ты — ничего, и ты — жизнь

— мы могли бы исчезнуть сейчас. сегодня ночью. покорми своих собак, оставь записку алане, и ты больше не увидишься с ней и джеком. почти вежливо. — тогда это будет наш последний ужин. — в этой жизни. доктор уже собирался сказать что-то еще, но уилл быстро перебил его, не оставив себе возможности передумать: — хорошо. ганнибал повернул голову в его сторону с вопросом в глазах. впервые за этот вечер выражение лица ганнибала сменилось, оно больше не отображало затаенную скорбь. уилл полагал, что доктор лектер выглядел так из-за общего напряжения, нависшего над всеми ними. затишье перед бурей, заставляющее испытывать одновременно предвкушение в ожидании момента истины, и тоску по прошлой жизни, по тому, с чем придется расстаться, какие сжечь мосты. сам уилл же, находясь меж двух огней в этой холодной войне пытался найти свое место. моральный компас был сбит уже давно и он был вынужден блуждать в темноте один. был ли свет среди пустоты по истине тем, что ему было нужно и не оказался бы он ловушкой, привлекшей его, как свет лампы завлекает мотылька? вопреки всему во тьме было уютно и безопасно, она молчаливо принимала все его стороны, в ней он не был освещен чужими взглядами, наполненными ожиданиями и требованиями соответствовать социальным нормам. для всех там это было правильно — выбирать светлую сторону. что будет считаться правильным в том случае, если он отступит в темноту? ганнибал смотрел на него с интересом, кажется, одновременно не полагая, что уилл рассмотрит его предложение всерьез, и при этом в глубине души надеясь на это. — уйти не попрощавшись так не похоже на тебя. — но подошло бы тебе. — да. поэтому я согласен на это. давай уйдём сейчас. ужин был окончен, и уилл встал из-за стола с бокалом вина. он подошел к стеклянной двери во внутренний двор просто из-за желания что-то сделать. его спокойствие понемногу начало рассыпаться и он снова задумался о том, что делает. это не было импульсивным решением, он думал об этом не раз, но повернуть назад теперь будет практически невозможно. раньше они ходили кругами, разговаривая о будущем, но кажется только сейчас он напрямую согласился сбежать с ганнибалом. этой ночью. мысль об этом дарила секундную вспышку тревоги, кричащую о неправильности, исчезающую за последующей волной теплого осознания от того, что он впервые выбирает то, что на самом деле правильно для него. он не представлял себя счастливым предавая ганнибала сейчас, отдавая его в руки джека — на нынешнем этапе это приравнивалось к предательству самого себя. ганнибал встал вслед за ним, становясь рядом, но все же оставаясь за его спиной. уилл не сомневался, что со стола тот захватил не бокал вина, а нож. когда доктор заговорил, его голос был ровным, с лениво припрятанным холодом и презрением: — не думал, что фбр опустится настолько низко, — блуждающий взгляд уилла замер. — манипулировать мной с помощью тебя, чтобы найти доказательства причастности к преступлениям было умным шагом, уверен, что это была твоя идея. однако зайти так далеко, чтобы к моменту задержания я оказался пойман в ловушку собственных несбывшихся надежд — очень жестоко, уилл. — не более жестоко, чем разрушить мое сознание и посадить в тюрьму за твои же преступления, ганнибал, — это вырвалось машинально, колкость на колкость. — но сейчас мной движет не жажда мести или план фбр, я принял это решение сам. уилл обернулся через плечо глядя на ганнибала с уверенностью в глазах и усмешкой на губах. доктор в ответ перевёл свой нечитаемый, как он наверняка сам полагал, взгляд на уилла. злость, обида, недоверие, страх — уиллу не нужно было быть эмпатом, чтобы это знать, достаточно было иметь в запасе несколько месяцев дружбы с ганнибалом и проникнуть ему под кожу, чтобы видеть все. — ты мне не веришь. осознание, что все последнее время ты был частью моей игры, а не я твоей, тебя очень раздражает. хищник превратился в жертву: пока ты манипулировал мной