Часть 2
23 ноября 2023 г., 13:17
Ответа не последовало. Незборецкий лишь устало вздохнул и уставился в экран смартфона, периодически поглядывая за перебирающей шмотки девушкой. Ну и ход событий — поселиться в одном отеле и ехать куда-то в абсолютном незнакомстве. Без особых усилий. Всего-то стоило взять на шантаж. На самом деле, Белый ничего бы никому не доложил и совсем ему не до жалований на публичных женщин. Подвернулся удобный момент: и спутница, и Гарик отвяжется. Усмехнулся, когда девушка побежала переодеваться в ванную. Хотя, чего удивляться — назвалась девственницей, так и веди себя, как та самая «Бедная Лиза». Задумался и решил поинтересоваться в поисковике, чем кончилась эта знаменитая повесть. Углубился в краткий рассказ и внимательно вычитывал каждое слово.
Брюнетка тем временем насторожилась. Мама всегда учила её не таскаться никуда с незнакомцами. А тут, видите ли, нарисовался! Неужели у этого артиста совсем нет подруг для такого похода? Да и про девушку он отмолчался.
Знать бы, какой дресс-код у предстоящего праздника. Не хотелось выряжаться слишком вызывающе, но и скромности в её макияже вполне хватало. Максимум — девчонка сменила помаду. Бордовый цвет прекрасно делал акцент на губах, потому выбор пал на чёрное платье с бретельками. И богу слава, что, хоть и лифчик под него не подходил, но и без этого оно прикрывало все сокровенное подкладом. Возвращается в комнату с целью подобрать обувь, пока музыкант совсем не обращал внимания на неё. Туфли с собой были у неё только одни, потому все остальное сразу же отсеклось — не в кроссовках же идти. Каждый раз брала с собой каблуки, но ни разу не было подходящего момента для их выгула. Да и сейчас, когда этот момент все же наступил, то не особо радовал её.
Послышался стук по ламинату, и только тогда Белый отвлёкся от чтения и поднял взор холодных глаз на предстоящий «манекен». Секунды тянулись вечностью. Взгляд плыл медленно вверх-вниз, пару раз остановившись на ключицах, руках и женских ногах. Вновь она не могла прочитать его эмоции — полная окаменелость. Но, по его велению, Котовская переодеваться бы точно не стала. Что-то не нравится? Пожалуйста! Дверь он уже видел.
— Поехали, — блокирует телефон и ретируется к выходу.
Времени на комплименты не было, да и говорить ничего не хотелось. Перед ним стояла совершенно другая особь — черная пантера с прожигающим взглядом. Вся её простота мигом улетучилась, но, слава богу, она не выглядела, как эскортница. Радовало одно: каблуки хоть немного спасли её разницу в росте. Только это было глупым решением. На улице уже давно не лето и Незборецкий совсем не удивится, если девушка начнет плакаться о чрезмерном холоде. Дешевое женское пальто совсем её не спасёт.
— Значит так, София, — проходит в лифт и жмет кнопку. Девчонка вскинула брови от правильного произношения имени. Нарыл уже, всё-таки! — Мы идём туда не есть и не танцевать. Молча находишься рядом и ни с кем не разговариваешь. Можешь позволить себе один бокал, если это будет нужным, — имеет ввиду выпивку за здоровье именинника, — Про себя ничего не рассказываешь, — выделяет, — Про меня ничего не рассказываешь.
Музыкант, конечно же, уже успел посмотреть афишу этого города, и, непосредственно, нашёл театральное объединение в одном из ДК с полным списком всех участников.
— Дышать можно? — усмехается.
— И без тупых шуток.
Женский вздох. Искренне надеется, что все это ненадолго. Такого холодного отношения она точно не выдержит всю ночь.
— Почему мне обязательно там быть с тобой? — задаёт ненужный вопрос, — Я как брелок? Украшение?
— Громко сказано, — проходят мимо ресепшена.
Оскорбилась. Не хочет больше разговаривать с этим хамом. Да и не будет! Такое снисходительное общение ей совсем не по душе. Никому не по душе. Уже сидя в машине, брюнетка поняла, что оставила свой гаджет в отеле, потому и расстроилась, так как заняться на мероприятии ей действительно будет нечем. Хоть бы время знать!
