Наказание со вкусом

      Скучная работа веб-аналитика в отделе маркетинга одной из многочисленных компаний административного центра штата *** — совсем не то, о чём мечтал когда-то весьма честолюбивый Юджин Флетчер. Окончив старшую школу с отличием и блестяще отучившись в университете, преисполненный самых светлых надежд и грандиозных планов на будущее, он быстро получил эту должность и рассчитывал столь же легко и беззаботно подняться по карьерной лестнице, как минимум, до руководителя одного из отделов с приличной зарплатой и прочими привилегиями.       Но вот уже четвёртый год, шесть дней в неделю, с одним единственным выходным, он приходил на своё рабочее место, отделённое хлипкой перегородкой от полутора десятков точно таких же, садился за компьютер и трудился по мере сил и возможностей по десять часов, чтобы заработать себе на более-менее сносную жизнь. Старую машину давно пора было поменять, а в маленькой квартире сделать ремонт. Завести отношения для Юджина и вовсе было сложно: они влекли за собой непозволительные траты. Он и так с трудом сводил концы с концами, ежемесячно выплачивая банку кругленькую сумму в счет погашения ипотечного кредита. Поэтому довольствовался одноразовым случайным сексом, а о том, чтобы найти новую, более перспективную работу, которая позволила бы решить его финансовые проблемы, вообще не могло быть и речи.       Даже забрезжившая на горизонте возможность продвинуться по карьерной лестнице, когда начальника отдела маркетинга перевели в другой и его должность оказалась вакантной, обернулась пустышкой. Юджин со своими высокими показателями и самым подходящим для должности руководителя образованием толком и помечтать не успел о том, что место достанется ему.       В один прекрасный день генеральный директор представил слегка офигевшим от такого поворота событий сотрудникам их нового босса — никому доселе не известного типа по имени Аарон Андерсон. И, вопреки словам генерального, выразившего надежду на то, что все они отлично сработаются и станут ещё более эффективной командой, стелить ковровую дорожку под ноги новой шишке никто из подчинённых желания не изъявил.       В первый же день своего руководства мистер Андерсон заказал прямо в офис обед для всех сотрудников, заверив, что позже, как только войдет в курс дел, обязательно устроит небольшой фуршет в честь вступления в должность. Но обед обедом, а Юджин буквально сразу люто возненавидел укравшего у него должность Андерсона. И судя по тому, что его коллеги, все как один, разделяли эту ненависть, не один он рассчитывал на возможное повышение.       В курилке — благо Андерсон там никогда не появлялся — они весьма бурно так и эдак обсуждали нового босса. Его безупречные костюмы и белоснежные рубашки, каждая из которых стоила как добрая часть зарплаты рядового менеджера отдела. Его новенький белый «Порше», маячивший на корпоративной стоянке бок о бок с их обычными машинами. Его пунктуальность, позволявшую быть на рабочем месте за десять минут до начала рабочего дня и следить за тем, кто из сотрудников и на сколько опаздывает. Его уверенность в себе, сквозившую буквально в каждом жесте и слове, и едва уловимую манерность поведения.       Даже тот факт, что, едва появившись в компании, Андерсон полностью переделал кабинет по своему вкусу, жутко всех взбесил. Лучше бы раздал подчинённым премии, так сказать, для успешного вливания в коллектив!       И в итоге за новым боссом прочно закрепилась кличка «еблан».       Даже внешность начальника не преминули обсудить, правда, с меньшим пылом, потому как завидовать там было чему. Андерсон не зря не понравился Юджину с первого взгляда: он был высок ростом, в отличие от самого Юджина, чьим достижением стали окончательные и бесповоротные сто шестьдесят девять сантиметров, строен и весьма привлекателен, с густой и аккуратной шевелюрой каштановых волос, милой сдержанной улыбкой и глубоким проницательным взглядом карих глаз. Можно сказать, новый босс являл собой полную противоположность небрежно заросшему светловолосому Юджину, взиравшему на мир мутным взглядом водянистых серо-зеленых глаз.       