в попытках раскрыть мою тёмную сторону и сделать равным себе — я манипулировал тобой, заслуживая твое доверие и заставляя открыться так, как ты не открывался никому другому, — уилл знает, что играет с огнем, этот огонь распалялся в глазах ганнибала все сильнее с каждым словом, но это было необходимо. — как давно ты знаешь? — внезапное веселье и интерес захватили его вдруг. — расскажи мне. какое слово меня выдало? пожалуйста, — уилл всем корпусом повернулся к доктору и склонил голову набок в вопросе, изображая собой притворный интерес. ганнибалу оставалось только продолжать участвовать в театре, разыгрываемом уиллом. возвращаясь в момент ощущения предательства, ярость в его глазах вспыхнула только ярче. еще немного. — запах зачастую говорит о людях больше, чем они сами склонны о себе рассказать. при помощи обоняния можно узнать довольно обыденные вещи: чем человек сегодня завтракал, присутствуют ли в его жизни домашние животные и на каком виде транспорта он передвигается. но некоторые запахи ощущаются настолько едко, как вкус имбиря на языке. ганнибал смотрел с почти нескрываемой яростью, обращенной не столько на самого уилла, сколько на свои собственные чувства, которые в нем вызвало осознание предательства. уилл лишь коротко усмехнулся и опустив глаза потер шею в неожиданном чувстве неловкости, — ему не было стыдно перед ганнибалом, но ситуация оказалась забавной, словно сошедшей со строк бульварного романа, где жена раскрыла интрижку мужа по запаху духов любовницы с его рубашки. — значит фредди. что забавно, ведь именно благодаря ей я прямо сейчас раскрываю тебе все карты. — эта часть твоего плана, придуманная ей? — презрение вернулось в голос. — однако я до сих пор не понимаю его смысла, если только это не последний разговор по душам, перед тем как агент кроуфорд ворвется в эту комнату. — нет, ганнибал, я же сказал, — уилл вдруг почувствовал огромную усталость. он отошел к стене рядом, прислонившись к ней в поисках опоры. сам виноват, надо было начинать по-другому. снова завоевать доверие ганнибала будет тяжело. но он лишь хотел увидеть, — фбр не имеет к этому никакого отношения, я говорю с тобой по собственному желанию, а фредди помогла лишь косвенно, она натолкнула меня на определение мысли, — он остановился, собираясь со словами. — мы придумали план почти сразу после того, как я вышел из тюрьмы. для рыбака джека я наживка, закинутая с целью поймать одну единственную добычу. — меня. ганнибал приближался к нему медленной поступью зверя. уилл снова ухмыльнулся, в попытках сдержать смех — как же ганнибала обижал разговор о самом себе, как о жертве. улыбка просилась наружу и уилл не скрыл ее, продолжая с напускной театральностью. — да, тебя. декорации были расставлены, зрители расселись по местам. я вернулся к тебе на терапию, джек продолжил быть твоим другом. финал трагедии медленно приближался. когда уилл снова поднял взгляд на ганнибала, подошедшего слишком близко, он почувствовал лезвие, прижатое к своему животу в ожидании слова, что заставит его вспороть уилла. вот оно. человеческий костюм ганнибала был сброшен и он был поистине прекрасен с оружием в своих руках и больше не контролирующим свое выражение лица. для полной картины не хватало только крови. позже. за маской была настоящая темнота, глаза больше не горели эмоциями, они отображали всю истинную суть ганнибала, погружая за собой в пустоту. уилл вглядывался в тьму слишком долго, но больше не боялся этого. время ответить доктору той же искренностью. — с самого начала я играл на обе стороны, но довольно долго оставался в сомнениях о том, на какой остаться. рэнделл принес мне первое озарение — я ошибочно думал, что фантазии о твоем убийстве так сладки из-за того, что в них умираешь именно ты. твой подарок помог понять, что больше всего меня привлекал факт того, что убиваю я, — уилл протянул руку, чтобы положить её на щеку ганнибала в ласковом жесте, в жесте приручения. — когда фредди