Сикер и бариста

      Зейлин взглянула на часы в углу электронной кассы и вздохнула. Ещё пятнадцать минут до конца смены. Время по понедельникам тянется ужасно медленно. Она сполоснула питчер, в котором минуту назад взбивала овсяное молоко для латте, и поставила его на кофемашину, после чего завязала узел на сером фартуке потуже.       С утра должны работать два человека, но Крис резко взял больничный. Народу было не так много, но Зейлин не любила работать одна.       И тут колокольчик над дверью кофейни негромко прозвенел. — Добро пожаловать в «Джаспер Брю», что вам предложить? — девушка обернулась, вежливо улыбнувшись, но, узнав посетителей, недоверчиво сузила глаза. — Так, а почему вы не в школе? — Ты не поверишь, но Мико не наказали, — Джек с легкой улыбкой положил рюкзак под стул столика на четверых. — А у меня сегодня выходной. — Зей-Зей! — Мико перегнулась через стойку рядом с кассой и обняла бариста. — Мико-о! — сдавленно рассмеялась Зейлин и обняла девочку в ответ. — Хватит прыгать на меня, когда я на смене. — Так ты же уже почти закончила! — в притворной обиде произнесла Мико. — У тебя смена до четырёх! Ещё несколько минут. — Вечерники ещё не пришли, — Зейлин облокотилась о прилавок и подперла подбородок рукой, — и на мне касса. Так что я ещё минут на десять как минимум. Так, что вам сделать? — Мне тот новый смузи с ягодами! — Накадай радостно ускакала за столик, кинув рюкзак под стол. — Тоже самое? — спросил Джек у Рафа и, после кивка младшего друга, обернулся в сторону Зейлин. — Нам с Рафом как обычно чайник чёрного чая на двоих. Чур Мико платит за себя сама в этот раз. — Эй, с чего бы?! — Потому что ты берёшь самый дорогой напиток из меню, а потом даёшь чек мне! — Неужели ты не джентльмен? — Как будто ты — леди.       Зейлин поняла, что сейчас со стороны Мико начнутся настоящие разборки, поэтому предупреждающе постучала металлической ложкой, которой она хотела положить чай в фильтр чайника, по столу прилавка. — Ладно, я заплачу, — недовольно фыркнула Накадай и вынула из кармана скомканные десять долларов. — За всех нас заплачу, раз мистер «Я работаю в фастфуде» такой жадный! — Я такого не говорил!       Когда Зейлин сделала смузи и отдала чай, она приняла скомканную купюру и положила в кассу, после чего отдала сдачу гитаристке. Убедившись, что новых клиентов и заказов нет, она присела за стол к ребятам. — Итак, что по новостям, детки? — У меня два выходных подряд, — с довольной улыбкой произнес Дарби, размешивая в чашке чая один стик сахара, — так что в планах у меня погонять с Арси по дорогам. Мико с Балкхедом поедут в местный драйв-ин кинотеатр на какой-то ужастик, а Раф… завалил тест, по его словам.       Зейлин повернула голову на младшего друга, от чего её кудрявые волосы, завязанные в высокий рабочий пучок, колыхнулись от резкого движения. — Дай-ка угадаю, — девушка положила два пальца на подбородок в притворной задумчивости, — получил девяносто девять процентов вместо ста? — Девяносто восемь, — пробурчал под нос Раф, и троица вокруг него добродушно рассмеялась. — Вот вам смешно, а у меня успеваемость снизилась.       Зейлин потрепала мальчика по волосам и стала обсуждать с Мико фильм, на который они пойдут с Балкхедом. — Ого, я на этот ещё не ходила, — Холл улыбнулась. — Можно ведь с вами? — Нужно! — радостно воскликнула Мико.       Зейлин открыла рот, но слова, которые она хотела сказать, застряли в горле, когда в районе сердца резко заболело. Будто сотни иголок вонзились в кожу. Девушка скривилась и стала резко дышать, схватившись за чёрную рабочую футболку. — Зейлин! — воскликнул Джек и положил ей руку на плечо. — О боже, опять?       Зейлин кивнула и постаралась ровно дышать. Такие приступы обычно происходят раз в две-три недели, но длятся не дольше пары минут. Артефакт, пригвождённый к её груди в области сердца, больно пульсировал и будто впивался тонкими щупальцами глубже в плоть. Рэтчет, к сожалению, не смог объяснить это явление, но угрозой для жизни Зейлин оно не являлось.       Через минуту (которая всегда казалась при таких случаях вечностью) острая боль стала отступать, и Холл смогла нормально выдохнуть. Она вытерла пару капелек слёз в уголках зелёных глаз и осмотрела ребят. Приобняла слегка подрагивающего Рафаэля за плечи и прошептала: — Всё в порядке, ребят.       Благо артефакта почти не было видно под плотной футболкой, поэтому Зейлин особо не волновалась. Правда, из-за этой штуковины Зейлин пришлось поставить крест на личной жизни, потому что ни одному парню нормально не объяснишь, почему к твоей груди прикреплен кибертронский артефакт десятиугольной формы с мелкими гвоздиками по периметру. По сторонам от артефакта на её груди были едва заметные шрамы от первого внедрения. Сам артефакт почти не причинял боли, но неприятно скребся о кожу, если Зейлин случайно его задевала. — Эх, вот бы мне такой артефакт, — мечтательно протянула Мико, подперев подбородок рукой. — Я хоть драться с десами смогла бы. — Ага, и получать мини-сердечные приступы два раза в месяц, — пробурчал Джек и отпил чай. — Веселуха. — Согласна с Джеком, Мико. Иногда это вообще не весело, — произнесла Зейлин, после чего обернулась на входную дверь, когда услышала звон колокольчика. — Не прошло и полгода! На десять минут опаздываешь. — Не ной! — с улыбкой прокричала ей Кортни, — высокая афроамериканка с большими серыми глазами, — и, перед тем, как уйти в комнату для персонала, оглядела компанию коллеги. — А, опять эти детишки. Вы что, в клубе каком-то? — Научной фантастики, — фыркнула Зейлин и пошла снимать фартук.