Конечно, Юджину не за что было пенять на себя в плане привлекательности: на отсутствие внимания со стороны женского пола он никогда не жаловался. Но до Аарона Андерсона ему было как до Луны пешком. На такого, как он, дамы всегда реагируют с повышенным интересом. Это бесило до чертиков и заставляло Юджина с удвоенным рвением придумывать в адрес начальника новые издевательские шутки и клички.        Очередное прозвище не замедлило появиться после того, как сотрудницы, особо падкие на интрижки с привлекательными сослуживцами, в один голос заявили, что мистер Андерсон ни в какую не поддаётся их чарам, не единожды проверенным в деле. Обсудив во время очередного перекура новую информацию и сложив все имеющиеся данные — ухоженная внешность, поведение, незаинтересованность в женском внимании к своей персоне и т.д., и т.п. — в общий котёл, коллективный разум выдал единственный логичный вывод: руководитель отдела маркетинга — гей. К нему тут же приклеилось прозвище «пидор», которое, естественно, произносилось шепотом, но от этого не менее смачно, ибо характеризовало оно, по мнению сотрудников, не только его предпочтения в сексе.       С того момента Юджин стал пристальнее приглядываться к боссу. Так и подмывало поймать его на том, а не пялится ли он на мужские зады и промежности, не оказывает ли кому-то из подчиненных особого внимания. Но Андерсон был всё так же сдержанно вежлив и приторно правилен со всеми сотрудниками, независимо от пола и возраста. Он всегда улыбался и никогда не повышал голоса, был до зубовного скрежета терпелив, объясняя какие-то непонятные моменты на еженедельных планерках отдела и отвечая на подчас откровенно тупые вопросы. В общем, без слёз зависти не глянешь, потому что, будь Юджин на его месте, эти олухи огребали бы от него по полной программе и такими словами, которым в школе не учат.       И тут Юджина внезапно осенило: да как он мог подумать, что такой тип, как Андерсон, поведется на простых трудяг? Он точно трахается с кем-то из вышестоящих. С самим генеральным, к примеру. А, может, этого напыщенного хлыща имеет кто-то из инвесторов. Нет, ну каким еще волшебным способом человек из ниоткуда смог получить высокую должность, когда тут и своих претендентов пруд пруди? Теперь все стало ясно, как божий день.       Юджин возненавидел нового босса еще сильнее. Он, как и прежде, не упускал возможности придумать в компании сослуживцев-единомышленников очередную колкую остроту в адрес ориентации Андерсона и его «достоинств», приглянувшихся вышестоящему начальству. Не забывал упоминать и про выдающиеся способности постоять на коленях или дать в задницу ради достижения своих целей.

***

      Обещанный фуршет Андерсон устроил спустя два месяца после того, как впервые появился в компании.       Сотрудникам было милостиво разрешено закончить работу на час раньше. Кейтеринговая служба какого-то дорогого ресторана быстро организовала прямо в отделе столы с разнообразной закуской и элитной выпивкой, которую многие из простых менеджеров никогда не смогли бы себе позволить заказать в баре, только если бы специально не копили, чтобы однажды благополучно пропить без ущерба для кошелька. Голодная и падкая на дармовую выпивку братия менеджеров с усердием принялась уничтожать и то, и другое: другое — с утроенной энергией.       Опрокидывая в себя элитное пойло стакан за стаканом, Юджин с тихой злобой наблюдал, как босс медленно ходит по отделу, перемещаясь от одной группы людей к другой, улыбается своей мерзкой ухмылкой и благодарно кивает, выслушивая хвалебные тирады захмелевших подчинённых в свой адрес. При этом сам почти не пил, лишь изредка пригубляя виски из своего стакана и чокаясь им со всеми желающими. А потом и вовсе завис в группке сотрудниц, обступивших его со всех сторон и наперебой что-то мило ему щебетавших.       