Второй шанс

Просыпается Сасори посреди ночи. Сердце билось так, будто к чертовой матери пробьёт ребра, кожу и вывалится из грудной клетки окровавленным куском мяса. Он думал, что всё кончено. Думал, что воспоминания Чо, её страх и боль остались в прошлом, пускай и недалёком. Вот только сейчас в теле дрожь, внизу живота фантомная боль от рвущейся плоти, а в голове такой же, по сути, необоснованный, но слишком реальный, страх. Сев, кукольник сгибает ноги в коленях и, обхватив руками, утыкается в них лбом. Столько проблем. А ведь всего этого можно избежать, будь его тело не живым.. Может, это плата? За все, что он сделал, должно было, рано или поздно, прийти наказание. Нельзя просто признать свою вину. Мало просто извиниться. Ошибки так или иначе нужно и придется искупать. Хочешь ты этого, или нет. - Данна? Голос Дейдары хрипловатый спросонья, но даже так, заметно встревоженный. - Прости. Не хотел разбудить. - Нехотя, Акасуна выпрямляется, чтобы даже так не давать лишний повод для беспокойства. - Я в норме. Просто приснилось.. странное. - Ммм.. - тянет блондин и, казалось бы, теперь тот должен был закрыть глаза и уснуть вновь. Но, вместо этого, он также садится и, немного наклонившись вбок, устраивает голову у кукольника на плече. Несколько минут они молчат. Дейдара не спрашивал, а Сасори не имел желания рассказывать. Да и зачем? Боль, зачастую, как зараза, вирус. Распространяя ее, тебе не станет легче. Ты только сделаешь хуже окружающим, зачастую, близким. А это.. было по меньшей мере эгоизмом в худшем из его возможных проявлений, который нельзя было себе позволять. - Ты можешь.. - кукольник на пару секунд замолкает, подбирая слова. - Можешь заботиться и о себе тоже? Не только обо мне? - Наверное, нет. Потрясающе честный ответ. Почти убийственный, но в этом был весь он. Никаких полутонов, никаких "но" или "возможно". Если Дейдара что-то решил, он пойдет с этим до самого конца, и остановить его не сможет ничто. Разве что собственная смерть. - Ты обещал. - Я обещал другое. - мягко возражает подрывник и, аккуратно взяв за плечо, возвращается на подушку, утягивая за собой. Сопротивляться смысла не было. Акасуна прикрывает глаза, вслушиваясь в ровное дыхание рядом. Но уснуть не получалось. - Что ты делаешь, когда понимаешь, что не можешь что либо контролировать? Некоторое время Дейдара молчит, и когда кажется, что тот уснул, он чуть пожимает плечами: - Если честно, я не помню, чтобы пытался. До сих пор удивляло, насколько разными они были. И когда подрывник поясняет, разница эта становится ещё более ощутимой. - Для меня жизнь это.. как бурное море, наверное. Волна может тебя накрыть, унося ко дну, а может поднять на гребне.. И, конечно, хочется понимать, когда и чего ждать. И я пытаюсь. Наверное. - он тихо усмехается, но добавляет: - Но, так или иначе, подчинить море не выйдет. Кукловод прекрасно понимал, о чём тот говорит. Он и сам ощущал себя подобным образом, лишь маленьким человеком, которого стихия швыряет по линии судьбы, пока попросту не убьёт. - Я имею в виду другое. Одно дело, когда ты сталкиваешься с обстоятельствами. Чем-то непреодолимым, и ты можешь сам себе сказать, что ты не смог по тем или иным причинам. Но когда речь идёт конкретно о тебе.. не знаю, мыслях, состоянии, теле, уже не получится сказать, что это вне твоего контроля. Дейдара переворачивается на бок, оставляя ноги Сасори лежащими поперек собственных. В темноте мало что было видно, но блеск голубых глаз представлялся отчётливо. - Я никогда не обращал внимание на подобное, если честно. Наверное, раздражает, когда внезапно хочется есть, или болит голова.. но я воспринимаю это как данность. И сны тоже. Не важно, приснилось мне что-то плохое или что-то хорошее. Это как.. проснуться, а за окном ливень. Можно как угодно к этому относиться, но все равно придется выходить из дома. Или не выходить. Короче, что-то с этим делать. Кукольник медленно кивает. Сейчас у него было ощущение, что они говорят о чем-то одном, но на разных языках. И своеобразный перевод на собственную жизнь и опыт занимает некоторое время. - То есть просто пустить всё на самотёк? - Как по мне, это лучший вариант, когда ничего не получится сделать. Если болит голова, нужно принять таблетку, может, заняться чем-то другим, но предсказать, когда она заболит в следующий раз, всё равно не получится. - Просто иметь при себе таблетки? - Угу. И не придавать слишком большого значения тому, что это случилось. Это ведь нельзя предвидеть и контролировать. Этот простой пример дал возможность осознать реальность. Он действительно борется с морем, которое человеку не победить. Конечно, можно было оградить себя от внешнего мира. Сделать своё тело бессмертным, но, так или иначе, многое зависело от людей, от этого самого мира, что было попросту неподвластно. - Спасибо. - За что?.. - в голосе Дейдары слышится улыбка. - Я наоборот восхищаюсь тем, как у вас получается менять мир под себя. - Если только мой, собственный. Внешний мир не изменить, ты сам говорил. Блондин издаёт невнятный звук согласия и добавляет: - Если честно, я не думаю, что это имеет смысл. Ну.. менять большой мир. Это заявление было неожиданным. Акасуна всегда считал, что именно это напарник и хотел, но тот почти сразу, не дав раскрутить в голове эту мысль, поясняет: - Я, сколько себя помню, всегда хотел, чтобы меня заметили. Хоть кто-то: старик-Цучикаге, люди в деревне.. - повисает недолгая пауза, в которую кукловод беззвучно добавляет возможное "и Вы", - Я буквально недавно понял, что искусство само по себе ничего не даёт, если нет тех, кто им восхищён. Знаю, сейчас Вы скажете, что Вам это не нужно, но.. Мне нужно. Я хочу видеть в глазах людей эмоции, бурю, понимать, что это из-за меня. Быть не просто очередным человеком. А тем, кого запомнят, о ком будут рассказывать. - Разве это не значит "менять мир"? - Не думаю.. - Дейдара чуть пожимает плечами. - Я хочу, чтобы меня, моё искусство ценили те, кто может его оценить, а не заставить людей смотреть лишь на меня. В этот раз кивает Сасори. Идея разделить мир, оставить для себя лишь ту часть, что имеет значение и принадлежность, казалась странной. Но, по сути, именно это он и делал, живя так, как самому хотелось. И с тем, с кем хотелось. - Засыпай. - тихо просит кукольник, чувствуя, как тёплые руки прижимают ближе к себе. - Угу-м. Вы тоже.