***

      Несмотря на то, что официальным напарником Зейлин был Оптимус, он, в силу занятой должности лидера автоботов, не всегда мог отвозить и забирать её с работы. Но Зейлин даже не думала обижаться, ей же не шестнадцать (да простит ей Джек это сравнение). — Хей, Оптимус! — Зейлин вышла из альтформы Балкхеда и, похлопав по толстой зелёной броне в знак благодарности, обернулась на лидера. — Как дела? — Здравствуй, Зейлин, — Оптимус на миг оторвался от огромной консоли, на которой быстро перемещались строчки данных на кибертронском языке, и с небольшой улыбкой кивнул девушке. — Всё в порядке, благодарю. Как твоя работа?       Вместо ответа Зейлин, убедившись, что дети как минимум в десяти метрах от неё, три раза нажала двумя пальцами по артефакту на груди.       От артефакта начал распространяться пульсирующий бледно-жёлтый свет. Человеческие черты девушки стали плавно уступать место сложному кибертронскому дизайну. Конечности выдвигались, материализовалась броня, менялась общая структура. Изумрудная оптика Зейлин загорелась, приспосабливаясь к повышенной чувствительности кибертронского зрения. Системы синхронизировались, адаптируясь к новой форме, обеспечивая плавный переход от человеческих возможностей к кибертронским. Артефакт, выполнив свою задачу, перешёл в спящее состояние, плавно интегрируясь в выпуклый кибертронский рисунок на честплейте Зейлин. — Фух, — Холл плавно потянулась. В кибертронском обличии у неё доминировала расцветка насыщенного бордового цвета. Дополнительным цветом служил серый, который очеркивал полосами швы трансформации по манипулятором и сервоприводам. Как ни странно, но на спине у Зейлин были небольшие крылья. Но несмотря на это, она без труда могла трансформироваться во внедорожник. Летунов среди автоботов не было, поэтому обучать искусству полетов было некому. Аудиосенсоры представляли собой длинные антенки. Зейлин в боях практически не участвовала, но была вооружена по пушке на каждом манипуляторе. — Такая смена скучная была. — Знаешь, тебе необязательно трансформироваться каждый раз, когда ты на базе, — произнес Рэтчет, не отрываясь от консоли. — Во-первых, я трансформируюсь не каждый раз, — Зейлин звонко хрустнула копчиком. — Во-вторых, раз у меня есть возможность быть почти одного роста с титанами, но почему бы и нет. — Одного роста? — Балкхед низко рассмеялся и несильно толкнул её толстым локтем в спину. — Зейлин, да ты на полшлема выше Арси, какой там!       Арси недовольно скрестила манипуляторы и громко цыкнула, привлекая внимание Разрушителя. — Упс, прости, — он почесал шлем и усмехнулся, — но на правду не обижаются.       Арси показала Балкхеду кулак, и тот засмеялся, но ради шутки отошел в сторону, признавая поражение. Бамблби рядом с ними насмешливо зачирикал. Дети тоже посмеялись, но быстро переключили своё внимание на новую игру на приставке.