Окраина города. Просторный ресторан, полностью арендованный под гостя сегодняшнего вечера. Котовской вмиг стало не себе — не хватало нечаянно разбить вазы с цветами, что были расставлены по всему периметру. Наверняка здесь нет ничего дешевле пятиста долларов. Людей внутри было очень много, от чего повеяло лицемерностью и чрезмерным выпячиванием богатства. Все настолько фальшиво, что, казалось, можно было не заикаться об оригинальности своих чёрных лодочек. Засмеют! И разве бывает у человека столько друзей? Вряд-ли. Ни стульев, ни больших столов. Одни фуршетные мини-столики и официанты, разносящие разные виды алкоголя. Хмурится, выдает нервозность, пока холодная рука ложится ей на спину и слегка подталкивает в правильную сторону.
Именно поэтому Незборецкий и не хотел видеться с этой компанией. Даже не собирался. Здесь все не для него. Мериться хуями ему никогда не вкатывало: кто купил дом, сколько заработал за год и кто поменял железо на новое. Было пару человек, с кем музыкант мог свободно поговорить, но в поле зрения он наблюдал одни мажористые головы с содержанками. В разговоре с ними Белый всегда высмеивал их позиции и взгляды, а те лишь жали плечами и подхватывали «шутки», делая вид, что не понимали ироничности. Или они, действительно, её не понимали.
— Здороваться не учили? — цедит девушке, отойдя от своих знакомых.
Та молчит. Понимает, что даже здесь она для количества. Ей же наказали: ни с кем не разговаривать. В чем проблема?
Незборецкий злится. Мимо прошло уже пять человек, а спутница смело засунула язык в одно место и хоть бы хны! Видит, как женский взгляд заострился на креветках, но артист лишь грозно мотает головой и тяжело вздыхает. Женщинам, что говори, что не говори — делают по своему. В конце концов, он же не тиран какой-нибудь. Но, всё-таки, когда Кирилл спрашивает — нужно говорить сразу, а не воротить нос.
— Привет, — пока Белый ретировался к другой компании, к брюнетке подошла незнакомка и улыбчиво поздоровалась, — Ты с кем здесь?
Только она хотела ответить, как блондин оказался сразу же рядом, скорчив недовольное лицо.
— О, ясно, — принебрежительно, — Очень жаль.
— Почему же жаль, Дарья? — выгибает он бровь.
— Я не с тобой разговаривала, — шипит девушка.
Котовская смотрела на этот диалог с усмешкой. Вероятно, кто-то однажды сделал кому-то очень больно и теперь скитается тут, мозоля глаза. Подслушивать ей не хотелось, потому, сделав пару шагов назад, ушла в тень, где стояли двое мужчин в костюмах. На удивление, образ Софии больше подходил им, чем Незборецкому. Те даже ухмыльнулись, заметив гостью, на которой не было ни одной цепочки и даже сережёк. Отказалась от напитков, когда рядом показался официант и протянул ей поднос со стеклом. Кроме алкоголя есть ли в этом омуте что-то сносное? Горло сушило дико. Ещё и креветки эти так травили душу, что брюнетка стала злиться на саму себя. К чему фуршетные столы, когда к еде никто не притрагивается? Не этикет, а идиотизм.
Парень затерялся в толпе. Девчонка маленькими шажками по-тихой подкрадывалась к одному из столов, высматривая наблюдающего блондина. Чисто. Рядом никого. Только потянулась она своими тонкими пальцами к канапе, как тут же её окликнул незнакомый голос.
— Простите, — парень в белой рубашке отвлекает девушку, — У вас очень знакомое лицо. Мы не виделись раньше?
Ввел её в ступор. Прищурилась, будто бы это поможет разглядеть в его лице что-то знакомое.
— Извините, — виноватая улыбка, — Не могу вас вспомнить.
Неловкая пауза повисла между ними. Рассматривал её лицо, будто постер. Девушка отвела взгляд, а после встала в профиль, что помогло парню додуматься до неизвестного.
