мое все

      Чонгук прекрасен.       В нем идеально буквально все.       Прекрасен его стиль одежды — тотал блэк и оверсайз, порой сменяющиеся на узкие джинсы, розовые футболки, летящие блузки или кроп-топы. Его музыкальный вкус — либо тяжелый рок, либо женские k-pop группы. Его милое, как будто детское, лицо вкупе с большим количеством пирсинга: два кольца справа в нижней губе, три кольца в левом ухе и пять гвоздиков в правом. Тэхён уверен, что едва Чонгуку исполнится двадцать лет, тот сразу же разрисует свое тело татуировками. И даже это не испортит его идеальной внешности. Тэхён всегда будет им восхищаться, как делает это уже на протяжении трех лет, что знаком с его братом, Юнги.       Сегодня Мин снова разрешил Чонгуку сидеть с ними в гостиной. Старший обычно выгоняет Чона в его комнату, когда приводит Тэхёна. Кажется, Чонгук всегда старается урвать шанс провести время с братом. По наблюдениям Тэхёна, тому не хватало внимания. Это и понятно — отец Юнги ушел уже давно, отец Чонгука — то же самое, а их мать снова в поисках. Старшему приходится совмещать учебу на третьем курсе универа с разными подработками, у него забит чуть ли не каждый вечер. И все для того, чтобы оплатить квартиру и прокормить себя и своего семнадцатилетнего брата, которому нужно хорошо окончить школу, чтобы тоже поступить на бюджет. Юнги весьма холоден с Чонгуком, практически не разговаривает с ним. Тэхён считает, что причиной тому переутомление и другу просто не хватает сил, чтобы проявлять еще какую-то заботу, кроме материальной. Но Чонгук считает иначе. Считает, что брат его ненавидит и обеспечивает лишь из-за родственной связи. Он рвался помочь, хотел найти подработку, но Юнги строго-настрого запретил, потому что это могло помешать учебе. Из-за этого Чонгук постоянно чувствует себя виноватым, считает обузой.       Еще Тэхён заметил, что у младшего нет друзей. Все разы, когда Ким приходил к Юнги, Чонгук был дома. От друга он не слышал, чтобы тот куда-то отпрашивался или оставался у кого-то на ночь. Возможно, из-за того же недостатка внимания Чонгуку сложно общаться с кем-либо, не привык к интересу в свою сторону и не приобрел навыки общения. Но, видимо, младший нашел свою отдушину в книгах и учебе. Он часто пытался рассказать Юнги о своих успехах, но слова редко доходили до брата, тот практически его не слушал. Тэхён может понять друга, все же он очень много на себе тащит, но от этого не менее жалко Чонгука. Наверняка его яркий образ создан для того, чтобы привлечь хоть чье-то внимание. Но из-за его неразговорчивости и замкнутости все считают его или странным, или фриком. «И почему это все должно было свалиться на такое прекрасное создание, как Чонгук?» не единожды задумывался Тэхён. Ему хотелось отдать все имеющееся тепло, всю любовь и все время. Но. За столько лет без внимания от единственного родного человека у Чонгука развилось высокомерие. Чтобы не считать себя каким-то не таким, он внушил себе, что его никто не достоин. Именно из-за этого Тэхён не мог подступить к объекту своего обожания. Да и разница в возрасте у них приличная — пять лет. Кажется все настроено против них. Тэхёну остается лишь смириться с этим фактом.       А пока он как в первый раз рассматривает прекрасное лицо рядом с собой, пока взгляд Чонгука направлен не на него. Как и всегда. Но Тэхён привык. Наверно, если Чонгук задержит на нем свой взгляд дольше, чем на сотую секунды, то произойдет конец света. — Пойду покурю, — произнес Юнги, встал с дивана и подошел к балконной двери. — Не хочешь?       