Save me

      — Держите его! Не дайте ему уйти!       А за спиной эхо. Эхо чужих голосов, которые смеются и выкрикивают различные пакости. Их слишком много. Слишком много тех, кому покоя не дает «Мамина детка»        «Маминой деткой» называли молодого парня со светлыми волосами и карими глазами, с худым телосложением. Но эта худоба ему даже шла. Он был грациозен и эластичен своим телом. А так же по-своему мил и симпатичен, в связи с небольшим ростом и не крупными конечностями (особенно пальчиками, которые казались детскими).       Подросток бежит со всех ног по переулку за территорией школы, пытаясь снова спастись.       «Снова. И снова все сначала. Почему это будто клеймо для меня?.. Когда это закончится?.. " — так он думал каждый раз, когда все начиналось заново, с новой силой нанося свежие раны итак покалеченной души.       Его сердце бешенно стучит, глаза олицетворяют надежду на спасение, а душой правит страх. Страх быть снова поколеченным. Униженным. Уничтоженным.        И он бежит. Бежит со всех ног, лишь бы убежать от этого клеймо, этого «наказания».       Ему больно, очень сильно больно. По щекам катятся горькие и соленые слезы. Только от чего именно? От страха или все же от ненависти? Ведь сейчас так страшно, что пробивает до костей. А если все же от ненависти, то на кого: на себя или на них? А может быть такое, что все сразу?        -Даже не надейся на пощаду! Ты не убежишь от нас, Пак Чимин!       Молодой парень скрывается за углом. Он бегает глазами по маленькой территории, пытаясь хоть за что-то уцепиться. Вдруг ему удасться спастись? Но обнаруживает, что это тупик. Будто вся Вселенная против него. Опять.        Серая мышка, такая маленькая и зашуганная. Она обречена на поражение. А сзади нее слышно рычание диких кошек. Их много и все они приследуют свою единую цель- схватить мышку, сделать ее своей игрушкой.       Страшно…        Кисти рук начинают рефлекторно дрожать. А ведь их дрожь появилась не так давно, как эта стая недоношенных ублюдков начала его преследовать, издеваться над ним, повышая свое эго. Эта банда эгоистов нанесла ему сильный стресс, из-за которого Чимину пришлось столкнуться с физиологическими и ментальными последствиями.       Их было 8. И это была стая, которую называли «отбросами», " сворой говна» и «ебанными дохляцкими недоносками». С последним, кстати, они были категорически не согласны.Вожаку их банды было 19, так же как и остальным ее членам. Главаря звали Сек: крупноплечий, высокий и грозный парень. Он всегда ходил с ярким красным цветом волос, иногда подкрашивая кончики в черный. Будто пламя огня. В неблизких кругах его даже прозвали " Огненная язва» и отнюдь не за прическу. Его характер, жизненные принципы и вбитые непонятно откуда стереотипы могли пожелать только лучшего. Его не любили и многие боялись, ведь такую мразь еще нужно постараться встретить.        «Свора говна» внушила подростку страх и беспомощность. Они заставили его быть жертвой их больных фантазий и незалеченных детских травм. Они кормили своих «демонов несчастья» несчастьем Чимина. И это бросало в дрожь и сильную обиду.        Жутко…        Он видит, как шустрая толпа бежит в его сторону, заметив его. Они громко ликуют, ведь уже совсем близки к своей «игрушке».        Еще мгновение и он ощущает удар в грудь ногой своей главной головной боли- Сека. Отчего Чимин падает на спину на холодный и, даже, слегка влажный асфальт, издавая перед этим болезненный стон, а позже тихий всхлип.        -Ох, Чимин, крошка ты моя, смотря на тебя, мне так и хочется заплакать, — Кривая и злая улыбка проблеснула на тонких губах. Таких ненавистных до отвращения Чимину. Это прозвучало жутко саркастично и запредельно жалко. А потом в воздухе воцаряется эхо смеха толпы. Дохляков.              Чимин слышит это и эти слова пронзаются в его голове эхом. Таким болезненным, таким громким. Беспомощным. Почему слова ненавистного им человека доставляют ему такой сильный урон? Почему он их воспринимает в штыки? Разве они действительно имеют какой-то вес?       Беспомощно…        Сек опускается перед ним на корточки, все еще нажимая ногой на грудь Чимина. Эти дьявольские черты лица так близко. Они так противны. И Чимин пытается вырваться, спихнуть его крупную подошву ботинка со своей груди. Но в ответ ощущает еще более сильное сопротивление, которое давит ему на ребра. И давит достаточно сильно, чтобы накатила порция новых слез и скулежа.        — Лежать, блядина, я сказал лежать! И не рыпайся мне тут! — Прозвучал громкий звук пощечины по мягкой коже щеки. Пухлой и без удара румяной. А теперь с ударом на ней остался след крупной ладони. Такой алый, такой жгучий. — Слушай меня сюда, щенок. Играем по моим правилам, — Парень взял того за воротник футболки и протянул ближе к себе.       