Шура

Девушка закусила губу, вновь начав грязнуть в болоте сомнений. Но пути назад уже явно не было. Саша, последовав примеру других девиц, робко протянула руку парню. Он же, не теряя времени в пустую, берёт блондинку за запястье, бесцеремонно тянет куда-то в центр зала. Титова рвано выдыхает, пытаясь принять собственный поступок. Да, необдуманно. Да, глупо. Но иначе никак. Увы. Парень умещает горячую ладонь на талии девушки, прижимая чуть ближе к себе. Но дистанцию сохраняет, будто стараясь не спугнуть спокойное настроение спутницы. Его, видимо, совсем теперь не волнуют ни косые взгляды товарищей, ни возможные последствия. Валера умом, похоже, тоже не блещет. Титова аккуратно кладет руки на крепкие плечи Валеры. Надменный взгляд его цепляется за каждое стеснительное движение, а губы постоянно растянуты в язвительной ухмылке. Я знаю этот взгляд Когда глаза горят как агат и агат Как два агата И значит, наугад предложив этот акт Я поставил шах и мат Ты не хочешь и не можешь обратно С каждой секундой желание подколоть спутницу обидной шуткой становится все сильнее. Но он понимает, что теперь между ними совсем другая связь, при которой такие жесты являются крайне неуместными. Она чувствует, как в воздухе растворяется напряжение. Как растворяется и все остальное : музыка, звонкий смех и шумные разговоры. Всë это превратилось сейчас в однородную кашу, теряя свою значимость для обоих. Саша нарочито медленно заглядывает в его глаза. Подмечает, что огонёк в них наполнился азартом, а с лица не слезает довольная ухмылка. Но разве этого достаточно? Парень внезапным, но аккуратным движением прижимает Титову к груди, сцепляя руки за её спиной в замок. Блондинка слишком резко вздыхает от неожиданности, но объятиям не противится. И Валера вполне доволен. Он победил. Победил её характер. Победил излишнюю ворчливость. Победил, думая, что подчиняет её своей воле. Победил ли? Саша в этом не уверена. Девушка знает, что делает. Умело искореняет каждое едва ли промелькнувшее чувство. Не зайдет дальше установленной границы. А ,может, границу уже переступили? Валера скользит подушечкой пальца по приоткрытой части поясницы девушки, расплывается в улыбке, чувствуя её незамедлительную реакцию. Фарфоровая кожа в секунду покрывается мурашками, щекоча позвоночник. Совсем немного усиливает хватку ладоней, контролируя ситуацию. Девушка в ответ на этот жест лишь в очередной раз выдыхает. Оба чувствуют нарастающее напряжение. Дистанция сократилась слишком сильно. Губы в очередной раз растянулись в улыбке, когда до ушей донеслись тяжёлые басы, сменившие медленную музыку. Саша, словно вынырнув из омута, отпрянула от парня, нервно взглянув на него. Валера же вновь щурится, обжигая спутницу изучающим взглядом. Вот она — стойкая и непоколебимая, с покрасневшими щеками, едва ли скрывающая неловкость и кое-что ещё, понятное только ему. Прямо перед ним. Из-за него. Такая Саша вызывает слишком много эмоций. Слишком беспечная, слишком увлечëнная, слишком для него. Такая Саша льстит самолюбию, вызывает интерес и, в конце-концов, такая Саша заставляет терять рассудок. Блять. Я на тебе, как на войне, не теряя пыла Но чую к нам крадётся с тыла чужой солдат Я оглянусь назад и засмеюсь, представив Что ты его полюбила - Валера, пойдем-ка покурим?— Зима словно из земли вырос, встав между молодыми людьми. Как не вовремя. Валере хочется сказать чуть колкое "Ну разве не мог позже предложить?". Однако друг выглядел слишком напряженно. Ему явно было, что сказать. - Так, Саша. Сиди тут и никуда, понятно?- Голос Валеры снова приобрёл воспитательную интонацию. Казалось, от прежнего Турбо – спокойного и романтичного, совсем ничего не осталось. Перед Титовой сейчас снова чёрствый и строгий надзиратель.