появилась в моем доме, она обнаружила то, что осталось от рэнделла. и именно благодаря ей я почувствовал такое глубокое сожаление от того, что не убил. что мне надо было сдержаться. тьма завлекла меня настолько, что поддерживать иллюзию собственной человечности стало тяжело, — он наклонился к ганнибалу, заглядывая в его глаза и вместе с этим движением наткнулся на нож у живота. рука ганнибала оставалась неподвижной, как и его взгляд, но хорошо заточенный нож коснулся ткани, с легкостью распарывая её и с нежностью касаясь кожи уилла, пуская кровь. совсем не глубоко, так, царапина. — когда мы ужинали блюдом из рэнделла, которое должно было быть приготовлено из мяса другой свиньи, я ощутил насколько я сожалею о своем обмане, — он на секунду прервал свою речь, чтобы вложить в слова всю свою искренность. — ганнибал, ты можешь мне не верить, но за последние месяцы это было единственное, о чем я тебе соврал, — наклонившись так близко, что они почти касались друг друга носами, уилл шептал. — ты ощутил вкус моего предательства позже, но я сам прочувствовал его в тот момент. ты дал мне узнать себя, увидеть. и я не собирался отвергать этот подарок. уилл потянулся ближе, ожидая напороться на лезвие еще больше, но почувствовал как давление ножа исчезло со звуком его падения и ганнибал сам накинулся на него в поцелуе. руки доктора легли на щеки уилла в ответном жесте и на секунду в голове профайлера промелькнула мысль о том, что ганнибал может убить его и так, просто свернув шею. и с ощущением полной опасности он ответил на поцелуй со всей отдачей. уже неважно, думал уилл, я сам проследовал за ним и я сам же привел нас к этому. свет погас оставив их в темноте вдвоем — они завлекли друг друга в ловушку и она оказалась их собственным царством.

***

— что дальше? — скажи кто-нибудь уиллу еще год назад, что он чувствовал бы себя комфортнее всего на свете прижавшись в постели к серийному убийцу-каннибалу после того как у них был секс, он бы… ну, не то чтобы сильно удивился, но для приличия, конечно же, возразил о невероятности такого утверждения. — я уверен, что у тебя есть план, ведь так? машина, поддельные документы, квартира где-нибудь в европе. — ты знаешь меня очень хорошо, мой дорогой уилл, — ганнибал наконец-то оттаял, здесь и в столовой получасом ранее — два разных человека. или скорее две разных стороны одного человека: он может быть убийцей в ситуации угрожающей его безопасности и ласковым любовником в комфортном уединении спальни, — но я предоставлю этот выбор тебе. мы все еще можем уйти сейчас… или продолжить разыгрывать сцену, что начали. — сегодня ты приготовил ягненка. жертвенного. — мне не нужно жертвоприношение, уилл. а тебе? — о, не ври мне ганнибал, — уилл тихо засмеялся и приподнялся над доктором, чтобы заглянуть ему в глаза. обожание, нежность, интерес, страх. ох, ганнибал, — именно оно тебе и нужно. ты хочешь, чтобы джек знал. чтобы он увидел тебя… увидел того, кем стал я. показать ему правду. — он остановился, — а еще тебе нужно мое извинение за то, что я не убил фредди. доказательство моей преданности, — уилл улыбнулся с нежностью. с любовью. — тебе не стоит боятся. ганнибал отобразил на лице удивление: — чего именно ты думаешь я боюсь? — я изменил тебя, точно так же, как ты изменил меня. сегодняшний вечер стал поворотным. если я предам по-настоящему тебе придется убить меня. о нет, не только меня, сначала ты утопишь в крови все вокруг и заставишь меня смотреть, — уилл прикрыл глаза, маятник качнулся, пока ганнибал с жадностью вглядывался в его лицо. когда уилл снова посмотрел в ответ, его зрачки были расширены. — это было бы красиво. но мы сделаем это по-другому, ганнибал, мы будем стоять по одну сторону. — verrа la morte e avrа i tuoi occhi. — ганнибал продекларировал шепотом в губы уилла с благоговением, потянувшись за поцелуем. заглядывая в него и принимая все увиденное. — что это значит? — смерть придет, и у нее будут твои глаза.

