Правильная жизнь

Рождество у Малфоев прошло сказочно, как и представлял себе Джеймс. Правда, накануне Рождества Нарцисса организовала праздничный вечер и пригласила всех своих старых друзей с их детьми и внуками. Но и тогда ребята нашли, чем занять себя. Скорпиус знал всех этих людей и ему было с ними невыносимо скучно. Джеймс мог найти общий язык со всеми и каждым и просто покорил всю аристократическую элиту. Нарцисса с гордостью представляла его гостям, добавляя при этом, что ее родной внук является лучшим другом сына героев Второй Магической Войны. Скоро Джеймсу и Скорпиусу наскучил весь этот спектакль и они решили потихоньку сбежать с вечеринки. Также, за ними увязались Теодор Нотт-младший и Литиция Забини. Они были младше Джеймса и Скорпиуса на 4-5 лет и взирали на них с неподдельным восхищением. Дети носились по подземельям Малфой-менора и старшие, то и дело, рассказывали страшилки малышам и хохотали над их испуганными лицами. К концу вечера их, наконец, нашёл Драко и строго заставил вернуться на банкет. Он хотел отругать мальчишек, однако Нарцисса вступилась за них, проявив невероятное понимание к их шалостям. На следующее утро наступило Рождество. Джеймс и Скорпиус с азартом раскрывали свои подарки. Драко, не скрывая удовольствия, наблюдал за ними, пока Джеймс не преподнёс ему подарок от родителей. — Мистер Малфой, тут родители прислали вам подарок... С Рождеством! Бабуля, тут и для тебя подарок. Лицо Драко тут же окаменело. Он принял небольшую коробочку и настороженно распаковал ее. В ней лежали золотые карманные часы изысканной работы. Джеймс со Скорпиусом со вздохом восхищения рассматривали золотой аксессуар в руках Малфоя-старшего. Однако, тот лишь усмехнулся и проговорил: — Я, конечно, благодарен твоим родителям за столь... щедрый жест. Но, передай им, что часы дарят к расставанию. А мы с ними разошлись уже давно. И, положив часы на каминную полку, Драко вернулся на своё место. Нарцисса же, с восторженным вздохом вытащила золотую подвеску с изумрудом из своей коробочки и тепло улыбнулась. — Просто невероятная красота! Я обязательно напишу письмо с благодарностью твоим родителям! Джеймс облегченно выдохнул и с улыбкой посмотрел на Скорпиуса. Тот, тем временем, настороженно спросил у бабушки: — Бабушка..., а вы отправили что-нибудь в подарок родителям Джеймса? — Скорп, это вовсе необязательно... — Начал протестовать Джеймс, но Нарцисса перебила его. — Конечно отправила, Скорпиус! Как ты мог подумать, что я могу забыть про них! Ведь они — родители Сириуса! Правда, мои подарки, конечно, скромнее... — Да что ты, бабуля! — С жаром возразил Джеймс. — На Рождество главное внимание! Нарцисса рассмеялась и ласково потрепала Джеймса по голове. — Ты очень добр, мальчик мой! — Драко и Скорпиуса вновь передернуло от столь непривычной ласки, так непринужденно вылетевшей из уст Нарциссы. Отец с сыном недоуменно переглянулись, без слов поняв друг друга. Что до Джеймса, он принимал ее нежность как должное, так как не знал, какой она была до встречи с ним. Его маггловская Бабушка Джин тоже была с ним очень ласкова. И нередко называла его «мой мальчик» или «мое солнышко». И поэтому он решил, что все бабушки одинаковые. Однако, когда они со Скорпиусом вдвоём гуляли по бесконечному саду Малфой-менора, Малфой-младший задумчиво протянул: — Да уж... Бабушка видимо очень благодарна тебе за то, что ты дружишь со мной. Джеймс удивлённо вскинул брови. — Ну, честно говоря, я тоже заметил, что она очень мне рада! Немного непривычно, что чужая бабушка так меня любит, но... разве это плохо? — Нет, что ты! Я рад, что, как оказалось, мы с тобой ещё и дальние родственники... Просто... — Что? — Встревоженно спросил Джеймс. — Бабушка никогда никого не называла уменьшительно-ласкательными именами. Ни меня, ни папу... — Да ладно! — Поразился Джеймс. — Никогда-никогда? — Именно! — Кивнул Скорпиус, в подтверждение своих слов. — А тут ещё и «мой мальчик»... Мы с папой... в недоумении! Скорее, больше — папа. Я-то понимаю, что она так любит тебя из-за того, что ты единственный, кто не отказался дружить со мной... — Знаешь, те кто отказались — многое потеряли! — Серьезно ответил Джеймс. Скорпиус улыбнулся. — Ну... вот, как тебя не любить? Ты добрый! Все в школе просто