Часовой механизм: ход времени

Из-за шока Артем даже не успел продумать план действий и просто откинул от себя тетрадь в воздух. В оправдание можно сказать, что сделал он это совершенно случайно, и также совершенно случайно скатился с кровати на пол. Поймав, прилетевшую в него, тетрадь, Милан осторожно подошел к парню и, склонившись над ним, подал руку. - Наверное вы не знали, но я сказал Веронике, что в библиотеку можно зайти только с моего разрешения. - Прости, я просто... - хотел оправдаться Артем, как вдруг его взгляд упал на другую тетрадь, что он ранее отложил. Сжав поврежденное плечо, он тихо обратился к юноше - Милан... а почему ты обо мне ничего не написал? - О чем вы? - поинтересовался Милан, собирая украденные тетради. - Ты написал про всех в школе, но обо мне будто забыл. - Если вы хорошо вчитывались, то наверняка поняли, что я пишу о первой встречи с человеком, какой бы она ни была. И с вами мы уже встречались. - Что ты имеешь в виду? Ничего не ответив, Милан бросил взгляд на открытый ящик в столе и снова посмотрел на Артема. - Я пришел, чтобы пригласить вас к ужину. Но теперь я должен вас предупредить, что вам стоит лечь сегодня пораньше. - Зачем это? - Завтра рано утром вам нужно будет последовать со мной. Только без лишних вопросов, пожалуйста. На этом хозяин дома поклонился гостю и покинул комнату вместе с тетрадями.

——○◔◒◕●——

Войдя в покои больного, лекарь остановился возле его постели и осторожно поинтересовался: - Как вы себя чувствуете? В последнее время господин Годицкий чувствовал себя нехорошо. Его стали все больше терзать мысли и ужасные кошмары, посреди которых он мог просыпаться один, а то и два и три раза в поту. Все его болезненные муки отражались на лице и теле, но больше страдали глаза, что минутами могли наблюдать за неопределенной точкой на стене, даже не моргая. Как было и в этот раз. Устало вздохнув, мужчина взял со столика у кровати лекарство и, налив его на столовую ложку, предложил болеющему. - Выпейте. Вам станет лучше. - Ты моришь меня своими лекарствами уже слишком долго... - хриплым голосом отозвался Юлиан, не отрываясь от рассмотрения потолка, - Но мне не становится лучше... - Мои лекарства могли бы вам помочь, если бы вы хотели выздороветь. - слив сироп обратно в бутылочку, Радомир оставил ложку рядом на тряпочке и, сложив руки в замок, решил обращаться к пациенту серьезнее - Давайте начистоту. Вы больны душой, но именно из-за этого страдает и ваше тело. Если бы вы могли рассказать мне обо всем... - Я уже говорил, что не намерен говорить с тобой. - грубо прервал лекаря Юлиан и только тогда соизволил опустить свои глаза на мужчину. - Хорошо. Тогда как насчет... - задумавшись, Радомир начал осматривать комнату хотя бы для зачатка идеи, пока не наткнулся на книги в книжном шкафу. - Как насчет того, чтобы вы высказали все бумаге? - Что? Встав со стула, мужчина подошел к двери и несколько раз постучал по ней. Через несколько секунд в щели приоткрытой двери появилась девушка. Услышав просьбу врача, она ушла и вернулась спустя несколько минут, но уже со сверстком белых листов бумаги, чернилами и пером. Поблагодарив помощницу, Радомир принял из ее рук дар и поднес к пациенту. - Все, что вас гложет, терзает и обижает - пишите здесь все, что пожелаете. Даже, если будет не получаться, - черкайте, рвите и делайте, что хотите. Теперь это полностью принадлежит вам. - Тогда... - нерешительно начал Юлиан, принимая из рук мужчины перо, - я... могу написать письмо? - Письмо? - удивился Радомир. - Одному человеку... Я хочу с ним встретиться... Взяв в руки трость и несколько раз постучав пальцами по ее головке, лекарь поднялся и подошел к окну, что было занавешено белым тюлем. - Я правильно понимаю, что вы... собираетесь написать... тому самому человеку? - низким тоном спросил мужчина, проводя рукой по струящейся ткани. Не получив должного ответа, он вздохнул и обернулся к пациенту - Хорошо. Напишите письмо, а завтра утром я лично отправлю его. Надеюсь, теперь вы позволите себе начать хоть немного доверять мне. - прошептав последние слова, словно случайно вырвавшиеся мысли, доктор откланялся, оставив болеющего один на один со своими демонами. Еще немного помяв бумагу в руках, Юлиан, наконец, раскрыл ее перед собой и уложил на стол. Он не знал с чего именно стоит начать, поэтому решил отпустить все и начать с чистого листа как свои размышления, так и обращение.