— Где вы работаете? — тянет бокал ей, но та мотает головой, — Берите, берите! Что же вы, не выпьете за мой праздник?
— О, так это у вас день рождения? — улыбается, — Примите мои поздравления, — тянет руки для легкого обнимания и слегка касается его спины.
Взор голубых злостно окинул пару взглядом.
— От вас приятно слышать, — учуял запах её стойкого парфюма, — Держите, — все же подаёт ей стекло, — Так, где же мы виделись?
— Вы ходите в театры?
Подоспел к разговору и сам музыкант, по-мужски здороваясь с другом и проговаривая пожелания на украинском. И как же так выходит? Стóит только открыть рот, как Белый сразу же по щелчку пальцев оказывается рядом. Вероятно, тот переживал за её излишнюю болтливость. Именинник долго не задерживал внимание на подоспевшем приятеле, которого так рьяно «умолял» появится на мероприятии.
— В театры? — продолжает диалог, — Ах, да, точно! Вы вчера играли в спектакле, верно? — девушка кивает, — Рита меня затянула в искусство, — твердит уже Незборецкому, — Говорит, что важно просвещаться, — хмыкает, — Только её просвещение заключалось в сторис для инстаграм.
— Как впечатления? — задает вопрос Белый.
— Не очень, — касается рукой грудины и извиняется перед девушкой, — Вы, уж, простите. Мало нахожу в этом интереса.
— Не всем дано, — тихо отвечает мадам.
— Что? — переспрашивает мужчина, пока Незборецкий вскидывает брови.
— София имела ввиду, что у всех нас разные интересы, — выгораживает, — У нас музыка, у них литература, — добавляет, — На самом деле, она очень талантливый человек.
— Понял, понял, — заулыбался тот.
Пока именинника отвлекли подошедшие гости, Незборецкий тихо отвел девушку в сторону и начал свои причитания.
— Не груби никому здесь, — злостно шепчет, посматривая в сторону толпы, — Я, конечно, согласен с тобой, но ты не настолько близка с этими людьми, чтобы говорить всё в лоб, — смотрит на полу пустой бокал в женских пальцах, — Надеюсь, это первый?
Игра в молчанку продолжалась. Котовская безумно хотела есть, от этого и настроение её было подобно погоде. Но главный Билли Миллиган — это блондин. Девчонка стала думать, как незаметно пропасть на некоторое время. На некоторое, потому что бежать смысла не было — Незборецкий прекрасно знает её место обитания в этом городе. Вряд-ли рядом оказались бы подобные «забегаловки», а ларьки с хот-догами и подавно здесь быть не могут.
— Советую прервать обет молчания и ответить мне, — грозно, — Это может плохо кончится.
— Я требую к себе нормального отношения, — всё же отвечает, сложив руки на груди.
— Мне нужно облизывать тебя с ног до головы? — кладет руки в карманы.
Диалог между ними был не особо заметен. Двое вели разговор несмотря друг на друга, а паля прямо в уже опьяненную толпу.
— Смотря, о чём речь, — смеется, зная, что прямо сейчас Белый вскинул брови.
— Больше не лезь ни к кому обниматься.
— А что взамен? — смотрит на его профиль, улыбаясь.
— Взамен, — вздыхает, — Вернешься в отель на шашке, а не пешком.
— Можно одну креветку?
Незборецкий также глянул в её глаза с удивлением. Вот же! Видно, как он кривит губы, как хочет улыбнуться или даже посмеяться на её просьбу. Но парень снова давит в себе вырывающееся и отводит взгляд.
— Я же тебе говорил, — снова холод, — Будешь плакаться.
— Боже мой! — артистирует, — Почему ты трешься рядом со мной? Вон, — кивает, — Твои друзья.
— Здесь нет моих друзей, — говорит чуть тише.
— Зачем тогда мы здесь? Честно говоря, я заметила чрезмерную наигранность эмоций.
Сколько раз она слышала обсуждение гостями других гостей! Запомнила у кого и сколько; где, кому нужно поднапрячься; кто вообще не достоин того, что имеет и тому подобное. А, главное, все так улыбались друг другу, будто бы друзья с малых лет! Незборецкий сам не знает причину своего нахождения здесь. В этом ресторане нет ничего знакомого. Все чужое. Неживое.