обожают тебя! Ты хорошо учишься, очень веселый, даже девчонки постарше на тебя заглядываются! Все хотят дружить с тобой! А я... — Скорпиус поник. Джеймс дружелюбно ткнул его в плечо. — Эй, ты чего нос повесил? Мне плевать на других! Ты мой лучший друг! Скорпиус печально усмехнулся. — Да знаю. Я никогда не сомневался в твоих словах... Просто... Я вот думаю... Если бы я родился в твоей семье и мы вправду были бы братьями... — родными братьями, — может все бы относились ко мне по-другому. Джеймс озадаченно посмотрел на друга. Затем, улыбнулся: — Да брось ты ерунду болтать! У тебя — замечательная семья! Они мне очень нравятся! Бабушка — очень добрая и ласковая. И папа, сразу видно, любит тебя! Иначе бы, он точно не позволил мне приехать к вам на Рождество! — Мама тоже любила меня. — Грустно проговорил Скорпиус. — Больше жизни любила! Но... — Он шмыгнул носом и вытер его рукавом. — Папа, конечно, любит меня, но маму он никогда не любил. — Ты что такое говоришь, идиот? — Возмутился Джеймс. — Конечно, мистер Малфой любил твою маму! Иначе, разве, появился бы ты на свет?! Скорпиус затравленно уставился вдаль. Затем, словно, заговорил сам с собой. — Они никогда не целовали друг друга. Никогда не называли друг друга, как-то, ласково... Они даже спали в разных спальнях, сколько я себя помню! Только когда мама была при смерти, папа заходил к ней. И то, когда я был там! Джеймсу стало неудобно слушать такие подробности о семье Скорпиуса. Но он чувствовал, что его другу необходимо выговориться. Потому что нести все в одиночку просто невыносимо. Джеймс подошел к другу и положил руку ему на плечо. Скорпиус судорожно вздохнул. И неудержимый поток слов вновь вырвался из его души. — Когда мне было девять лет, я забрался к папе в кабинет. Хотел найти пергамент для рисования. Однако, наткнулся на документ. Магический контракт, который заключили оба моих дедушек. Отцы моих папы и мамы. И подписан он был кровью. Я уже тогда увлекался чтением различных древних ритуалов и заговоров, и я прекрасно понял, что означает каждый пункт этого контракта. В общих чертах, там было сказано, что папа обязан жениться на маме, и не имеет никакого права подать на развод. Иначе, папин отец умрет. ОБЯЗАН! Понимаешь? — Джеймс неуверенно кивнул, и, понимающе похлопал друга по плечу. Скорпиус, тем временем, продолжал. — Я все утешал себя надеждой, что это все простые формальности... Ну... Вдруг в магических семьях так принято? Но спустя пару недель, мой папа пришёл домой пьяным и сильно поссорился с мамой и бабушкой. Я, на тот момент, купил Удлинители ушей в магазине Всевозможных Вредилок Уизли и постоянно подслушивал. И папа сказал... что они испоганили ему жизнь. Что, если бы не они с дедом, то он бы был с Ней! — С кем? — Не понял Джеймс. — Не знаю. Они не упоминали имён. Джеймс молчал, не зная, что и сказать. Некоторое время ребята простояли в тишине. Затем, Скорпиус вновь заговорил: — Они думают, что я ещё маленький. Что я ещё ребёнок и ничего не понимаю. Но это они не понимают, что я знаю намного больше, чем они предполагают. Конечно, мне всегда говорили, что я чересчур взрослый для своего возраста. Однако, они никогда не считались со мной. И, может быть, из-за того, что папа не любил маму, он так строг со мной... — Не говори глупостей! — Возразил Джеймс. — Невооруженным глазом видно, как отец беспокоится и печётся о тебе! А строг он, потому что... Да, кто его знает! Он и со мной строг, хотя я ему даже не сын. — Засмеялся Джеймс. — Его просто так воспитали, вот и все! — Ты прости за тот инцидент с часами. — Сконфуженно пробормотал Скорпиус. — Обычно он деликатен в таких случаях... — Да тут, мне кажется, дело вовсе не в часах. — Задумчиво проговорил Джеймс. — А в тех, кто их подарил. — Мне тоже так кажется. — Согласился с ним Скорпиус. — Ты заметил, как он сказал: «Мы с ними расстались уже давно!» Ощущение, будто он на них за что-то сильно обижен. — Да и мои тоже... — Пробормотал Джеймс. Затем, поглядев на озадаченного Скорпиуса, торопливо исправился. — Нет, не оба — только мама! Папа, наоборот, поощряет нашу с тобой дружбу! Скорпиус облегченно выдохнул. Затем, нахмурился: — А почему мама против? — Ну, она не напрямую мне это говорила... Но намекала мне, что вся твоя семья — Пожиратели