***

следующим вечером они находились на кухне вдвоем. попрощавшись, уилл отложил телефон на кухонную столешницу, хмурясь. — она не останется в стороне. но мы не будем её убивать. ганнибал слышал каждое слово во время звонка аланы — они знали, что за ними скоро придут. и если к дому уилла уже наверняка выехал отряд, то к ганнибалу скоро наведаются старые знакомые. они готовили ужин в ожидании джека, то есть, ганнибал готовил, а уилл слонялся тут и там по кухне, кружа вокруг него. но видимо поесть им сегодня вечером не удастся. жаль. — я бы так же не хотел смерти аланы. однако, я надеюсь ты понимаешь, что я устраню все, что будет угрожать нашей безопасности. твоей безопасности. — я понимаю, но- — уилл. если алана попытается убить меня или тебя — я убью её. она подпишет себе смертный приговор в тот момент, что осмелиться навредить моей семье. они замолчали ненадолго. ганнибал продолжал бесстрастно нарезать овощи, пока у уилла в голове повторялось одно слово. семья, семья, семья. возможно, это было манипуляцией со стороны ганнибала, скорее всего, оно ей и являлось. но то, каким твердым тоном это было сказано, отрезая любые возможности для споров, застало уилла врасплох. впервые у него была семья и это знание оседало в сердце, заставляя задуматься насколько далеко он сам бы зашел, чтобы защитить их. закинув удочку с этой мыслью в своем разуме подальше, он решил не доставать ответ на этот вопрос. пока что. — она не сможет навредить нам на самом деле. — я знаю. ты разрядил её пистолет. ганнибал отвлекся от морковки на разделочной доске и встретил вопросительный взгляд уилла. находясь рядом с доктором на кухне он выглядел совершенно очаровательно и абсолютно на своем месте, по мнению самого ганнибала. запомнив это мгновенье, и на секунду расстроившись, что в этом доме они больше не смогут повторить его, он ответил на немой вопрос: — я планировал сделать то же самое, но обнаружил, что меня опередили. однако это не значит, что она больше не предоставляет для нас угрозы. когда-то уилл грэм избегал зрительного контакта, но сейчас, ему казалось, он мог часами так смотреть с ганнибалом друг другу в глаза. особенно теперь, когда все маски были сброшены и разговор между ними мог идти и без слов. наконец, уилл отвернулся, принимая поражение: решимость в глазах ганнибала ему было не сломить, он и не хотел, но все же не мог тому позволить полностью играть на своих правилах. — хорошо. но она умрет не сегодня. ганнибал вернулся к нарезке овощей. зачем он только продолжал готовить? — оставить мисс блум жить с осознанием, что однажды мы приедем за ней — для тебя проявление милосердия. ты более жесток, чем хочешь показаться, дорогой уилл. — он наконец-то закончил с этим этапом в приготовлении блюда и развернулся к уиллу. одна рука легла агенту на живот, где под повязкой был скрыт неглубокий порез, вторая на шею, приподнимая голову. ганнибал прижался к его щеке, нежно касаясь её губами и ощущая ответное объятие. уилл насыщал его одним лишь своим присутствием, но получив его в свое распоряжение полностью, ганнибал обнаружил, что не способен сдерживаться, он был жаден до прикосновений к одному определенному человеку, как никогда ранее в жизни. он хотел положить весь мир к его ногам, но уиллу было интересно не это. и все же, ганнибал был слишком слаб перед ним. — все, что ты только попросишь, mylimasis.