Тэхен отрицательно повертел головой.       Дверь на балкон закрылась и Ким почувствовал сильное напряжение. Оставаться с Чонгуком наедине было тяжело. Тот кинул равнодушный взгляд, из-за которого Тэхен сглотнул. Юнги надолго уходил на перекур, поэтому оставаться в комнате было сродни самоубийству. — Пожалуй, я пойду, — сказал Тэхен, положив руки на колени и поджав губы. Равнодушный взгляд перешел на балконную дверь.       Выдохнув, Тэхен пошел в коридор. Сзади послышались шаги. Было очевидно, что Чонгук встал, чтобы закрыть дверь за гостем.       Тэхен надел кроссовки и потянулся за ручкой двери. — Думаешь я не заметил, как ты на меня смотришь? — спросил Чонгук. Тэхен дернулся. Шаги приблизились. На плече почувствовалась крепкая хватка и Тэхена резко развернули, прижали к стене. — Я тебе нравлюсь? Хочешь меня? — требовательно спрашивал Чонгук. Дыхание Тэхена перехватило. Это было даже не последним, что он ожидал услышать от Чонгука. Таких мыслей просто не существовало. — Тр… Давай переспим.       Контрольный. Кажется, сердце покинуло тело. Точно ли сейчас не сон? Хотя, странно, что подобное не приснилось ни разу за все три года. Видимо, все-таки реальность… — Ну, думай быстрее, а то Юнги скоро вернется, — нахмурился Чонгук и сжал пальцы на чужом плече сильнее. — Это как-то неправильно… — прохрипел Тэхен. Конечно, глупо было отрицать влечение к Чонгуку, но не хотелось сразу тащить его в постель. Хоть он и сам это делал. — Я спрашиваю хочешь ли ты меня, а не правильно ли это. Юнги сейчас на работу уйдет и ничего не узнает. — Зачем тебе это? — глаза бегали по лицу напротив. Тэхену хотелось увидеть усмешку во взгляде, понять, что это шутка. Такое не могло происходить просто так.       Чонгук отвел взгляд и задумался. Он не подумал об ответе на такой вопрос. Чем скрыть правду? Чонгук снова посмотрел на Тэхена. — Надоело в девственниках ходить, а тут ты подвернулся, — резко ответил младший. Грубо, но лишь бы не говорить правду. — И… все? — Тэхен ни на что не надеялся, но тупой вопрос все же вылетел из его рта. — А что ты еще хочешь? Кольцо на палец? — съязвил Чонгук. Все идет немного не так, как он представлял на протяжении недели. Грубости так и сыпались из него. — Нет, — коротко ответил Тэхен. — Тогда чего тянешь? — напряжение Чонгука конкретно усиливалось. Он боялся того, что Юнги мог выйти с балкона в любой момент. — Просто это странно и… — Неправильно. Я уже понял. Раз других аргументов нет, то хватит ломаться. Это должен был делать я, — сказал Чонгук и потащил в свою комнату.       Тэхён не стал сопротивляться. Сейчас это единственный способ хоть как-то сблизиться с Чонгуком. Возможно, чуть позже он заинтересуется в Тэхёне не только как в сексуальном партнере? Хотелось в это верить.       Дверь закрылась на замок. Чонгук начал срывать со старшего куртку и бросил ту на пол. Моментами в его глазах появлялась неуверенность, но он продолжал вести Тэхёна к кровати и раздевать его. Дальше на пол полетела толстовка. Тэхён быстро снял обувь, наступая себе на пятки, и уложил Чонгука на кровать, навис сверху. — Ты точно уверен в том, что хочешь это сделать? — смотря в глаза спросил Тэхён. — Может хватит тупых вопросов? — съязвил Чонгук. — Просто… трахни уже.       Тэхён кивнул и осторожно присосался к шее младшего, не оставляя следов. Чонгук сипло выдохнул и слабо сжал пальцами кожу на лопатках Тэхёна. — Я могу целовать тебя? — спросил Ким, подняв голову и посмотрев на Чонгука. Тот дергано кивнул. — Д-да… можешь, — тихо ответил.       