——○◔◒◕●——

- Милан, ты можешь мне объяснить, куда мы едем? - зевая от недавнего пробуждения, спросил Артем. Это раннее утро можно было спокойно назвать ночью, учитывая, что за окном автомобиля была кромешная темень, а часы указывали на 4:30 утра. Милан спокойно вел машину, будто вовсе не замечая волнующегося пассажира. Единственное, что выдавало в нем присутствие внимания, это йогурт, который он предложил парню перед поездкой. - Я уже не спрашиваю про то, почему ты решил оставить Веронику одну. В своем доме. - Это не мой дом. - Смешно... - хмыкнул Артем, но, вспомнив серьезность юноши, забеспокоился, - Что ты имеешь в виду? - В данный момент я занят ведением транспортного средства, поэтому позвольте мне ответить на ваши вопросы позже. К счастью и новой тревоге, после часового пути по дороге, автомобиль остановился у какого-то старого дома. Точнее, у его развалин. “Только не говорите, что он расправляется так со всеми, кто смог увидеть его дневники... Мама, помоги!” - кричал про себя Артем, разглядев в темноте разрушенное здание. Как только боковая дверь открылась, парень сжался со всей силы в кресло, отказываясь куда-либо выходить из машины. - Господин... вы напуганы? Внезапно сердце Артемия отказалось биться. Услышав такие знакомые слова, он даже... успокоился. Медленно повернув голову к Милану, он вдруг увидел юношу улыбающимся. Или же ему так показалось. Подав свою руку, принц помог ему выйти из импровизированного укрытия и прижал к себе.

——○◔◒◕●——

Положив свою голову на грудь больного, Милан стал слушать его тихие хрипы и медленно бьющееся сердце. Почувствовав нежность чего-то теплого, Юлиан осторожно приоткрыл глаза и посмотрел на юношу. Немедленно дыхание мужчины стало учащаться, и Милан этим обеспокоился: - Господин... вы напуганы? Не сдержавшись, Юлиан с трудом приподнялся и заключил юношу в свои объятия, которым уже давно не доставало прежней силы. Изо всех усилий улыбнувшись, наперекор подходящим слезам, он стал гладить юношу по мягким волосам и дышать ими, словно именно они приносили в его жизнь кислород. - Нет... - ответил мужчина, в оправдание покачав головой, - Нет... я счастлив... значит, ты получил мое письмо? - Какое письмо? - То, что я писал тебе... ты же поэтому приехал? - Простите, господин, но я не получал какого-либо письма. Я приехал сюда с отцом, как только мы узнали о вашей болезни от госпожи Годицкой. И отец уже посетил вас, но вы в это время отдыхали. Отпустив Милана, Юлиан отстранился и посмотрел в юные глаза. Они не лгали. Лишь смотрели со страхом и обеспокоенностью за старшего. Чистые... кристальные. Порывисто вздохнув, словно дрожа от холода, мужчина скрутил под руками скомканные простыни и несколько раз кивнул головой. - Да... я понимаю. А ты сам... как себя чувствуешь? - Спасибо, господин. У меня все хорошо. - Я рад. - мягко произнес Юлиан и, потянувшись к юноше, поцеловал его в лоб. И лишь один этот поцелуй подарил ему невыносимую боль. Зажмурив глаза, он прикрыл их ладонью, чем сильно напугал собеседника. - Господин, вам плохо? Чем-нибудь помочь? “Мне уже ничем не помочь...” - подумал Юлиан, но вслух только ответил: - Со мной все хорошо. Просто легкое недомогание. Внезапно в дверь постучали, прервав уединение людей в комнате. Открыв дверь так просто, будто являясь ее хозяином, лекарь вошел внутрь и уведомил посетителя, что время прошло: - Милан, больному нужен отдых. Ты сказал, что это займет пять минут. - Прошу прощения, господин. Сейчас уйду. Словно обезумев, Юлиан вдруг схватил руку Милана, запрещая его покидать. - Не слушай его, со мной все хорошо. Останься… прошу… - с каждым произносимым словом он сжимал руку юноши все крепче, заставляя Милана испытывать ужасную боль. Не в теле, в душе… в сердце. - Простите, господин, но мне и правда нужно... - Я не могу больше смотреть на то, как ты уходишь… Почему нельзя хотя бы раз вернуться…? Испугавшись за жизнь мальчика, доктор поспешил ему помочь. Отняв руку больного, он отвел Милана подальше от постели и обратился к нему шепотом, чтобы их больше никто не услышал: - Вам стоит покинуть этот дом. И поскорее. - Но, доктор, как же…? – хотел было возразить Милан, но тут же был перебит настойчивостью доктора. - Идите. С ним я сам разберусь. Отправив юношу, он уложил больное тело обратно и тихо прочитал, знакомые только ему, слова на латыни, предварительно прикрыв веки Юлиана. Тогда, спустя несколько секунд, словно по волшебству, пациент успокоился. Не переставая смотреть на это через щель приоткрытой двери, Милан сжимал в руке дверную ручку, пытаясь отдать так ей всю боль и злость, что начали прорастать темнотой в его сердце.

