Свет Рождественской звезды

      Зима в Нью-Джерси обычно приходит поздно, но уходящий 1984 год стал неожиданным исключением из правил. Первый снег выпал еще в начале ноября, а под конец следующего месяца весь штат накрыло мягким белоснежным одеялом, сотканным из миллионов ажурных снежинок. Синоптики в один голос твердят о грядущем потеплении, которое, по их расчетам, должно наступить сразу после Нового года, но Джейн почему-то кажется, что холода нескоро уступят место теплым солнечным денькам.       В городской детской больнице, где она уже два года работает медсестрой, стоит легкая предпраздничная суматоха. Приближается Рождество — главный праздник в жизни любого ребенка, и ее маленькие подопечные взахлеб делятся с ней своими планами, надеждами и мечтами.       Кто-то уже успел получить от родственников, толпящихся в приемной в часы посещения, теплые поздравления вместе с любовно связанными умелыми руками бабушек шерстяными носками, пакеты со сладостями и подарки, и теперь с гордостью демонстрировал своим соседям по палате новенькие хоккейные коньки, картридж для игровой приставки или портативный аудиоплеер.       Некоторые любители приключений в этом году вознамерились во что бы то ни стало поймать Санту, и теперь собирались перед отбоем у Билли Джойса — главного заводилы и озорника всего корпуса. Надо признать, подготовились они весьма основательно и даже успели разработать секретный план, в подробности которого были вынуждены посвятить Джейн в обмен на лишние полчаса совещаний после отбоя в ее смены. Девушке милостиво выделили небольшую роль в этой секретной операции (а именно — раздобыть печенье для приманки), и она со всей ответственностью подошла к этой миссии.       Коллеги день ото дня становились все более нервными и взвинченными. На повестке дня все чаще и чаще всплывал вопрос о том, кто будет дежурить в праздники. График дежурств неоднократно менялся, поэтому в комнате отдыха в этот уютный зимний вечер двадцать третьего декабря происходило бурное обсуждение возможных кандидатур.       —Я вам отвечаю, на праздники останется дежурить Дэйв! — запальчиво выкрикнула Сара, высокая полная девушка с копной вьющихся каштановых волос и россыпью мелких веснушек на щеках. Она пришла работать в больницу сравнительно недавно, всего полгода назад, но успела подружиться чуть ли не со всем персоналом. Яркая, с искоркой задора и лукавым огоньком в глазах, сестра Дарелл нравилась детям, и в особенности Билли, с которым у нее установились теплые дружеские отношения. Впрочем, в его рискованных авантюрах Сара предпочитала не принимать участия, и после отбоя, забавно возмущаясь и ворча, отправляла сорванцов по палатам.       —Да ну? Почему именно Дэйв? — поинтересовалась Джейн, прихлебывая из кружки ароматный горячий кофе.       —Насколько я знаю, и в прошлом, и в позапрошлом году он взял отгул. Там что-то, связанное с семьей, я не вдавалась в подробности. Но если кому и выпадет праздничная смена, то именно ему!       Джейн тихо вздохнула. Дэвид наверняка уже решил, как проведет праздники, и ему будет чертовски обидно остаться дежурить в больнице вместо того, чтобы посидеть за праздничным столом с семьей, сходить на каток с друзьями или посмотреть футбол, удобно устроившись на диване с баночкой холодного пива. Все ее коллеги с нетерпением ожидают наступления этого волшебного праздника, и только она никак не может решить, чем занять себя на ближайшие два выходных дня.       Чтобы хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей, Джейн негромко кашлянула и обратилась к Саре, что-то яростно доказывающей стоящему рядом медбрату.       —А ты уже знаешь, чем займешься в Рождество?       Сара просияла.       —Конечно! Мы с сестрой хотели рвануть в Балтимор на пару дней, навестить родителей. Я поговорила со Стивом, он не против. Сам он поехать не сможет, у него сейчас завал на работе. Ты же знаешь, люди перед праздниками начинают, как умалишенные, носиться по магазинам, подбирая родным подарок, но Стив попросил передать папе с мамой привет и поздравить их с Рождеством! Правда, он душка?       Стив, парень Сары, работал продавцом-консультантом в магазине товаров для дома и сада неподалеку от больницы.       —Да-а-а, наверное…? — неуверенно протянула Джейн, в душе потихоньку начиная завидовать подруге. Везет же некоторым, вот и праздники есть с кем отметить! На секунду в голове промелькнула шальная мысль попроситься в поездку, но девушка сразу же отбросила ее. В самом деле, навязываться некрасиво, да и с Сарой они не то, чтобы близкие подруги. Скорее, просто хорошие знакомые, которых связывает общая работа.       —Кстати, — нарушила неловкое молчание Дарелл, опуская в свою ярко-оранжевую кружку с веселой улыбающейся рожицей чайный пакетик и заливая его кипятком из кулера в углу комнаты. — Тебе же пора на обход, верно? Сколько сейчас времени?       Джейн подняла голову и посмотрела на часы, висевшие над графиком дежурств, а затем быстрыми глотками допила кофе и с грохотом поставила кружку на стол.       —Ох, и правда! Уже без четверти десять, как быстро летит время в хорошей компании! — хихикнула девушка. — Ладно, ребят, я побежала! Сара, если не сложно, поставь мою кружку в раковину!       —Сделаю, подруга, — улыбнулась Сара и дружески похлопала ее по плечу. — Иди, укладывай наших непосед!       Бодро шагая по широким светлым коридорам больницы в сторону палат, Джейн уже готовилась выслушивать упреки, жалобы и излюбленное «ну еще хотя бы пять минуточек!». Нехитрые попытки детей выторговать лишние десять-пятнадцать минут после отбоя всегда вызывали у нее невольную искреннюю улыбку и приступ умиления. Девушке нравилось работать со своими маленькими подопечными, и она никогда не жалела, что пошла работать медсестрой.       Но в этот раз все прошло на удивление мирно.       В палате девочек никого даже не пришлось уговаривать. Все дружно, как по команде, отложили книжки с игрушками, едва завидев в дверях дежурную медсестру, и бросились к своим кроватям, визжа что-то про призрак Эми Сэдил. Джейн тихо усмехнулась себе под нос — старая больничная страшилка добралась и сюда. Наверняка Сара решила рассказать им эту жуткую историю, чтобы утихомирить разбушевавшуюся детвору.       По легенде, Эми тоже когда-то была пациенткой городской больницы, но погибла при пожаре лет этак шестьдесят назад. Убегая из горящей палаты, она оставила на тумбочке у кровати свою куклу, и теперь призрак девочки ночами бродит в тишине по темным коридорам, заглядывает в палаты и ищет любимую игрушку.       Поговаривают, что один мальчик решил запечатлеть Эми на камеру фотоаппарата и после отбоя не лег спать, а вышел из палаты и отправился бродить по больнице. На следующее утро его нашли мертвым возле лестницы, ведущей на пятый этаж. Разбитая фотокамера лежала рядом с ним. Врачи установили, что смерть наступила в результате внутримозгового кровоизлияния, но все дети прекрасно знали, что на пятом этаже находилось заброшенное крыло, где раньше лечилась Эми. А еще на шее у покойного обнаружились пять маленьких темно-коричневых пятнышек, очень похожих на отпечатки детских пальцев.       Никто ничего не сказал, но с тех пор Эми Сэдил стала частью мрачного больничного фольклора наряду с еще одним персонажем.              —Мэри, а ты почему еще не в кровати? — притворно строгим голосом произнесла Джейн, изображая сердитую мамочку. Девочка в ответ тихо захихикала.       —Да, Мэри, ложись скорее спать! — с каким-то поистине суеверным ужасом загалдела вся палата. — А то еще попадешься на глаза Эми Сэдил, и она тебя сцапает заместо куклы. Или этому страшиле без лица… Салли-Кромсали…       —А Джек говорил, что если снять с него маску, то потом неделю не сможешь разговаривать!       —Кошмар!       —Да и не говори! А мне рассказывали …       Дальше Джейн уже не стала слушать. Пожелав девочкам спокойной ночи и выключив в палате свет, она развернулась и вышла, осторожно закрыв за собой дверь. Дети порой бывают очень жестокими, пусть и не осознают этого сами.       У мальчиков в палате, как обычно, шло бурное обсуждение плана поимки Санта-Клауса. Все собрались рядом с койкой Билли, который разложил на тумбочке лист бумаги, испещренный какими-то загадочными символами, стрелочками и закорючками, и, вооружившись потрепанным блокнотом и огрызком карандаша, посвящал своих соратников в детали предстоящей операции. Присмотревшись повнимательнее, Джейн узнала план больницы. И где они только умудрились его стащить?..       —Ну, как дела, командир? — шутливо поинтересовалась она, усаживаясь на краешек кровати. — Как продвигается подготовка?       Билли, загорелый мальчуган с торчащими во все стороны короткими темными волосами и хитрющими зелеными глазами, тут же отложил в сторону карту боевых действий, шмыгнул носом и выжидающе посмотрел на медсестру.       —Принесла? — хриплым шепотом осведомился он, наклоняясь к девушке.       —А то! — заговорщическим тоном отозвалась Джейн, воровато оглядываясь по сторонам.       Убедившись, что в коридоре нет никого из врачей или персонала, она засунула руку в карман халата и вытащила упаковку шоколадного печенья Oreo, предусмотрительно купленную вчера в круглосуточном магазине неподалеку от дома. За день она успела слегка помяться, но Билли это нисколько не смутило. Мальчик кивнул и что-то отметил в своем блокноте.       —Так, приманка для Санты есть, веревка тоже, ведро достанем…       —Опять миссис Стоун будет ругаться!       —После праздников мы все вернем, обещаю!       —Кстати, а когда вы планируете устроить охоту? Меня с собой возьмете? — как бы между прочим уточнила Джейн.       Билли оторвался от блокнота и уставился на нее. Весь его взгляд выражал искреннее недоумение и легкую долю снисходительности. Так иногда смотрят маленькие дети на маму, усомнившуюся в существовании зубной феи или пасхального кролика.       «Только попробуй сказать мне, что я слишком взрослая для охоты на Санту!»       —Видишь ли, — замялся мальчик, — даже и не знаю, как объяснить… Поимка Санта-Клауса — дело ответственное, тут нужны надежные, проверенные бойцы с опытом! А ты узнала о нашем плане совсем недавно, времени у тебя на подготовку осталось совсем немного, ну и…       —Ну и пожалуйста! — притворно обиженно фыркнула Джейн. — Сами ловите своего Санту, а я пошла!       С этими словами она покинула штаб-квартиру заговорщиков, громко хлопнув дверью, но не выключив свет.       —Джейн, ты лучшая! — радостно крикнули из палаты.       —Ага, знаю. Только чтобы через полчаса легли спать! Я проверю!       Ей и самой уже хочется спать, но нужно закончить обход. Осталась всего одна палата, и Джейн должна радоваться, но, подходя к узкой белой двери в конце больничного коридора, она чувствует легкое волнение, совсем как перед важной, но такой долгожданной встречей.       Постучавшись, девушка облизнула пересохшие губы и негромко спросила:       —Можно войти?       За дверью послышались легкие шаги. Через минуту они стихли. Джейн терпеливо ждала. Наконец из палаты приглушенно донеслось:       —Да.       Девушка зашла в комнату и пристроилась на стуле у кровати. Разгладив полы халата, она мягко улыбнулась и посмотрела на пациента.       —Привет, Сал! Как ты себя чувствуешь?       Невысокий худой мальчишка с яркими голубыми волосами и розовой пластиковой маской на лице отложил в сторону книжку, которую читал, и повернулся к медсестре.       —Здравствуйте, Джейн, — тихо произнес он.       Джейн возмущенно фыркнула.       —Сал, ну сколько раз я просила тебя не обращаться ко мне на «вы»! Мы же с тобой друзья, к чему такие формальности?       —Вы старшая, а мама учила меня, что старшим следует говорить «вы», — спокойно пояснил Салли.       —Не такая я и «старшая»! Боже, мне всего двадцать пять, а после обхода уже чувствуешь себя какой-то столетней старухой!       Девушка рассмеялась. Протез Салли смотрел так же холодно и равнодушно, но Джейн готова была поклясться, что в голубом глазу мальчика на мгновение промелькнула улыбка.       —Уже есть какие-то планы на Рождество, а? — поинтересовалась она, мельком взглянув на обложку книги, отложенной Салом. — Джек Лондон, «Белый Клык»…Хорошая вещь, читала несколько раз, и мне очень понравилось! Если хочешь, могу принести еще что-нибудь из его сочинений.       —Если тебе не трудно, Джейн. Выбери на свое усмотрение.       Джейн мягко улыбнулась и взяла в свои руки детские ладони.       —Так что насчет планов на праздники? Собираетесь куда-нибудь с отцом?       Салли вздохнул и отвернулся к окну.       —Отец… — Мальчик помолчал с минуту, а потом, словно у него в горле застрял комок, неловко проговорил: —Он не приедет на праздники. Сказал, что срочная командировка по работе, никак не получится взять отгул. Я понимаю, ничего страшного.       