И созерцая всю эту грёбаную идиллию, Юджин вдруг сорвался. Возможно, сказалось неимоверное количество выпитого алкоголя, а, может быть, чашу терпения переполнило ощущение несправедливости — чувство, крепнувшее в нём день ото дня, ведь судьба повернулась к нему задом за полшага до заслуженного успеха.       Он быстро нашёл себе свободную компанию ушей и, уже совершенно не контролируя свой словесный поток, принялся выдавать всё то, о чём тихо перешептывались между собой, судачили в курилке и кидали друг другу в переписке. Рассказывал громко и язвительно, смачно приправляя отборным матом. И как бы ни шикали на него, как бы ни просили заткнуться, Юджина было не остановить.       Коллеги пьяно, но с видимой опаской озирались вокруг, высматривая босса, и, не обнаружив, вздыхали с облегчением: кажется, пронесло. Юджина живо выпроводили из офиса и в почти бессознательном состоянии запихнули в такси. Честно говоря, проблем на работе никому не хотелось, а увольнения за длинные языки и грязные речи — и подавно.       На следующий день половина сотрудников отдела маркетинга умирала от жесточайшего похмелья. В том числе Юджин. Он и рад был бы стереть вчерашний вечер из памяти, но друзья-коллеги не преминули с самого утра расписать в красках его, мягко говоря, неосторожные высказывания в адрес босса. Оставалось надеяться, что мистер Андерсон ничего из сказанного не слышал, и что никто из желающих лизнуть его зад с целью заслужить расположение, не донес на бедолагу Флетчера.       Как назло, на сегодня была назначена очередная еженедельная планёрка, которую страдающие от последствий выпитого накануне алкоголя менеджеры едва смогли высидеть, пялясь во все свои заплывшие красные глаза на бодрого Андерсона. Когда вялотекущая беседа была окончена, и все с облегчением направились к выходу, плетущемуся позади всех Юджину в спину прилетело:       — Мистер Флетчер, сегодня до конца рабочего дня предоставьте мне, пожалуйста, отчет по своим клиентам за предыдущий месяц с выборкой по штатам и округам и анализом текущих активов.       Юджин обернулся и хрипло выдал в ответ:       — Хорошо, мистер Андерсон.       Он удивился такой просьбе, подумав про какой-то возможный подвох или насмешку, но не увидев ничего подозрительного в лице босса, развернулся и вяло поплёлся к своему рабочему месту.       Красноречивые сочувствующие взгляды коллег просто кричали: он всё слышал, он всё знает, Флетчер, тебе пиздец. Спасибо, блять, и сам уже догадался, что этот пидор в курсе, зло думал Юджин.       И надо же ему было напиться до беспамятства, чтобы так распустить свой длинный язык! Теперь его точно уволят, а на положительные рекомендации нечего и рассчитывать.       Только зачем Андерсону весь этот спектакль с отчётом? Мог бы просто вызвать к себе и сказать, что Юджин уволен. Ну да, для увольнения ведь нужна причина. Не объявлять же всем о том, что сотрудника увольняют только за то, что он прилюдно обозвал начальника нетолерантными словечками?       Вернувшись на рабочее место, Юджин потёр виски гудящей как колокол головы и начал думать, как выполнить требуемый отчёт. Собираться с мыслями было тяжко: любое умственное напряжение немедленно отдавалось тупой болью в затылке и приступами вязкой тошноты, подступающей в горлу. Однако сдаваться просто так было не в его характере. Он сделает этот грёбаный отчёт и ткнёт вечером ненавистному боссу в его наглую физиономию, чего бы ему это ни стоило!       Это стоило Юджину отсутствия перерыва на обед и всех дневных перекуров. Но и после всех принесенных «жертв» к концу дня отчёт был готов лишь на две трети. Понимая, что катастрофически ничего не успевает, уставший и голодный Юджин решил ещё немного задержаться, чтобы к утру всё доделать. С небольшим опозданием, но задание он выполнит.       