Одна большая ложь

- Доктор Ли, пройдите пожалуйста в приемный покой - сообщила мне по рации мед.сестра приемного покоя. Я нехотя встала с дивана и вышла из комнаты отдыха для дежуривший врачей. На часах 2:43 ночи. Я выругалась, ведь кому в такое время приспичило приехать в больницу. Я шла по коридору больницы, в которой работаю только второй год. Пока я еще не доктор, всего лишь интерн. Но чтобы не пугать пациентов, что их будет осматривать интерн, а не врач, персонал решил обращаться даже к младшим врачам или интернам обращаться просто - доктор, что на самом деле сказывается на психологическом состоянии пациентов. Вы бы доверили неопытному врачу свое здоровье и жизнь? - Доброй ночи, сестра Чен, с чем пациент, - уточнила я у нее. Мед.сестра чен уже более 30 лет отдала медицине и до сих пор в ней есть тот энтузиазм, с которым приходят работать молодые специалисты. Это впечатляет. - Женщина 38 лет, травматическое отсечение фаланги указательного пальца левой руки, - сказала она, не отрывая взгляда от той кучи бумажек, в которые она заносит данные пациента. У мед.сестер с каждым годом все больше и больше писанины, - Он ждет вас в смотровой. Я прошла в смотровой кабинет, где на кушетке сидела женщина с перебинтованным пальцем. Штаны и кофта были в крови, в чем была, в том и приехала. Рядом с ней стояла бригада скорой помощи, на вид молодые ребята, скорее всего только недавно стали работать. - Доброй ночи, - поздоровалась я со всеми. Взяла сопроводительный лист из рук парня со скорой помощи, - Почему не написано как, - я взглянула на данные пациентки, - госпожа Пак получила травму, где данные за травму? - я вопросительно посмотрела на бригаду. Ребята замямлили, но ничего толком не сказали. Да, возможно я еще не доктор, чтобы вести себя круто и огрызаться со скорой, но серьезно отношусь ко всей документации, которая должна быть заполнена, ко всей информации за пациентов, - Сидите дописывайте, вам же лучше. Подобные травмы надо передавать потом в полицейский участок, где как раз таки спросят за получение травмы. Да штраф могут на вас наложить, потому что документация является не точной, - прекратив поучать бригаду, я наконец - то обернулась к женщине, - Госпожа Пак, как вы получили травму, позвольте, я вас осмотрю. - Да завтра у мужа день рождения, готовила угощения на стол, и вот, неудачно порезалась. Я резала свинину, до кучи порезала себя, - говорила она, пока я разбинтовывала ей палец, а ребята со скорой записывали данные за полученную травму. - Ну и где травматическое отсечение, - разбинтовав палец, спросила я у ребят, - Тут просто глубокий порез, рассечение тканей, как хотите это называйте, но не отсечение, палец на месте же. - Ну, там просто было все в крови, мы не разглядели что там, - пробубнил парниша из бригады. - Ну так вы должны были обработать рану и посмотреть. А не забинтовать абы как и привезти, - я начала закипать, какой-то глупый порез привезли, издеваются что-ли, - Ладно, давайте сопроводительный лист подпишу и езжайте. И да, ребят, будьте внимательней. Я все подписала и скорая быстро ретировалась. Порез был достаточно глубокий, поэтому я решила ушить рану. Пройдя с пациенткой в чистую перевязочную, я обработала края раны, ввела анестетик и начала накладывать швы. Закончив, я наложила стерильную повязку. - Все, мы закончили. Если рана начнет болеть, выпейте обезболивающего, рецепт я вам выпишу. Так же вам необходимо обрабатывать рану антисептиком, перевязки не нужны, достаточно купить стерильные повязки. Рану стараться не трогать, по возможности оставить на время в покое руку, чтобы не занести инфекцию. Если такой возможности нет - надевайте перчатки, но только в стерильной повязке, дабы, опять же, не занести инфекцию. Прийти снять швы можно будет через неделю. - Спасибо вам большое, доктор. Постараюсь выполнить все ваши наставления. Такая молодая, и такая умная. Стране такие врачи нужны, спасибо вам еще раз. Мы обменялись благодарностями, я выписала рецепт на обезболивающие, потому что рана может действительно сильно болеть как сама, так и из - за наложенных на нее швов. Мы попрощались. Я подошла к сестре Чен. - Сестра Чен, вы даже не ложились еще? - Как ту лечь, народ поступает немного. Это просто вас впервые за дежурство вызвали. А так уже двое детей поступило, один мужчина с пиелонефритом, и бабушка с давлением, подозрение на инсульт. - Так это я еще отдохнуть успела оказывается. А дети с чем поступали? - Один ребенок с рвотой и поносом, отправили в инфекционный бокс, кишечная инфекция. А другой ребенок отправился в реанимацию, какого - то химиката выпил. - Кошмар какой, сильно тяжелый поступил? - Ну