Мы пионеры!

я очень хотел спать, поэтому мы с вовой шли в домик. он вздыхает, напоминая мне больную, но правду: — завтра последний день.— он шмыгает носом и расстраевается. — это точно.. грустно.. — я не хочу уезжать от сюда от ле... от дани, володи, ксюши и других девочек, от тебя конечно, макса, коли и антона! ну ты вообщем понял?— он помялся, но со смущением выпалил— я буду скучать по тебе, илюх, рад что познакомились. — аналогично, друг— я улыбнулся и мои глаза засияли, но улыбка все еще не была настолько искренняя. *** похолоднело. кажись эта ночь будет самой долгой и холодной, для меня. я сидел на кровати и просто смотрел на свои руки, точнее в темноту, ведь не видел ничего. я тихо начал напивать какую то песню, уверен, вова даже не слышал: — Сквозь закостеневший асфальт пробирает, земля дрожит, и леденящий холод...— эта импровизация. но слова хорошие— как в детстве, снежинка, лети-лети, чтобы поймать в ладонь..— и мои тут чувства нахлынули вновь— красивый, безупречный, что незыблем, но не вечен...— опять поймал я тревожность, я чувствую ее весь лагерь. я устал от этого. я просто хочу.. хочу чтобы он не перестал общаться со мной. хочу чтобы не принял меня за безумца. хочу просто коснуться его губ, поцеловать.. черт, похоже эта мысль была лишней.. сейчас.. сейчас, я просто хочу уснуть, но.. нет, я не смогу! я схожу с ума. я поднимаюсь с кровати и выбегаю из домика. на улице тихо, но у меня такое чувство, что денис тоже не может уснуть. я скорее бегу в домик к максу и дену. все как я и предпологал. он сидел на кровати, прижав колени к груди, и опустив голову. он выглядел честно говоря не очень.. интересно он вообще спал эти дни? надеюсь что да. я переживаю, переживаю уже за него. я стучу в окно, но он меня не видит, возможно слышит, но выходить пока боится. тогда я придумал постучать в дверь.. дверь приоткрылась, и наконец я стоял близко с деном. я так этого ждал. я тяну его за красный галстук, который он не снял до сих пор, и просто на дыхание выпалил мини стих из уст, без какого либо страха, лишь смущение, вставая на носочки: — слушай, я хотел сказать тебе давно, но я не знаю как. короче, у меня к тебе есть чувства непростые, непорочные. ты мне ближе, чем друг, и даже нравишься очень, ну, в общем, я хочу сказать...хотя нет.. — а? что?..— он будто бы не понимает, но я то знаю. я верю. — нам осталось немного, прошу побудь со мной..— мой голос дрожал, а ден в состоянии шока стоял и наблюдал за мной, через темень. я тянусь к чужим губам, прикасаюсь к ним, тяну галстук на себя, заставляя наклониться. я целую его нежно, но так крепко. я счастлив. мне больше ничего не нужно. я просто хотел продлить этот момент, как можно дольше. я больше не чувствую себя ужасно. я признался, я сделал первый шаг, я блядь это сделал. он придерживает меня за поясницу, проявляя инициативу прикусывая мою нижнюю губу, проникая внутрь языком. я даже не знаю, что говорить после этого. но я точно знаю, что на этот раз не сбегу. я не сбегу от страха. я буду стоять до конца, чтобы он точно был во мне уверен. ден отстраняется, набирая кислорода, а я жалобно так смотрю на него, неловко, отпуская чужой галстук. — илья.. — что? что?! — это взаимно. я люблю тебя. — что ты сказ.. — я сказал, что я люблю тебя. я замолк, как вдруг еще раз услышал ответ: — илья, я люблю и любил только тебя. мои глаза заслезились, и я не выдержав потянул его снова на себя, хватаясь за плечи чужие, целуя губы. я был счастлив, это было не так уж и страшно. надо было просто осмелиться! а я как дурак вел себя.. я отстраняюсь и продолжая смотреть в глаза серые, не отрываясь: — денис, прости меня. прости, мы могли бы больше времени провести вдвоем, а мы столько пропустили.. мне очень жаль.. мне правда жаль.. я просто был трусом, я считал, что просто если буду просто избегать тебя- то проблема уйдет.. но чувства.. стали только крепче. прости меня. он лишь обнимает меня, и наконец то я чувствую тепло, не смотря на то, что было прохладно. я чувствую его тепло.. *** следущее утро. я как то оказался у дена в кровати.. уже даже не вспомню как. я теперь навсегда запомню этот день. господи, как гора с плеч! денис открывает глаза и поправляет волосы приподнимаясь, а я был очень смущен. мне былт до сих пор стыдно. — утро, иль...— он скорее тоже не ожидал увидеть меня—..