Помедлив секунду, Тэхён легко накрыл манящие губы своими, мазнул по ним, коснулся языком. Чонгук открыл рот, давая понять, что хочет более откровенного, заводящего поцелуя. Он повел рукой вверх по обнаженной спине, сжал волосы на затылке, заставляя примкнуть к себе ближе. Тэхён начал увереннее касаться чужих губ, прикусывая их и изучая рот языком.       За дверью раздались шаги — Юнги вышел с балкона. Тэхён напрягся, покосился в сторону входа. Чонгук резким движением развернул того обратно. — Не отвлекайся, он сейчас уйдет, — недовольно прошептал Чон.       Тэхёну казалось будто Юнги слышит каждое их движение. Хотя, скорее всего так и было, ведь квартира старая и стены в ней тонкие. Но Чонгук не стал бы ждать ухода брата. Потому Тэхён потянул футболку младшего вверх, тот поднял руки и ткань отправилась на пол.       Сосков Чонгука коснулся влажный горячий язык. Тот выгнулся, сильно прикусив губу, чтобы не издать звука, громко выдохнул. Было безумно приятно. Если в начале он жалел о своей крайне тупой затее, то сейчас все сомнения сгорели в огне возбуждения. Он водил по шее, спине и рукам Тэхёна, хотел его распалить, чтобы тот действовал увереннее. И это работало. Ким крепко сжал чужую талию рукой, пальцами другой играл со вторым соском.       Послышался стук в дверь и вся уверенность Тэхёна испарилась. — Ты чего заперся? — спросил Юнги. В голосе была претензия. — Захотел, — ответил Чонгук. Обычно, он говорил с братом максимально вежливо, но сейчас был просто не в состоянии это делать. — Я не собираюсь разговаривать через дверь! — рыкнул Юнги. — И где Тэхён? — Ушел. У него дела. — Открой дверь, — требовательно сказал Юнги. — Я сказал, нет! — Мелкий слишком, чтобы указывать! — Да может я дрочу. Уйди уже!       Юнги ударил дверь. — Если я узнаю, что ты там куришь — тебе не поздоровится. Я на работу. — Не узнаешь, — тихо съязвил Чонгук. Юнги, к счастью, не услышал.       Послышались отдаляющиеся шаги, шорох одежды и громко захлопнувшаяся дверь. — Чего завис? — огрызнулся Чонгук.       Тэхён сглотнул. С самого начала атмосфера была напряженной, а сейчас и вовсе невыносимо давящей. И как после такого продолжать? — Может в другой раз? — рискнул спросить Ким. — Нет, — напряженно ответил Чонгук. Он и так долго ждал.       Тэхён тяжело выдохнул и начал снова гладить чужую талию и грудь, пытался вновь расслабиться. Чонгук притянул его к себе, сам поцеловал, требовательно и жарко. Из головы все вылетело, напряжение спало и Тэхён прильнул ближе, теснее. Так же требовательно отвечал.       Рука поскользила ниже по взмокшему рельефному животу. Эту часть прекрасного тела Тэхён видел лишь раз, когда Чонгук надел кроп-топ. Теперь этот пресс можно было облизывать не только взглядом и трогать не только в мыслях.       Длинные пальцы потянули резинки шортов и белья вниз, Чонгук приподнялся, чтобы дать обнажить себя полностью. — А у тебя есть смазка? — спросил Тэхён, боязливо посмотрев на младшего. Единожды увидеть его злым было достаточно, чтобы бояться Чона в таком состоянии.       Чонгук кивнул и полез в ящик стола, стоявшего у кровати, достал бутылочку и дал Тэхёну. Тот щелкнул крышкой, выдавил вязкую жидкость на пальцы и приставил один к колечку мышц. — Будет неприятно, — предупредил Тэхён. — Давай уже… — выстонал Чонгук.       