Джейн поразилась тому, насколько серьезно прозвучали эти слова. Салли повел себя, как взрослый, но за этим внешним спокойствием скрывалась трогательно-бессознательная детская обида.       И совершенно недетские одиночество и тоска.       За окном уже совсем стемнело и пошел снег. Миллионы снежинок кружились в морозном воздухе, замирали на мгновение и падали на землю, укрывая ее сплошным белым ковром. И девушка подумала, что пока остальные дети будут веселиться и радоваться, встречая светлый праздник Рождества, Салли так и останется сидеть один в темной пустой палате. Беззаботный детский смех и гора подарков с одной стороны и оглушительная тишина, лишь изредка нарушаемая унылым завыванием ветра, с другой.       Так не должно быть.       Внезапно у Джейн родилась одна идея. Лукаво прищурившись, она наклонилась вплотную к уху мальчика и прошептала:       —Завтра после отбоя постарайся не уснуть до двенадцати. Тебя ждет сюрприз!       И прежде, чем Салли успел что-нибудь спросить, она пожелала ему спокойной ночи и вышла из палаты, выключив свет.       Весь вечер Джейн провела в хлопотах. После работы она едва успела забежать в магазин товаров для дома неподалеку от больницы. Стив, парень Сары, приветливо улыбнулся ей из-за кассы.       —Привет, Джейн! Я так редко тебя вижу, что между делом уже начал задумываться, а не ночуешь ли ты на работе? Скоро, наверное, жить в больницу переедешь со всеми своими пожитками! Будешь по ночам вместе с Эми Сэдил бродить по коридорам, детей пугать. У-у-у…       —Очень смешно, Стив! — беззлобно буркнула девушка, беглым взглядом окидывая полки с товарами. — Сам-то как? Слышала, у вас сейчас много работы.       Парень сразу как-то поник.       —Да как обычно перед праздниками, — протянул он, устало потягиваясь. — Держу пари, больше половины из этих теток, что лихорадочно носятся по всему магазину, сметая с полок товары с красным ценником, даже и не думали об этом до самого Рождества, а теперь пытаются запрыгнуть в последний вагон подготовки к празднику и откупиться от своих многочисленных родственников, друзей, знакомых какими-нибудь дешевыми аляпистыми свитерами и пластиковыми елочными игрушками. Ну а что? Главное не внимание, а подарок. Пусть даже и никому не нужная облезлая веточка омелы за десятку, которая потом отправится прямиком в мусорный бак!       В его голосе сквозило неподдельное возмущение, и Джейн поспешила перевести тему.       —Не подскажешь, здесь можно найти все это?       Девушка протянула парню свой список — узкую полоску бумаги, на которой мелкими печатными буквами были написаны названия необходимых вещей. Стив с минуту внимательно изучал его, а затем его глаза удивленно округлились.       —Господи, неужели я дожил до этого дня? Поверить не могу…       —Что-то не так? — забеспокоилась Джейн.       Лицо парня украсила лукавая понимающая улыбка. Перегнувшись через прилавок, он с каким-то ехидным удовлетворением заявил:       —У тебя в кои-то веки появился бойфренд!       —Что?! Да ты с ума сошел!       —Нет, ну меня-то ты не обманывай! Плед, свечи, гирлянда, корзинка для пикника… Признайся, вы планируете романтический вечер на природе? Совет да любовь! — не унимался Стив. — К нам как раз завезли праздничные ободки, шарфы и свитера! Есть в самых разных расцветках и с самыми разными узорами: красные, зеленые, синие, розовые, с Сантой, с эльфами, с оленями… Будешь выглядеть совершенно неотразимо!       —Стивен!       Девушка резко подняла руку, останавливая этот сумбурный поток слов. На них уже с интересом начали поглядывать другие покупатели, выстроившиеся в небольшую очередь около кассы.       —Какая жалость, что сегодня твое чутье тебя подводит! — с притворным огорчением произнесла Джейн, забирая список. — Видишь ли, выбрать из вереницы кавалеров, которые меня окружают, очень трудно! Книжный шкаф, диван, телевизор, кулер с кипятком у меня на работе — они все разные, но люблю я их одинаково. Вот и как тут определиться?       Стивен, который хотел было что-то сказать, так и замер с открытым ртом, глуповато моргая. Джейн дружески похлопала его по плечу.       —Но ты не переживай! Как только приму окончательное решение, обязательно сообщу вам с Сарой!       С этими словами девушка направилась в отдел аксессуаров для дома, но вдруг как будто что-то вспомнила и живо обернулась к парню.       —А, кстати, ободки с оленьими рогами действительно выглядят очень мило! Отложи для меня один, если не сложно. А лучше два!       Больших трудов ей стоило уговорить миссис Стоун принять участие в осуществлении своего плана. Даже не успев дослушать Джейн, заведующая хозяйством и по совместительству дежурная категорически заявила:       —Нет, нет и еще раз нет! Что это ты придумала? А если мальчик простудится и сляжет? Кто будет отвечать перед начальством? Я в твоих авантюрах участвовать не собираюсь, да и тебе не советую!       —Миссис Стоун, все будет в порядке! — попыталась возразить девушка. — Я все продумала, начальство даже и не узнает! От Вас требуется дать ключ и проследить, чтобы нас никто не заметил, только и всего! Ну пожалуйста, а?       —Еще чего! Так я ей ключ и выдала, нашла дуру! Проследить, ну надо же! Делать мне больше нечего, как сидеть и пялиться в камеры до утра!       Сердито пыхтящая миссис Стоун уже хотела вернуться к инвентарю в кладовой, как Джейн осторожно взяла ее за руку.       —Мередит, приближается Рождество, — тихо сказала она, проникновенно глядя женщине прямо в глаза. — Отец уехал в командировку, мать умерла несколько месяцев назад, и выходит, что на праздники он останется в больнице совсем один…       —А как же другие дети? Должны же у него быть какие-то друзья или, по крайней мере, те, с кем он мог бы пообщаться!       —Вы не хуже меня знаете, как к мальчику относятся другие дети. У него нет ни друзей, ни товарищей, с ним даже стараются лишний раз не заговаривать, чтобы не навлечь на свою голову «проклятье» или что-то в этом роде. Думаю, вы бы не хотели оказаться в рождественскую ночь в полном одиночестве, как Салли?       Миссис Стоун, которая хотела было возразить, внезапно вспомнила свою дочь. Она уже давно выросла, уехала в другой штат далеко-далеко от родного дома и каждый год присылала матери письма, в которых обещала, что приедет на Рождество. И каждый год мать напрасно ждала ее на вокзале, вслушиваясь в стук колес прибывающих на станцию поездов…       Она вспомнила мужа, которого похоронила пять лет назад, и свою пустую темную квартиру, где ее уже давно никто не ждал. А впереди были еще два долгих выходных дня, которые нужно было как-то прожить, и обычно женщина просто включала телевизор, выбирала новостной канал и засыпала в кресле, уронив на колени вязанье. Мередит Стоун не понаслышке знала, каково это — чувствовать себя одинокой, но у нее оставались воспоминания о дорогих ей людях. Поначалу терять было больно, но время лечит, и сейчас эта боль уже поутихла.       Совсем другое дело — восьмилетний мальчик с изуродованным лицом, недавно потерявший мать и оставшийся на попечении отца, у которого не было времени возиться с больным ребенком. Генри, сам тяжело переживающий потерю жены, пытался утопить свое горе в алкоголе, не замечая, что сын нуждается в поддержке и заботе.       И сейчас, глядя в глаза Джейн, полные мольбы, женщина подумала о том, как в далеком детстве сама радовалась незатейливым праздникам, которые устраивали для нее родители. Подумала…и вздохнула.       —Ну что с тобой будешь делать?..       Лицо девушки украсила широкая искренняя улыбка. Она тихо взвизгнула и бросилась обнимать Мередит, которая не успела отойти в сторону и неловко отбивалась от столь бурных проявлений благодарности.       —Миссис Стоун, огромное Вам спасибо! Я даже не знаю, что бы делала без Вашей помощи, правда!       —Эй, эй, полегче! — буркнула женщина, шлепнув Джейн по спине тряпкой. Не сильно, так, для порядка. — Я еще не сказала, что помогу, у меня есть несколько условий.       —Все, что угодно! — клятвенно пообещала девушка, приложив руку к груди и преданно глядя на свою начальницу в ожидании указаний.       —Во-первых. Проследи, чтобы он обязательно надел шапку, да и сама тепло оденься, а то отморозишь себе…кхм, пятую точку, будешь потом мучаться недели две или три.       —Сделаю!       —Во-вторых. Берешь это дело под свою личную ответственность. Если, не дай Бог, начальство спросит, то отвечать будешь сама. Мне проблемы на работе не нужны, а устроиться сейчас очень трудно. Тем более пенсионерке.       —Хорошо, я поняла, — кивнула Джейн, поправив бейджик на халате.       —И в-третьих. Запиши мой номер телефона (не тот, который рабочий, а другой) и будь на связи. Как только начну звонить — бегом обратно в палату. Надеюсь, это понятно?       —Так точно, капитан! — шутливо отсалютовала девушка, вытаскивая из кармана телефон и вбивая в контакты новый номер с протянутой ей бумажки. Мередит похлопала ее по плечу и вышла из кладовки, незаметно опустив маленький ключ в карман белого халата.       —Удачи тебе, авантюристка! И с Рождеством!       —С Рождеством! — прошептала Джейн, чувствуя, как в груди волной разливается тепло.       Если бы девушку спросили, что показалось для нее самым тяжелым, то она бы без раздумий ответила — подготовка места к их маленькому мероприятию. Тащить по лестнице стулья, плед, подушки и одеяло, воровато оглядываясь по сторонам в страхе быть замеченной кем-то из персонала, а потом сердито пыхтеть и бормотать себе под нос ругательства, тщетно пытаясь соорудить хоть какое-то внятное подобие того, что мастерили в детстве они с мамой… Задачка со звездочкой, особенно для Джейн, инженерные способности которой явно оставляли желать лучшего.       —Да чтоб тебя! — в сердцах выдохнула она, после того как неказистая конструкция в очередной раз опасно накренилась. — Восьмой раз ведь уже переделываю, а оно все равно падает!       Наконец, с двадцать шестой…или двадцать седьмой попытки, девушке наконец удалось добиться относительной устойчивости. Джейн облегченно выдохнула и уже развернулась, чтобы идти, но тут предательски зашуршала одна из подушек, заваливаясь набок.       —А ну стоять! — возмущенно прошипела горе-архитектор и вскинула руки, уже готовая поймать беглянку. Но, к счастью, та осталась на месте. Джейн отступила еще на шаг и удовлетворенно оглядела свое творение.       —Так, а теперь домой! Нужно столько всего подготовить, а времени осталось совсем немного!       Канун Рождества для многих работников больницы стал крайне беспокойным днем. Те счастливчики, кто успел взять отпуск, еще вчера отправились в самые разные уголки страны к родным, друзьям или просто на отдых. Остальные же суетились, бегали по коридорам больше, чем обычно и то и дело украдкой поглядывали на часы в ожидании конца смены. Джейн лишь усмехалась, глядя на них. Ей не нужно было никуда спешить, ведь ее на Рождество дома никто не ждал, а значит, и отмечать праздник придется тут же, в больнице. Лучше видеть лица детей и слушать беззлобное ворчание миссис Стоун, чем остаться в одиночестве наедине с равнодушными стенами пустой квартиры. Несколько молоденьких медсестер прошли мимо, болтая что-то о гирляндах, которые нужно было повесить еще вчера, и Джейн присоединилась к ним. Время за работой пролетело незаметно, и вот наконец наступил вечер…       Салли перевернулся на другой бок и тихо зевнул. В палате совсем стемнело, на стенах и потолке расправили свои крылья причудливые ночные тени, а за окном, расписанным серебристыми узорами, тускло светила желтовато-бледная луна. Глаза начали слипаться еще полчаса назад, но мальчик дал себе слово дождаться Джейн. Пару раз он чуть не очутился в объятиях Морфея, но вот в коридоре послышались осторожные легкие шаги. Еле слышно скрипнула дверь...       —Сал, не спишь?       —Джейн, это ты? — облизнув пересохшие от волнения губы, позвал мальчик.       Медсестра быстро огляделась по сторонам, словно желая убедиться, что в коридоре стоит гробовая тишина, а затем направилась к его кровати. Присев на краешек, она стащила с плеч тяжелый рюкзак и шепнула, наклоняясь к Салли:       —С Рождеством!       На этот раз Джейн была не в своем обычном белом медицинском халате, а в зимней куртке. Меховой капюшон облепили полчища снежинок, по палате разнесся аромат имбирного печенья, и с приходом девушки, казалось, долгожданный праздник пробился сквозь эти стены. Широко улыбаясь, Джейн выудила из кармана два ободка с оленьими рогами и вручила один из них мальчику.       —Одевайся, Сал. У меня есть для тебя сюрприз!       —А...какой? — несмело поинтересовался Салли, откидывая в сторону одеяло.       Глаза девушки на миг блеснули лукавым огоньком.       —Пойдем со мной, и узнаешь!       