Страстные желания

Астарион пил кровь Скайи еще не раз, они уходили на прогулки вдвоем, после вампир возвращался сильнее и счастливее, чем вызывал тихое неудовольствие Гейла. Эльф поправлялся, приходил в себя, больше не пропадал, вместо него эту привычку переняла Шэдоухарт. Той было зачем и почему желать быть в одиночестве. Шаритке предстояло многое переосмыслить, многое принять в себе и отринуть все ненужное. Такие изменения, как правило, проходят болезненно, но девушка была сильная, а теперь ее должно было поддерживать еще и желание узнать правду о себе. Часть этой правды удалось приоткрыть Деве Эйлин, но все остальное в руках Шэдоухарт. Кроме того – если верить Песне ночи, а ей хотелось верить, родители шаритки еще были живы. Не это ли должно было стать самым главным маяком для того, чтобы найти «свет» в том, что случилось? А впереди – совсем новая жизнь. Кроме того отряд обсуждал дальнейшие действия с новыми союзниками. Джайхейра по примеру Хальсина готова была отправиться в путь вместе с отрядом, равно как и Изобель с девой Эйлин не торопились покидать их. То, что их маленькое войско росло внушало чувство уверенности в завтрашнем дне и будущей победе. *** Скайя изучала покои на верхних этажах башни, проверяя - не упустили ли они чего-то важного, какие-то записи, которые помогут им или ценные вещи, которые пригодятся в пути, когда появился Гейл. - Вот ты где! - Что-то случилось? – откликнулась девушка, разворачиваясь к волшебнику, обеспокоенно глядя на него. - Нет, пожалуй, хватит потрясений на нашу голову, по крайней мере, пока, - улыбнулся мужчина, а эльфийка с облегчением выдохнула. - Тогда зачем ты меня искал? - Ну, положим не обязательно иметь причину, чтобы хотеть тебя увидеть… - начал маг. – Но я действительно хотел поговорить. Гейл прошел вглубь комнаты, осматривая одну из спален кого-то особо приближенного к Кетерику, по крайней мере так казалось, судя по более богатому убранству. Кровать с балдахином, дорогое покрывало, вазы и картины на стенах, рабочий стол у одной из стен со множеством книжных полок. Вряд ли здесь жила обычная стража. - Итак… мы победили Кетерика, - Гейл снова повернулся к девушке. - Очень наблюдательно с твоей стороны, - улыбнулась Скайя, перебирая книги на полках, вчитываясь в названия. - И я… не сделал того, что планировал… К чему уже был готов… В глубине души я уже смирился с тем, что моя жизнь оборвется тут, в проклятых землях, сфера взорвется у меня в груди, я уничтожу сердце Абсолют и… все закончится… Я стоял у самого края, готовый шагнуть в бездну, уже практически сделал шаг… Но ты удержала меня, - мужчина говорил тихо, подбирая слова. - Вряд ли меня можно считать той, кто помог тебе принять решение, ты ведь так и не захотел обсуждать это со мной. - Да, я считал, что тут не о чем говорить, но ночь с тобой показала мне, что есть другой путь, другие возможности. Спасибо, что была рядом, что смогла открыть мне глаза, - он проделал несколько шагов, взяв девушку за руку. - Ты преувеличиваешь мои заслуги, - смутилась эльфийка, чувствуя теплые прикосновения на своей руке, наблюдая, как пальцы мага нежно глядят темную кожу ее ладошки. - И тем не менее, с того самого дня, как Эльминстер сообщил, чего хочет от меня Мистра, я чувствовал себя именно так – в шаге от бесконечного падения в ничто. Но ты… ты отвела меня от края. Без твоих слов… твоих прикосновений… я бы устремился в эту пустоту в поисках утешения. С тобой той ночью я вспомнил, что такое жизнь, - маг стоял напротив, все еще держа Скайю за руку, а второй сотворил несколько светлячков, таких же магических, таящих в полете, как и тогда. - Теперь я знаю, что конец моего пути намного дальше, чем мне казалось прежде. Эта ночь много значила для меня, надеюсь, что и для тебя тоже… - Конечно! – сердце Скайи колотилось о грудную клетку. – Я очень рада, что ты не совершил ничего опрометчивого и, надеюсь, что больше не будешь об