Тэхён вздохнул. Свое возбуждение уже давно болезненно упиралось в ширинку, но он его игнорировал, чтобы все сделать аккуратно, не спеша, чтобы не навредить.       Первый палец аккуратно протискивается внутрь. Чонгук поджимает губы от непривычного ощущения. Тэхён аккуратно водит внутри, размазывая смазку и растягивая тугие стенки. Он сполз вниз, взял член младшего в руку и начал медленно надрачивать. Затем взял головку в рот, начал посасывать. Чонгук выгнулся и застонал, смял простынь в руках. Тэхён добавил второй палец. Начал быстрее толкаться внутрь и пытаться найти нужную точку. Он полностью насадился на член, втянул щеки, поднимал и опускал голову. Выступившие слезы размыли прекрасную картинку разнеженного и желающего Чонгука, но руки были заняты, чтобы смахнуть влагу — левой он снова ласкал соски, а правая массировала простату. Младший стонал и скулил, подавался навстречу пальцам и рту.       Когда четыре пальца без проблем двигались внутри, Тэхён быстро стянул с себя джинсы и белье, сел между раздвинутых ног, размазал смазку по члену и приставил головку ко входу. Чонгук ерзал, пытался сам насадиться и Тэхён качнулся вперед, впился в чужие губы, начал медленно входить в горячее нутро. Он положил ладонь младшему на щеку и повел вниз — по шее, груди, талии, крепко сжал бедро, чуть приподнял. — Не больно? — оторвавшись от желанных губ, спросил Тэхён. Чонгук лишь повертел головой в отрицании.       Член вошел до основания. Тэхён уткнулся в шею младшего. Тот сильно сжимался, причиняя слабую боль. Тэхён начал двигаться, целуя шею, засасывая на ней кожу, все еще не оставляя на ней следов. Было предчувствие, что за такое он уйдет как минимум с фингалом под глазом.       Чонгук крепко цеплялся за простынь, выгибался и подавался навстречу. Он все еще выглядел неуверенным в своих действиях, но желание распаляло и расковывало.       Тэхён уже уверенно входил в растраханное отверстие, кровать шаталась и поскрипывала, Чонгук просил быстрее и жестче иметь себя. На одноместной кровати было весьма неудобно, слишком мало места, еще и в маленькой комнате с закрытой дверью стало очень душно. Но Тэхён старался не замечать неудобств, чтобы сосредоточиться только на удовольствии Чонгука. Он чувствовал, что уже на грани, поэтому взял член младшего и начал тому надрачивать. Чонгук вскрикнул особенно громко. Лишь бы соседи не догадались из какой квартиры звук и не начали смотреть косо на парня.       Чонгук резко вцепился в спину Тэхёна и протяжно застонал. Низ живота скрутило от оргазма и он кончил в руку старшего. Ким вышел из его тела, и за несколько движений излился на живот Чонгука. Он смотрел на младшего, который рвано глотал воздух, блаженно закрыв глаза и заломив брови. Его грудь дрожала, а пальцы на спине Тэхёна то сжимались, расковыривая ранее сделанные царапины, но расслаблялись. Ким уткнулся губами и носом в щеку Чонгука, вдохнул соленый запах вспотевшей кожи. Даже таким затраханным младший выглядел великолепно, а мысль, что только Тэхён видел его таким грела сердце и немного возбуждала.       Лицо Чонгука снова стало равнодушным, как только он отдышался. Смена эмоций иногда пугала. — Можешь идти, — монотонно сказал Чонгук. Тэхён поднял брови. — Это все? — Я в самом начале сказал, что мы только переспим.       Тэхён выдохнул и медленно поднялся, начал одеваться. Чонгук достал салфетки, вытер себя и тоже поднял свою одежду.       На самом деле ему не хотелось отпускать Тэхёна, грубить ему, но и показать то, что скрывал, тоже не хотел.