— Читал «Мёртвые души»? — выдаёт она после молчания.
Музыкант вздохнул. Что им остаётся — обсуждать здесь литературные произведения? Хотя, это даже было бы в разы лучше, чем нещадное празднование дня лицемерия.
— Ну, — нехотя ответил.
— Читал или нет?
— Не помню, — жмет плечами, — К чему ты это говоришь?
— Если не читал, то нет смысла говорить.
— Тц, — цокает, мотая головой, — Теперь мне интересно.
— Скажу, если подашь мне креветку, — мило улыбается.
— Господи, — запрокидывает голову вверх, — Ты никогда креветки не видела? — забирает её бокал из рук и морщится от крепости алкоголя в её стекле. Совсем не шампанское! — Я тебе куплю шесть килограмм, пойдёт?
— Они здесь в каком-то соусе, — засматривается за стол, — Прикроешь меня?
Незборецкий показательно потер лицо ладонью. Сумасшедшая! Вероятно, театральная жизнь и вправду сводит с ума. Прикрывая девушку спиной, размышлял о ней же и тихо улыбнулся про себя. Вредная и до жути своевольная. Спокойно попивая чужой алкоголь, задумался — ему разве так важно знать, что она хотела сказать об этом произведении?
— Ты их себе там в сумку складываешь, что-ли? — хмурится, намекая на быстрый ход действий, — В темпе можно?
— Тихо, — усмехается, — Я выбираю!
Незборецкий разворачивается, замечая жующую девушку, что держала в руках ещё одно канапе.
— Да уж, — вздыхает, — Взял себе кота в мешке.
— Всё, всё, — отходит от стола, — Они всё равно невкусные.
— Что ты там сказать хотела?
— Ай, — отмахивается, — Забыла, — добавляет, — Что-то про бал лицемерия.
Снова смотрит на его искривленное лицо и улыбается. Улыбка порождает улыбку.
— Зачем строить образ Печорина? — хмурится она, — Я же вижу, что ты не такой.
— Зачем строить образ «Кристины»? — язвит, — Я же вижу, что ты не такая, — фыркает, — Давай, это будет последнее литературное сравнение на сегодня. Кто такой Печорин?
Не успев объясниться, к парню подошла ещё одна компания и заманила к другим, пока девушка так и осталась стоять возле остывших креветок. Идти с ними она не захотела, потому застопорилась и сменила пустой бокал на полный.
Так прошло около сорока минут. Высчитывала брюнетка эти минуты по проигранной музыке, что слышимо раздавалась по всему залу.
Скучно! Скучно! Скучно!
Перепроверила в своей головной библиотеке все планы на неделю, месяц, и даже год. Проиграла все предыдущие диалоги в голове. Котовская выпила уже три бокала, забыв про наставление «сопровождающего». Умиротворенно смотрела на гостей, прикидывая цену разным образам. Её платье за шесть тысяч российских рублей не сильно выделялось на фоне брендовых одежд. А вот поддельные туфли, кажется, выдали себя, поскольку та настроила ушные локаторы на обсуждение её обуви. Две девушки стояли и хихикали, выдавая шутки на тему дешевых китайских маркетплейсов. Что же ей — обязательно тратить двести тысяч на несчастную моду? Судить человека по одежде — это ниже плинтуса. Однако, девчонка заметно расстроилась и даже приуныла. Ей больше не хотелось ничего. Даже этих проклятых креветок.
— Прекрасно выглядите, мисс, — неизвестный парень «подкатил» к одиноко стоящей девушке.
— Спасибо, — скромно выдала, сжимая в руках сумку.
— Вы тоже подруга Гарика? — отпивает виски.
— Относительно, — врёт.
— Можно вас украсть на некоторое время? — смазливая улыбка, — Можем прогуляться немного, — поправляет воротник, — Здесь так душно.
— Откажусь, — старается, как можно мягче, — Простите.
— Стесняешься? — быстрый переход на «ты», — Не обижу, не бойся, — прислоняет руку к её талии и подталкивает к выходу, — Всего лишь вокруг ресторана.