***

- Давно с чушпановской сестрой мотаешься?- Зима вытянул из помятой временем коробочки сигаретку и уставился на друга, медленно вдыхая дым. - Сопровождаю же,- Валера, заметив у друга такой ценный предмет, в котором нуждался ничуть не меньше, решил не терять халявной возможности. Турбо благодарно кивнул то ли другу, то ли стрельнутой сигарете. Дым успокаивал. Особенно сейчас, в ночной прохладе и особенно перед таким глупым разговором. - У вас взаимовыручка такая интересная получается,- Слишком неопределённо произнёс Зима,- ты сопровождаешь, а она тебя мусорам сливает. - Чë несёшь то опять? - Да видал я, как она из тачки Ильдаровской вылазит, потом тот с меня спрашивать стал по поводу Ералаша. - А когда видел?- Валера нахмурился. Свойство успокаивать у дыма не вечное. А жаль. Такой исход событий парня явно не устраивал. Тысячи вариантов, почему же Титова оказалась в ментовской машине, кружились в бесконечном танце, не позволяя зацепиться за что-то одно. Сомнения-сомнения-сомнения. Ну не может она быть крысой. Или может? - Утром, Валер, утром,- загадочно протянул друг, делая крайнюю, более долгую затяжку. Он сам-то не особо понимал, к чему сейчас рассказывает то, в чем сам мало разобрался. Возможно, просто чтобы нагнать жути и сомнений на друга по поводу Саши. Ситуация с Максимом казалась уж слишком мутной, в ней замешан явно не один член семьи Титовых. Хочет сопровождать — пускай сопровождает, но дальше заходить просто опасно. Причём не только для Турбо, но и для всех остальных участников группировки. - Да хуйня все,- решительно пробормотал Валера, словно обращаясь не к товарищу, а к самому себе. - Валер. Ты как будто первый день, как родился,- Зима повернул голову, вновь и вновь пробегаясь по глазам друга,- ты же понимаешь, что Сашку твою не трогают только потому что с Максимом ещё не всё ясно? - Все я понимаю. Понимаю, сам знаешь. Валера замялся. Он знал, что если виновность Максима подтвердится, то Саше явно придётся непросто. Причём уже не только со стороны Такташа, но и прежде всего- со стороны Универсама. И помочь, к сожалению, будет уже нечем.

***

-Саш, поехали домой,- настойчиво протянула Айгуль, дёргая подругу за рукав блузки. Глаза её были устало прикрыты, а измотанный вид трудно было не заметить. Громкая музыка теперь больно била по ушам, а кислорода в зале становилось всё меньше. - Ты чё, мне нельзя же одной,- Саша прекрасно помнит о настояниях Валеры по поводу её «безопасности». Запомнить их пришлось как молитву : нельзя ходить одной, нельзя грубить группировщикам. Нельзя- нельзя-нельзя. - За мной отец уже приехал. Глаза Саши вмиг засверкали. Это уже совсем другое дело. Нельзя, да. Но если сильно хочется, то можно. Особенно если выпала возможность не идти пешком по морозу, а доехать в приятной компании, да ещё и в тепле. Валера явно не будет против.

***

Старинная лампочка в подъезде совсем перестала работать и теперь была способна лишь мигать тусклым светом. Девушка, по памяти достигнув знакомой двери, резко дёрнула ручку. Но квартира, кажется, была пуста, ибо дверь так и осталась закрыта. Саша в миг напряглась. Обычно мать уже спала в это время, а сейчас её даже нет дома. Стараясь отогнать тревожные мысли девушка недовольно хмыкнула, проворачивая ключ в замочной скважине. Даже самый глупый давно бы догадался, что в этом замешан Ильдар. Квартира встретила кромешной тьмой, прерываемой лишь серебренным светом луны, что пробивался через окно. Редкое тиканье настенных часов нарушало тишину. Такая идиллия одновременно пугает и завораживает. Свобода и страх встречаются, оседая неприятным ощущением на коже. Нужно успокоиться. Саша лениво скидывает с себя верхнюю одежду, включая свет. Мысли в голове набирают обороты, не позволяя сконцентрироваться. Если Ильдар смог выманить мать из дома в такое позднее время, значит она вновь наступила на те же грабли. Вновь-вновь-вновь. Неожиданно колечко, что крутила Саша, пытаясь размышлять рационально, соскальзывает с пальца и с характерным звоном падает на пол, закатываясь под кровать Максима. Девушка стремительно падает на колени, пытаясь поймать дорогую сердцу вещь. Опускается всё ниже, стараясь разглядеть среди пыли и грязных носков блеск золота. Но взгляд неожиданно цепляется за что-то более интересное, чем кольцо – чёрная спортивная сумка, очевидно, появившаяся недавно. Видеть до этого её не приходилось. Секунда и собачка скользит по направляющей застёжки. Ни одна мысль не смогла образумить Сашу, чья душа наполнилась неимоверным интересом. - Сука,- Глаза невольно раскрываются всё шире и шире, а руки охватывает сильная дрожь. Довольно толстая пачка денег и пистолет, которые ради приличия были закиданы несколькими парами чёрных носков-вот и вся картина. Всё внутри сжалось. Девушка резко поднимается и буквально бежит к домашнему телефону. Вытягивает из кармана джинс помятую бумажку с номером Валеры. Не зря просил сохранить. Ну что ж, пригодилась. Титова судорожно прокручивает колёсико телефона, проговаривая каждую цифру себе под нос. Время, кажется, идет слишком медленно. Проходит целая вечность, когда Валера все-таки отвечает. - Да?- хриплый и недовольный голос его нагнал ещё большей тревожности. Титова понимает, что он зол. И зол по понятной причине. - Валер, приходи пожалуйста