Уже ничего не изменишь

На улице стоял прохладный вечер. Мужчина тридцати лет находился у распахнутого окна. Он смотрел на медленно темнеющее небо... Люди, проходившие мимо, всё куда-то спешили. Все эти счастливые или ничего не выражающие лица так раздражали человека с именем Вадим, что тот не выдержал и прошипел сквозь оскаленные зубы "Да пошли вы все!". Перед его взором представала усмехающая гримаса той противной девчонки. "Найтроуз канон!" — всё саркастично повторяла она, будто показывая пальцем. Мужчина резко захлопнул окно. — Грёбаная Хоши! Не канон. Я сказал не канон, нет! Это всё неправда! — прокричал тридцатилетний мужчина, рухнув на рядом стоявшую кровать и укутался в одеяло. — Я не поняла, это что за вопли? — вбежала, тут же ворвавшись, в комнату испуганная мать состоявшегося молодого человека. — Сколько раз я тебе говорила, не шуметь! В который уже раз! — Мам, прости, это было в последний раз... — уставшая женщина вышла из комнаты. Было слышно как, выходя, она цыкнула и уставшим тихим голосом сказала что-то вроде "каждый раз одно и то же". Вадиму... не становилось стыдно. Ему казалось, что эта мерзкая особа с ником Хоши над ним просто измывается. "Найтроуз не канон" — он это точно знал. При данной фразе сердце в его груди начинало колотиться. От злости, скорее думал он. Такой странной, необычной злости... Найт сдёрнул с себя одеяло и уселся на свою кровать. Его глаза снова устремились в окно. Уже так быстро потемнело. Он решил перевести взгляд на светящийся монитор. Экран компьютера был единственным источником света в данный момент, без включённых люстр. Настроение мужчины было... мрачновато, и вид комнаты должен был соответствовать настроению. Вадим уселся за компьютер, решил зайти в соцсети. Пальцы своевольно потянулись набрать его хорошего знакомого. Сатори... — Олег Козлов, так, — на странице красовалось фото мужчины, буквально младше Вадима на два-три года. — Ну нормально, симпотный. Только странно, что сейчас у него бабы нет. Хотя, сейчас бабы такие ... — почему-то, снова вспомнилась та пренеприятная особа Хоши, — малолетняя недоразвитая фемка, лол. — Как бы попытался выбить из своей головы все эти её бессмысленные фразочки. Почему он вообще всё ещё об этом бреде думает? Тут Найт внезапно ловит себя на мысли, что уже две минуты рассматривает глаза Олега на фотографии. И не только глаза. У него... вполне симпатичное тело. Почему-то он представил, как зарывается в его объятиях, становится так тепло и спокойно. Стоп. Что с ним. Уже всякая отсебятина в голову лезет. Вадим перевёл свой взгляд снова на окно. Зачем он его вообще закрывал? Мужчина встал и направился к ручке. Распахнув, на его коже почувствовался свежий ветерок, что даже пошли муражки. До него только сейчас дошло, ибо не придал значения до коснувшейся прохлады, что ему внезапно стало так жарко. Вадим заметил неподалёку какого-то клоуна, шедшего в огромном с ног до головы пуховике. При чём походка его была как у пингвина, что ли. Он надавил на свои глаза большим и указательным пальцем, затем направился к выключателю. Только коснувшись рукой до рубильника, как вдруг... — Стой, не включай свет! Вадим, не сказать, чтобы об*срался. Он даже будто рефлексом отпрыгнул от окна к стене. Вор! Это же вор? Почему внезапное оцепенение быстро сменилось каким-то приятным теплом и странной дрожью? Глаза перестали темнеть. Мужчина будто пришёл в себя. — Сатор... Олег? — педиковато-нежно сорвалось с языка Вадима. — Ты... как, через окно... Я не понял! — Послушай, понимаю, это всё как-то внезапно, но нам надо с тобой серьёзно поговорить. — Влезая всем торсом в комнату Найта, неловко начал Сатори. Десять секунд молчания. — Эта малолетка... Она вбросила это в чат давно, но я до сих пор не могу выкинуть её фразу из головы. Я... — оба понимали, о чьих словах идёт речь. Оба примерно понимали значения этих слов. Оба не понимали, почему у них эти слова не выходили из головы. — Сатори, я