямо в ладонь. Девушка спускается чуть ниже, желая прислониться ухом к мужскому сердцу, ощутить его красоту сполна. Парень, заметив шевеления девушки, укладывается спиной на покрывало, позволяя Сацуки совершить задуманное. Он не выпускает руки из её растрёпанных волос, которые, к слову, сам с большим удовольствием потрепал.
— Только что стучало медленно, а теперь быстро, — шаманка отрывает голову от обнаженной груди, исподлобья посматривая на Сугуру. — Нервничаешь что ли? — игриво спрашивает, потираясь щекой о теплую ладонь.
Перемена женского настроения не перестает удивлять, но тут останется лишь одно — смириться.
— Твоя близость заставляет кровеносную систему ускорять движение, — подобная фраза могла бы звучать более мило, если бы не казалось такой заумной, но и этого хватило, чтобы живот накрыло волной трепещущих бабочек.
— Дурак, — от смущения скрывает личико в мужской груди, не желая больше поднимать голову к собеседнику.
Одним ловким движением второгодка подтягивает девушку выше, дабы та комфортно устроилась на нем. Хаотично оставляет поцелуи там, до куда может дотянуться, окольцевав женскую спину обеими руками.
— Хочу пролежать вот так весь день.
— Ты такой лентяй, — тут же получает за свои слова лёгкий шлепок по бедру.
— Я ведь обязан тебе компенсировать своё присутствие, чем не хороший вариант?
— Тренировки никто не отменял, — учительский тон, который активируется каждый раз, стоит только сказать что-то об учебе.
— Какая же умница мне досталась, — сонно щебечет, прикрывая глаза.
— А ты ещё избегать меня собирался, как не стыдно, — злость давно испарилась, но подколы на эту тему никто не запрещал.
— Долго бы это не продлилось, ты слишком хороша, — лениво переворачивается, меняясь с девушкой местами.
Теперь его голова, поднимаясь в ритм дыхания девушки, покоится на её груди. Руки всё так же по-собственнически окольцовывают хрупкую фигуру, но движения всё же не сковывают.
— Лесть тебе не поможет, я буду долго тебе это припоминать.
Это «долго» приятно радует мужские уши, не забывая согревать и душу.
— А ты злопамятна, — хриплый голос приобретает оттенки сонливости, а усталость накатывает новой волной.