Стараясь не обращать внимание на собиравшихся домой радостных коллег, Юджин с удвоенной энергией принялся стучать по клавишам и кликать «мышкой», периодически сверяясь с распечатками из разных папок на своем столе. Кто-то из этих уродов, проходя мимо, даже ободряюще похлопал его по плечу.       Постепенно все сотрудники разошлись. Офис опустел, основное освещение почти везде выключили, оставив тусклые ночные светильники. Кабинет босса, к вящей радости Юджина, тоже был пуст: тот ушёл немногим позже остальных. В тишине работа пошла чуть быстрее, и Юджин всерьёз настроился закончить сегодня треклятый отчёт.       Оставшись один, он с облегчением откинулся на спинку кресла, чтобы, наконец, размять затёкшие от однообразной напряжённой позы мышцы. Но не успел он и на минутку расслабиться, как в конце коридора раздался звонок прибывшего лифта. Двери разъехались в стороны и явили… мистера Андерсона собственной персоной, направившегося прямиком в свой кабинет. За стеклянными стенами вспыхнул свет. Привстав и выглянув из-за перегородки, Юджин с недовольством увидел, как тот снял пиджак и повесил его на спинку массивного кожаного кресла, затем расслабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.       По всему выходило, что вернулся босс не просто потому, что что-то забыл.       В целом Юджину было глубоко плевать на то, зачем Андерсон появился в офисе. Он снова попытался сосредоточиться на своем многострадальном отчёте, но стоило лишь опустить глаза на экран компьютера, тишину пустого зала нарушил тихий голос:       — Мистер Флетчер, зайдите ко мне.       А вот это уже было плохо. Решил поговорить с глазу на глаз и все-таки объявить, что он уволен?       Юджин горестно вздохнул, медленно встал из-за стола и направился в кабинет, который не так давно представлял в мечтах своим.       Андерсон полусидел на краю длинного дубового стола. Даже так он возвышался над стоящим перед ним Юджином почти на целую голову. Уж лучше бы сел, подумал он, неуютно ощущая себя каким-то карликом.       — Слушаю вас, мистер Андерсон. — Он сглотнул: в горле было сухо. Хоть Юджин и старался говорить как можно спокойнее, но на душе выли кошки и скреблись волки. Или наоборот.       — Я бы хотел кое-что прояснить, мистер Флетчер.       От этих слов у Юджина похолодело внутри. Он понял, что от него ждут извинений, но рассчитывать на то, что слов будет достаточно, не следовало. Особенно учитывая весь масштаб вчерашнего красноречия.       — Извините, мистер Андерсон, мне не нужно было увлекаться спиртным. Я не понимал, что говорю, и я совсем не считаю вас… Я не думаю, что вы… — запинаясь, начал Юджин, но нетерпеливый взмах руки заставил его умолкнуть.       Босс поднялся на ноги: казалось, так он ещё больше навис над Юджином.       — Давайте начистоту. Я могу понять причину вашей ненависти ко мне. Вы рассчитывали на повышение и делали это вполне справедливо, в этом я смог убедиться лично.       Андерсон замолчал, и Юджин увидел, как его обычно спокойные глаза сверкнули искорками гнева.       — Но вот чего я не понимаю — почему ты не пришел в этот кабинет и не высказал свои претензии, глядя мне в глаза, — неожиданно перешёл на «ты» Андерсон.       Юджин открыл рот, но тут же закрыл его, так ничего и не сказав от охватившего его шока.       — Почему вчера ты не подошёл и прямо не сказал мне то, что наговорил за моей спиной? Всё и теми же словами, м? Я бы ударил тебя, Юджин, а ты имел бы возможность дать мне сдачи. По-честному, по-мужски, без обиняков. Мы набили бы друг другу физиономии, потом поговорили и всё выяснили, может, выпили бы по стаканчику и разошлись, каждый при своем мнении. Но ты этого не сделал. И свой шанс на разговор на равных упустил.       — Мистер Андерсон… Аарон… Не увольняйте меня…       — Я не собираюсь тебя увольнять, ты грамотный сотрудник и отлично разбираешься в своём деле. Но я хочу, чтобы ты извинился за свои слова.       — Простите меня.       — Твои извинения я приму только одним способом. На колени.       — Аар…       — В моём кабинете нет камер, — перебил его Андерсон, — но он частично просматривается из общего зала. Сейчас мы с тобой находимся в одной из слепых зон. Если не хочешь засветиться на видео в весьма недвусмысленной позе, советую оставаться здесь. В противном случае я вытащу тебя в зал, и свои извинения ты принесешь там.       Юджин, все ещё не веря собственным ушам, оторопело взирал на стоящего перед ним босса и не двигался с места. А тот вдруг протянул руку и одним рывком заставил буквально упасть на колени. И сильно стукнуться ими о гранитный пол.       Мысли лихорадочно забегали в голове Юджина. Да, он был неправ вчера, всё так. Неправ и позавчера, и неделю назад. С самого начала, как только Андерсон пришел в их отдел… Теперь, стоя на коленях с глазами на уровне ширинки босса, он осознал, что надо было хорошенько подумать, прежде чем распускать язык, как помело, на самом деле больше жалея себя, чем испытывая ненависть к боссу.       Пока Юджин соображал, Андерсон вдруг крепко сжал волосы на его затылке, стянув их в кулаке. Другой рукой он расстегнул ремень и брюки и приспустил белье, обнажив член. Юджин видел в жизни не очень много мужских достоинств, а так близко — так вообще впервые. И просто стоял на коленях, заворожено глядя на немаленького размера пенис босса: с темной кожей, выступающими буграми вен и налившейся розовой головкой.       Наблюдая за тем, как Андерсон быстро раскатывал по стволу презерватив, Юджин с каждым мгновением все отчётливее понимал, что тот не шутил, но вместо того, чтобы вырываться, он продолжал стоять в каком-то оцепенении.       Андерсон дернул застывшего Юджина ближе к себе и мазнул головкой по его сжатым губам.       — Постарайся, как следует, и поосторожнее с зубами, я этого не люблю, — донеслось до Юджина, и он очнулся, как от пощёчины.       Член снова легко, словно заигрывая, прошёлся по губам, и в нос ударил стойкий запах клубничной смазки. Юджин хотел было вырваться или ударить, но мысль о том, что тогда он, скорее всего, стопроцентно будет уволен, остановила этот секундный порыв. Он послушно приоткрыл рот и, пытаясь подавить подступившую к горлу тошноту, попробовал обхватить головку губами, но тут же отпрянул, шипя и отплевываясь.       — Нет, это никуда не годится, — услышал Юджин сверху недовольное фырканье босса. — Вчера твой рот неплохо поработал, так почему бы и сегодня ему этим не заняться?       Пальцы Андерсона снова сжали волосы в кулаке: ощутимо, но небольно. А Юджин уже вовсю таращился на вставший член босса и думал о том, как «это» вообще может уместиться у него во рту. Долго думать ему не позволили: длинные пальцы Андерсона пробежались по его щеке, спустились к подбородку и, обхватив нижнюю челюсть, надавили на щёки, заставляя открыть рот. Андерсон вошёл сразу глубоко, от чего Юджин подавился и закашлялся, норовя вытолкнуть член обратно. Но босс тут же начал двигаться, ритмично покачивая бедрами и обхватив голову Юджина двумя руками, с каждым толчком вдалбливаясь каменно твердой плотью глубже в его рот и вынуждая горло вибрировать от рефлекторных рвотных позывов.       Юджин попытался обхватить член губами, но от трения они быстро начали щипать, несмотря на смазку. Ему пришлось раскрыть рот шире, и Андерсон вклинился до самых гланд, заставив Юджина содрогнуться всем телом в уже едва сдерживаемом позыве. Слюна обильно стекала по его подбородку, а в уголках зажмуренных глаз скопились слёзы. Чтобы не потерять равновесие и не упасть, он схватился руками за штанины босса, скручивая в пальцах дорогую тонкую ткань.       