ПP̷АB̷O̷C̷Y̷ДИE

«'Cause they push and pull me down. And I'm forced to face the who I've become. The silence screams so loud. I caught myself before the bottom. I need a new way, give me a new way out»

      Отоспаться мне на дают. Недовольно морщу нос и перекатываюсь на бок от назойливого стука в дверь.       — Эй, голубки! — кричит кто-то из коридора. — Намиловались уже, надеюсь?       Райз бормочет ругательства и притягивает меня к себе, устраиваясь удобнее.       — Да дай ты им побыть вдвоем, — ворчит второй голос, и узнаю в нем Харриса. — Столько не виделись нормально…       — Успеют, времени у них теперь вагон! — фыркает некто, и Райз со вздохом садится, потирая помятое лицо.       — Чего тебе, Сайк? — рявкает он и потягивается. А я ласково провожу рукой вдоль его позвоночника, отчего Райз вздрагивает и сжимает мое бедро через простынь.       — Мы вас заждались, между прочим. Вопрос о разоренном городскими складе еще никто не снимал.       — Вот дерьмо, — цедит Райз сквозь зубы и нехотя поднимается на ноги. — Погоди. Дай пару минут.       — Ладно. Мы у Джейка, если что, — бросает Сайк, и следуют удаляющиеся шаги.       — Какие-то проблемы? — спрашиваю и потягиваюсь в попытке согнать остатки сна. Но они уходить никак не желают. Зеваю и щурюсь от света настольной лампы, которую включил Райз.       — Проблем здесь всегда хватает, — отвечает он, натягивая брюки. — Но сейчас есть одна крайне существенная. Ты поспи, отдохни, — смягчается он и склоняется ко мне. Чмокает в щеку. — Я сам разберусь.       — Нет, — тяну капризно. — Я с тобой. В горе и в радости, забыл?       Райз хмурится и ворчит что-то неразборчивое, но лезет в шкаф и достает оттуда мои джинсы, майку и куртку.       — Вот, — кладет рядом со мной одежду и натягивает футболку. — Белье, если что, в комоде в ванной.       — А я было подумала, ты хочешь, чтобы я шла без него, — игриво улыбаюсь и откидываю простынь в сторону.       Райз усмехается и помогает встать, после чего стискивает в объятиях. Лениво целует, поглаживая ягодицы, и шепчет в мои губы:       — Я бы, может, и хотел, но в таком случае сосредоточиться на насущном вопросе никак не смогу.       — Тогда не стану тебя отвлекать, — хмыкаю и направляюсь в ванную, намеренно вихляя задом.       — Уже, — бросает вслед Райз и шлепает ниже спины, отчего с хохотом захлопываю дверь перед его носом.       Ребятам пришлось нас подождать дольше заявленных пары минут, потому что по пути к месту назначения мы дурачились и целовались по углам, как подростки. И такая радость расцвела в душе от внутреннего состояния и задорного настроения, словно вместе, рука об руку, мы с Райзом можем и горы свернуть, и мир спасти, и вообще сделать все, что угодно.       — Твою же мать, — с улыбкой тянет Сайк, когда мы в обнимку входим в номер. — Куда вы подевали привычного старика Уоррена? Я тебя таким довольным отродясь не видел, — говорит он Райзу и хлопает его по плечу.       — Да пошел ты, — беззлобно отмахивается Райз. Взлохмачивает и без того растрепанные волосы и плюхается на диван, утаскивая меня за собой.       — Что ты с ним сделала, Эйва? — с притворным удивлением спрашивает Сайк, и закатываю глаза.       — Брось, половина мотеля слышала, что она с ним делала, — со смешком говорит Джейк, и Алиса тут же вспыхивает румянцем и тычет его в бок.       — Завидно, мальчики? — хмыкаю, устраиваясь в объятии широко улыбающегося Райза, и парни едва подавляют смех.       — Вот это по-нашему. Рады снова видеть тебя, Эйва, — чуть склоняет Сайк голову в знак приветствия. Киваю и ему, и всем присутствующим. — Собственной персоной, — добавляет с прищуром.       — Я тоже очень рада снова оказаться здесь, — отвечаю, прижимаясь к крепкому плечу мужа.       — С возвращением, — улыбается Джейк, и Алиса ему вторит.       — А где остальные? — вопросительно приподнимаю бровь.       — Саманта и Роб работают. Сейчас заселение, не могут отвлекаться, — отвечает Сайк. — Харрис отсматривает записи с видеокамер. Пару новеньких мы не звали сегодня. Потом тебя познакомим с ними.       — Ясно, — киваю с улыбкой. — Многих взяли?       — Четверых, — отвечает Райз, и поднимаю на него взгляд. — Но они пока под вопросом.       — Потому что кто-то из них может быть тем, кто сдал мое местоположение, — суровеет Сайк и достает из холодильника несколько бутылок пива.       Райз откупоривает пару и одну протягивает мне.       — Уже не считаешь, что это мы? — поддеваю Сайка и прикладываюсь к горлышку.       — Перестань, — фыркает он. — Я же просил прощения за тот случай.       — Вообще-то, нет, — замечает Джейк, и Сайк на него зыркает с недовольством.       — И захотел бы, вас не заподозрил. Ты была в отключке, а Райз носился с тобой, так что ни вы, ни твоя каверзная мозговая сожительница не могли слить информацию, некогда было. Да и не знал никто из вас, где я находился в тот момент, — ворчит Сайк и салютует нам бутылкой.       Проглатываю ремарку о том, что он по-прежнему не извинился, и примирительно отпиваю из горлышка.       — Значит, на повестке дня у нас поиск крысы? — спрашиваю. Снимаю обувь и забрасываю ноги на подлокотник.       — И оценка нанесенного ущерба, — поджимает губы Сайк. — Городские мрази теперь не только подходы к Синергерону контролируют, но и пускают по нашим следам своих ищеек. И нанитами своими повадились баловаться, — сплюнул он на пол. — Райзу, как и тебе, домой путь теперь заказан, — смотрит он на меня.       — А значит, и лавочка с поставками прикрыта, — констатирую с горечью, которую тут же заливаю пивом.       — К сожалению, — вздыхает Райз. — Я мог бы рискнуть еще раз, мне до сих пор не вменили никаких обвинений, но…       — Нет, — пинаю я его под ребра. — Это слишком рискованно.       — Согласен, — говорит Сайк, и Джейк активно кивает. — Вы и так многое сделали за столь короткий срок. К тому же, гуманитарные грузы больше не пропускают на КПП, последнюю поставку нам сорвали. Может, тогда и заподозрили неладное, — задумчиво бормочет он.       — Вряд ли, — говорит Райз, поглаживая мою талию. — Я уничтожил все документы, там комар носа не подточит.       — А хрен их знает, — морщится Сайк, и рыжая прядь падает на его высокий лоб. — Тебя однажды допрашивали, да и ваша виртуальная подружка успела передать какие-то файлы…       — На самом деле, — перебиваю его я, — она не передала ничего важного. По крайней мере из того, что я успела отсмотреть.       — И тем не менее, игра не стоит свеч, — отрезает Сайк. — Раньше вы были двойными агентами, которых хоть и косвенно, но подозревали в «противоправной», — презрительно кривится он на этих словах, — деятельности. А сейчас вы оба пропали, да еще и отключились от системы надзора. Сами себя сдали с потрохами. Мы ждали этого момента, и хорошо, что он настал сейчас. Все же склады заполнить мы успели, — улыбается примирительно он. — К тому же, у нас есть Райз. Единственный, кто досконально знает систему сборки и серийные номера деталей. Что не воссоздадим, то сумеем достать через контрабандистов.       — Контрабандистов? — округляю я глаза и оборачиваюсь к мужу.       — Пришлось искать окольные пути, когда стало ясно, что вывозить запчасти за пределы города как раньше больше не получится, — пожимает он плечами и переводит внимание на Сайка.       А меня вдруг начинает мутить. Не от новости о контрабандистах — это ожидаемый и вполне логичный вариант. Но становится как-то нехорошо. Прочищаю горло и сглатываю подкативший ком. Часто моргаю, чтобы сконцентрироваться — картинка начинает расплываться перед глазами. Встряхиваю волосами, и фокус ко мне возвращается.       — Искорка, все в порядке? — озабоченно спрашивает Райз, склонившись ко мне. Все тут же стихают.       — Да, — рассеянно улыбаюсь я. — Просто… Слабость накатила. Наверное, все же сказываются усталость и недосып, — ободряюще сжимаю его ладонь и коротко чмокаю в уголок губ.       И тут же хмурюсь. Райз кивает и отворачивается к Сайку, который продолжает что-то говорить, но уже не вникаю. Перевожу взгляд на Джейка — тот сосредоточенно слушает, обнимая Алису. И на его щеке виднеется давнишний шрам.       А вот у Райза…       Снова прошибает дрожью. Веду плечами, силясь сбросить с себя стаи воображаемых мурашек, и отмахиваюсь от неприятного состояния. Пройдет. А вот от гадкого подозрения избавиться не могу. Снова гляжу на мужа, и глаза округляются — крошечный шрам на положенном месте. Но только что его не было!       Чушь. Наверное, просто свет так упал, что впадинка стала незаметной. В конце концов, мы недавно любовью занимались — что я, не заметила бы, если бы у Райза пропал шрам?       Немного попускает, и ерзаю на боку Райза, выискивая удобное положение. Но тут же складываюсь пополам от боли, давшей мощный удар под дых.       — Эйва! — спохватывается Райз. — Что случилось?       — Я не… — заикаюсь, все сильнее дрожа. — Не знаю. Я не знаю…       — Думаю, ей нужна диагностика, — констатирует Сайк. — Как вы на это смотрите? — осторожно спрашивает он.       — Да, — судорожно киваю. — Лучше… перестраховаться…       Ощущения в теле незнакомые, непривычные. Не такие, как при включении 2.0 или сбое системы, но от этого паникую сильнее. Что это еще за новый нахрен? Только от старого ведь избавились!       В номер влетает Харрис, начинает хлопотать вокруг меня. Очень смутно могу воспринимать как его действия, так и голоса. Колотит сильнее. Райз укладывает меня к себе на колени и придерживает голову, которая то и дело подскакивает против воли.       — С ней все в порядке, — хмурится Харрис. — В техническом плане — так точно, — убирает приборы в сумку. — Ничто не вмешивается в работу ни сердца, ни легких, ни мозга, все автономно и в полном порядке. Тут нужен врач, а не техник, — растерянно разводит он руками.       — Врач, говоришь? — бросает Сайк и присаживается на край дивана. — Не терапевт, конечно, но за неимением и я сгожусь, — мягко улыбается он и оттягивает мне веки. Светит фонариком, и от острой рези жмурюсь и дергаюсь. — Ты ничего не принимала? — спрашивает, ощупывая лимфоузлы. — Зрачки расширены, слишком явная реакция на раздражители…       — Только в симуляции, — отвечает за меня Райз. В голосе сквозит беспокойство. — Но мы все вывели. Она была чистая, когда пришла в себя.       — Любопытно, — бормочет Сайк. — Джейк, притащи-ка портативный анализатор, — бросает он через плечо. — Нервная система явно чем-то подстегнута, но если это не воздействие машины или вещества, то я не понимаю, чем…       — Может, вирус подхватила? — подает голос Алиса, что делает нечасто. — В госпитале были случаи, да и за его пределами в последнее время… — тушуется она, когда все оборачиваются к ней. — Пациенты, как и Эйва, не были подсоединенными к системе, но их настигал вирус. Симптоматика похожая…       Боль снова взрывается острой вспышкой, и вскрикиваю, вцепившись ногтями в обивку дивана. Меня подкидывает, и Райз прижимает к себе сильнее.       — Что за… — бормочет он. — Милая, где болит? — шепчет, когда приступ немного стихает.       — Не знаю, — выдыхаю.       Я и правда не понимаю. Не могу идентифицировать. Кажется, что болит буквально все. Каждая мышца, связка и кость.       Джейк влетает в комнату с анализатором, Харриса за чем-то отправляют. А я не могу ни пошевелиться, ни издать членораздельный звук. Судорога сковывает до того сильно, что кажется, еще немного — и зубы раскрошу.       — Мы сейчас проверим твою кровь, дорогая. Ладно? — спрашивает Сайк, но едва различаю слова. — У нее болевой шок, — говорит он в сторону. — Нужно срочно понять, чем он вызван. Если вирус…       Не могу. Ничего не могу. Ни связно мыслить, ни воспринимать, ни взаимодействовать. Тону во мраке, утаскивающем в свои тяжелые объятия. Слышу собственный крик будто издалека, и в нос ударяет мерзкий запах жженой резины.       Миг — и все меркнет окончательно. …│import time start_time= time.time() def fun(): a=2 b=3 c=a+b end_time= time.time() fun() timetaken = end_time — start_time print(«Your program takes: «, timetaken) # 0.0345│…

//…/0×0000001A/…/ MEMORY_MANAGEMENT/…/ ОШИБКА СЕГМЕНТАЦИИ /

      Вдох.       Что происходит?       Сердце неистово колотится. Боль пронзает грудную клетку. Воздуха мало. В ушах гудит, мозги ватные.       Где я?..       Пытаюсь разлепить веки. Ресницы будто склеивает что-то липкое, засохшее. Сквозь сцепленные зубы вырывается стон.       Страх с каждой секундой оглушающего непонимания происходящего вколачивается во внутренности с упорностью отбойного молотка. Мутит.       Окидываю расфокусированным взглядом окружающее пространство. Темно. Надо привыкнуть. Единственный источник света — видавший виды жидкокристаллический дисплей. На нем светятся красным зловещие цифры — 12:30.       — Блядь, — шепчу, ошалело вперившись во время.       В сознание врываются события последних недель. Слишком ярко проскакивают перед невидящим взглядом, исчерчиваются гребанными цифрами и бьют, бьют, бьют по темечку. Ввинчиваются во все еще сонный мозг, как сверло в бетон.       Свистящий выдох сопровождает непроизвольный вскрик.       — Райз?!       Поднимаю поплывший взгляд и в ужасе холодею. Кровь. Повсюду — на стенах, полу, потолке, мне. Будто огромный миксер забыли накрыть крышкой, и он размолотил к хренам крупную домашнюю скотину. Лучше бы это была она. Ведь рядом на полу лежит человек.       И я, блядь, знаю, кто это.       — Нет-нет-нет, только не снова!.. — тараторю, отползая от неподвижного Райза. — Не может быть, этого нахрен не может быть! — Взвизгиваю, и слезы, сдавив гортань, начинают литься по щекам.       В панике озираюсь, пытаюсь распознать обстановку. Дешевые выцветшие обои в безвкусный мелкий цветочек еще докибернетической эпохи виднеются под слоем… кишок и мозгов?.. Мутит сильнее от этого осознания.       Номер Джейка. Здесь мы разговаривали, пили пиво. И здесь меня накрыло странным припадком…       Потолок. Люстра-вентилятор. На ней что-то подозрительно болтается. Не хочу смотреть.        — Не хочу… — скулю вслух и зажмуриваю глаза. На миг. Перевожу дыхание.       Вновь ошалело оборачиваюсь. Мотаю головой, силюсь развеять мутную пелену. Нихрена не выходит — в голове все тот же пульсирующий вакуум.       И сейчас я бы предпочла ничего не помнить. Но мозг безжалостно подсовывает все, через что мы прошли. Что пережили и чего достигли. И от этого становится лишь больнее.       Осторожно приподнимаюсь и встаю на четвереньки. В нос ударяет запах чего-то едкого, от этого тошнота подкатывает стремительнее. Затыкаю рот ладонью, чтобы не выблевать внутренности. Их и так здесь слишком много.       — Тихо. Спокойно… — лепечу в тишину, разодранную моим частым дыханием и треском проводов за окнами. — Это все неправда. Это… симуляция, — уговариваю себя я, уткнувшись взглядом в пол. — Просто… просто 2.0 снова нас перехитрила. Да, да. Так и есть, — бормочу, преисполняясь призрачной надеждой.       Потому что я не собираюсь переворачивать тела и смотреть на мертвые лица. Не поверю больше. Чудо, что я помню все, что было до — и совсем не собираюсь думать о том, почему 2.0 не зачистила воспоминания.       Комната качается в такт стучащей набатом в ушах крови. Пульсирует, расширяется.       — Я ведь здесь уже была, — продолжаю говорить, чтобы заткнуть панику. — Была, да? Это симуляция. Идиотская, дебильная, жестокая симуляция, и на самом деле Райз жив. Он сейчас там, в реальности. И он обязательно меня вытащит. И все снова будет хорошо.       Бросаю затравленный взгляд на Райза и всхлипываю. Вдох-выдох. Как ни стараюсь себя убедить, как ни пытаюсь усмирить мрачную феерию истерики, она явно не желает уступать чадящему тревогой рассудку. Ощущение, будто это лишь раскачка. И вот-вот в барабанные перепонки ударят басы технорока, знаменующие начало фестиваля настоящего кошмара.       — Это все — не настоящее, — говорю громче, отползая к выходу. — Это лишь в моей голове. Выдумка больной машины.       И, будто издеваясь, память вспыхивает алым неоном, и из смазанной картинки, восставшей перед глазами, на меня льются крики боли, ужаса и отчаяния. Замираю, не в силах вдохнуть, и вижу очертания фигур, которые… вспарываю ножом.       Безликие, смутные, расплывчатые люди, тонущие в алом мареве, падают замертво от моей механической руки. Но мне недостаточно. Я набрасываюсь с ревом и разрываю плоть. Потрошу. Расшвыриваю кровавые ошметки. И каждому. Каждому. Каждому проламываю череп.       Помню страх. Животный, всепоглощающий ужас, охвативший нутро, когда я схватилась за сраную рукоять.       — Эйва!.. Остановись!..       Замахиваюсь с визгом, не помня себя от обилия красного цвета, кричащего откуда-то из глубин сознания. Пугающего, отупляющего, окрашивающего все вокруг. И бью. Бью. Бью.       — Нет…       Жмурюсь и утыкаюсь лбом в пол. Сотрясают рыдания. Затыкаю уши, чтобы не слышать предсмертных воплей. Неверяще мотаю головой, елозя ею по грязному липкому паркету. Пытаюсь сморгнуть ужасные видения. И не позволяю осознанию подобраться ближе, чем оно уже подобралось.       — Нет, — сиплю, дрожа всем телом. — Это не я. Это не могла быть я. Я этого не делала! — посылаю утверждение в провонявшее смертью пространство, отмахиваясь от все новых подробностей, всплывающих из смоляных луж подсознания, исчерченных теперь алыми брызгами.       Вскакиваю на ноги. С трудом затыкаю себя и сжимаю кулаки. Ярость наполняет пульсирующее болью нутро. Сглатываю ком в горле и от бессильной злости пинаю остатки стула.       — Зачем ты это делаешь?! — ору, оборачиваясь вокруг своей оси. — Я не верю тебе, 2.0! Твоя задумка не удалась — я тебе не поверила! — кричу громче, срываюсь на хрип. — Давай, зачисти меня снова! Откати до самого начала! И придумай что-то получше, сука ты синтетическая!       Хватаю роботизированное массажное кресло и швыряю его в стену, рыча от натуги. Древнее дерьмо рассыпается на запчасти, и следом летят ящики стола, бутылки и компьютер.