Дереализация

Первый снег в Питере казался чем-то чарующим. Точнее это был не самый первый снег. Самый первый снег прошёл ещё в начале октября, но скорее напоминал неожиданно холодный дождь. Это же был долгожданный полноценный снегопад. Снежинки кружились в своём чарующем вальсе, вытанцовывая невероятные кульбиты, после чего падали на землю. Но стоило им упасть всего на мгновение, сильный и грубый ветер опять подбрасывал из вверх, заставляя их кружиться снова и снова до момента, пока они не прилетят в лицо какого-то человека и не растают на раскрасневшихся щеках и потрескавшихся губах. От ледяного воздуха было неприятно делать вдох. Захватывая немного воздуха в лёгкие, их сразу пробирала непонятная острая боль. Казалось, словно десятки ледяных звёздочек, подобно японским сюрикенам, врезались в горло, а после проникали ниже, раня дыхательные органы своими острыми краями. Некоторые снежинки попадали на ресницы, оставаясь там и собираясь в кучки, заставляя окружающую картинку блестеть от преломления света на их кончиках. Всё вокруг казалось чем-то сказочным и не совсем реальным. Классическим набором одежды коренного жителя Питера для поздней осени уже давно были непромокаемые ботинки, которые можно носить в любую погоду; тёплые штаны из непродуваемой или непромокаемой ткани, которые позволяли держать ноги в нужном тепле; носки, обязательно не шерстяные, а лучше синтетические, ведь при намокание шерсть быстро остывала; надетый, поверх деловой рубашки или обычной футболки, свитер из какого-то тёплого материала; обычная тёплая шапка, желательно с возможностью спрятать от холода не только верхнюю часть головы, но ещё и щёки, ведь иначе в дополнение к шапке шёл шарф; а последним шёл пуховик, который одевался в середине октября и снимался только в конце апреля, когда термометр показывал уверенные +5 градусов по Цельсию. Переходя с тихой улочки на Невский проспект, первое, что ожидаешь увидеть – десятки бегущих куда-то людей, что голдят без умолку и одеты по всем стандартам питерской погоды. Однако на этот раз всё выглядит немного иначе. Выйдя из подворотни, уже готовишься к гудению машин, однако на удивление Невский проспект кажется абсолютно пустым. Ни единой машины не проезжает за те пару минут, что занимает путь из подворотни до автобусной остановки, которую медленно заносит снегом. Маленькая автобусная остановка нового типа, с металлическими скамейками, стеклянными стенками и большой картой близлежащих окрестностей, казалась игрушечной. Словно вышедшей из снежного шара, что стоял раньше на книжной полке. В голове сразу представилась картина того, как маленькая девочка трясёт сувенир, подаренный родителями, а после наплюлает на падение крупных хлопьев снега на прозрачную крышу. Единственные люди, которых можно было увидеть, стояли около остановки и ждали транспорт. Они ничем не выделялись. Все были указаны в пуховики и стояли, переминаясь с одной ноги на другую, не желая садится на холодную металлическую лавку. Девушка с ребёнком стояли рядом с картой города, разглядывая удочки и называя их вслух. В руках у женщины был белый стаканчик с кофе из булочной, что была напротив. Небольшие кофейные капельки, что вытекли наружу при закрытие крышкой стакана, уже давно замёрзли, превратившись в полупрозрачные кофейные сосульки. В крафтовом пакетике с логотипом булочной лежал уже покусанный розовый пончик с яркой обсыпкой разных цветов. Ребёнок задорно смеялся с названий улиц, которые он с трудом читал по слогам, каверкая некоторые названия, а мать гладила его по голове, после чего давала укусить пончик. Смотря на эту картину свои снова переносились в прошлое. И снова в руках был большой снежный шар с крупными блёстками, которые представляли собой снежинки. В комнате с тусклым, но тёплым освящением стоял стол, заваленный огромным количеством листов бумаги, карандашей, маленьких игрушек. Среди всего этого хаоса стояла тарелка с небольшим кусочком недорогого, но вкусного шоколадного торта, а так же кружка горячего чая от которого шёл согревающий пар. Встряхивая шар раз за разом, было сложно отвлечься от медленного вальса блестящих кусочков. – Попей чаю, – донёсся призрачный голос матери, который казался таким же тёплым, как кружка, которая заменила собой шар в маленьких детских ручка. – Только не забудь подуть. А то снова можешь обжечь язык, – продолжает говорить мама таким далёким голосом. Взяв в руки кружку, а после подув, в чай опускается чайная ложка, которая перемешивает напиток, а после наполняется им. Приподнимая её, ощущается, словно мама тоже дует на ложку, чтобы не дать своему ребёнку обжечься. Сделав так несколько глотков, наконец ложка ложиться на тарелку с шоколадным тортом. Отломив небольшой