——○◔◒◕●——

- Господин... господин! - все громче и без успеха звал Милан парня, что внезапно потерял сознание при выходе из машины. Стоя перед пассажиром, сидящем на переднем сидении, на одном колене, он слегка бил его по щекам и периодично проверял пульс в надежде, что это был простой обморок. - Милан! - вдруг вскричал Артем, чем неожиданно напугал своего спасителя, - Милан... - уже мягче повторил парень и обнял юношу за шею. Но эти ласки были недолги. Осознав, а также вспомнив, о том, где они находятся, жертва утренней разборки оттолкнул от себя Милана и с ужасом оглядел место, где они находились. Уже начало светать, и, благодаря этому рассвету, Артем смог полностью разглядеть местные пейзажи: разрушенные дома, дороги, поросшие растительностью, и полностью холодящее кровь настроение, словно все это было частью самого настоящего города-призрака. - Где мы? - Идемте. На этот раз Милан не стал предлагать руку. Он лишь дождался, когда Артем сможет последовать за ним и ушел вперед. Из-за высокой влажности в этом месте было очень холодно, и весь путь невольник дрожал, пытаясь согреться. Пока Милан же продолжал идти твердым шагом, не испытывая ни холода, ни сочувствия к своему гостю. По крайней мере, так казалось парню. Потому что тогда, когда они уже подошли к предполагаемому входу в здание, Милан обернулся и заметил происходящее с парнем. Сняв с себя пальто, он закутал в него Артема и предложил пройти вперед. Делая первые шаги, парень с ужасом осматривал внутренние помещения. Все выглядело так, словно этому зданию было не меньше пяти веков, но некоторые вещи в нем указывали, что первое впечатление можно было бы посчитать неверным. - Этот дом должен был прожить еще сотню лет, но, вместо этого, превратился в руины. – тихо подсказал Милан, наблюдая за замешательством парня. - Что здесь произошло? - Этот дом поглотило время. Как и все дома в округе. - Время? Каким образом? – хотел было посмеяться Артем, как вдруг заметил, как Милан странно потирает запястье, на котором находились часы. – Твои часы… - Хоть вы и не узнали их, господин, но они узнали вас. - Что ты имеешь в виду? И почему ты постоянно называешь меня господином? Да и что вообще происходит? - Эти часы принадлежат вам. - тихо пояснил Милан, - Как и этот дом. И то поместье, в котором мы остановились. - Стоп... подожди... То есть, ты хочешь сказать, что этот дом... - парень указал на пространство вокруг себя, - и тот дворец... принадлежат мне? - Именно так. - Плохая шутка. - истерично хохотнул Артемий и стал медленно пятиться назад, - Так, спасибо, я сваливаю. - Я уже давно хотел вам рассказать... - прошептал юноша, схватив парня за болтающийся рукав пальто. Это было впервые, когда Милан позволял себе такую дерзость. Стало понятно, разговор будет серьезным. - Ваши сны являются воспоминаниями. - Это я уже понял. - Нет, вы не поняли. - осторожно отпустив рукав, он повернулся к парню и посмотрел прямо в глаза, - Эти воспоминания являются напоминанием вам о прошлой жизни. - Ты... хочешь сказать... что я... являюсь перерождением своего дедушки? Это уже полный бред. Я точно ухожу. - махнув рукой, Артем развернулся. Не смея больше терпеть разрастающуюся чушь, на этот раз парень уже точно направился к выходу, на ходу повторяя обещание, как мантру, что он не обернется, что бы Милан не сказал. Но уже на выходе его мантра в миг потеряла силу. Лишь стоило ему только услышать одно слово, брошенное ему вслед. Одно. Но и оно смогло вызвать в нем целую бурю эмоций: - Юлиан. Его тело не слушалось. Оно самостоятельно остановилось, запрещая парню ступить хоть еще один шаг. Подняв взгляд к небу, Артемий сделал глубокий вдох морозного воздуха и вдруг ощутил, как его глаза начала закрывать пелена