думаю— — Найт, я понял, что хочу тебя. Понял, походу, это очень давно, просто не мог в этом себе признаться. Я больше не могу. Я хочу тебя. Мужчина помоложе снял с себя тёплую ветровку и подбежал к другому. Обхватив второго руками, он впился губами в губы своего товарища. Мурашки по коже Вадима поползли уже не от прохлады... Мужчина постарше ответил на поцелуй. Их языки так яростно сплетались, что оба не успевали дышать. Но Вадим не выдержал такого давления и с громким вздохом отстранился ото рта другого, жадно глотая воздух. Он оттолкнул Олега на постель, что тот аж шумно рухнул на кровать. Не успев сесть на своего уже нынешнего любовника сверху, Найт услышал из гостиной : — Вадим, у меня уже от тебя голова раскалывается! — Твоя мама дома... — прошептав, очень смутился Сатори. — Она ничего об этом не узнает? Разгорячённый от пылкой страсти тридцатилетний мужчина встал со своего партнёра. — Жди здесь, я сейчас, — парировал он и вышел в гостиную. Мама Вадима туда-сюда бродила из ванной комнаты в зал, куда-то поспешно собираясь — Ну драсте, сына, вышел наконец. Я иду в гости. — Как бы ответила на вопросительный взгляд сына женщина. — Пожалуйста, тарелки за собой мой, в холодильнике еды я оставила, и чтобы мусора нигде не валялось. — Она взяла сумку, надела пальто и повернула дверную ручку. — Всё, я пошла. — Хорошо, мам. — Входная дверь закрылась, из подъезда слышались всё менее отчётливые уходящие шаги. Мужчина с возбуждением вошёл обратно в свою комнату. Перед ним красовалась картина : разгорячённое тело с тяжёлым дыханием смотрело прямо на него. Он медленно начал поднимать свою футболку, играя пальчиками. Показав набухший сосочек, у Найта появилось ощущение, будто штаны стали теснее... У него встал. Причём серьёзно. Встал так как никогда раньше — ни одна баба из порнухи его так не возбуждала, как этот нетронутый набухший сосочек его товарища. Руки Вадима потянулись к застёжке ремня. Он поспешно освободил своего мощного двенадцатисантиметрового дружка и охнул — он никогда так сильно не набухал... Олег, видя его презент, невольно улыбнулся и начал снимать с себя джинсы. Вадим подбежал к кровати и вновь плюхнулся на полыхающее тело друга. Он его хотел. Всё это время, через столько отрицаний и неприятия себя, своей натуры, он может расслабиться и просто насладиться. Скользя потными ладонями по разгорячённому Сатори, тело второго содрогалось, извивалось будто червяк на сковородке. Уже достаточно стянув джинсы, мужчина помоложе встал раком и прижал свою задницу к набухшему дружку Найта. Вадим обхватил руками две смачные ягодички, а затем с силой шлёпнул по попке товарища. — Мххм-аа! — со стоном от сильного возбуждения чуть ли не прокричал Сатори. Найтглоу медленно стянул чистые постиранные трусики (видимо, тот к такому повороту событий приготовился) и увидел такой шикарный для него вид... — Пожалуйста, я так хочу тебя... Вставь его в меня, без смазки! Мужчина немного офигел. Но так как ему самому уже было невтерпёж — Найт взял свой член, направил его к анальному колечку Сатори и потихоньку начал входить. Сатори выгнулся в пояснице и как бы "шёл навстречу", чтобы тот как можно быстрее всей длиной просунул своё достоинство ему в зад. Руки Олега обхватывали простыни кровати Вадима, он зубами вонзался в его подушку. Это было так больно, и от этого до невозможности приятно. Сквозь слюну и слёзы, тёкшие на постель, мужчина снизу повторял то ник, то имя Вадима, добавляя "да, о да, пожалуйста". Найт более не выдерживал и всё усиленнее двигался внутри Сатори. Он лёг ему на спину, прижался щекой к его шее и укусил за ухо. Сатори вскрикнул. Ему было так приятно что это его зубы, зубы Найтглоу, что он пометил своего товарища в порыве страсти, именно сейчас, когда его мамы нет дома, когда они лишь вдвоём, и на них светит лишь этот знаменитый монитор. Вспоминая злополучные слова... Увы... НайтРоуз канон. Уже ничего не изменишь... — Найтглоу 2023©