***

когда джек пришел, уилл стоял в тени кладовой комнаты. дверь туда не была закрыта и он, если честно, ожидал, что джек заметит его раньше. но отпивая вино из своего бокала он позволил ганнибалу развлекаться самостоятельно, до того момента, пока ему не понадобиться помощь. все же наблюдать за хищником в естественной среде обитания было захватывающим зрелищем, и наблюдать за ганнибалом, сбросившим с себя все слои приличия и человечности оказалось не менее завораживающе. уилл усмехнулся, снова сравнив их жизнь с третьесортной историей любви, где два героя бились за сердце девушки. только он не был беспомощной дамой в беде и ганнибал бился не за него, а за них. чуть не пропустив за раздумьями момент, когда пора было вмешаться, уилл выплыл из тени и оказался лицом к лицу с джеком, что сейчас душил ганнибала галстуком, закинув себе на спину. секунды удивления было бы достаточно для того, чтобы ганнибал выбрался из петли, но уилл решил не упускать возможность и одним рывком приблизился к джеку, всаживая тому нож под ребра, целясь в сердце — джек не заслуживал мучительной смерти. тот взвыл от боли и осел на колени, ослабив хватку так, что ганнибал избежал удушения и отошел приходить в себя, оставив место в центре сцены уиллу. со стороны ему открылась прекрасная картина: упавший на колени и прижавший руки к груди джек будто бы в мольбе смотрел на склонившегося перед ним уилла широкими глазами. этот взгляд был полон ощущения прозрения и предательства. уилл же выглядел как снизошедшее божество, окропленный кровью и смотрящий на джека в ответ глазами с расширившимися зрачками и полными твердой уверенности. чуть позже ганнибал изобразит эту композицию в карандаше. — видишь? — прошептал уилл и джек сделал свой последний вздох, глядя в искренние глаза человека, что должен был спасти их всех, но привел к погибели. белла. пронеслось у него в голове и одна слеза упала в лужу крови на полу перед ним. как драматично. впитав в себя чужую смерть, уилл оттолкнул от себя тело джека и повернулся к ганнибалу. тьма в их глазах поприветствовала друг друга.

***

когда алана звонила уиллу с предупреждением о выданном на него ордером на арест, она не знала, что он находится с ганнибалом. когда минутами ранее она защищала его адекватность и добропорядочность перед кейд пурнелл, она не знала, что та была права, обвиняя уилла. реальность была именно такой, как бы алане не хотелось верить в это. когда алана направила пистолет на ганнибала с полной решимостью выстрелить, на нее в тот момент не могло повлиять ничего. мертвый джек лежал прямо за спиной ганнибала и его слова о том, что он не придет за ней в будущем, если она не выстрелит, не имели смысла для нее в тот момент. если она застрелит его — как он сможет прийти? ничего не смогло бы остановить её от того, чтобы спасти мир от ганнибала в тот момент, она думала. — алана, опусти пистолет. кроме уилла грэма. — уилл? он появился с левой от нее стороны, остановившись перед проходом к лестнице. алана скосила взгляд: одежда уилла и лицо были испачканы кровью, как и у ганнибала. чья это была кровь? — чья на тебе кровь, уилл? — ты действительно не знаешь? или не хочешь верить, алана? — ганнибал искренне издевался. — чья это кровь? — это правда, она не хотела верить. это значило бы, что её обманул не только ганнибал, но и уилл. что она проиграла им обоим, что не спасла никого из них. что уилл все-таки попал в ловушку ганнибала, завлекая того в свою. пистолет все еще был направлен на ганнибала, но лишь потому, что в ее понимании он представлял большую угрозу. сначала в ганнибала, потом в уилла. она заставила себя набраться решимости. — джека. нажав на курок и уже дернувшись, чтобы выстрелить в сторону уилла, она осознала, что ничего не произошло. кровь била по ушам и на секунду ей показалось, что она потеряет сознание, но этого не случилось. сейчас она была чистым воплощением страха и ганнибал может и насладился бы этим видом, если бы не оглушительная ярость в нем от мысли, что