— Я же сказала вам! — закипает, отстраняясь, — Что вы ко мне пристали? Куча других девушек вокруг, — размахивает руками, — Хочу побыть одна.
Метает взглядами в поисках блондина, но в нужный момент его и след простыл.
— Воу-воу, — смеется, — Чего такая нервная?
Молчит. Одни бранные слова в голове и ничего толкового. Переминается с ноги на ногу от усталости и выжидает, пока этот незнакомец покинет её личный круг. Между тем, парень всё ещё находился рядом.
— И не скучно тебе? — хмыкает, — На протяжении трех часов за тобой наблюдаю, — ставит виски на стол, — Просто решила выгулять туфли?
Конечная!
— Что же мне, мериться достоинством как все присутствующие здесь? — фыркает, — Идите уже, пожалуйста, на… — пауза, — На других заострите внимание.
Брюнет изменился в лице. Похмурился, поняв, что именно девушка хотела сказать.
— А ты мне не дерзи, малышечка, — твердит в лицо, — Не высоко стоишь.
— Повыше вас буду, — намекает на разницу в росте. Благодаря каблукам, София казалась немного, но выше него.
Вдруг, в какой-то момент, Незборецкий из угла задержал взгляд на том самом «знакомом лице», что как-то злостно что-то высказывал девчонке и тыкал в неё пальцем. Тяжёлый вздох прошелся в его легких. Только отвернись, как эта артистка уже снова кому-то нагрубила. Что за «счастье» упало на его голову!
— Что уже случилось? — прерывает разговор и здоровается за руку со знакомым, — Здарова, Тох.
— Кто-то слишком высокого мнения о себе, — намекает на рядом стояющую, — Не понимают, Кирюх, что они тут не для поздравлений, — наигранно смеется.
Блондин насупил брови и сжал челюсть. Девчонка действительно выглядела расстроенной и злой.
— Высокого, — повторяет, ухмыляясь, — Вы обиделись на то, что я не пошла с вами?
— Куда ты её звал? — спрашивает Белый.
— Прогуляться, — ухмыляется, подразумевая понятость прозрачного намека.
Незборецкий схватил за локоть обидчика и отвел в сторону — подальше от спутницы. С их неизвестного разговора прошло ещё два бокала, коие, наконец, понравились брюнетке. Та даже уточнила название элитного у официанта, чтобы как-нибудь расслабиться после очередного выступления. Тем временем, Кирилл вёл диалог со знакомым совсем не по-братски. Раскидал за его гонор и произвел неимоверное впечатление на парня, что стоял и молча вникал в суть. Оскорбленный и униженный, тот с опущенной головой подошёл к девушке и тихо извинился, не забыв вставить, что важно сразу сообщать о своём статусе. Котовская, конечно же, ничего не ответила, отвернув лицо в другую сторону. И когда запах его едкого парфюма улетучился, та выдохнула.
— Бывают и такие персонажи, — устало говорит голос рядом, — Не обращай внимания.
Снова этот молчок. Раз в тридцать секунд девушка поправляла ресницы и поджимала губу, посматривая в сторону толпы, официантов и стола. Незборецкий решил задать любой неподходящий вопрос, чтобы удостовериться в развязанном женском языке.
— Хочешь креветки? — усмехается сам про себя.
— Не хочу, — шепчет.
— Выпить?
— Спасибо, Кирилл, можешь идти отдыхать.
Прозвучало это, как ножом по сердцу. Всматривается в её отворачивающийся профиль и кусает щеку. Какое-то чувство вины осело на его плечи.
— А плакать-то зачем?
— Это иллюзия, — шмыгает носом, — Свет так падает.
— Ой, София, — с выдохом, — Шо мне ему, всечь?
Котовская удивилась и, наконец, улыбнулась. Смешной акцент его подавил желание продолжать поток грусти.
— Дело даже не в нём! — отмахивается, — Меня уже всю с ног до головы обсудили.
— Я говорил только хорошее.
— Туфли у меня подделка, — хмыкает, — Не стой рядом со мной. Засмеют.