Чимин смотрел на своего противника испуганными глазами. Он хорошо знает, чем обычно заканчиваются его игры.        И как бы сильно больно ему не было, он хочет спасти себя. Превзойти эту шайку и наконец-то дать отпор. Но. Даже при большом своем желании и стремлении ему никогда не одолеть этих ублюдков. Хотя бы по причине их количественного соотношения. Он один против всех его обидчиков.       Сек слегка отворачивается от Чимина и делает легкий кивок головой кому-то из своих состайников. И только от этого жеста сердце Чимина чувствует новый укол беспокойства. Его обидчик снова что-то задумал. И Чимин все еще утешая себя собственными надеждами на лучшее, не громко заговаривает: -Сек. Я сделаю что у-угодно. Т-только прошу… — Его перебивают на полуслове, ударив по лбу кулаком. И перед глазами начинает на миг темнеть, плыть светлыми вспышками.        -Называй рандомную цифру от 5, — Чимин ощущает, как хватка ослабла и его грудь теперь не ломается от крепкого давления. От этого он тихо делает отдышку, ведь чувствует легкий прилив свежего воздуха, так как дышать стало немножечко легче.        Парень смотрит в глаза своей неизвестности. И дрожащими губами называет число 7.       Сек дает команду «Держать» и Чимина вмиг поднимают и прислоняют спиной к стене. На этом моменте Чимин держится от того, чтобы прямо сейчас не позвать на помощь.              А потом происходит команда «снять», которая сопровождается указательным взглядом на конкретную вещь- футболку. Футболку, которую приподнимают наверх и натягивают на глаза, чтобы еще сильнее сбить жертву с толку.        И перед всеми обнажается вид на красивый, слегка подкаченный торс. Такой изящный и эстетичный. Но неестественно для парня побледневший, наверняка от страха.       Неизвестно…        Это то, что ощущает сейчас Чимин. Он боится представить, что они задумали. И от этого он срывается на глухой крик о помощи. Защиты. В этом глухом зове так много чувств: злость, обида, ненависть, страх, надежда и. Жажда. Жажда быть услышанным, замеченным.       Он слышит несколько щелчков, но никак не может разобрать что это за звук. Но он определенно знакомый. Проходит буквально 10 секунд и он может почувствовать запах табака. Этот табак пахнет горечью и он ему неприятен.        " Сигареты? Ч-что они собираются д-делать? " — Чимин нервно дышит и все еще пробует подать голос, но все никак не может. У него ступор. Будто кто-то насильно выключил громкость его тембра голоса, из-за чего его никто не услышит. Не услышит того, чего ему нужно сказать, чтобы сделать хотя бы первый шаг к себе. Своей мужественности.       » Блядь, ну скажи ты уже хоть что-то! Сука, почему ты молчишь?! Почему ты позволяешь к себе такое неуважение! Какого хуя ты терпишь это дерьмо?! Слабак! Никчемный идиот!» — крик разрывающегося сердца. Запредельно немой, но жутко громкий.        -Считай, Чимин. Громко и четко, чтобы все слышали. — Это последнее, что говорит Сэк       Всего лишь миг… И…        Больно…        Он ощущает адскую боль на правой ключице. Будто что-то вонзают в его кожу, что наносит слишком глубокие раны, которые, возможно, кровоточат. Или ему кажется?       «Блядь, ну сделай уже ты хоть что-то, ссыкливая тряпка! " — обида.       И он скулит:        — Один!..       А потом ощущает эту же боль у себя на левой груди, неподалеку от соска. В этот момент на чистой нежной кожей появляется новое пятно от ожога окурком сигареты. Довольно большое и глубокое. И оно так остро болит и даже зудит.        " Сука! Блядь! Ненавижу тебя! Я НЕ-НА-ВИ-ЖУ тебя! " — Слова, выраженные к самому главному врагу- себе. Чимин добивает себя именно этими фразами, потому больший процент его ненависти предназначен именно к себе. Ведь это он не может дать отпор. Это он не может пойти через призму своей гордости. Это он убивает себя. Он. Не эта шайка говнюков своими действиями. А именно Чимин сам позволяет себя убивать своим бездействием.        -Д-два…       И снова боль. И еще. И еще…        А дальше все проходит, как в тумане. Он будто застрял в том моменте, когда осознал всю горечь. Прочувствовал к себе все отвращение. Снова       Единственное, что он помнит, как эхо голосов стало неожиданно отдаляться, а потом и вовсе исчезать. Как язычки окурков стали приносить ему меньше боли, а потом она и вовсе будто исчезла. Не надолго. Совсем на мгновение.       А потом у него открывается второе дыхание, которое появляется, когда он снова может видеть. Темный силуэт молодого человека снял с его глаз футболку и прикрыл обнаженный торс, который уже успел слегка замерзнуть.       "Кто это?.. Все кончилось?.. "       -Мм. Ты в порядке? — Голос парня достаточно приятный, гортанный. Но сейчас он звучит немного потерянно, — Хотя странный вопрос…- Чимин видит, как темный силуэт отстраняется от него.