***

— Мой Лорд, прошу вас!       Мегатрон не слушал. Он никогда не слушает. — Автоботов осталось всего пятеро на этой планете, но ты проиграл им целую шахту! — тяжёлый манипулятор лидера прошёлся по фейсплейту заместителя, от чего тот едва устоял на сервоприводах. — Мой Лорд, — Старскрим хрипло откашлялся. — Мы… мы перенесли на «Немезиду» девяносто процентов ресурсов из шахты! Автоботам достались жалкие…       Очередной удар. На этот раз в район честплейта. Из корпуса полетели искры. — Автоботам не должно остаться ничего. Ничего! Даже жалкие остатки энергона!       Снова удар, после чего Старскрима взяли за горло и подняли над землёй. Сикер взялся длиннопалыми ладонями за широкий манипулятор Мегатрона и безуспешно пытался разомкнуть мёртвую хватку, болтая сервоприводами по воздуху. — П-повелитель! — Молчи! — прошипел сквозь пираньи денты Мегатрон. — Молчи, сволочь!       Одним мощным махом лидер десептиконов отправил Старскрима в полёт к стене. Старскрим не должен был удивляться, он привык за все эти тысячелетия быть избитым Мегатроном. Он оглядел командный мостик. Вехиконы делали вид, что не видят, как их командующего швыряют по мостику будто тряпичную куклу. Ну конечно, кому хватит смелости заступиться? Многие десептиконы думали только о своей выгоде, это не было удивительно. Но обида за уязвленную в который раз гордость почти прошла, уступая место слепому гневу и ещё большему желанием свергнуть бывшего гладиатора Каона. — Уйди с окуляров моих долой, — низко прорычал Мегатрон и отвернулся к огромному иллюминатору. На этот раз «Немезида» пролетала над живописным горным ландшафтом, покрытым толстым слоем снега.       Мысленно собрав осколки достоинства, Старскрим, хромая на левый сервопривод, вышел с командного мостика. Вместо медпункта он пошёл в свой отсек. Быстрыми движениями когтей он отпер дверь, с шипением открывшуюся, и зашёл внутрь. Он вздохнул и открыл последний ящик рабочего стола. — И вот опять, — негромко произнес в тишину отсека и взял в манипулятор небольшой ручной паяльник.       На этот раз ему придется запаять меньше, чем обычно: манипулятор и правый бок. Старскрим не хотел идти к Нокауту и выслушивать насмешливые комментарии. За все годы с Мегатроном у него сильно повысился болевой порог, и он научился самостоятельно зализывать раны. Полезное умение, но цена за эти умения была довольно высока. — Тебе недолго осталось, Мегатрон, — прошипел Старскрим, проводя оголенным концом паяльника по плечевой пластине. — Я стану лидером десептиконов и приведу нас к победе. Я уничтожу тебя.       Старскрим знал свои цели и желания. И знал, как их достигнуть. Но неудача за неудачей преследовали его из-за чрезмерного эго и непонимания того, что на самом деле ему нужно.