Олимпийский Лёд. Денис Русланович Ушаков обо всех своих известных спортсменах.

И.: Говоря о золоте Олимпиады, невозможно не поговорить о другой твоей фигуристке. О неё нам всем больно говорить, но мы вспоминаем ее только по великим свершениям и правильным словам. Сейчас я хочу поговорить о фигуристке, известной во время своей карьеры как Ева Смирнова. Но, большую часть своей жизни она была известна как Ева Панкратова. Расскажи, пожалуйста, о ней побольше, как о человеке. Какая она была? Д.: Ева всегда была доброй и понимающей. Наверное, за эту доброту её так искренне и любит Тимур. Она даже как-то принесла в ледовый дворец собачку, потому что нашла её у здания напротив, а оставить не смогла. Зима была. Мы эту собачку выхаживали весь день как могли, её забрала в конце вечера девочка из младшей группы. У Евы огромное сердце, она могла заставить улыбнуться любого, даже самого грустного человека. И, при этом, она не теряла своей серьезности и понимания ситуации. Если требовалось сохранить хладнокровие, она легко могла это сделать. И.: Как и в каком возрасте Ева оказалась в вашем штабе? Д.: Я её воспитывал с первого спортивного разряда, кажется, ей было одиннадцать. Она была в моей личной группе, её не тренировал никто из моих помощников. Лишь позже, после Олимпиады она стала подкатываться у Анны Павловны. Как попала… мне кажется, я сам её нашёл. Увидел на каком-то соревновании, когда приехал со своими спортсменами. Подошёл к маме, предложил свой штаб. Они не из Москвы, соревнования тоже были не в Москве, поэтому мама отказалась. Я дал свой номер, на всякий случай. И на следующий день мне позвонили, согласились на предложение. Какое-то время Ева жила с тетей в Москве, а потом и мама перебралась. И.: Ого, сам увидел. Чем она тебя зацепила? Д.: Не знаю… судьба. Я уже и не помню, но было в ней что-то такое, что я захотел эту девочку к себе в штаб. Наверное, увидел огонь в глазах. Этого иногда бывает более чем достаточно. И.: Что важнее: огонь в глазах или техническая база, навыки катания? Д.: Если есть горящие глаза, будет и техника, и компоненты. И.: Насчет компонентов. Если смотреть на результаты соревнований, Ева до сих пор остается одной из самых компонентных спортсменок мира. Выше неё компоненты набирала только Вероника Ширяева. При этом, у Евы в годы пика карьеры было несколько четверных прыжков. Почему же тогда её обходила намного менее компонентная Александра Прохорова с похожей технической базой? Д.: Стабильность. У Евы были проблемы с акселем, и с трикселем, и с дупелем в какой-то момент. У Саши же не было проблем со стабильностью, особенно в Олимпийский сезон. Поэтому она и обходила Еву, но, хочу сказать, что важные золотые медали Ева брала и до Олимпиады. Она не была Чемпионкой России, но на её счету уже в те годы было две медали Европы. И, в конце-концов, если бы не её целеустремленность, ни за что бы у неё не было ни одной из медалей. А такого красивого четверного флипа я не увидел до сих пор ни у одной из фигуристок современности. И.: А у фигуристов? Среди парней. Д.: (с улыбкой) есть один. И.: В девятнадцать лет Ева получила серьезную травму, в связи с чем завершила карьеру. Были ли попытки восстановиться и вкататься, или эта травма обозначила точный конец карьеры? Д.: Уходить надо красиво. В последний сезон Ева выиграла Чемпионат Мира, возраст подходил, форма уходила. У неё появлялись другие приоритеты, в частности она вышла замуж. Четверные не получались с такой легкостью, несмотря на её очень тонкое телосложение. От трикселя мы и вовсе отказались за сезон до конца. Травма, которую она получила в межсезонье, не была такой тяжелой, чтобы не катать с ней. Это