Страстные желания

- Чушь, полная чушь! – Скайя ходила по своей комнате в таверне, они с Гейлом спешно вернулись туда, когда стало ясно, что романтическая атмосфера напрочь разрушена недавними откровениями. - Ну, почему чушь? – Гейл стоял, скрестив руки, наблюдая за девушкой. - То есть ты, правда, считаешь, что то, что нам приснился один и тот же сон, это просто совпадение? - Разве личинки не служат способом объединять мысли и чувства? Это вполне закономерно, при условии, что наши мысли совпадали относительно того, что такое развитие событий желанно. Ведь они совпадали? – волшебник наклонил голову на бок, пытаясь понять, что думает эльфийка. «Совпадали... – повторила девушка про себя. - Совпадали?» Хотела ли она еще тогда быть с Гейлом, мечтала ли о страстной ночи с ним? Девушка не была уверена. Она и сейчас не была уверена в том, что делает. Да, сожалеть о том, что произошло, было глупо, да и поводов не было. Эта ночь была прекрасна. Но тогда что так смущало Скайю? -Ты задумалась слишком глубоко, - он подошел к ней. – Ты беспокоишься, я понимаю. Давай я помогу с этим? Маг коснулся ее плеч, всмотрелся в лицо несколько секунд, скользнул вдоль рук и взял ладошки Скайи в свои. Его кожа была теплой, прикосновения нежными. Приятное тепло желтоватого магического сияния от рук мага перешло к ней, начало распространяться дальше, заполняя, успокаивая, притупляя нервозность и тревогу. - Так лучше? – улыбнулся он. – Лечить можно не только тело. - Спасибо, - сердце сжалось от нежности к волшебнику, он был так заботлив, так внимателен. Так красив. Сексуален. «Так стоп!» - приказала она самой себе. – «Куда пошли твои мысли? Сейчас не лучший момент». - Тебе надо поспать, завтра тяжелый день. Может… я останусь… - Скайя, нам надо поговорить! – в комнату вошел Астарион. Увидел этих двоих, нахмурился. Взгляд упал на сплетенные руки, и эльф помрачнел еще больше. - Ты не вовремя, вампир, - Гейл с досадой увидел, как ускользает девичья рука из его пальцев. - Я пришел не к тебе, маг, и говорю не с тобой. - Почему в мою комнату все время кто-то вламывается без стука? – проговорила девушка. - Тебе нужно запирать двери, а то, кажется, будто попасть в твою спальню может кто угодно, - блондин зло посмотрел на волшебника. - Гейл, оставь нас, пожалуйста, нам с Астарионом действительно нужно поговорить, - процедила сквозь зубы эльфийка. Слова вампира задели Скайю за живое, он явно хотел добиться именно такого эффекта. И добился. - И как тебе? Хорошо провела время? Как покувыркались? – начал Астарион, когда волшебник скрылся за дверью. - Ты об этом пришел поговорить? Если так, то тебя это не касается. - Кто угодно, я могу понять… все эти плотские желания, необходимость их удовлетворения… с кем угодно, но он… - Не тебе мне указывать с кем я могу быть, а с кем нет. - Вы же не делали это прямо тут? – он указал на кровать. – Эти простыни еще слишком хорошо помнят, как я был здесь с тобой. - Астарион, мне кажется, что мы все обсудили, ты очень четко донес свою мысль и свое отношение ко мне и к тому, что между нами было. Если для тебя это ничего не значит – для меня тоже, - она отвернулась. Один рывок и вампир оказался возле девушки, толкнул к деревянной балке, схватил за горло, сдавил сильно, зло, по-настоящему. - Не значит, да? Что ж тогда это говорит о тебе, дорогая? – он склонил голову, приблизился к ее шее, вдохнул запах волос и обнажил клыки, почувствовал как близко венка на ее шее, как легко можно сейчас прокусить тонкую кожу и сделать первый глоток, самый сладкий, а потом еще и еще. - Пусти, Астарион, - эльфийке становилось нечем дышать, она пыталась сопротивляться, но от этого пальцы вокруг шеи сжимались лишь сильней. - Если это ничего не значит, то получается, что и ты пользовалась мной в своих целях. Так? Удовлетворение низменных потребностей… сначала со мной… теперь с этим, - злость чувствовалась в каждом слове, глаза горели в полумраке комнаты. Ее запах сводил его с ума. Блеснуло лезвие, полоснувшее вампира по щеке, из небольшого пореза сочилась алая кровь. Блондин отпустил Скайю, схватился за щеку, отходя на пару шагов, чувствуя, как отрезвляет его боль и жжение в месте пореза. Скайя держалась за горло, восстанавливая сбившееся дыхание. - Если это все, то тебе лучше уйти… Тебе в любом случае лучше уйти. *** Веселая ночь выдалась перед битвой с Кетериком. Сначала Скайя позволила себе то, чего сама так избегала – поддаться странному влечению к Гейлу, несмотря на все сомнения, которые никуда не делись. Потом новость о том, что сон, приснившейся эльфийке про их сексуальные утехи с волшебником, снился не