кусочек угощения, ложка быстро отправляется в рот, наполняя рот приятным вкусом шоколада. Сложно удержаться от того, чтобы съесть всё разом, однако успевшие осесть блёстки в среднем шаре снова привлекают внимание. После того как ещё одна ложка десерта была съелена, ей на смену приходит сувенир. И снова очередной раз он встряхивается в маленьких детских ручках. Но в этот раз они не удерживают его. Снежный шар падает на паркет и разбивается вдребезги, заливая всё вокруг водой с блёстками. Некий контроль над мыслями и возвращение в реальность приносит ребёнок, который решил удачить по металлической конструкции остановки палкой, которую нашёл в сквере рядом. Для того, чтобы стало легче понимать происходящее понадобилось встряхнуть головой и провести ладонью по лицу, сбрасывая с ресниц и бровей множество снежинок. Тихий выдох, выпускание пара из рта и попытка моргнуть не то, чтобы принесла ясность в происходящую ситуацию. Хотелось вдохнуть глубже и остудиться, поэтому в голову сразу же пришла мысль о том, что стоит растегнуть тёпл куртку и дать окружающей среде самостоятельно всё сделать. Для большего эффекта захотелось присесть на лавку, которая была присыпана тонким слоем снега, но была не занята. Лиь рядом с ней стояла пара, состоящая из мужчины и женщины. Мужчина был восточной национальности, со слегка тёмной кожей, спокойными чёрными глазами и тату третьего глаза на лбу. Голос его был умиротворяющтм и спокойным. Его собеседница была похожа на стереотипную русскую девушку, которая имела светлые волосы, добрые, но слегка глупые голубые глаза, а так же красные и слегка припухшие от мороза, губы. – Чакры, – тихо говорил мужчина, напоминая своей интонацие какого-то гуру, что под звуки варгана рассказывают лекции о чистоте души и достижение высшего просветления. – Они помогают нам концентрировать свою внутреннюю энергию и мысли в одной точке, давая моментам из памяти силу, неподвластную незнающему человеку. Девушка смотрела на своего гуру, едва не заглядывая ему в рот. Казалось, словно автобусную остановку накрыли куполом от снежного шара, который ещё не успели разбить. Окружающие звуки отскакивали от наружных стенок стеклянного шара не пуская внутрь никаких посторонних звуков. Очередная попытка встряхнуть головой и сесть на лавку, до того, как мысли улетят куда-то в сторону была удачнееч чем прошлая. Усаживаясь на дальний край, чтобы не сидеть рядом с мамочкой, ребёнком и непонятными поклонниками чакр, ненадолго показалось, что ожидание автобуса не будет чем-то долгим. Такое ощущение сохранялось ровно до того момента, пока от стенки едва-ли не отлип пухлый мужчина в возрасте слегка за 60. На его пышных, но неухоженных усах уже скопилось много снежинок и даже повисло несколько сосулек. Чёрная рваая зимняя куртка была расстёгнута и явно уже давно прошли дни, когда она могла поддержать тепло. Под ней был такого же цвета свитер, на котором так же давно собрались снежинки. – Двинься, – буркнул он, едва ли не падая на скамейку, позволяя отскочить в сторону в последний момент. – Ужас, а не молодёжь, – продолжает бурчать он, доставая из кармана маленькую бутылочку водки, которая уже немного была отпита. По характерному запаху от мужчины, сразу стало понятно от кого доносился этот противный аромат. Не подчиниться его словам, было вполне приказу. Скамейка предательски хрустнула под мужчиной. – А ведь раньше я был актёром. Пока жена не ушла. Выступал со своими собаками в ТЮЗе, а после пережил каждого из них, – он говорит с заметной горечью и голос кажется знакомым. Мысли цепляются да выступление с собаками и вновь всплывает картинка из детства: в театре юного зрителя, что был недалеко от дома проходило выступление, на которое каким-то чудом получить найти бесплатные билеты. Выступали дрессированные псы, которые вытворяли забавные трюки за небольшое угощение от своего хозяина. Они кувыркались, крутились и прыгали, следуя программе. Сидя в первом ряду и сжимая руку мамы, было так забавно наблюдать за происходящим. Милые пушистики были совсем близко. И вот настало время последнего трюка. Чёрный, как смоль пёс, прыгал по тумбочкам, а после с невероятной грацией пролетал сквозь кольцо. Из очередного потока мыслей помогла вырваться напуганная ворона, которая пролетела в паре сантиметров от лица, едва не задевая его своим крыльями. Вслед за хлопками крыльев послушался ещё один удар палкой по металлической конструкции, а после по стеклу. Непроизвольно сощурив глаза, показалось, словно, окружающий автобусную остановку, стеклянный шар был разбит. Наконец послышался звук подъездаюшего автобуса. Звуки выхлопов и трещания дверей сменили собой звук ударов по стеклу, окончательно вывадя сознание из состояния транса.