Юджину уже начало казаться, что эта пытка никогда не закончится, как вдруг Андерсон едва слышно застонал и в этот раз больно стянул его волосы в кулаке, кончая. Шумно выдохнув пару раз, он разжал пальцы, отпустил волосы и выскользнул изо рта Юджина. Тот обессиленно осел на пол, судорожно всхлипывая и пытаясь сдержать подступившую к горлу тошноту, чтобы ненароком не заблевать туфли босса: даже в затраханном почти до потери сознания состоянии он помнил о своей висящей на ниточке должности.       Андерсон отошёл к столу, вынул салфетки из лежащей там коробки и привёл себя в порядок. Затем протянул коробку трясшемуся от беззвучных рыданий Юджину. Тот вытянул дрожащей рукой пару салфеток и кое-как вытер опухшие губы и мокрый подбородок.       — Если ты думаешь, что меня возбуждают подобные вещи, ты ошибаешься.       Юджин наконец-то осмелился поднять затуманенный взгляд на босса. Карие глаза Андерсона были серьезными, словно не он сейчас получал удовольствие. Глумливого превосходства или мстительной насмешки в них не было.       — Туалет там, — спокойно указал он в сторону.       Юджин молча поднялся на ноги, его подташнивало. В маленькой уборной он умылся, но сколько бы ни старался вызвать рвоту для облегчения скрученного узлом желудка, ничего не вышло. Он все ещё ощущал во рту противный вкус клубничной смазки, несмотря на то, что прополоскал его не один раз. Юджин глянул на себя в зеркало и кое-как пригладил растрепавшиеся волосы. Да уж, хорош, подумал он с отвращением. Давно пора подстричься. И купить новую рубашку.       Вернувшись в кабинет, он застал босса на том же месте около стола со стаканом виски в руке. Второй стакан он протянул Юджину, который благодарно кивнул в ответ и щедро отхлебнул выпивки, которая обожгла глотку словно огнем.       — Да, к твоему сведению, я тут ненадолго, максимум на полгода. Меня пригласили, чтобы помочь выбрать из сотрудников достойного кандидата на место начальника отдела. Во многом мои предпочтения склоняются к твоей кандидатуре, но тебе предстоит ещё многому научится в отношениях с людьми, если ты рассчитываешь добиться успеха. А главное — завязывай с алкоголем, серьёзно.       Андерсон замолчал на пару секунд, затем добавил:       — Не принимай сегодняшнее близко к сердцу. У меня не было цели унизить тебя, но ты сам напросился.       Юджин так и замер, будто обухом по голове оглушённый словами, смысл которых дошёл до него не сразу. А когда осознал, особенно то, что могло скрываться за весьма двусмысленным словом «предпочтения», осушил свой стакан одним махом. Он дрожал. Было и стыдно, и мерзко. Всё разом. Несмотря на природную словоохотливость, сейчас сказать ему было нечего.       — Больше я вас не задерживаю, мистер Флетчер, внизу ждёт такси. Завтра до обеда ваш отчёт должен лежать у меня на столе. Спокойной ночи!

***

      На утро Юджин, опоздавший на работу на добрых полчаса, влетел в офис и, наспех поздоровавшись с коллегами, плюхнулся в своё кресло. Он привстал и выглянул из-за перегородки: босс медленно прохаживался по кабинету и, судя по всему, с кем-то беседовал по громкой связи. Он заметил Юджина и коротко кивнул ему, не прерывая разговора.       Разрываемый на части противоречивыми эмоциями, Юджин снова опустился в кресло и увидел на своём столе, среди сваленных как попало страниц распечаток, длинный конверт из крафтовой бумаги, подписанный его именем. Почерк был ровный и красивый — гадать, от кого это послание, не пришлось.       Чуть дрожащими руками Юджин вскрыл конверт. На ладонь ему выкатилась малюсенькая баночка увлажняющего бальзама для губ с клубничным ароматом. А клубнику Юджин Флетчер терпеть не мог с самого детства.       Ещё в конверте обнаружилась маленькая карточка из плотной бумаги, на которой, как новая пощёчина, горело издевательское «Повторим как-нибудь?»