143

      — Нет.       Ген поджимает губы в обиде и резко сгибает ноги вместе, а Сенку, на коленях которого восседал Асагири, шипит от того, как больно стиснули его ноги. Отказ звучит как увольнение с работы, где ты проработал почти всю свою жизнь.       — Ты меня не любишь… — Недалеко стоящий Ксено, ухмыляется поведения гостя, а затем кивает недовольной Суйке в сторону длинного стола, намекая, что надо туда «отойти».       Ишигами хмурится и вглядывается в лицо напротив, пытаясь найти хоть капли трезвости: лицо расскрасневшее и определенно под властным влиянием алкоголя.       — Кто тебе алкоголь в руки выдал, зная, что ты его не умеешь пить?       Асагири вглядывается в пространство между ним и Сенку, пока его повторно не окликают, повторяя вопрос. Ген отстранённо поднимает голову и вытирает накопившую в уголке губ слюну. Тянется рукой в длинной пряди и пытается убрать за уши. Впрочем, бесполезно, руки совсем не слушаются хозяина.       — Рю-шуй       — Чего?       — Да этат, — Ген роняет голову на плечо Сенку и стонет от плавающей картины перед собой, — Рюс-с-суй.       У Ишигами рот образует букву О и брови изламываются недовольно, угрожая выставить между бровями ряд морщинок. Асагири же активно мажет слюнями белый, как полотно, халат мужа, пока тот гладит ему спину в районе меж лопаток.       — Сенку, валите домой, я сам всё объясню, — в лабораторную с деловитым видом ступает Ксено, а за ним хвостиком плетётся Суйка, которая, едва повторно увидев Гена, хотела подбежать к ним и помочь, но была остановлена тихим шёпотом Ксено.       Ишигами благодарно кивает и переводит взгляд на почти заснувшего супруга. Аккуратными движениями он пересаживает Гена с себя на диван и встает. Хрустит шеей и потягивается, затем стягивает с себя длиннющий халат и бросает на вешалку, стоящую рядом с диваном. Сенку оглядывается в поисках своего рюкзака и видит ее на полу под диваном, а рядом с ним и сумку Гена. Ишигами быстрыми движениями перекидывает лямку своего рюзказа на одно плечо, а сумку мужа на второе.       За спиной отчётливо слышны звуки шуршания бумагой и быстрых движений ручки. Ученый поворачивает голову вбок, замечая как сосредоточились на своем Хьюстон и Суйка и вздыхает с смешинкой в голосе, на что на него прилетает многозначительный взгляд Ксено, мол «не шуми».       Ишигами наклоняется к супругу, ловкими движениями перебрасывает его руку себе за шею и аккуратно приподнимает за талию, умещая рядом с собой. Шепчет ласковые слова на ухо и улыбается, замечая приоткрытые глаза и нахмуренные брови возлюбленного.       — А куда мы?…       — Домой, — Сенку свободной рукой поправляет белую длинную прядь мужа за ухо и гладит щеку, — Открой глаза, споткнемся.       Ген приоткрывает наполовину глаза и открывает и закрывает рот, пытаясь сконцентрироваться на дороге. Сенку в такие моменты с сожалением думает, что физически слаб, хотя очень хотел бы на руках носить своего мужа.       На улице Сенку открывает передние двери машины, удобно умещая уставшего и полусонного Гена на пассажирское сидение спереди. Ученый обходит машину в два шага и садится за сидение водителя, касается педали тормоза и выбирает направление движения движения селектором вперед, тем самым заводя машину.       Вся дорога домой проходит тихо и спокойно. Будь Ген трезв — звучала бы еще комфортная и мелодичная музыка, которая прерывалась бы звуками поцелуев, которыми Ген одаривал бы Сенку.       Уже дома Сенку укладывает Гена в постель, но замечает легкий слой тонального крема на шее и теней на глазах и идет в душевую за средствами очистки макияжа. Заходит обратно с ватными дисками и мицеллярной водой, садится боком к менталисту и мочит ватные диски мицеллярной водой. Подносит вату к шее мужа и нежными, ласковыми движениями стирает тональный крем, а потом такие же махинации проделывает с глазами Гена. После он опять выходит из комнаты, выбрасывая испачканную вату и убирая на места чистые ватные диски и мицеллярную воду.       Через мгновенье Ишигами опять шагает по комнате, убирая разбросанные на полу вещи. Сенку укрывает одеялом и размещает дополнительные подушки под голову мужа. Ставит рядом с постелью тазик, а на тумбочку ставит графин с водой, стакан и таблетку. Ишигами выключает светильник, устраивается удобнее в постели, целует Гена в лоб и умещает того у себя на груди, засыпая под умеренное дыхание супруга. ***       Просыпается Сенку утром от холода. Гена рядом нет, тазика на полу тоже, графин воды полупустой. Удручает то, что Гена нет в комнате. Ишигами хватает с тумбочки телефон и плетется на кухню.       На кухне за столом сидит помятый Ген с кружкой чая в руках, на столе стоит бутерброд из хлеба и колбасы, а телефон с прошлым выступлением Гена в новом шоу покоится на подставке. Ученый проходит на кухню и садится на стул рядом с менталистом.       — Как себя чувствуешь?       — Хуёво.       Сенку поправляет белую прядь мужа за ухо и целует в щеку, пока Ген подносит чай к губам и дует, пытаясь остудить.       — Что вчера было?       — С помощью мистера «Я-Хочу» ты сумел выпить прочный алкоголь, который замедлил твою циркуляцию крови в сосудах мозга, привел к постоянному кислородному голоданию клеток, в результате чего у тебя наступило ослабление памяти и медленная психическая-       — О боже, я понял, дорогой, замолчи.       — А еще ты совсем не переносишь алкоголь, либо вырубаешься, либо начинаешь творить всякую ересь, — смотрит на оскорблённое лицо Гена, — Собственно, первое ты и сделал.       Ген пододвигает свой стул впритык к стулу Сенку и умещает голову на плече мужа, который автоматически размещает руки на талии менталиста. Ишигами ласково проходится ладонями по пояснице и талии, переходя поглаживаниями к бёдрам.       Сенку очень хорошо помнил как начинались эти отношения. Он знать не знал о любви и думал что это бессмысленная трата времени и сил, а Ген просто появился с букетом гардении и целый месяц одаривал Сенку гарденией, пока Стэнли, который пришел забрать Ксено на руках, не упоминул о значении этих цветов. Лицо Сенку тогда было бледнее, чем от работ над бумагами несколько дней подряд без сна и нормальной, сытной еды. Ишигами в тот же вечер поймал Гена после его работы и повел в кафе в центре города. Они долго говорили насчет отношений, пока Сенку, ломаясь, не согласился попробовать.       Сейчас Ген сидит у него под боком и жалуется на непроходящую головную боль, параллельно упоминая, что в некоторых кадрах шоу у него неудачное лицо. Ишигами усмехается счастливо, хватает за щеки и целует в губы, смотря на расширенные глаза мужа. Ген замирает в изумлении и только потом отвечает на поцелуй, поглаживая плечо Сенку.       — Давай сегодня останемся дома?       — Давай.