- Хён, ему нужно в больницу.        Неожиданно в темном переулке зажигается маленький лучик света, от которого Чимин может распознать лица незнакомых ему людей. Неподалеку от него стоят 3 молодых парней, приблизительно одного и того же роста.        Тот, который был к нему так близко, выглядит как ребенок. Большие темные глаза, которые казались очень добрыми, нежными и, даже наивными. И такие же черные волосы, достаточно сильно отросшие, как под стрижку Маллет.        -Чонгук, -И добрые, но обеспокоенные глаза перемещают свой взор на своего товарища.- Не делай поспешных выводов.        И теперь взгляд падает на другого мужчину, который обладает очень красивыми чертами лица. Его слегка волнистые каштановые волосы развиваются на легком ветерку. А глаза, такие пронзительные и глубокие, встречаются с глазами Чимина.       Молодой человек протягивает ладонь и кивает на нее. И почему-то Чимин охотно кладет свою ладошку в его ладонь, опираясь на нее, чтобы встать:        — Спасибо большое. Я. — Он не успевает закончить, как его перебивает чужой тембр голоса.        — Должен будешь, — И легкая добрая усмешка озаряется на губах незнакомца.- Шучу, не парься об этом. — Парень подмигивает.       Чимин удивляется. С ним так дружелюбно взаимодействуют незнакомцы, будто они в прошлом уже где-то встречались и, возможно, даже были друзьями. Но это приятное удивление. Он безумно рад. Потому что осознал, что они. Спасили его?        -Как зовут? — спрашивает третий молодой человек, который все это время был неподалеку, но почему-то незамеченным.        Его тембр голоса достаточно низкий и даже строгий. А если присмотреться к нему, то во взгляде можно увидеть нескончаемую глубину. Сейчас эти глаза смотрели на Чимина достаточно серьезным взглядом, без капли жалости. Чимин под этим напором карих кошачьих глаз остолбенел.        -Чимин. Пак Чимин. — От смущения ответить получается только через пару секунд. Уж больно тяжелый у его собеседника взгляд.       Парень ухмыляется и закуривает       сигарету:        — Чимин, ты можешь разжать свой трусливый хвостик. Говори уверенней, все страшное уже позади. — И снова этот взгляд.        Чимина эти слова немного задели. Из-за чего он хмурится, смотря на Юнги.       "Да пошел ты нахуй! " — думает он.       Друг сбоку толкает Юнги в бок, при чем не слабо. А в ответ получает удивленное «Что?».        Чимин переводит взгляд на того, кто заступается за него:        -Как тебя зовут?        -Тэхён, — тот в свою очередь кивает на темного красивого парня. — А это Чонгук.       Чимин делает легкий поклон и смотрит им в глаза:        -Спасибо большое. Я очень вам благодарен, -И на миг переводит взгляд на Юнги. А потом снова возвращает к его друзьям. — В честь благодарности, я могу пригласить вас перекусить раменом?        Парни переглядываются между собой.        Юнги выкидывает окурок сигареты и смотрит на Чимина:        -Только если потом, сегодня у нас еще дела.       Чонгук смотрит на хена и обреченно вздыхает:        — Ты точно в порядке? -Взгляд падает на прикрытый торс Чимина. Чонгук до сих пор отчетливо помнит 5 свежих шрамов, которые были нанесены совсем недавно. Они все расположены в разных частях торса и выглядели омерзительно.       Ему даже стрёмно представить на сколько это больно.        Чимин понимает о чем он и немного смущается. Огорчается. Потому что боль от шрамов все это время предательски напоминала о его проигрыше. А так же создавала дискомфорт, который Чимин привык скрывать. Он отвечает заученной фразой:        -Да, все хорошо, Чонгук.       Натянутая легкая ухмылка- его заученная маска. Чимин всегда так делал, когда хотел спрятать правду: ему было больно, ему неприятно, его это заебало.       Вдох… Выдох…        Юнги долго и пристально смотрит на него. Оценивающе, немного с прищуром. Он хорошо умеет читать людей и Чимин не исключение. Юнги видит его, как раскрытую книгу. Он видит в нем зеркальное отражение самого себя.       Чимин обменивается номером телефона с Тэхеном и напоследок перед прощанием, делает поклон. И снова искренне благодарит.        А потом они расходятся. Трое друзей идут в одну сторону, а Чимин в противоположную. И каждый погружен в свои мысли.

*****

      Чимин размышляет обо всем, что сегодня произошло. Размышляет до самой ночи, из-за чего не может уснуть. Ведь все так неожиданно произошло.        «Такие события могут быть случайностью? А что, если и правда: случайности не случайны? Или это бонус Вселенной? "        «Черт, а как они трое справились с таким количеством амбалов? Такое действительно возможно? "        «Неужели и правда у людей еще осталась человечность? "       И аналогичных мыслей и вопросов, на которых он не может знать полноценные ответы много. И он утопает в них с головой.