Страстные желания

Врата Балдура уже можно было увидеть впереди, осталось совсем немного пройти, чтобы добраться до его окрестностей. Погода благоволила путникам, на их пути не встретилось ни одного врага, ни одного проклятья или хоть чего-то, что омрачило бы их путешествие. Последний привал они и то сделали только за тем, чтобы войти в город днем, а не ночью. А так… их цель была вот она, прямо перед ними. Союзники уже готовились сниматься с места и двигаться вперед, туда, где их ждет еще два серьезных противника и еще два нетерийских камня. Палатки уже давно сложили, оставалось лишь собраться и тронуться в путь. - Где Скайя? – Гейл оглядел стоянку, но не увидел никого, кроме Астариона, кого можно было спросить об эльфийке. - Она пошла к реке, - бросил вампир и отвернулся. - И что она там забыла? – задал вопрос волшебник самому себе и скрылся за деревьями. Через пару минут с другой стороны донеслись знакомые голоса – Скайя, Шэдоухарт и Карлах в сопровождении Шкряба шли к стоянке и что-то весело обсуждали. Уилл и Лаэзель тоже показались на поляне. Клинок нес на плечах пару зайцев – охота этих двоих явно прошла удачно. - А где Гейл? – Скайя обвела глазами поляну. - Он пошел вперед, сказал, что устал ждать и решил догнать Хальсина и Джахейру, - пожал плечами Астарион, убирая книгу в свою сумку. - Какое странное решение, мы ведь как раз собирались выдвигаться, - удивился Уилл. - Кто знает? Может ему наскучило наше общество? – отмахнулся вампир. – Ну, что? Идем? И они пошли вперед, обсуждая новый облик Шэдоухарт. Темноволосая шаритка вчера ушла из лагеря, пропала надолго, а вернулась уже с новым цветом волос. Надо сказать, белый шел ей чрезвычайно, хотя и выглядело это немного непривычно. Видя, как девушка переживает по поводу своего нового облика, союзники наперебой хвалили ее, делали комплименты. Даже Астарион не остался в стороне. *** Через часа полтора они добрались до Ривингтона. Наконец-то – после долгих дней скитаний по лесам, Подземью и проклятым землям, спутники оказались там, где начиналась цивилизация. Тут и там сновали люди, местные и беженцы. Многие хотели попасть во Врата Балдура и раздумывали вслух о том, как пройти мимо стражи, кто-то просил еду, ругал власти. Через несколько минут после того, как отряд вступил в Ривингтон, появились и первые карманники – не самые умелые, одного такого Карлах схватила за ухо и тряхнула, отпустив затем на все четыре стороны. А чуть дальше обосновался настоящий бродячий цирк, возле него как раз вновь прибывшие встретили ушедших вперед друидов. - А где Гейл? Он пошел вас догонять, - поинтересовался Уилл. - Но, как видите, не догнал, возможно, мы разминулись. Собственно говоря, мы и сейчас с Джахейрой думали вас временно покинуть, - отозвался Хальсин. – Я хотел навестить старого знакомого. Позже встретимся у ворот? Скайя хмурилась, не потому что Хальсин и Джахейра желали погулять по городку самостоятельно, а потому, что волшебника нигде не было. Это было подозрительно. Но, может они и правы, Гейл мог разминуться с ними, может, зашел посмотреть, что местные артисты готовы предоставить изголодавшейся по развлечениям публике? Союзники повернули в сторону цирка, проследовали внутрь и разбрелись кто куда, заинтересованные больше происходящим в нем, чем поисками потерявшегося мага. Конечно, такие путешественники, как они, видели многое, могли и сами выступать на публике, рассказывая про свои приключения и собрать немалую толпу заинтересованных зевак, но цирк… Это всегда праздник. - Это все напоминает мне о доме, - грустно и мечтательно проговорила Скайя, рассматривая столы и палатки артистов, проходя мимо торговцев, акробатов и колеса фортуны, возле которого зазывал попробовать свою удачу настоящий джинн. - Не знаю, такие развлечения не для меня, - говорил