этом думать. - А я надеюсь, что мы еще сможем провести немало времени вместе… наедине, - волшебник потянул руку Скайи, поднимая к своему лицу, несколько секунд рассматривал ее тонкие пальцы, а затем нежно коснулся губами внутренней стороны. *** На следующий день отряд тронулся в путь, снова их ждала дорога, снова они шли к своей цели, только теперь цель была куда важнее, чем просто избавиться от паразитов в их головах, на кону стояло много больше, каждый из отряда это понимал. А еще важную роль союзников в этой истории понимал и кое-кто еще. Это показала первая ночь в лагере, когда отряд остановился на ночлег. Не успели они устроиться, разложить спальные мешки, от которых немного отвыкли за последние дни, как на поляне появились гитьянки. Они вышли из портала, с обнаженными клинками, ринулись в бой. Все это точно не походило на желание дружески перекинуться парой слов. «СКОРЕЕ В ПОРТАЛ», - услышала эльфийка в своей голове, как только непрошенные гости появились. - За мной, - ни секунды не сомневаясь, крикнула девушка остальным и начала прорываться к нему. Потребовалось несколько минут, чтобы преодолеть двадцать метров, разделяющие портал и спутников. Гитьянки хорошие воины, сражались они отчаянно, пытаясь не пустить союзников к их цели. Но все-таки те добрались. Скайя вошла магическое сияние первой, за ней там оказались Астарион, Гейл и Шэдоухарт. Лаэзель, Уилл и Карлах продолжали сражение в материальном мире. Внутри портала тоже шел бой, другие гитьянки отчаянно сражались с иллитидом, Скайя и союзники как раз стали свидетелями того, как одна из гитов повалила мерзкое создание на землю, но вместо того, чтобы добить, бросилась к сфере позади него, стараясь разрушить магию, ее удерживающую. - Прежде чем действовать, знай – я твой союзник, - иллитид говорил голосом Гостя из сновидений, и эльфийка остановилась с занесенным мечом, пораженная этим открытием. – Мы в опасности! - Иллитид? – Гейл, был ошарашен не меньше. – Что тут творится? - Этот гитьянки, - собеседник указал на закованного в магической сфере мужчину-гита, позади себя. – Он источник нашей защиты перед Абсолют. Я ДОЛЖЕН был его пленить. Пусть мой облик тебя не смущает. Это Я оберегал тебя, это Я приходил в твоих снах. Помоги мне! Иллитид понялся с земли, товарищи наблюдали за его движениями, но никто не нападал, все ждали Скайю, а она лихорадочно пыталась понять, что все это значит. Прокручивала в голове все то, что произошло ранее. - Я должна тебе поверить? – наконец проговорила брюнетка. - Ты разве не понимаешь? Он нападет на любого, от кого несет иллитидом. И на тебя тоже. А вы даже не сможете защищаться, ведь если вы его убьете – вас поработит Абсолют. Я тебе не враг! - Скайя, поверить иллитиду? - спросил Астарион неуверенным голосом. - Не поддавайся страху. Доверься мне! Обещаю, ты получишь ответы на все вопросы, - странно, но Скайя не чувствовала угрозы, исходящей от этого существа, внешность которого должна была отталкивать и вызывать только одно желание – убить на месте. Что-то внутри девушки твердило, что ему можно верить. Этому не было никакого логического объяснения, только внутренняя убежденность, что это так. - Убей нападающих, у меня не осталось сил сражаться, но если ты поможешь, я подчиню их хозяина! *** - Спасибо, еще немного и случилось бы беда! – проговорил иллитид, когда все гитьянки, кроме того, что был внутри магической сферы, погибли. – Ты все еще смотришь на меня со страхом. Все еще не веришь? - Ты, наконец, скажешь, кто ты? – несмотря на внутреннее ощущение, что все было правильно, Скайя была готова к любому развитию событий, все еще держала меч в твердой руке, не собираясь убирать его в ножны. - Можешь называть меня Императором. Гость из снов, у которого теперь было, пусть и специфическое, но имя, многое рассказал союзникам о принце Орфее. Именно он оказался заточенным узником сферы, в которой и происходило сражение, пленником