алана могла помешать им. — я вынул твои патроны из обоймы. теперь она развернулась к уиллу, все еще держа на вытянутых руках бесполезный пистолет, но взгляд её соскальзывал в сторону ганнибала. уилл стоял словно скучающе, будучи явно разочарованным её поступком — он хотел, чтобы она жила, но она оказалась недостаточно умна, чтобы сыграть по правилам ганнибала и заслужить это. какая жалость. алане некуда было бежать, с обеих сторон её окружали монстры и она это знала. все что она могла, посмотреть на уилла с мольбой, но он не ответил на её взгляд, наблюдая за ганнибалом, что быстрым и тихим шагом добрался до аланы, вонзив нож ей в бедро и сразу оглушив ее, приложив голову об стену, как уже делал однажды. так она не умрет, но не сможет помешать им, даже если очнется раньше времени. так он оставит на её теле осязаемое напоминание. представление было кончено и уилл подошел к ганнибалу. доктор все еще смотрел на лежащую без чувств алану и старался запереть в себе чувство злости на сейчас, чтобы остановиться лишь на этом. перед уходом придется вызвать скорую. он пообещал уиллу, а тот пообещал в ответ. время еще придет. первое прикосновение прошло по ним как электронный разряд — уилл взял окровавленную руку ганнибала в свою. наконец, их взгляды встретились и они потянулись друг к другу, изголодавшиеся по контакту за время изматывающей битвы. их поцелуй был со вкусом крови и их объятия оставляли синяки, но в этот момент мир не существовал и в то же время они были его правителями. — в следующий раз, уилл, я хочу показать тебе кровь при свете луны. она кажется почти черной. это было напоминание о том, что ждет их в будущем, и в эту секунду для уилла не было слов желаннее. следующий раз. такой теперь будет его жизнь — он стоял с ганнибалом по его сторону вуали и больше не был наблюдателем убийств, теперь он был полноправным участником. протесты о неправильности происходящего тлели в нем, превращаясь не больше, чем в пепел прошлой жизни. после убийства джека спасения для уилла больше не было. возможно, оно ему больше и не нужно было. теперь его спасение было в руках ганнибала, в поцелуе со смертью и в разделенном на двоих безумии. на фоне послышался стук копыт.

***

они смыли с себя кровь и переоделись в чистую одежду. вещи были собраны со вчера и ждали своего часа. одна машина сменилась на другую, не зарегистрированную ни на кого из них — она стояла в гаражном комплексе на окраине балтимора специально для подобного случая. уилл больше не задавался вопросом о том, что они будут делать дальше. зачем, если он уже выбрал свое место подле ганнибала и пошел бы за ним куда угодно. у доктора был план и сейчас никто не мог им помешать его осуществить. машина плавно скользила по дорогам ночного мэриленда, с каждой секундой отдаляя их от прошлой жизни все дальше. свобода. вот что чувствовал уилл раскинувшись на пассажирском сидении слишком простой для доктора лектера машины, пока тот вез их в неизвестность. впервые разум его был чист от влияния других убийц и он заполнил это пространство самим собой. все, что он сделал этим вечером было его решением и представляя альтернативные развития событий он ощущал лишь злость. что, если бы он не обозначил свою позицию перед ганнибалом вовремя? если бы предал его, как и планировалось изначально — сейчас он лежал бы там же, где и джек с аланой, истекая кровью. уилл усмехнулся, осознав, что его страшила не собственная смерть в этом сценарии, а глубина нанесенной им ганнибалу психологической раны. нет, он не хотел, чтобы их история закончилась так. еще раз прокрутив в своей голове возможные варианты, он покачал головой и отпустил это. он ни о чем не жалел. искренняя улыбка появилась на его губах и он посмотрел на ганнибала. почувствовав обращенный к нему взгляд он на секунду повернулся в ответ и скопировал выражения лица уилла. продолжая вести машину одной рукой, свободную он сцепил с уиллом в замок и поднес для поцелуя, не отвлекаясь от дороги — тактильный голод никуда