— У тебя хотя-бы туфли, — вздыхает, — А не нутро, — приценил её каблуки, — Нормальные, кстати. Я бы сам такие носил.
Между двумя повисла тишина. Что не говори, но Незборецкий тоже был расстроен не меньше спутницы. Разговор в одной из компаний сошел на неприятной политической ноте. Выслушивая стадное мнение, у Белого уши в трубочку заворачивались, и доказывать что-то этим узкомысленникам, казалось, смысла не было. Простояли они так ещё три минуты, после чего музыкант кинул холодное «поехали» и пара удалилась из ресторана. Просто так уходить девушке не хотелось. Потому, без лишних угрызений совести, аккуратно прихватила с собой бутылку того самого элитного, которое, немного, но всё же понравилось ей. Прикрываться было нечем — пальто осталось в гадеробе. Шла она с этой бутылкой в руках до самого конца, пока, наконец, парень не подал ей верхнюю одежду. Сам Кирилл не обратил внимание на украденное. Всё терялся в своих мыслях. И только тогда, когда артист решил открыть дверь автомобиля даме ввиду своего «джентельменства», то развидел, как брюнетка прижимала к себе стекло.
— Пожалуйста, — вздыхает, закрывая дверь и останавливая попытки девушки сесть, в салон, — Скажи мне, что это тебе лично подарили.
Подул знойный ветер, что разбросал её пряди по плечам. На улице стало прохладно. Прищурилась, но крепко стиснула в руках бутылку.
— Я не умею врать.
— София, — суёт руки в карманы, — Верни на место.
— Нет уж! — отворачивается, — Это за мою обиду.
— Я сам верну, — тянет руку, но та делает шаг назад, — Блять, не выводи меня! — повысил тон.
Злости от молодого человека она не ожидала. А Незборецкий просто устал: от людей, от сегодняшнего дня, и от своих неоправданных действий. Потупила несколько секунд, развернулась и зашагала в неизвестную сторону, как и говорил ей парень. Глупая выходка, поскольку незнание города и неимение телефона вышли бы боком.
— Соня! — краткое произношение имени бросает её в дрожь.
— Что ещё? — разворачивается.
— Сядь.
Чуть помедлив, всё же вернулась и села на место под тяжёлый вздох парня. «Повыступать» не получилось. Возможно, будь она немного трезвей, то обязательно показала бы всю гордость до конца, но тут вышло лишь на подобие антракта.
Лёгкая музыка на фоне. Блондин все также устало зависал в телефоне, пока девушка не знала, чем себя занять. В моменте, грустная мелодия додавила её состояние и та тихо вскрыла фольгу. Молодой человек не обратил внимания, пока рядом не повеяло знакомым ароматом спиртного. Не стесняясь, девчонка сделала два глотка и, поморщившись, повернулась в сторону удивленного лица. Злиться было уже не зачем — он больше не отвечает за её поведение. Потянула малая ему эту самую бутылку в ожидании снова чего-нибудь язвительного, но Белый все же взял стекло и сделал несколько больших глотков. Незаметно улыбнулась и прислонилась к окну, высматривая манящие огни повсюду. Город, всё же, красив, но люди здесь все злые и холодные. В том числе, и этот артист. Котовская даже не спрашивала о его творчестве, просто потому, что это не являлось надобным — ни ему, ни ей.
— Ты когда-нибудь снималась в кино? — озадачил вопросом, возвращая бутылку.
— Никогда не горела желанием, — жмет плечами, — А ты?
— Мимо вопрос, — мотает головой, — Была наподобие тема, но точно не для кинотеатров.
— Что за тема?
— Не суть, — усмехается, — Про свою жизнь.
— Ты же начинающий артист, — делает глоток, — Когда ты успел?
— Решил отложить чтение твоей любимой литературы и потратить время на фильм.
— Боже мой, — смеется, — Думаешь, что моя жизнь состоит из книг и рассказов?
— Честно говоря, да.
Не понимает, как расценивать его слова: то ли издевка, то ли манера речи у него такая, то ли она всё близко воспринимает.
— Даже разговорный стиль заметен, — добавляет, — Но мне это почему-то нравится.