Смерти, и все такое... — Ну... Семью не выбирают. — Уныло протянул Скорпиус. Однако, Джеймс, вдруг хлопнул его по плечу с такой силой, что Скорп скорчился от боли. — Ай! Ты чего?! — Прости! — Заверещал виновато Джеймс, однако, его глаза горели от возбуждения. — Я вот думаю, зачем мама всё детство рассказывала мне о том, что твоя семья не так плоха, как о ней говорят другие, а сама не хочет, чтобы мы общались? — Вот именно! — Удивлённо Воскликнул Скорпиус. — Ведь, если бы она ненавидела нас так же, как и остальные, она бы не рассказывала тебе ничего хорошего о нас! — Стало быть, наши с тобой родители были, когда-то, в хороших отношениях! Может не в школе, но после войны — точно! Ведь твоя бабушка спасла моего отца! — Может, ее и спросим об этом? Она должна знать... Загоревшись от предвкушения новых подробностей, дети побежали в дом. *** Нарцисса Малфой сидела в своём кресле у полыхающего камина. Ее душа была спокойна, ведь она, наконец, познакомилась со своим старшим внуком. Также, она отметила его недюжинный ум, невероятные способности к учебе и отменное чувство юмора. В его характере чувствовался стержень и невероятная тяга к знаниям. Она все удивлялась, как Драко не заметил, что Джеймс очень похож на него? Он ведь такой же общительный, яркий, любознательный... — Бабуля! — Раздался голос Джеймса. — Сириус! — Нежно улыбнулась ему Нарцисса. Джеймс вошёл в гостиную один, так как Скорпиус опасался, что при нем она многого не скажет. А к Джеймсу она питала какую-то особую слабость. Джеймс обнял Нарциссу и, придвинув к ее креслу банкетку, решил начать издалека: — Скажи мне, бабушка, а что, мистер Малфой не любит меня, потому что я сын Поттеров? Нарцисса улыбнулась: — Мистер Малфой, кроме Скорпиуса, вообще никого не любит. — Но... мне показалось, что мои родители когда-то сильно обидели его. Ты знаешь, что между ними произошло? Нарцисса огорчённо покачала головой. — Увы, Сириус, я не вдавалась в подробности их отношений. Возможно, моя вина в том, что ему не хватило любви от нас с покойным Люциусом. Он воспитывался в исключительной строгости и послушании. Но он никогда ни в чем не нуждался... — Я тоже никогда ни в чем не нуждался. — Возразил Джеймс-Сириус. — Но родители всегда интересуются моими делами. — Мы — аристократы, дорогой. — Мягко погладила его по руке Нарцисса. — Нас так воспитывали наши предки. Чистота крови обязывает... — Ну, всё понятно. — Поморщившись, прервал ее Джеймс. — Извини, бабуля, но на этой почве возникали войны. Поэтому, я думаю, вам бы лучше пересмотреть свои взгляды... Прости, что поучаю... — Мгновенно смутился Джеймс от собственной дерзости. Однако, Нарцисса, вдруг, горько усмехнулась и вздохнула: — Возможно, ты и прав. — Она пригладила его каштановые волосы. — Кто знает, как бы повернулась жизнь... Джеймс непонимающе смотрел на Нарциссу, которая гладила и смотрела на него, словно на самого родного человека на свете. Его немного обескуражило это, учитывая, что Скорп ему рассказывал о холодности бабушки. В то же время, его расстроило то, что Нарцисса совершенно ничего не знала об отношениях мистера Малфоя с его родителями. Джеймс вздохнул: — Ты просто рассказывала, что мистер Малфой и мои родители всегда были по разные стороны... — Не всегда. — Вдруг выпалила Нарцисса и резко поджала губы. Джеймс с надеждой смотрел на неё, ожидая продолжения. Нарцисса уже пожалела о своём длинном языке и мысленно ругала себя. Затем, посмотрев в большие карие глаза своего внука, которые искрились надеждой, просто не смогла не продолжить. Однако, в этот раз, она тщательно подбирала слова: — Во время войны, лорд Волан-де-Морт жил здесь. Джеймс раскрыл рот от неожиданности. Нарцисса подтвердительно кивнула. — Да. Это были тяжёлые времена... Мой покойный муж..., как бы не неуважительно это ни звучало, пресмыкался перед ним. Нашего сына Драко насильно заставили принять чёрную метку. Но он никогда этого не хотел... И во время войны, ты, наверное, уже знаешь, твои родители отправились в поход за крестражами- осколками души Темного Лорда. И однажды... попали в плен. В Малфой-менор. У Джеймса расширились глаза от ужаса. Нарцисса вздохнула: — К счастью, Темного Лорда, на тот момент, здесь не оказалось. Но мы, с небольшим количеством Пожирателей