Десять минут поспешных сборов — и они уже бегут по лестнице на последний этаж, преодолевая ступеньку за ступенькой. Еще сонный Салли то и дело норовит упасть, но девушка крепко и в то же время бережно сжимает маленькую детскую ладонь. Впереди показалась широкая железная дверь, ведущая на крышу больницы. Джейн остановилась, переводя сбившееся дыхание, и повернулась к Салли.       —А теперь закрой глаза и не открывай, пока я не скажу! Не волнуйся, я крепко держу тебя за руку.       Мальчик послушно зажмурился, и сквозь окружившую его темноту услышал лязг ключа, несколько раз повернувшегося в замке, и металлический скрежет двери. Волосы всколыхнул порыв холодного ветра. Неуклюже спотыкаясь, Салли мелкими шажками пошел вперед, поддерживаемый Джейн, пока не наткнулся на что-то мягкое и теплое, напоминающее одеяло. За его спиной прозвучал чарующий шепот:       —А вот теперь можно открыть глаза!       Медленно, в ожидании чуда, Сал приоткрыл правый глаз, всматриваясь в темноту зимней ночи. Спустя несколько секунд расплывчатые очертания предметов приобрели четкие контуры, и мальчик удивленно ахнул.       Перед ним предстала небольшая, но уютная крепость из подушек и одеял. Нити гирлянд, обвивающих крышу замка — широкий клетчатый плед, причудливо переплелись между собой, словно ветки лозы, и задорно подмигивали Салли своими желтыми глазами. По бокам расположились два-три стеклянных фонаря, освещающие вход. Янтарное пламя свечей, повинуясь слабому дуновению ветра, покачивалось из стороны в сторону, придавая этому месту особый мистический шарм. Внутри шатра в легком беспорядке были разбросаны пухлые цветастые подушки, настольные игры, книги и бумага с цветными карандашами.       Сал так и застыл на месте, не в силах сделать хотя бы шаг. Видя его замешательство, Джейн легко усмехнулась и подтолкнула своего спутника по направлению к крепости.       —Милости прошу к нашему шалашу! Заходи, не стесняйся!       Салли осторожно, стараясь не задеть плечом поддерживающие своды "дворца" стулья, забрался внутрь. Девушка последовала за ним, смешно фыркая и охая, задернула полог, и вот они оказались вдвоем в полумраке и тишине. Пару минут они помолчали, прислушиваясь к потрескиванию огня за стенами шатра. Джейн первой нарушила молчание.       —Ну и как же мы будем отмечать этот замечательный праздник? Как видишь, я подготовилась, так что скучно точно не будет! Предлагаю начать с "Монополии", а там видно будет!       Девушка открыла коробку и приглашающим жестом указала на маленькие металлические фигурки и пачки бумажных денег, разложенные аккуратными рядами. Глаза ее азартно сощурились, а губы сами собой сложились в предвкушающую ухмылку.       —Да победит сильнейший!       Спустя полчаса Джейн со стоном отложила в сторону все свои немногочисленные сбережения. Тщательно пересчитав их, она в который раз убедилась, что на выплату ренты здесь явно не хватало.       —Я банкрот! — пожаловалась она стенам, равнодушно взирающим на ее страдания. — Сал, а у тебя среди родственников случайно нет банкиров или экономистов каких-нибудь? С кем ты научился так играть?       Салли заметно погрустнел.       —Мы с мамой часто играли в настольные игры, пока она не...       Почувствовав, что она нечаянно затронула больную для мальчика тему, Джейн попыталась перевести разговор в другое русло.       —Ну ладно, в этот раз победа останется за тобой. Я обязательно потребую реванша, вот увидишь! Но как насчет раунда в бродилку? Призываю на помощь всю свою удачливость, а если не повезет...       Девушка задумалась, но лишь на мгновение.       —Если проиграю — буду кричать петухом десять раз подряд!       Салли ничего не ответил, но в его глазах проскользнула легкая улыбка. Джейн широко улыбнулась в ответ. Если до этого вечера у нее возникали сомнения в том, правильно ли она поступает, то сейчас, увидев искреннюю детскую радость, она ни на минуту не пожалела, что решила устроить этот маленький праздник.       Следующие два часа пролетели незаметно. Они с Салом нарисовали весьма симпатичного Санту с окладистой седой бородой и мешком, полным подарков, подурачились, угостились приготовленным девушкой имбирным печеньем и какао с пухлыми белыми зефирками и даже устроили небольшую битву подушками, которая окончилась ничьей. Рядом с мальчиком Джейн чувствовала, словно сама вернулась в детство, где были мама с папой, уютный праздничный ужин, гора подарков, любви и заботы. Она так привыкла к той праздничной рутине, которая ее окружала, что даже и представить себе не могла, что когда-нибудь все изменится. Но одно событие навсегда перечеркнуло ее жизнь.       