Астарион, следуя за девушкой. - Сейчас, наверное, и не для меня тоже, но Скайя, которой я была много лет назад, очень любила такие вещи – артисты, ярмарки, много людей, шум толпы, чудеса, - улыбнулась эльфийка. - Лучше следи за своими карманами, - хмыкнул вампир, пропуская в узком проходе девушку вперед. Они продвигались к небольшой сцене, возле которой было больше всего людей. - Подходите, подходите! Не стесняйтесь, совсем скоро состоится то, чего все так ждут. Выступление нашего главного артиста – Клоуна Капли. Подходите, - кричал со сцены человек, привлекая все больше и больше заинтересованных людей. - Брось, расслабься ненадолго, - улыбнулась Скайя, глядя на появившегося клоуна и слыша радостные крики толпы. – Пойдем к сцене? - Как насчет фокуса? Только мне понадобиться доброволец с сердцем льва и железными нервами, - кричал Капля со сцены. – Кто же вызовется помочь? Кто? - Ты же любишь быть в центре внимания, Астарион, это твой шанс, - голос Гейла раздался из-за спины союзников. - Гейл? – удивилась девушка. - Что? Нет! Даже не думай, это вовсе не смешно! - Ох, сколько энтузиазма! Давай, давай, смелей. Ты же не боишься? – кричал клоун. - Астарион? Ну, же, - маг улыбался, скрестив руки на груди. – Поддержим его? - Ну, конечно, это же так… весело, - выдавил из себя блондин и чуть тише добавил, - Я тебя убью, попомни мое слово! Толпа радостно закричала. Вампир зло посмотрел на мага и медленно пошел к сцене. - Ох, он будет долго тебе это припоминать, - улыбнулась девушка. – А где ты собственно пропадал? - Я думаю, что наш вампир заслужил несколько позорных минут на сцене за то, что по его вине вы оставили меня в одиночестве на месте нашего лагеря. Я ушел на твои поиски к реке, а когда не нашел и вернулся к стоянке, вас уже и след простыл. - Это было глупо с его стороны. - Ты такой особенный, мой друг! – тем временем клоун обращался к Астариону. – А знаешь почему? Знаешь почему? Потому, что у меня есть послание специально для тебя… Что-то внутри Скайи в этот момент напряглось, волосы на затылке зашевелились. - Что-то не так, - проговорила она Гейлу, автоматическим движением кладя руку на рукоять меча. - И это послание… - Капля склонился к Астариону, пряча руку за спиной, доставая оружие, и добавил уже тише и совсем другим голосом. - Слава Абсолют! - Берегись, - эльфийка крикнула ровно в тот момент, когда злобный пес, стоящий сбоку от Астариона приготовился к прыжку. Вампир не медлил ни секунды, увернувшись, пригибаясь к земле, вытаскивая кинжал из-за пояса. *** - Я это так просто не оставлю, - вампир шел мимо трупов допельгантеров, которыми стали несколько из цирковых артистов, включая самого клоуна Каплю, шел к Гейлу, глаза налились кровью. - Тише, Астарион, здесь итак достаточно произошло на радость толпе, пойдем отсюда, - брюнетка уперлась в его грудь руками, останавливая эльфа, не давая ему двинуться дальше. Эльф не сразу, но замедлился, а вскоре и остановился. - Этот пес чуть меня не прикончил, - проговорил он глядя на мага. – Из-за тебя! - Тебе напомнить, как я провел последние полтора часа, вампир? Ах, да! Вы меня бросили там, на поляне, - Гейл явно тоже был на взводе. - Так! Оба успокоились, - повысила голос девушка. – Мы еще с вами это обсудим, но не здесь. Пошли отсюда! «Еще не хватало мне разнимать этих двоих вместо того, чтобы искать оставшихся Избранных», - думала эльфийка, спешно удаляясь прочь из цирка. - Мы уходим, - бросила она остальным союзникам, только сейчас подоспевшим на помощь и не понимающим, что тут произошло. *** Все молча шли вперед за Скайей, вампир и волшебник бросали друг на друга нехорошие взгляды, а остальные просто не понимали, что происходит и удивленно следили за этими тремя. Даже Лаэзель, обычно незаинтересованная происходящим, если речь не шла о хорошей драке или