Смерти, были здесь. И, когда твоих родителей и их друга привели егери, — Драко, отец Скорпиуса, тоже находился в Малфой-меноре. Лицо Гарри Поттера, твоего... отца, было до ужаса распухшим и совершенно не узнаваемым. Беллатриса Лестрейндж, главная пожирательница, подвела к нему Драко, чтобы тот опознал Поттера и сказал наверняка, он ли это... Драко ответил, что не знает. Хотя, позже, он признался мне, что сразу узнал его... — А почему папино лицо было распухшим? — Спросил Джеймс, жадно слушая эту историю, о которой его родители, почему-то, умолчали. — Твоя мама, перед тем, как их схватили, запустила в него Жалящим заклятием. — Усмехнулась Нарцисса. — Приём шаблонный и вполне предсказуемый, однако, нас он сбил с толку. Джеймс весь раздулся от гордости за свою мать. Тем временем, Нарцисса продолжала: — Потом... Твоего... отца и его друга заперли в темнице. А твою мать... — Нарцисса замолчала, размышляя, говорить ли об этом одиннадцатилетнему ребёнку или нет. Но Джеймс настойчиво смотрел на Нарциссу, и она, все-таки, сказала. — Беллатриса Лестрейндж пытала ее круциатусом. Джеймс задохнулся от возмущения и боли за свою мать. Он и представить себе не мог, какие муки перенесла его любимая, родная мамочка в стенах этого менора. И, теперь он понимал, почему она не хотела, чтобы он сближался с Малфоями. Ведь то, что пережила Гермиона, просто уму не постижимо! На его глазах показались слёзы. Нарцисса, заметив это, поспешно перешла к сути: — В общем, когда Лестрейндж уже хотела убить твою мать, внезапно, из темницы выскочили твой отец и его друг. А Драко, вдруг, направил волшебную палочку на своего отца и замедлил его. — Мистер Малфой атаковал собственного отца? — Неверящим тоном спросил Джеймс. Нарцисса кивнула: — Да, Сириус. Твоим родителям и их другу удалось сбежать. А то, что Драко невербально атаковал своего отца, видела только я. — И что потом? — Ерзая на банкетке, нетерпеливо поторопил замолчавшую Нарциссу. — А потом... Потом они победили Темного лорда и помогли мне и Драко выйти из Азкабана. Правда, Люциусу не удалось его избежать. В слишком многих преступлениях он был пойман с поличным. Джеймс воодушевленно выдохнул. Затем, осмотрев великолепную, украшенную елочными игрушками и фонариками, гостиную менора, он поёжился, будто его пробил озноб. Нарцисса понимала его. Но, она напрасно надеялась, что отвлекла его от предыдущей темы. Джеймс, вспомнив, с чего начался этот разговор, спросил: — А мистер Малфой и мои родители? Как они общались после этого? Нарцисса вздохнула, жалея о том, что этого ребёнка точно не назвать рассеянным. И ответила: — Они какое-то время очень дружили. Они были даже на свадьбах друг у друга. А потом... Что-то произошло и они перестали общаться. — И всё? — Разочаровано спросил Джеймс. — Это всё, что я знаю. — Уклончиво ответила Нарцисса. Джеймс задумался. И, в эту минуту, в гостиную вошёл Драко Малфой. Джеймс подскочил с места, при виде его. Но, неожиданно для Драко и Нарциссы, он, вдруг, подбежал к отцу своего лучшего друга и крепко обнял его. Драко непонимающе смотрел то на мать, то на него. Наконец, Джеймс поднял на него глаза, полные слез, и пробормотал: — Оказывается, здесь пытали мою маму... Драко с яростью посмотрел на Нарциссу. Та, впервые в жизни, опустила голову под взглядом своего сына. Но то, что Джеймс сказал в следующую секунду, поразило обоих Малфоев: — И... оказывается... вы тоже спасли им жизни!... Моим родителям! Благодаря вам они сбежали! Я вам так благодарен, мистер Малфой! Простите, если они обидели вас чем-то! Я не знаю, что они такого могли натворить, но знайте, я никогда не предам вас! Я не буду спрашивать вас, что произошло между вами! Я не хочу этого знать!... Ведь если бы не вы... Я мог и не родиться! Нарцисса, услышав последнюю фразу, не выдержала. Вскочив со своего кресла, она разрыдалась и убежала в свою комнату. Драко, проводив ее, непонимающим взглядом, вновь посмотрел на макушку Джеймса. Его цвет волос, его глаза и невероятно крепкие объятия так напомнили ему Гермиону, что он, внезапно оттаял и обнял его в ответ. Он не понимал, откуда в нем появилось это странное чувство. Чувство близости... будто, С почти родным человеком! И, в эту секунду, он подумал: «Как жаль, что не я твой отец!»