так, но видать прилично выпил. ФГДС вызывали ему, сказали серьезный ожог. Главное, чтобы на почки осложнения не дало. Но я у сестер в реанимации спросила, они сказали, что сейчас откапывать будут, промывать желудок, по анализам вроде ничего страшного. - Мда, кошмар какой - то, надо будет сходить спросить, может иссечение тканей понадобиться, если некроз разовьется. Ладно, расходимся отдыхать, еще завтра работать. Я развернулась и отправилась обратно в комнату отдыха. Но не успела я и до двери дойти, как в приемный покой ворвались люди в балаклавах с оружием. - Быстро, нам нужен хирург, немедленно его сюда, иначе убью всех, - сказал мужик, размахивая пушкой. Нелегальной пушкой. Бедная сестра Чен затряслась и даже слова сказать не смогла, - Я сказал, сука, хирурга нам. - Я хирург, я! - крикнула я, чтобы этот мужик смог меня услышать. Он посмотрел на меня, перевел дуло пистолета в мою сторону, затем показал на парня, которого держали под руки другие. Я медленно подошла к парню, подняла футболку наверх и увидела проникающее ранение в левую часть живота, ближе к подреберью. Скорее всего разрыв селезенки. - Его нужно срочно прооперировать, подозреваю разрыв селезенки, - дрожащим голосом сказала я. - Ну так оперируй, а если он умрет, умрешь ты и все, кто попадется мне в этой больнице. - Мне нужно разбудить операционную бригаду. Нужны анестезиология для введения в наркоз. - Вызывай, - по наушнику он вызвал еще кого - то. В дверь вошли еще 5 мужчин с пушками, - Зови их всех сюда, быстро. По рации я вызвала операционную бригаду, состоящую из анестезиолога - реаниматолога, сестры анестезистки и операционной мед.сестры. К моему большому сожалению старший хирург, который был со мной в смену - напился и спит. Оперировать мне придется одной. Когда все бригада собралась, мы отвезли пострадавшего на каталке в опер.блок под дулами пистолетов. Они зашли с нами в операционную и следили, чтобы никто из нас не вызвал полицию. С бедной сестрой Чен так - же остались двое преступников. Никаких вопросов о том, как получил травму, чем ее получил. Все были под напряжением. Балаклаву запрещено было снимать с лица. Анестезиолог - реаниматолог интубировал трахею, начал давать наркоз. Когда наркоз подействовал, я взяла скальпель и начала по слоям рассекать место ранения. Далее ранорасширителями мы раскрыли рану, провели санацию от крови, успевшей свернуться, и я смогла увидеть, что селезенка действительно разорвана. - Удаляем селезенку, - таков был мой вердикт. Поставила зажимы на все крупные сосуды, ведущие в селезенку и из нее. Поменяв скальп на коагулятор, я начала осторожно иссекать селезенку, при этом прижигая все сосуды, чтобы они в будущем не стали причиной кровотечения. Все это время операционная медсестра с помощью электроотсоса убирала всю кровь из места раны, чтобы у меня был доступ к селезенке. Удалив селезенку, произвела ушивание сосудов, ревизию и санацию раны, вывела дренаж, в которой будет поступать остатки крови, зашила рану. Удивительно, что руки мои даже не тряслись, ни у кого не тряслись. Хоть и было нам всем страшно, но каждый был занят тем, что спасал жизнь человеку. - Закончили? - спросил бандит, увидев, что я отхожу от его друга, а анестезиолог прекратил подачу наркоза и доставал трубу из трахеи. - Да, - коротко и ясно. - Парни, забираем его, - сказал мужчина, а остальные подошли и стали перекладывать его обратно на каталку. - Ему нужно переливание крови, он много потерял из - за ранения, антибиотики для профилактики инфекции, и его нельзя сейчас забирать, он может не проснуться от наркоза, - все как по книжке. - Я же сказал тебе, если умрет он, умрешь и ты, и все. Я всю больницу перестреляю. Запомни мои слова, красавица. Мы вышли со всеми в приемный покой, где сидела сестра Чен бледнее трупа. Один остался с нами, следя за нами, а остальные вывезли своего дурга на каталке, перетащили в машину. Когда она закончили, тот, кто сторожил нас, выбежал из больницы. Под рев мотора они уехали. И тут каждый из нас не выдержал, сестра Чен и девочки из опер.