Девчонка знатно удивилась. Возможно, пару бокалов в ресторане пошли ему на пользу.
— Никогда не был в театре.
— Мне кажется, что тебе и не понравится, — отпивает ещё.
— Почему это? — хмурится.
— Разве тебе это интересно? — выгибает бровь.
— Нет, блять, — обижается, — Мне же только, вон, — кивает в сторону, — Эскортниц водить, да по ресторанам разъезжать.
— Я так и думала, — делает вид, что не заметила саркастического тона.
— Отлично, — вздыхает, — Разговор пойдет.
Девушка тщательно старается разгадать его хладнокровие. Этот Белый очень быстро закипает, поэтому, хоть подбирай слова, хоть не подбирай — выйдет одно и то же.
— Посети как-нибудь, — продолжает, — Название ты знаешь.
— Подумаю, — холодно, — Верни бутылку.
— Ты уже сделал десять глотков! — восклицает, — Я его крала не для тебя.
— Считала, что-ли? — поднимает брови, — У меня в мини-баре таких три штуки. Верну с процентами.
— Верю, верю, — наигранно, — Ты мне и креветок шесть килограмм обещал.
— Я держу слово.
Взгляду его доверять не хотелось. В конце концов, София не жадная, потому дала «знакомому» тоже насладится напитком. До самого отеля двое, наконец, слегка разговорились, но разговоры их были ни о чем, хоть и у тех точно затихарились общие темы. Брюнетка слегка опьянела и стала более веселая, чем была до. Блондин, казалось, так и остался под серой маской. Между тем, давал надежду на свое прозрение. Уже в лифте малая вновь напомнила Белому об обещании. Креветки ночью ей уж точно не нужны были, а в качестве расплаты за тайную ночь она решила взять алкоголем. Однако, Незборецкий и так собирался заплатить ей, поскольку рабовладение давно отменили и шантажом брать незнакомку казалось абсурдом.
Вальяжно облокотившись о стену в чужом номере, выжидала, пока музыкант выдаст обещанное.
— Это же не то! — хмурится, рассматривая этикетку.
— Это лучше, — забирает стекло и открывает, — Попробуешь и поймёшь.
Девушка своевольно усаживается на кресло, кладет ногу на ногу и обволакивает бокал пальцами, что подал спутник.
— Фу, — морщится, — Это же виски!
— Неужели? — саркастирует и хватает пачку сигарет, — Я-то думал, что молоко, — вытаскивает папиросу, — Куришь?
— Нет.
— Славно, — хватает звонящий телефон, — Мне больше достанется.
Пока парень затерялся на балконе, с кем-то подозрительно тихо беседуя по телефону, брюнетка приметила, что тот определенно разговаривал с женским полом. Ещё она заметила, что Незборецкий очень сильно старается выставить её глупой. Будто гребет под одну гребенку! Общался он слишком долго. Девчонке хоть и не понравился вкус, но выпила она целый бокал. Незборецкий тоже преуспел опустошить свой, поскольку собеседница на том проводе рьяно действовала на нервы.
Котовская поняла, что задержалась. Подумала, что, может, это ей кинули такой намек на незаметный побег. Только она проследовала в коридор, как тут же холодный голос остановил её.
— Стоять, — поставил стакан и сунул руки в карманы.
— Я ничего не крала, — завывает, — Можешь обыскать меня.
— Я не об этом, — внезапная улыбка, — Допи…
— Ты улыбнулся! — удивляется, — Оказывается, умеешь.
— Допивать кто будет? — вновь серьезное лицо.
— Мне кажется, я не самая твоя лучшая компания.
— Это да, — язвит, — Но допить надо.
— Ой, знаешь, — фыркает, возвращаясь на место, — Ты мне тоже не нравишься.
— Виски тебе тоже не понравился, — обновляет бокалы, — Однако, не вижу даже капель на стекле.