только ей, но и ему тоже. И, наконец, Астарион, завалившийся в ее комнату для того, чтобы высказать свое неудовольствие тем, что происходит между Скайей и магом. Насыщенная ночь, ничего не скажешь. «Итак, по порядку. Я и Гейл… это было… волнительно, никто не спорит, но… Правильно ли я поступила?» - что-то беспокоило девушку, она только не могла понять что именно. Не ее грехопадение до секса с двумя мужчинами из их маленького отряда, хотя кому-то такое поведение могло показаться чересчур… свободным… Но не это было причиной. В конце концов, они с Астарионом не клялись в вечной верности, да и то, что между ними происходило раньше, можно считать перевернутой страницей. Это в прошлом. То, что Гейл желает большего, не только плотских утех? Да, пожалуй, это все еще было проблемой, но и это не все. Скайя плохо контролировала свои эмоции и плохо понимала свои чувства, не могла понять, разобраться в их переплетении. На нее это не похоже. «Наш общий сон», - продолжила размышлять Скайя. «Как бы не успокаивал меня Гейл, но это странно, а судя по… кхм… деталям, которые я услышала, это был тот же самый сон, во всех его непристойных подробностях. Мог ли он присниться нам обоим из-за того, что в наших мозгах сидит по иллитидской личинке?» - в этом тоже надо было разобраться, но как… Скайя пока не знала. «И наконец… Астарион», - брови девушки нахмурились. «Зачем он приходил? И что ему, в конце концов, нужно? Указать на развратное поведение своей бывшей любовнице? - Вряд ли блондина можно было считать хранителем целомудрия, и точно вряд ли его можно смутить свободным отношением к сексуальным похождениям. Учитывая его опыт…. Ревность? Было похоже. Но с чего вампиру ревновать? Если только… «Он расстроился, что его игрушка не стала долго горевать и убиваться по нему? - Да, гордость, самолюбие – слабые стороны Астариона. Возможно, тот надеялся, что эльфийка будет страдать, умолять его быть с ней? Ну, уж нет. Этого Скайя точно делать не будет. А уж после того, что случилось этой ночью… «Не надо было разрешать ему вернуться, нужно было послать его к черту, когда он снова объявился». *** В Лунных башнях на первом этаже Джахейра руководила арфистами и кулаками, указывала, где устроить медицинский пункт для раненных, где поставить дополнительную охрану на случай, если к врагам придет подмога. Настоящий лидер. У нее хорошо получалось. Во многом благодаря ей они сейчас готовы были подняться наверх, искать Кетерика, а не продолжать долгое и тяжелое сражение со всеми его последователями. К сожалению, несколько человек из сопротивления они потеряли. Это было неизбежно, но Скайя хмурилась. Именно этого она опасалась, когда планировали вторжение. Что кому-то придется отдать свою жизнь в этой борьбе. И, хотя она понимала, что это не только ее битва, ей бы очень хотелось избежать смертей этих людей. Не хотелось смотреть на тела, поэтому она торопила свой отряд скорей следовать дальше. - Шэдоухарт, пойдем, я знаю, ты хочешь помочь, но лучшей помощью будет – избавление этих людей от Торма. Когда союзники поднялись на самый верх и встретились с Кетериком лицом к лицу, появилась Лунная дева. Как раз вовремя. Теперь, когда ее тюрьма была разрушена, а Кетерик Торм больше не питался ее силами, он был уязвим. А еще не казался таким грозным противником. Все шло очень хорошо. Он устал, был ранен, почти мертв. Когда Скайя уже решила, что битва выиграна, глядя как Лаэзель подходит к Торму сзади, готовясь нанести решающий удар, из-под земли вырвалось огромное щупальце. Оно разворотило половину башни, схватило Эйлин и Кетерика и исчезло где-то в глубине. А это значит, что союзникам предстояло отправиться следом. Оставлять его в живых, позволить уйти - было бы безрассудством. *** Колония иллитидов под Лунными башнями представляла из себя живой организм, где живыми были не только ее обитатели, но и сама ткань, из которой были «сделаны», выращены помещения и коридоры. Стены, потолок и пол были сотканы из странной разновидности плоти, двери-мембраны раскрывались при приближении к ним. Торопливо продвигаясь вперед, не желая задерживаться в этом месте надолго, союзники искали убежище Торма. - Стойте, - прошептала одними губами Скайя, подняв руку. Кетерик был не один, отряд застал хороший момент, чтобы чуть больше узнать о том, что происходит. Получается Торм не единственная их проблема. А еще Абсолют, иллитиды, личинки – все это часть одного большого плана. И все намного хуже, чем можно было себе представить. Но с этим разобраться придется позже, а пока… Эти двое исчезли, оставив Кетерика Торма одного. Хороший момент, чтобы закончить