Пьяные поцелуи

Двери лифта не успевают открыться полностью, как внутрь, беспорядочно вваливаются двое выпивших парней. Сливаясь в горячем и мокром поцелуе, рыжий, хватается за шелковые волосы своего бинтованного напарника. Под воздействием алкоголя у Чуи просто голова идет кругом, мысли смешиваются в кашу, а в внизу живота разгорается жгучее тепло. Дазай был не так сильно пьян, как этот рыжий кот, которого Осаму прижимает к стене, который нетерпеливо извивается под чужим давлением, который истошно стонет прямо в поцелуй. В какой-то момент этот сладкий и жаркий поцелуй превратился в жадное покусывание пунцовых губ друг друга. В одно мгновение мутные взгляды встречаются, чистейшие сапфировые глаза Чуи говорили сами за себя, словно молили о продолжении. Двери лифта тихо и непринужденно закрываются. Дрожащими руками Накахара стягивает с Дазая бежевое пальто, в то время как тот лишь ярко ухмыляется, уже предвкушая момент, когда Чуя протрезвеет и вспомнит, что вытворял этой ночью. Осаму осторожно убирает рыжие огненные кудри за ухо партнеру, любуясь бледным личиком с алым румянцем. У Накахары больше не хватало терпения, сейчас он желал только одного. В горячем экстазе рыжий обхватывает руками тонкую шею и вынудительно накрывает чужие губы своими. Хватаясь за волосы, затылок, в попытке углубить поцелуй и быть близко настолько, насколько это можно, сердце бешено колотится. Дазай уверен, что он ведущий в этом поцелуе, поэтому всеми силами старается перехватить всю инициативу на себя. Круглые ягодицы Накахары идеально ловко помещаются в руках бинтованного. Чуя - шляпник невысокого роста и рыжий любитель выпить, с головокружительными духами и упругими ягодицами, а еще он круто целуется и блядски стонет. Если бы Дазая в этот момент спросили, «что такое произведение искусства?», он бы, не задумываясь, ответил, что это пьяный Чуя с растрепанными волосами, в помятой рубашке, который безудержно стонет во время поцелуя с ним. Бинты на руках Дазая мокрые от пота и потрепанные за день. Щеки и уши приятно пылают, а языки сливаются в пылком жадном танце со своим рыжим возлюбленными. Воздух в легких кончается, но оторваться друг друга просто невозможно. Все же парням удается это сделать с приятным пошлым чмоканьем, образовывая тонкий слюной мостик. Осаму вцепляется в рубашку Накахары, ловко справляясь с верхними пуговицами. Он хищно смотрит в пьяные и томные глаза своего рыжего котика, а затем припадает губами к бледной шее и ключицам, обжигая своим горячим дыханием, и оставляя мокрую дорожку из поцелуев. Чуя выгибается, откидывает голову, сдавленно и хрипло стонет, впивается ногтями в кожу Дазая, до крови кусает губы и сходит с ума от движений шаловливого языка брюнета. Осаму безумно нравится доводить Чую до такого состояния и доставлять ему удовольствие. Но больше всего ему нравится потом в красках рассказывать, ничего не помнившему, Накахаре о произошедшем. Резко бинтованному приходит осознание, что кто-то может вызвать лифт или зайти внутрь, и пожалев Чую и глаза первого встречного человека, он решает остановиться на такой потрясающей ноте. Чуя, с красными следами на шее, содрогаясь, скатывается вниз и садится на пол. Трудно понять, о чем он сейчас думает, но видимо ему действительно было хорошо. Небесные глаза рыжего слипаются, а густые ресницы подергиваются от царившей внутри бури эмоций. Осаму нежно целует его в щеку напоследок и улыбается. Опровергнув все его ожидания, лифт трогается с места и начинает плавное движение вверх. Похоже кто-то действительно вызвал его в такой поздний час.