Тепло

Дазай чувствует тепло возле своей шеи, тихий выдох Фёдора заставляет покрыться его кожу мурашками. он разворачивается в кольце достоевских рук и расслабленно улыбается, касаясь кончиком носа носа Фёдора. тот лишь прикрывает глаза и мягко целует Осаму, медленно и томно, трепетно, будто в первый раз. им некуда спешить, у них все время мира впереди, поэтому их движения плавные и неторопливые. Дазай чувствовал тепло часто и только от одного человека - Фёдора Достоевского. и пусть у того почти всегда были ледяные руки, косточки пальцев которых так любил целовать Осаму, пусть он был худой, с выпирающими ключицами, тазовыии костями и виднеющимися рёбрами, пусть он был молчаливый и задумчивый в любое время дня и ночи, Дазай все равно чувствовал тепло. даже больше душевное, нежели физическое. вторым он делился с Фёдором сам и этого тепла хватало им обоим с головой. Дазай любил вспоминать все прикосновения, которые дарил ему Фёдор, в моменты, когда они были вдвоём. любил вспоминать все чувства, которые он испытывал, находясь рядом с этим, казалось бы, ледяным человеком, который все равно даровал необходимое тепло. любил вспоминать, как по утрам рассматривал лицо Достоевского в лучах встающего солнца, как подрагивали его ресницы и иногда поджимались губы, видимо тому что-то снилось. любил вспоминать, как будил Фёдора лёгкими прикосновениями к волосам, как водил кончиками пальцев по иссине чёрным локонам, разбросавшимся по подушке. любил вспоминать, как Достоевский забавно морщил нос в момент пробуждения, а после довольно улыбался и утыкался носом в щеку Осаму. Фёдор не курил, но всегда, если имелась возможность, покупал пачку любимых сигарет Осаму. последняя такая пачка и сейчас лежит под подушкой Дазая, напоминая. Дазай просыпается, подскочив на постели. по спине скатывается холодный пот, волосы неприятно липнут к лицу, на майке мокрые пятна. в последнее время он спит плохо и очень беспокойно. Но Осаму моментально приходит в себя, увидев на краю постели сидящего Фёдора. тот подсаживается ближе и, чуть склонив голову на бок, спрашивает: — как тебе спалось, Осаму? выглядишь неважно, — взгляд Достоевского выражает искреннее беспокойство, но он старается не показывать этого, ведь Дазай не любит, когда за него переживают. Осаму не хочет отвечать. он никогда не отвечает честно на вопросы о своём самочувствии, даже когда об этом спрашивает Фёдор, потому что он знает, что Достоевскому не нужно спрашивать, чтобы понять, что чувствует Дазай. Поэтому он лишь улыбается и падает обратно на подушку, шумно выдыхая. Фёдор практически невесомо накрывает ладонь Осаму своей, поглаживая её большим пальцем. сердце Дазая пропускает удар, или, кажется, даже несколько ударов. новая волна тревоги и паники с силой накатывает на него, вновь выступает холодный пот. руки моментально начинают трястись, все тело охватывает тремор. Дазай испуганно бегает глазами по Достоевскому и не может ни на чем зацепить взгляд. — я... я не чувствую, Федя, я не чувствую тепла, — произносит Осаму, дрогнув голосом. Достоевский никак не реагирует, лишь продолжает поглаживать руку дазая большим пальцем. — почему я не чувствую тепла, Федя?! — почти кричит дазай. он хочет встряхнуть Достоевского за плечи, но как только его рука касается тела Фёдора - тот испаряется полупрозрачным туманом, оставляя Осаму одного. Дазай встаёт с постели и делает несколько шагов к центру комнаты, но его ноги из-за тремора и слабости не выдерживают и подкашиваются, поэтому он падает на колени. скорее всего останутся ссадины, Фёдор бы заботливо дул на коленки Дазая, приговаривая "у кошечки боли, у собачки боли, у Осаму не боли". Дазай встряхивает головой и пытается понять, что произошло минуту назад. мысли спутываются в один большой ком, который разрастается все больше с каждой секундой, заполняя голову целиком. Дазай слышит невыносимый звон в ушах, вперемешку с шумом, кажется, ещё немного, и барабанные перепонки лопнут. Осаму закрывает уши руками и сильно зажмуривается, тихо шепча под нос: — это неправда, это неправда, это... неправда, — слезы выступают в уголках глаз и тут же скатываются вниз, оставляя мокрые дорожки на щеках и скулах. Дазай резко вскакивает на ноги, чуть не упав из-за потери равновесия, принимается судорожно осматривать комнату, на предмет нахождения в ней Фёдора Достоевского. Но он видит перед собой только пустую спальню. краем глаза Осаму цепляется за пачку сигарет, некогда лежащую под подушкой, но теперь видимую, из-за того, что подушка скомкалась во сне. Дазай почти падает перед этой пачкой, хватает её обеими руками и сжимает. перед глазами белые вспышки, голова кружится, звон в ушах не стихает, его все ещё трясёт, пелена слез мешает видеть ещё больше. — почему?..

***

на улице дует лёгкий ветер, срывая последние листья с деревьев и кружа их в воздухе. вокруг тишина, ни одной живой души в буквальном смысле. Дазай стоит на кладбище, перед непримечательной могилой, на которой написано "Достоевский Фёдор Михайлович". Осаму наклоняется и кладёт рядом 2 белые лилии, мысленно обращается к Фёдору, говоря тому, что скучает, разворачивается и неспеша уходит.

***

Дазай Осаму больше не чувствует тепла.