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу тебя! — визжу, разрывая подушки и расшвыривая по всей комнатушке перья. Те липнут к алым пятнам, создавая причудливые уродливые узоры на стенах.       — Иди сюда! Поговори со мной, мразь! — падаю на колени и обхватываю запястье. — Ну же! Давай! — кричу предплечью, но огонек индикатора остается неподвижным. Не загорается ни красным, ни синим. В отчаянии ударяю кулаком по кровати, и та складывается пополам от прикладываемой силы. Под ней что-то мерзко чавкает, и замечаю ботинки Джейка, торчащие из-под обломков. С ними в комплекте ожидаемо идут ноги.       — Блядь, — шепчу, упав на задницу, и зарываюсь пальцами в волосы.       — Эйва, опомнись! — кричит на меня бурая фигура. Пытается обездвижить, держит за руки. Только одно стучит в мозгу. Опасность. Опасность. Опасность. Изворачиваюсь и опрокидываю фигуру, и отшвыриваю от себя еще одну, поменьше, что пыталась запрыгнуть на спину…       Бросаю взгляд к двери в ванную — там лежит в неестественной позе Алиса.       — Нет, нет-нет-нет… — все, что могу повторять, дурея от паники. Дергаю себя за пряди в попытке отрезвить, но единственное, чего достигаю — руку пронзает боль. Пялюсь на широкий свежий порез, хватая ртом воздух, и забиваюсь в угол в попытке спрятаться от воспоминания… Но оно меня все равно настигает.       — Искорка, нет!.. — восклицает безликая тень, прежде чем набрасываюсь на нее.       Я ее не знаю. Она пугает меня. Держит в хватке. Хочет навредить. Несет угрозу. Наношу удар за ударом рукоятью, сжимая лезвие в ладони, пока мозги не брызгают во все стороны…       Подскакиваю в ужасе и захожусь всхлипами. Нет. Нет-нет. Это не могла быть я. Я бы ни за что…       Поворачиваюсь к Райзу и закусываю губу.       — Я… Я не могла, — шепчу, и в груди взрывается фейерверк эмоций, который я не способна принять. Рыдаю в голос, сползая на пол. Вою и скулю, не в силах осознать.       Я теперь сама не уверена, что на самом деле произошло.       Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем ослабеваю настолько, чтобы умолкнуть. Лежу, бессмысленно пялясь на Райза, и не могу собрать себя в кучу.       Нужно ведь что-то делать. Только вот… Что?..       — Как минимум, уйти отсюда, — шепчу и заставляю себя встать.       Но замираю на месте, не в силах отвести взгляд от лежащего у моих ног тела.       — Райз… это ведь неправда. Да?.. — спрашиваю у него, но он не отвечает. — Скажи, что это неправда, — всхлипываю и зажимаю рот ладонью. — Нет. Этого не могло произойти, — бормочу себе и остервенело мотаю головой.       Перевожу взгляд к шкафу и жмурюсь. Там Сайк. И, кажется, чувствую, с каким сопротивлением выламывала его ребра. Руки будто до сих пор ощущают тепло его плоти.       Бреду к выходу, не замечая, как стекло и щепки протыкают босые стопы. Шагаю в темный коридор и направляюсь в наш с Райзом номер. Не хочу идти через улицу и смотреть на растерзанных Саманту и Роба.       Отворяю дверь. В душном номере все еще пахнет сексом. Смятые простыни напоминают о том, как хорошо мне было совсем недавно. Окидываю взглядом помещение — всюду вещи Райза. Его отвертки, приборы, одежда. На тумбе так и стоит нетронутый пакет с едой. Запираюсь внутри и упрямо повторяю:       — Это не я. Я не могла этого сделать. Это все — долбанная симуляция, воссозданная слишком правдоподобно.       Медленно приближаюсь к столу. Сглатываю, ощущая эфемерные касания Райза, когда смотрю на валяющееся на полу полотенце. И замираю, зацепившись взглядом за крошечный контейнер.       «Не верь тому, что видишь, Эйва», — вспоминаются слова Райза, и сжимаю кулаки, вонзаясь ногтями в кожу.       Это была не я.       Так ведь, Райз?..       Рвут противоречия. Жмурюсь, до боли сцепляю челюсти в попытке сбежать из собственного тела. Проснуться от этого дрянного кошмара. Выбраться, блядь, отсюда!..       Если бы это было так просто…       Падаю на кровать, вдыхаю запах Райза. Беспомощно сворачиваюсь в клубок, пачкая кровью постель. И бормочу в тишину, как заведенная:       — Пусть это будет симуляция. Пожалуйста, пусть это будет симуляция… Не хочу верить в то, что вижу. Не хочу. Забери меня отсюда, Райз… Забери, прошу… Я не знаю, как найти выход, больше не знаю…       Смыкаю веки в надежде, что это поможет. Что, если не буду видеть, все это окажется неправдой. Сном. Симуляцией. Галлюцинациями. Чем угодно, только не правдой. Глотаю слезы. Мычу. Обнимаю колени.       — Пожалуйста… Пусть этот кошмар закончится…       