которой являлся и сам иллитид. Но между тем тот как раз считал, что артефакт дал ему свободу, в первую очередь свободу от нетерийского мозга. Именно тогда, когда Император впервые оказался здесь, посланный Горташем, чтобы найти Орфея, он ощутил, что влияние мозга ослабевает. Тогда же разработал свой план, участниками которого стали Скайя и ее союзники. Император рассказал и о том, как стал иллитидом и принял свое новое обличье и способности, которые давали ему преимущество перед его прошлой человеческой природой. О желании Влаакит, лживой богини гитьянок завладеть силой Орфея, о жажде Избранных подчинить себе нетерийский мозг с помощью камней и дальнейших планах во Вратах Балдура. Если все то, что поведал их, по его же утверждению, союзник, правда… Горташа и Орин необходимо было остановить любой ценой! Мозг уже направился в город, а это означало, что совсем скоро сотни Верных обратятся в чудовищ, и начнется настоящий хаос. Вряд ли Мозг и подчинившие его себе Избранные остановятся на том, что захватят Врата Балдура, они пойдут дальше, ведомые жаждой власти и крови. Скайя пыталась понять, почему верит сказанному, но не могла дать четкое объяснение. Только интуиция, никаких здравых рассуждений. Можно ли было верить своей интуиции? Раньше она бы сказала – конечно! И была бы права. Но теперь, когда все так запуталось, когда она не контролирует свои чувства и эмоции, когда в ее голове сидит иллитидская личинка. Можно ли было довериться самой себе в таком важном решении, как это? Требовалось обсудить это все с товарищами. Особенно тяжелым будет разговор с Лаэзель. Сможет ли Скайя убедить ту в том, что Императору можно доверять, когда на кону стоит освобождение самого Орфея? Интересно, что думали остальные? Времени обсудить, как действовать внутри сферы, у них не было, вместо обсуждений нужно было сражаться, иначе гитьянки просто убили бы весь отряд, в независимости от того, чью сторону товарищи бы приняли. Но что теперь? *** Разговор был долгий и напряженный. Как и ожидала эльфийка, Лаэзель даже слушать не хотела о том, чтобы позволить Орфею находиться и дальше в заточении и под влиянием Императора. Успокоить взбешенную гитьянки смогло только то, что Скайя пообещала найти больше информации, как освободить принца и что будет, если у них получится. Насчет того, стоило ли верить иллитиду, мнения остальных разошлись. - Нам рано принимать какие-то решения, но, я уверен, ответы мы найдем в городе, - волшебник задумчиво смотрел на костер, который потрескивал слегка влажными дровами. - И мы уже совсем близко, - кивнул Уилл. Чуть в стороне Карлах со Скайей обсуждали, что одним из избранных был старый знакомый дьяволицы. Краснокожая пылала ярче обычного, разозленная тем, что тот, кто продал ее Зариэль, не просто спокойно ходит по земле, занимает высокопоставленное положение, но еще и скоро фактически подчинит себе весь город. - Я верила ему! Скайя! – говорила она со слезами на глазах. – Я была молодой и наивной, мне сказали, что ему требуется телохранитель для защиты. И он взял меня на работу, а я защищала его. Не могла представить, что он может предать! А эта сволочь просто продал меня! Продал меня Зариэль, меня лишили моего сердца! Моего сердца! Эльфийка не могла и слова вставить в эту гневную речь, даже не пыталась, подруге нужно было выговориться. - Они не имели право! Не могли забрать его у меня! Забрать мою жизнь! Лишить меня всего! – продолжала Карлах, не обращая внимание, что все союзники смотрят на нее, прервав свои занятия и другие разговоры. – Мы должны убить его! - И убьем! – эльфийка кивнула, делая шаг к собеседнице. – Я помогу! Мы все поможем тебе отомстить! - Хочу посмотреть ему в глаза, хочу знать, зачем он так поступил со мной! – по щекам Карлах потекли слезы, она сдалась, стихла, опустила взгляд. Скайя шагнула еще, кладя руку на плечо подруги, сжимая его крепко, уверенно. Потянулась, обнимая, прижимая к себе.