И завертелось, закрутилось. Две опьяненные головы спустя час стали рассказывать различные истории из их жизней друг другу и смеяться невпопад. На фоне включилась тихая музыка, после чего Котовская, наконец, узнала его. Знаменитые хиты освежили голову, и девчонка отметила, что вряд-ли бы вспомнила его прежним, поскольку тот сейчас сильно изменился. Проболталась, что улыбка у него всё-таки довольно милая, и что образ «злодея» ему никак не идёт. Двое вспоминали литературную программу и обсуждали поэтов совместно с современной прозой. Высказались о первых впечатлениях при знакомстве и посмеялись от души. Незборецкий приметил, что будучи даже в алкогольном состоянии девушку не покидала её харизматичность в разговорах и движениях.
— А друг мне твой не понравился, — кривит лицо малая.
— Зато ты ему очень даже, — смеется, — Мне…
Три громких стука в дверь испугали девчонку, от чего та дернулась, пока Незборецкий тихо посмеивался.
— Выручишь? — за дверью стоял тот самый Некрасов без футболки.
— Ёбнулся? — смотрит на часы, — Вы все это время в шашки играли?
— Да, блять, — машет рукой, — Долгая история.
Друг хотел было пройти внутрь, но музыкант четко держал дверь, не открывая вид на сидящую девчонку.
— Не, нема, брат, — мотает головой.
— Шо ты гонишь? — щурится, — Зажал для друга?
— Серьёзно, Андрюх, — цокает, — Голяк.
— А шо ты, этой, — намекает, — Брюнеточке-то «это самое»? — улыбается.
— Обижаешь, — усмехается.
В Софии, что всё время подслушивала разговор, проснулась смелость, потому та решила встрять в диалог.
— Я всё слышу! — обиженно, — Ничего не было!
Совсем забыла какую роль она играла этим вечером и стала яро защищать себя.
— Пардон, мадам! — удивленно говорит Некрасов, все же приоткрывая дверь, — А, — осматривает её, — Я не о вас говорил.
— Это та же самая, — вздыхающе отвечает Белый.
— Да ну! — проходит внутрь и приближается к девушке, — Искренне извиняюсь за нанесенный вам «ущерб», — вспоминает свои подколы, — Хотел узнать, не будет ли у вас…
— Тут тоже мимо, — смеется Кирилл с чрезмерной вежливости друга, — Ищи в другом месте.
Брюнет искренне захотел остаться и выпить вместе с компанией, но его быстро выпроводили ссылаясь на тонкие намеки. Девчонка заметно занервничала, но была уверена, что, в случае чего, обязательно даст отпор. Закрылась в позе и замолчала, когда Незборецкий вернулся на место. Протянул бокал, чтобы «чокнуться», однако собеседница смотрела на него неясным взглядом.
— Ты меня в чем-то подозреваешь? — женские глаза стали прожигать, — Или у тебя такой пьяный взгляд?
— Сколько времени?
— Хочешь уйти?
Чуть потупила над вопросом, между тем, помотала головой. В сон, как ни странно, совсем не клонило. А так, хоть приятно-неприятные разговоры с этим артистом.
— Могу ещё посидеть, — жмет плечами, — Или опять «не можно»? — улыбается.
— Можно, — усмешка.
Диалоги их были сумасшедшими. Переливаясь с одной темы на другую, двое уже завалились на кровать и сидели в разных позах, совместно заливаясь смехом над шутками друг друга. Стакан за стаканом побудил их на бóльшую открытость, потому те уже стали рассказывать о своём детстве, творчестве и отношении к людям. Тут-то и юмор её не казался более глупым, и речи, даже самые опьяненные, толкались из женских уст великие. Незборецкий совсем не жалеет, что именно так провел свой крайний день в Кракове. Девушка показалась ему довольно раскрепощенной в общении — больше не та серая мышка, что забилась в угол и прятала глаза. Не мог сравнить её ни с кем из своих знакомых подруг, бывших девушек и даже пацанов. Задумался о её более доступной информации на балконе, докуривая сигарету. Молодой человек совсем забыл узнать откуда она родом и где проживает, потому, вернувшись в номер, решил спросить о главном. Однако, на кровати уже поселилось спящее царство, что не смогла дождаться собеседника. Усмехнулся и помотал головой, параллельно выключив свет в комнате.
Случайные знакомства всегда неслучайны.