выпивке, тоже с интересом следила, что же будет дальше. Гневные размышления эльфийки по поводу мужчин и того, что она с ними сделает, когда они найдут место, где обосноваться во Вратах Балдура, прервали. - Итак! Отродье, которое ходит мимо нас под палящим солнцем… - женщина в кожаной броне с металлическими вставками, с огромным топором за своей спиной в окружении таких же вооруженных до зубов людей преградили союзникам путь. И, судя по началу ее речи, она хорошо знала о том, кто такой Астарион. Вампир напрягся, остальные члены отряда тоже. - Что тебе нужно от Астариона? - Скайя демонстративно положила руку на оружие. - Последний раз, когда твой друг побывал у нас в лагере, он украл наших детей. Наше будущее! – женщина перевела взгляд на эльфа. - Мы хотели найти тебя и узнать, что с ними стало, а затем… убить… Но ситуация изменилась. Ты правда ушел от своего хозяина? Внутри девушки все похолодело. Если они нападут, придется защищаться, помогать Астариону, но то, почему они могли бы напасть, должны были напасть… Повод мягко говоря весомый. - Нууу, знаешь… хм… это долгая история, если честно, - проговорил Астарион, слегка нервничая. - Мы пытались напасть на дворец Касадора, чтобы вызволить детей из его лап, но, как видишь, у нас ничего не вышло. Дворец слишком хорошо защищен. Но что, если… к нему придет его отродье, которое, как Касадор считает, он может контролировать? – говорила главная из гурцев, пристально наблюдая за реакцией. – Тогда ты… ты сделаешь то, что не смогли сделать мы. Спасешь детей, которых сам же и забрал у нас. Эльфийка незаметно выдохнула, слегка расслабляясь. Повезло, что не придется убивать этих несчастных людей. - Ты не знаешь Касадора так, как знаю его я, - Астарион выглядел каким-то растерянным, вспоминая своего хозяина. – Ты хочешь, чтобы я вошел в его логово и спас ваших детей… но я могу поклясться, что все они уже давно мертвы! Я двести лет доставлял ему жертв и каждую вели к нему… на прокорм! – эмоции зашкаливали, ситуация выходила из-под контроля. Вампир почти кричал, на союзников начинали оборачиваться проходящие мимо жители городка. - Если наших детей больше нет, мы возьмем плату кровью, ты должен это понимать, отродье. - Астарион… - Скайя легко коснулась его локтя, обращая внимание на себя, говоря тихо, стараясь успокоить эльфа. – Мы должны помочь им отомстить. Ты должен помочь. Хотя бы это ты им должен. - Адова сера! Ладно! – блондин взмахнул руками. - Ты прожил жизнь, полную насилия и грехов. Убивал, разрушал семьи, похищал детей, причинил неизмеримое горе всем на своем пути. Своим поступком ты ничего этого не исправишь, - говорила женщина. Но это станет началом, - она затихла, продолжая смотреть на мужчину. - Астарион, пойдем, оставим их сейчас, - девушка подтолкнула союзника, и они пошли прочь. – И это тоже мы еще обсудим, - шепнула она ему. Внутри у Скайи все сжималось. Она так остро чувствовала горе этих людей и слабую надежду на то, что возможно дети еще живы. Хотя разум подсказывал, что Астарион прав. Вряд ли от них что-то осталось. И это сделал он. Девушка понимала, что вампир творил много дурного, много людей погибли из-за него, но ужасно было представить то, что от его действий пострадали дети. Скайя не могла, не хотела его винить за это, вампиру пришлось, он не был самим собой, не мог принимать решения, не мог сопротивляться воли своего хозяина и все же… Каково сейчас Астариону? Винит ли он себя за то, что делал? Или эмоции заканчиваются радостью от того, что теперь он волен сам принимать решения? Переживает ли за судьбу своих прошлых жертв или единственное, что им движет – убийство Касадора, месть тому, кого вампир ненавидит всем сердцем? Если верить словам самого же вампира – нет. Секс, кровь и убийства. Секс вычеркиваем. Значит только кровь и месть Касадору.