0xc0000221/Критически важный системный драйвер отсутствует или содержит ошибки/checksum

      Когда распахиваю глаза, шарахаюсь в сторону — ведь нахожусь совсем не там, где была только что.       Белые стены, белый потолок, белые простыни. Пищат какие-то приборы — поворачиваюсь и пялюсь на капельницу, присоединенную к предплечью. И на огромное количество медицинского оборудования. Опускаю взгляд на руки и невольно вскрикиваю. Ведь протез совсем новый, еще не поросший кожей. Будто… будто совсем недавно установленный.       — Искорка!.. — слышу сбоку и замираю в еще большем ужасе. На плечо ложится горячая ладонь. Вздрагиваю от касания.       Оборачиваюсь и вижу… Райза. Бледного, осунувшегося, явно заспанного. Всхлипываю и кидаюсь ему на шею, отчего он впадает на короткий миг в ступор.       — Что… Что случилось? — бормочет он растерянно и обхватывает мои плечи. Чуть отстраняет от себя и всматривается с особым пристрастием.       — Милый, — шепчу и касаюсь небритой скулы. — Это правда ты?       — Эйва, ты меня пугаешь, — хмурится он и прикладывает ладонь ко лбу. — Конечно, это я. Ты ожидала увидеть кого-то другого?       — Я не ожидала увидеть тебя, — выдыхаю, не в силах оторвать взора от любимого лица. Жадно сканирую каждую морщинку, каждую черточку. И крошечный шрам возле губы.       — Ну да, не я же обычно денно и нощно торчу возле твоей палаты, — закатывает глаза Райз и отпускает меня.       — П-палаты? — оборачиваюсь вокруг своей оси и упираюсь в собственное отражение.       Бледная, аж синюшная, кожа обтягивает кости так, что скулы кажутся еще более острыми. Под глазами — не то, что тени… густо-фиолетовые синяки. Обветренные, истрескавшиеся губы. И шрамы, шрамы, шрамы…       Рука против воли тянется вверх, и дрожащие пальцы опускаются на короткий ежик.       — Прости, — шепчет Райз, проследив за моим взглядом. — Не успел убрать зеркало, уснул…       — Не надо, — останавливаю я его. — Оставь.       — Ладно, — недоверчиво тянет Райз, глядя с беспокойством. — Тогда пойду принесу…       — Побудь со мной, — выдыхаю, схватив его за запястье. — Пожалуйста.       Райз медленно опускается на стул, не отрывая от меня ошарашенных глаз.       — Милая… Не то, чтобы я был недоволен, но… Что происходит? — прищуривается он. — Когда ты засыпала, крыла меня последними ругательствами и раза четыре повторила, насколько меня ненавидишь.       — Я, — заикаюсь, — я не знаю. Сама не понимаю, что происходит, — начинаю тараторить. — Как… почему мы здесь? — гляжу в полное непонимания лицо мужа. — А как же гуманитарные грузы? Сайк, Харрис и остальные? Резервации?       — Милая, — качает головой Райз. — Кажется, тебе что-то приснилось…       — Н-но это не было похоже на сон, — неуверенно тяну я.       Или… было?..       — Не верь тому, что видишь, — улыбается Райз и ласково сжимает мою ладонь. — Особенно, если это кошмары. Помнишь, как мы ходили в кино в последний раз, незадолго до аварии? Не помню названия фильма, — задумчиво проговаривает Райз, — но там расследовали загадочное убийство в номере мотеля. Мистика всякая была с нотками ужасов. И тебя он очень впечатлил. Все тени казались щупальцами мрака, и ты шарахалась от каждого куста по вечерам, — усмехается он. — А я тебя еще и подтрунивал, пока не довел до истерики. Прикинулся мертвым, размазав по голове кетчуп. Помнишь? — поднимает потеплевший взгляд, и я нервно сглатываю.       Оседаю, кусая щеку, и киваю. Ведь действительно вспоминаю то, о чем он говорит.       — …Гребанный придурок! Ты — самый законченный идиот во всем это сраном мире, Райз Уоррен! — взвизгнула я, дрожа от страха. Зарылась пальцами в волосы и с шумом выдохнула под аккомпанемент давящегося смехом Райза. — Да пошел ты! Это нихрена не смешно!       — П-прости, — задыхаясь от попыток подавить хохот, пробормотал Райз и перекатился на бок. — Это же была шутка… — смахнул он кетчуп со лба.       — Шутка — это когда всем смешно! — протянула я и всхлипнула. — А не когда один ржет, а второму впору скорую вызывать!       — Все-все, я понял, прости, — поднялся он на ноги, а я закрыла лицо ладонями и расплакалась, как девчонка. — Я так больше не буду, — притянул меня к себе Райз, отчего я лишь сильнее зашлась судорожными всхлипами.       — Первый Инженер… Тридцать лет, а мозгов, как у подростка, — пробормотала я и нехотя обняла в ответ. — Если от твоих шуточек у меня случится инфаркт, это будет на твоей совести.       — Я не думал, что ты настолько испугаешься, — прошептал Райз и принялся покачивать из стороны в сторону.       — А стоило бы! — стукнула его по плечу я. — Придурок… — проворчала, и Райз хмыкнул.       — Не верь тому, что видишь, если оно страшное — всегда ведь можно удостовериться, не сыграли ли твой не в меру впечатлительный мозг и чересчур богатое воображение против тебя, — ласково проговорил он напутственным тоном.       — За хреновый урок благодарить не буду, даже не жди, — фыркнула я. — И уборка квартиры теперь тоже на твоей совести…       Неужели мой мозг настолько извратил давнишние воспоминания, что сгенерировал настолько жуткий и реалистичный сон?..       Или же то, что происходит сейчас — очередной виток клятой симуляции?..       Я не знаю. Не понимаю, во что верить.       — Тогда тебе тоже снились кошмары, а то был всего лишь фильм, — проговаривает Райз и опасливо тянется к моей скуле. Выдыхает с облегчением, когда не отталкиваю его, лишь напрягаюсь, и нежно гладит. — Не удивительно, что после всего произошедшего они тебя снова донимают. К тому же, после черепно-мозговой вполне закономерна путаница во сне и бодрствовании.       — Может, это ИИ генерирует? — выпаливаю хмуро, и Райз сводит брови в непонимании.       — О чем ты?       — Ну, — тянусь к затылку, но не нащупываю там шрама. Оборачиваюсь к зеркалу и в неверии провожу пару раз по голове в поисках. — Вживленный ИИ… — заторможено бормочу. — Вместо поврежденной доли мозга…       — Что же там тебе такое снилось? — косится на меня Райз с опаской через отражение. — С твоим мозгом все не настолько плохо. Всего лишь сотрясение. Никто ничего тебе туда не вживлял. Ты ведь отказалась от микрочипа.       Открываю от шока рот и не могу переварить услышанное.       — Погоди, но… — отдергиваю покрывало и пялюсь в ступоре на ноги. Мои ноги. Не протезы. — Что произошло?! — вскрикиваю, подпрыгнув на месте.       — Снова провалы в памяти? — вздыхает с пониманием Райз. — Ничего, милая. Доктор сказал, что со временем это устаканится. Мы попали в аварию, — начинает пояснять он, а я задираю больничную рубашку и щупаю с неверием свои бедра. — Упали с низкой высоты. Ты ударилась головой, и руку зажало между смявшимися перегородками… — говорит так, будто повторял уже сотню раз, а я начинаю все больше злиться.       — Нет у меня провалов в памяти, и все точно было не так! — хмуро перебиваю, и Райз округляет глаза. — Мы рухнули с высоты в тридцать тысяч футов, и мне оторвало не только руку, но и обе ноги! И из-за повреждения мозга тебе пришлось вживить ИИ, ведь отказывали легкие и сердце без системы жизнеобеспечения! И… — запинаюсь я, — это было давно! Три года назад!       — Искорка, — прочищает горло Райз и подсаживается ближе. — Ты немного запуталась, это ничего…       — Я не путалась! — взвизгиваю, все сильнее раздражаясь.       — Успокойся, милая, — шепчет он. — Все в порядке, не нервничай. Давай мы сейчас позовем медсестру, и она даст лекарство…       — Ты думаешь, что я сумасшедшая? — ощетинившись, вжимаюсь спиной в стену.       — Нет, конечно, — мягко отрицает Райз. — Просто ты пережила огромный стресс. После протезирования принимаешь сильные нейролептические обезболивающие, и твои мысли немного путаются. Ты ведь знаешь, что от таких препаратов бывают и кошмары, и галлюцинации, правда? — спрашивает, и слабо киваю. — Иди ко мне, — выдыхает он, и в синеве глаз мелькает страх. — Позволь помочь тебе, родная.       Замираю, не в силах понять, что происходит и как мне себя вести. Не подпускаю Райза а себе. И это ужасно больно. Потому что он мне нужен, как никогда. Но я не уверена, что это он. Ни в чем, блядь, не уверена.       — Но… Волосы, — провожу пальцами по голове. — Почему…       — Они намотались на слетевший от падения винт. Пришлось срезать, чтобы деблокировать тебя из-под обломков мультикоптера, — терпеливо объясняет Райз, и что-то смутно шевелится в памяти. — А потом ты сама захотела выровнять клочки разной длины, чтобы…       — …равномерно отрастало, — растерянно заканчиваю за него, и Райз кивает.       Помню что-то такое… Просыпаются сомнения. Теряюсь окончательно.       — Я-я… не понимаю, — лепечу, и начинает колотить.       «Не верь тому, что видишь».       — Искорка, — зовет Райз и утирает с моей щеки влажную дорожку. — Зачем мне тебя обманывать, м? — ласково улыбается. — Подумай сама, — обхватывает мою ладонь, — ну неужели то, что ты озвучила, правдоподобнее или лучше, чем здесь и сейчас? — бросаю на него затравленный взгляд и нервно сглатываю. — Ты рассказала ужасную версию развития событий. Мне даже страшно представить, каково это. Как бы мы справлялись… — срывается на шепот он. — А сейчас посмотри — у тебя свои собственные ноги, — скользит он по бедру, — свои собственные мозги, как ты и хотела, — гладит макушку. — А рука… Судя по всему, это меньшее из зол. И мы уже вживили образец твоей кожи. Когда она наростет на протез, от настоящей будет не отличить, — улыбается. — И все будет хорошо. Мы вернемся к нормальной жизни, и все будет, как раньше. Я тебе обещаю, — целует он мои костяшки.       «Борись, Эйва! Не давайся им так просто. Не после всего, через что мы прошли. Борись и живи!» — всплывают слова Райза с записи, и жмурюсь.       Зачем бороться? Может, хватит уже? Я смертельно устала, запуталась и… хочу, чтобы то, что происходит сейчас, оказалось правдой.       «Не верь тому, что видишь!»       А чему верить, Райз? Тому, что я убила тебя? Твоему растерзанному моими же руками трупу?..       «Прошу тебя, ищи выход. Ради меня. Ради нас».       Может, это и есть мой выход? Потому что, если мне нужно вернуться туда, где ты мертв, выход у меня будет один — в окно высотки. И ты это прекрасно знаешь, сколько бы клятв с меня ни взял.       — Райз, — зову, заикаясь. Он поднимает глаза, и тону в их сизой синеве. Такой родной, любимой и настоящей. — Скажи, что то был просто страшный сон, — сипло бормочу. — Пожалуйста.       — А ты поверишь? — спрашивает с прищуром, поглаживая мои пальцы. — Я ведь битый час уже об этом…       — Поверю, — киваю, и слезы катятся по щекам. — Прошу тебя.       — Искорка, — шепчет Райз, склоняется ко мне. — Конечно, то был сон. Жуткий, жестокий, ужасный сон. Но теперь ты проснулась. Все будет хорошо. Я не позволю больше никаким кошмарам доводить мою Искорку до короткого замыкания.       — Обними меня, — жмурюсь, и Райз осторожно заползает на постель. Опирается спиной о стену и притягивает меня к себе.       Прижимаюсь к груди и с шумом вдыхаю его запах. И так спокойно становится в расхристанной душе. Вот же он, мой Райз. Живой. Слышу, как размеренно стучит его сердце, как работают легкие. Ощущаю шершавые касания на коже и исходящее от него тепло. Колючий подбородок упирается в макушку, горячие ладони растирают предплечья.       — Знаешь, — шепчет он и ласково касается губами виска, — не важно, что именно тебе снилось, что так напугало… Но я рад в какой-то мере, что это помогло тебе меня услышать. Я ведь так люблю тебя, Искорка. И не припомню, когда ты в последний раз позволяла себя обнять…       — Прости, — говорю едва слышно. — Прости за то, что мотала нервы. Знаю, я порой невыносимая…       — Эй, не говори глупостей, — ворчит Райз и стискивает объятие. — Ты — лучшее, что могло случиться с этим миром. И со мной.       Всхлипываю и зарываюсь лицом в изгиб его шеи. Дышу им, и хаотичный поток мыслей начинает составлять ровное полотно. Все становится на свои места.       Какая же я идиотка. Все произошедшее действительно больше смахивает на галлюциногенный сон обдолбанного наркомана. Первый Инженер, и как я могла поверить в подобный бред? Резервации, страшное правительство, заговоры, революции, локальное восстание машин… Я явно пересмотрела фантастики и ужасов в свое время. Да-да, точно. Так и есть.       — Райз?..       — М-м-м?       — Рука не так уж и болит… Можно я не буду больше принимать обезболивающее? Не хочу снова ловить подобные глюки, — хмуро бормочу в его плечо.       — Я только за, — улыбается он. Слышу по интонации. — Но только если доктор разрешит.       — Разумеется, — соглашаюсь едва слышно.       Окончательно прекращаю сопротивляться и сдаюсь накатывающему облегчению. Закрываю глаза, слушая дыхание Райза, осязаю и впитываю его присутствие. Преисполняюсь умиротворением и отпускаю напряжение.       Как же хорошо. Спокойно. Тепло. Уютно.       Отмахиваюсь от всплывающих в памяти кадров из мотеля. Жмурюсь и утыкаюсь в размеренно пульсирующую жилку на шее мужа. Он здесь. Рядом. Живой. А все, что было там… Просто кошмар.       И он, наконец, закончился.

…/Тестирование нового сценария и загрузка текстур прошли успешно/…

…/Пользователь1 заблокирован в системе совместного доступа/…

Жизненные показатели в пределах нормы. Пульс девяносто. Давление сто двадцать на семьдесят. Сенсоры реагируют на раздражители в штатном режиме