из горячих слез. Они предательски стекали по его щекам, пока воздух вокруг парня заполнялся белыми клубами выдыхаемого пара. Медленно повернувшись к юноше, Артем спросил: - Что ты от меня хочешь? - Я хочу избавиться от вашего подарка. - Дай угадать, для этого тебе нужен я? В ответ Милан коротко кивнул, заставляя парня испытать ужасную боль в области, где находится сердце. - Хорошо. Тогда скажи, что тебе нужно? Моя кровь, мои слезы... или моя жизнь? Это же моя новая жизнь, да? Типа второй шанс, чтобы я смог исправить все, что натворил в прошлой? - “Даже последние секунды идут ровно, как и всегда” - так вы сказали своему сыну перед смертью. - твердо произнес юноша, перебивая нарастающую истерику спутника, - Мне не нужны ваши жертвы. Только помощь. - Прости, но я ничем не могу тебе помочь... я даже не знаю как... Внезапно между ними раздалась тишина. Плотный холодный ветер шумел невнятным рокотом между ними и забирал в себя каждую секунду молчания, после которого тихий голос даст знать: - Я вас понял... – отвернувшись от собеседника, Милан сделал шаг в сторону по направлению к машине, - Тогда нам следует вернуться. Вероника может начать волноваться о нашем отсутствии. Из-за того, что юноша не показывал своих чувств, Артем не мог понять - задели ли его сказанные слова или он снова обратиться со своим: “Ничего страшного” и с великим спокойствием продолжит свой жизненный путь, который теперь никогда не придет к концу. Вернувшись в машину в полной тишине, парень пересел на заднее сидение и провел весь путь до города в размышлениях. Ему было страшно хотя бы взглянуть на водителя в зеркало заднего видения после того, что между ними произошло. Поэтому он держал рот на замке даже тогда, когда хотелось обратиться. Даже тогда, когда дорога привела их в поместье, Артем молча вышел из машины и зашел в дом. Весь оставшийся день Артемий провел в своей комнате, закрывшись на замок изнутри. Он ничего не пил и не ел, отказываясь открывать двери подруге, что любезно приносила ему еду. Изредка из комнаты доносился какой-то шум, но остальные жители дома старались не обращать на это внимание, продолжая заниматься своими делами. - Пекинка, отвечаю, если ты не откроешь, я нахрен вынесу эту дверь! - кричала Вероника, со всей силы ударяя кулаками и ногами по двери. Но в ответ ей также отвечала тишина, что только сильнее её раздражало. Тогда она решила нанести последний удар. Немного отойдя назад, она приготовилась и уже собралась бежать навстречу к деревянным объятиям, как вдруг ее перехватил юноша, остановив почти у самого конца. - Отпусти меня! Мне нужно с ним поговорить! - Тогда позволь украсть у тебя право на этот разговор. - Чего? Отпустив девушку, Милан пригласил ее пройти за ним в более тихое место. Остановившись у дверей в библиотеку, принц открыл ее и предложил Веронике войти первой, после чего зашел за ней и закрыл за собой дверь. - Позвольте. - отодвинув гостью, что закрыла собой стену, Милан нащупал маленький рычажок и нажал на него. Мигом огромное пространство библиотеки засияло теплым светом люстр на потолке, что отражался в их бесчисленных бриллиантовых кристаллах. - Обалдеть... а ведь мы в прошлый раз... - не договорив мысль, девушка осеклась и прикрыла ладонью рот, чтобы не сболтнуть лишнего. - Не беспокойся, я уже знаю, что в этой библиотеке были гости. - Прости... - Я уже сказал, что тебе не стоит беспокоиться. - Все равно прости. Мне просто было интересно узнать почему ты запретил сюда... ходить... - на мгновение замедлив речь из-за неловкости, девушка хлопнула в ладоши и прочистила горло, - Так, я слишком много болтаю. Лучше расскажи, о чем ты хотел поговорить? - О том, о чем ты предпочла не говорить. Думаю, вам стоит вернуться.