не ушел. уилл засмеялся на этот глупый романтический жест, но позволил ганнибалу это. он чувствовал себя как влюбившийся школьник и учитывая всю реальную ситуацию — это было просто смешно. всю дорогу ганнибал искрился счастьем, настолько довольным уилл его еще не видел, тот едва не мурчал от удовольствия осознания, что они сбегают вместе. и уилл понял, что полностью разделяет его чувства. через пару часов они подъехали к дому построенном в современном стиле, находящимся слишком далеко от цивилизации. лишь просторная широкая местность с редкими деревьями, обрыв у атлантического океана и ни души в пределах нескольких километров. уилл полагал, здесь они остановятся для того, чтобы замести следы и подготовиться к переезду. они зашли в темный дом, и уилл с удивлением отметил, что тот кажется жилым. запах затхлости и пыли не ощущался в воздухе, как бывает в неиспользуемых по-долгу помещениях. в прихожей висело женское пальто, а на диване лежал небрежно смятый плед. ганнибал не выглядел обеспокоенным фактом чужого присутствия, а значит это… рассыпанные хлебные крошки, чтобы он сразу догадался, что — эбигейл? она вышла из-за угла, касаясь выключателя света — ей больше не надо было скрываться. эбигейл смотрела на него с широко раскрытыми глазами, но не как джек в своей предсмертной агонии, а как дети смотрят на подарок под елкой. — я хотел сделать тебе сюрприз. ганнибал положил руку на плечо уилла, как обычно находясь рядом, за его спиной, и уилл убедился в том, что эбигейл реальна, а не пришла к нему как галлюцинация. впрочем, эбигейл в его видениях отличалась от той, что стояла перед ним. она изменилась и в то же время оставалась самой собой — шрам на шее ничто не скрывало, на ней был свитер с открытым горлом, а волосы завязаны в высоком хвосте, не закрывая лицо. она больше не была запуганной маленькой девочкой. но для тебя она всегда останется ребенком — прошептал в его голове голос с родительскими интонациями. спустя безмолвное мгновение эбигейл скосила глаза на ганнибала и, видимо, получив его молчаливое одобрение, широко улыбнулась и бросилась обнимать уилла. руки агента машинально легли ей на плечи и он понял, как сильно скучал по ней. семья. вот, что ганнибал имел ввиду. он уже был готов защищать их с ганнибалом мир ценой жизней, но теперь он понял, что не позволит никому разрушить это. находись сейчас перед ним хоть алана, он бы больше не задумывался над тем, чтобы постараться не навредить ей. это и был тот ответ, что он решил не искать ранее. рука ганнибала все еще лежала на плече уилла и он не решался нарушить драгоценный момент воссоединения. не дождавшись от ганнибала следующего шага, уилл сам отступил назад, потянув за собой эбигейл и таким образом прислонившись спиной к чужому замершему телу. наконец, ганнибал понял, что его приняли в объятия и сомкнул руки поверх уилла и эбигейл, прижавшись ближе. они стояли так: эбигейл уткнувшись лицом в по-отечески теплую грудь уилла, стараясь запомнить это ощущение безопасности; уилл, уютно устроившись в руках серийного убийцы и склонив голову к макушке названной дочери, пахнущей немного специями и маслом, в ожидании их прибытия она готовила ужин, как учил её доктор лектер, чистотой и еле уловимо самим ганнибалом, домом; ганнибал, крепко держа все самое ценное, что было теперь в его жизни, запоминал этот момент, чтобы поставить его на центральное место в своем дворце памяти. — разбитая мной чашка собралась вновь, уилл, — его голос звучал приглушено и тепло, он ластился к уиллу со всей нежностью и уилл снова поразился тому, насколько комфортно ему было. все же, самое безопасное место на земле для них было в объятиях самого страшного монстра, — теперь в твоей жизни есть место для эбигейл. место для всех нас. эбигейл первая отступила из объятий, посмотрев на них блестящими глазами. на лицах троих расплылась улыбка, дарованная только самым близким. ганнибал погладил эбигейл по волосам, второй рукой все еще обнимая уилла и спросил: — кто голоден?