бригады заплакали, анестезиолог - реаниматолог схватился за сердце, а я почувствовала, что меня сейчас вырвет. Единственное, чему я радовалась, что никто в это время не поступал к нам в больницу. Сестра Чен вызвала всех врачей к нам, чтобы уже нам могли оказать хоть какую - нибудь помощь. А они уже вызвали полицию. Врачи других отделений предложили нам принять успокоительное, на что каждый согласился. Резко стало шумно, дико болела голова. Я посмотрела на часы - 6:15. Казалось бы, все закончилось, но страх еще выходит из наших тел. Через полчаса прибыли сотрудники полиции. Прием больных остановили. Далее приехали все начальство больницы. Нас стали опрашивать, пока просто собирали данные. А когда приехал детектив, то стали вызывать по одному в комнату отдыха персонала, где он прашивал всех индивидуально. Очередь дошла до меня. Я зашла в комнату. - Здравствуйте, доктор Ли, рад, что с вами ничего не случилось. Я Ким Сокджин, буду вести это дело. Пожалуйста, расскажите все как было. - Здравствуйте, - я начала свой рассказ, а детектив Ким задавал уточняющие вопросы. - Так вы не доктор, только интерн. Почему не вызвали старшего по смене? - Он напился и спал, не смогла вызвать его по рации, - детектив записывал все в свой блокнот. - Лиц их не видели, все были в балаклавах. Но тот, кого вы оперировали, у него было что - то запоминающее. Может тату, шрамы, особенности кожи. - Нет, ничего не было. - А как вы смогли его прооперировать, если только интерн, разве ваших знаний хватает на подобные операции? - В институте преподаватель уделял особое внимание экстренным операциям и состояниям, которые мы должны знать, как оперировать. И я тут работаю второй год, я уже делала подобные операции, правда была только вторым хирургом и только помогала. Но да, знаний и умений мне хватает для подобных операций. - Что этот преступник сказал вам в конце? - Что если его друг умрет, то он убьет меня и всех в больнице. - Думаете, он будет следить за вами? - Я ничего не думаю, пока что. Знаете, я сейчас под конской дозой успокоительного, поэтому ничего не думаю. И мне не хочется об этом думать. - Что ж, если угроза вполне реальна, то я могу предложить вам защиту. - Не думаю, что я им нужна. Я буду надеяться, что это была пустая угроза. - Хорошо, - он что - то записал и закрыл свой блокнот, - Благодарю за беседу. Если что - то вспомните, то обязательно звоните, - он дал мне свою визитку. - Да, спасибо, всего доброго. Я вышла из комнаты, в первую я ее так не навидела. Я не понимала зачем надо было опрашивать всех сейчас, когда большинство в шоке и под успокоительным. Я пошла в кабинет к главврачу, где сейчас проходит собрание по поводу всей этой ситуации. - Доктор Ли, раз вас видеть. Хочу сказать, что вы, и вся сегодняшняя бригада большие молодцы, работали в штатном режиме не смотря на опасность. Никого ругать не буду, кроме доктора Чхве, но с ним я отдельно поговорю. Я здесь всех собрал, чтобы попросить постараться вспомнить все детали, которые только можете для помощи полиции. Больница продолжит работать в штатном режиме, но под охраной полиции и работой детективов. Прошу всех сотрудничать. Вся эта ситуация будет в СМИ, поэтому с пациентами это не обсуждать, буду спрашивать, вы ничего не знаете, вас тогда не было. Пока на этом все, пока мне сказать нечего, потому что в такой ситуации и слова не нужны. Благодарю еще раз всех. Я освобождаю вас от работы на 3 дня, отдохните, отоспитесь, можете идти. Сейчас я хочу поговорить с остальными врачами. Мы всей бригадой вышли из кабинета. Мне кажется, никто ничего не понял. Скорее всего главврач будет обсуждать со всеми поведение при внештатных ситуациях и прочее. Но разве это им интересно. Каждый из них радовался, что не был на нашем месте. Я пошла переодеваться, действительно, хотелось домой отдохнуть. Переодевшись, я спустилась в холл и вышла из здания больницы в сторону автобусной остановки. Ко мне подъехала машина. - Доктор Ли, давайте я вас подвезу, пока что я здесь закончил, - из окна водительского места показалось лицо детектива Кима. И честно, я бы отказалась, но чертовски устала и мечтала быстрее попасть домой. - Спасибо, и можно просто Хаи, - я села в машину. - Тогда и меня называйте просто Сокджин. Так куда мы едем? - я назвала свой адрес и мы поехали. Ехали мы молча, чему я была несказанно рада. Слишком шумная ночь была. - Спасибо большое, что подвезли, детектив. - Не за что. Если что, то обязательно звоните. Мы попрощались, и я зашла в подъезд. На лифте добралась до своего этажа и дошла до квартиры. Раскидав все вещи, я пошла в душ. Струи горячей воды не смогли снять с меня усталость, но хорошо расслабляли. Я заплакала. Наконец, и мой страх вылез наружу. Только сейчас пришло осознание, как близко была смерть, что я могла умереть, не увидев жизни. Мы все могли умереть. Из мыслей меня вывел звонок в дверь. Я быстро накинула халат и вышла к двери, в зрачке никого не было, только корзина с цветами. Я открыла дверь, в цветах лежала записка: "Приношу извинения за своих ребят, они вели себя непростительно грубо с вами, я обязательно с ними проведу воспитательную беседу. И благодарю за спасенную жизнь. V. У меня затряслись руки. Они знают где я живу, что за черт. Я решила набрать детективу Киму.