его существование прямо тут. - Там Эйлин, - прошептал Уилл, указывая на Лунную деву, она не могла пошевелиться, скованная магией, способной удержать даже дочь богини. - Нужно помочь ей, - Карлах вытащила свой молот, готовая идти в бой. - Нет, если мы пойдем открыто… она может пострадать, нужно действовать иначе, - Скайя раздумывала над тем, как лучше поступить. Осмотрелась, взгляд ее упал на вампира, она нахмурилась. Но это был хороший вариант. - Астарион, - позвала она, роясь в своей сумке, доставая кольцо, она уже успела забыть о нем. Маленький подарок вампиру, который эльфийка так и не отдала. - У меня для тебя кое-что есть, - она почему-то немного смутилась, когда все взгляды обратились к ней. Взяла его за руку и отошла на несколько шагов от союзников вместе с мужчиной. Блондин не сопротивлялся, с интересом глядя на Скайю, пыталась рассмотреть, что она сжимает в руке. - Это… должен был быть подарок, но… в общем это кольцо… - Мерцания, - продолжил он за девушку, когда она положила украшение на ладонь и протянула вампиру. – Я понял. Вампир не стал ничего спрашивать, разгадал, в чем состоял план эльфийки, кивнул, забирая кольцо из ее рук. Повертел в своих пальцах, прежде чем надеть, ухмыльнулся и двинулся вперед. Потом оглянулся на Скайю, открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Кольцо сработало отлично – союзники даже не поняли, в какой момент Астарион пропал из виду. Вот он был, и вот его нет. Оставалось только ждать, чтобы в нужный момент появиться на поле боя. *** Никто не ожидал, что Кетерик шагнет в пучину огромного светящегося колодца. А на смену ему поднялось нечто совсем иное. Огромное костяное существо, Апостол Миркула, вместе с ним вокруг союзников появились коконы некромитов, многие уже вылупились и начали наступать. - Уилл, Лаэзель, Гейл, возьмите их на себя, - прокричала Скайя, сама перехватывая поудобнее меч и перебежками направилась к чудовищу. Шэдоухарт пошла следом, но затем свернула вправо, карабкаясь по лестнице, стараясь занять высоту для лучшего обзора, собираясь прикрыть эльфийку. Карлах наоборот метнулась налево, пытаясь взять существо в кольцо. Краем глаза Скайя увидела силуэт Астариона, крадущегося в тенях. Но времени следить за ним не было, она подошла уже слишком близко, как раз настолько близко, что пришлось уворачиваться от косы Апостола. Бросившись на землю и перекатившись в сторону, она чудом ушла от атаки, коса просвистела у нее над головой. Карлах в этот момент вскарабкалась на платформу, пользуясь тем, что Костяное нечто было увлечено эльфийкой, та нанесла сразу несколько ударов, прежде чем враг успел среагировать. Но если реакция у него была не молниеносная, то вот всего остального было не занимать. Развернувшись к дьяволице, Апостол засветился зеленым светом, направил его в дьяволицу. Брюнетка буквально видела, как заклинание высасывает жизнь из краснокожей союзницы, на лице Карлах отразился ужас, она схватилась за голову, раскрыв глаза, замерла, не в силах пошевелиться. Скайя рванула вперед, оттаскивая подругу как раз вовремя – еще один удар рассек воздух на том месте, где Карлах стояла секунду назад. Пока Скайя была занята спасением, Шэдоухарт сотворила для них щит, а затем сконцентрировалась на костяной твари. Яркий светящийся луч вырвался из пола под ногами существа, ослепляя его, выжигая, заставляя корчиться от боли. Видя, что дьяволице стало легче, в глазах снова появилось осмысленность, эльфийка оставила ту на безопасном расстоянии и снова ринулась в бой. Удар, еще и еще, ей удавалось пробить его защиту снова и снова, легко уходя от атак опасного оружия, которым размахивал враг. Он казался предсказуемым, неповоротливым, а еще почти дохлым. Достаточно было еще пары ударов, и победа будет их. Еще удар, уклонение, переворот… Девушка услышала странный, неприятный звук, костяная коса, направленная на нее вошла во что-то невидимое, застряла. Силуэт Астариона проявился не сразу. Она заметила струйку крови, стекающую из его рта, увидела, как тело его замирает, а затем медленно падает. Он рухнул в ее руки. Апостол вытащил свою косу с таким же неприятным звуком, и из живота эльфа ручьем полилась кровь. Она испачкала его одежду, броню Скайи, заструилась по ее рукам. Обняв Астариона, эльфийка вместе с ним перекатилась в сторону, уходя от нового удара, ударилась головой о каменный пол, теперь она уже вся была в крови вампира. Блондин не двигался. Скайя закрыла его собой, сжалась, ожидая удар, но удара не было. Вместо этого она услышала яростный вопль Карлах, увидела вспышку света и вслед за этим Костяное тело повалилось на пол.