был стрессовый перелом стопы, а я напоминаю, что двумя сезонами позже Тимур будет катать с настоящим переломом. Долгое время Еву мучали боли в спине, их причину мы так и не нашли, но именно они были поводом к завершению карьеры. Думали насчет этого, а когда получился перелом, все решилось само собой. Нет смысла нагружать и так истощенный организм, особенно когда на фоне появляются другие желания, другие приоритеты. И.: Ты говоришь, что Тимур катал с настоящим переломом. Это ты так побуждаешь всех спортсменов нагружать свой организм вопреки травмам? Д.: Ни в коем случае. Я говорю это как пример того, что стрессовый перелом стопы можно легко пережить. Я всегда был против того, чтобы Тимур выходил с переломами, и никто из наших спортсменов более не катался с такой нагрузкой. И.: А Николь Эйтц? Д.: Николь Эйтц… про неё мы поговорим тогда, когда до неё дойдет очередь. Сейчас мы говорим про Еву. И.: Хорошо, давай говорить про Еву. Когда я произношу это имя, у меня в голове всплывает один прокат. Это прокат произвольной на постолимпийском Чемпионате России. Тогда Ева была девятая по итогам короткой программы, допустив досадную ошибку на тройном акселе. Но, в произвольной она собралась и сделала идеально чисто три четверных прыжка. Несмотря на это, после окончания произвольной программы ты отвернулся и не подошёл к спортсменке. Тогда, много лет назад, ты отказался комментировать эту ситуацию. Прокомментируй сейчас: что тогда было? Д.: Ты бы еще спросил, что я ел в тот день на завтрак. Смею предположить, что потом катала моя спортсменка и я отвлекся на неё. И.: Ева сидела одна в КиК. Д.: Ну слушай, у меня спортсмены могут посидеть одни. Особенно после удачного проката. Она была взрослой девочкой, не по возрасту, эмоционально. И могла бы сама посидеть в КиК, если бы кто-то требовал моего внимания больше. И.: Тем не менее, я знаю как минимум одного твоего спортсмена, который никогда не сидел один на выставлении оценок. Скажу больше: он никогда не сидел в КиКе без тебя. Д.: Я никого не обделяю и никому не оказываю слишком большого внимания. И если я с кем-то постоянно сижу, это ничего не значит. Я же не веду статистику. Могу и хочу: иду. Не могу, или не хочу, идет кто-то из тренеров. Бывает и так, что спортсмену приходится сидеть самостоятельно, как это было с Евой. Не надо искать заговоров там, где их нет. И.: Хорошо, с этим моментом мы разобрались. Расскажи, мне, пожалуйста, думала ли Ева по окончании карьеры работать тренером? И думал ли ты, что она будет в твоем штабе, например, подкатывать детей? Д.: Начнем с того, что у меня нет детей в штабе. Я не зову спортсменов к тебе сам, они самостоятельно выбирают свой путь и подходят ко мне с этим разговором. Мне нужно, чтобы они хотели настолько, чтобы не постесняться и не бояться поговорить. Ева выбрала другой путь. Она была завидным адвокатом, таким, который может отстоять любого по гражданскому делу. И это было её призвание. Фигурное катание же оказалось только хобби до девятнадцати лет, а после работой в шоу. Не знаю, правильно ли это, когда ты видишь своего адвоката на льду, но Ева умело совмещала. И.: А как вы объявляли Еву на шоу? Под старой фамилией или под новой? Д.: Как Панкратову. Ну, все ее фанаты и так знают, что она сменила фамилию. На первых афишах после их свадьбы писали Смирнова, но на самом шоу она всегда была под действующей фамилией. И.: В завершении про Еву, скажи, пожалуйста, изменила ли она как-то конкретно тебя, твои тренировки, твой штаб? Д.: Она изменила спортсмена, который очень много значит не только для штаба, но и для мирового спорта. Рядом с правильной женщиной и четверные крутить намного легче.