Родители погибли в автокатастрофе три года назад.       Именно тогда, в ее первое Рождество без них, девушка с невыносимой ясностью поняла: больше не будет теплого семейного праздника. Больше не будет зимних прогулок по лесу всей семьей, вечерних просмотров фильма по телевизору, пикников на природе, всех тех мелочей, которые придавали жизни красок. В душе Джейн внезапно образовалась пустота, как будто часть ее умерла вместе с родными, и даже работа в больнице не могла ее заполнить.       Но сегодняшний вечер стал особенным как для нее, так и для ее маленького пациента, которому пришлось так рано повзрослеть. Боль утраты, казавшаяся непосильной, немного отступила, и им обоим больше не было холодно и одиноко в эту рождественскую ночь.       Снег уже совсем перестал идти, и на темном бархате зимнего неба показались яркие звёзды. Ветер донес из ночного города отдаленные звуки распеваемых рождественских песен. Голоса сотен людей то становились громче, то затихали, и тогда, казалось, весь мир застыл в безмолвном ожидании великого чуда. У всех людей, собравшихся в столь поздний час на улицах, были одни мысли, одна душа, одно сердце, горевшее неугасимым внутренним огнем. Поддавшись духу праздника, Джейн закрыла глаза и запела, растворяясь в своих ощущениях. Ей не нужна была музыка, даже не нужны были слова, чтобы чувствовать те искренние радость и счастье, что звучали в ней с новой силой.       Салли, который в это время что-то усердно рисовал, вдруг отложил в сторону свой рисунок и украдкой посмотрел на девушку. А затем вздрогнул и отвернулся. Джейн замолчала и с тревогой посмотрела на мальчика.       —Сал, что такое? Пожалуйста, посмотри на меня.              Салли ничего не ответил. Тогда девушка осторожно приблизилась к нему и заключила мальчика в мягкие объятия, словно отгораживая от всех тревог и забот внешнего мира. Покачиваясь из стороны в сторону, она начала еле слышно напевать колыбельную, которую когда-то в детстве пели ей родители. Знакомая простая мелодия на несколько минут вернула давно забытые тепло и любовь. Сал тихо всхлипнул и сильнее прижался к Джейн, пряча свои слезы в складках ее пуховика.       —Мама... — шепнули детские губы. — Ты вернулась, правда? Я так скучал по тебе, пойдем домой праздновать! Папа уже заждался!       Не все взрослые бы поняли, что скрывалось за этими по-детски наивными словами. Но Джейн поняла, и крепче обняла Салли, делясь с ним своей нежностью и заботой. Вокруг стояла такая тишина, что можно было услышать потрескивание пламени, жадно пожирающего свечи, но она не была тягостной или пронизывающе-холодной, как в пустой палате. От нее веяло домашним уютом, совсем как от лоскутного одеяла.       И сейчас, заключив в свои объятия мальчишку с голубыми волосами, робко льнущего к ней в поисках поддержки и утешения, ласково поглаживая его по спине, Джейн поняла: Рождество — это не просто дата в календаре.       Не празднично украшенная ёлка и груда подарков под ней, и даже не стол ломящийся от еды, за которым собирается вся семья.       Рождество — это добро и любовь, царящие над миром. Это люди, с которыми хочется поделиться своим теплом, не требуя его в ответ, будь это родители, друзья или кассир из магазина напротив дома, который каждый раз приветливо улыбается, заметив, как ты возвращаешься с работы. Свет Рождественской звезды, когда-то озарившей своим сиянием Землю, все еще живет в душе каждого из нас, и дарить его окружающим — это ли не истинное счастье?..       Салли постепенно успокоился, а потом и вовсе заснул, уронив голову Джейн на грудь. Несколько минут девушка сидела неподвижно, слушая размеренное тихое дыхание ребенка, а затем взяла мальчика на руки и осторожно поднялась, изо всех сил стараясь не разбудить его. Джейн уже хотела выйти из подушечной крепости и отправиться в палату, как Салли пробормотал, так тихо, что могла услышать только она:       — С Рождеством тебя, Джейн...              Девушка ласково и нежно улыбнулась мальчику.       — С Рождеством, Сал Фишер. С Рождеством.