я.. — не спрашивай меня, я сам не знаю! не знаю честно! я не помню что было после.. ну..— я был очень возбужден переизбытком эмоций. и я не знал, а что вообще говорить?! я будто бы сейчас запищу от стыда грусти радости и непонимания! давай, илья, дыши! раз вдох, дв..: — нет, нет, илья, я верю тебе. я думал это был сон!— он тоже чувствовал себя неловко, и растрянным еще больше, чем я. — сон? денис, тебе следовало спать все эти дни, а то уже реальность со сном путаешь! балбес, а вдруг я волновался?— я повернул чужое лицо на себя и нахмурил брови, чмокая чужие губы. а потом еще несколько раз. — илья— сказал он так рассеянно, но вроде бы против поцелуев ничего не имел. — как же не привычно, черт— я хлопнул себя по лбу, а денис потрогал свою щеку, где была моя рука и улыбнулся. а я замечая это сказал: — теперь все будет хорошо. — почему ты так уверен в этом? — шестое чувство, или надежда. не знаю пока что. *** я и илья чуть не проспали репетицию! вот же, блядь.. ну хотя бы пришли в притык. мы запыхавшиеся, стоим на пороге. илья улыбнулся кашину, скорее всего он все и знал, а после подмигнул илье и прислал поцелуйчик! эй! это мой илья, я больше не допущу, чтобы он ушел от меня! вот же чертенок рыжий. пусть вон с приколовым куда хочет идет, а это мой илья. *** яи денис уже стояли на сцене, а вова стоял возле алексея александровича. вова на меня смотрел на меня взглядом, мол, илья! обязан все рассказать, а я будто бы "прочитав" его мысли кивнул, и он сделал свою фирменную улыбочку, нет.. даже ухмылку. алексей александрович с самого утра был нервным, будто бы волновался из за концерта то. ну и правильно. я тоже волнуюсь, но теперь, когда со мной рядом денис, мне не страшно. *** — ой, да ну вас! я сдаюсь, я устал. делаем перерыв.— на выдохе сказал вожатый, падая на кресло, стоящие позади. ну вот и хорошо, я могу пойти к дане и вове, блядь они обалдеют! я подхожу к друзьям, а тут уже распросы: — ты поговоррл с ним?!— спросил рыжий, а вова продолжил. — ты ночью у него был?! — ребятки, давайте без истерик только.— хмыкнул я, сделав брови домиком.— итак, да. это ответы на два вопроса. — и он согласился?!— в один голос, чуть не выкрикнули парни, а я заткнул им рты, покрываясь красным румянцем: — идиоты! не орите вы так! согласился. зря я это сказал, они начали ликовать, хлопать меня по плечам, и заставляли чувствовать неловкость. но спасибо дену, который из за чувства ревности, подошел и спросил: — что происходит? — ой, да это, денис, не кипятись ты, мы это.. — мы поздравляем вас— не растерялся вова. похоже он стал еще уверенней в себе. ден округлил глаза и покрылся пунцевым румянцем, закрывая щеку ладонью: — блядь, да идите вы..— он отвернул голову, и поджал губы. мне показалось это милым. но чтобы перестать смущать возлюбленного(?), я выстрелил в двух зайцев одним вопросов: — а у вас там как? я смотрю, вов, ты такой молодец стал, это на тебя так алексей александрович влияет?— а вова буркнул что то вроде: — да понял я, понял. все нормально у нас— я попал в точку, ведь кашин уже знал, что последует такой же вопрос и ему: — илья! ну чего же ты, ам.. ну мы вообще трупы, молчим если что! и вове я ничего не рассказывал, он сам как то догадался, честное пионерское!— даня выпалил это на одном дыхании и чуть не задохнулся. я посмеялся, а после услышал смех и дениса: — а вы, я посмотрю время не теряли?— вдруг подошел алексей.— вы, малолетние идиоты! делают какую то.. кхм, да! а потом, " алексей александрович, ну разберитесь".— он цокнул и посмотрел на нас с денисом. стало не по себе и я посмотрел в пол, чувствуя, что я сейчас закричу или упаду вообще. — а что случилось ле.. алексей александрович?— вова глянул на вожатого, и смотрел, скажу я вам, не отводя взгляда. — потому что, татьяна денисовна не приметила илью в домике, испугалась.— и тогда страшно стало мне, тело начало каменеть: — а вы что сказали?.. — хороший вопрос, илья. но реторический, раз вы сейчас здесь, то наверное "отец" все решил?— он хихикнул, поправляя волосы назад. — алексей александрович, вы наш спаситель. спасибо!— денис неловко глянул в голубые глаза. — та, нема за що, даже просить у вас ничего не буду. так работает только с даней. — ну спасибо! та какое я вам зло сде... а..— алексей прыснул и усмехнулся выдыхая: — ну да, ты мне кстати до сих пор должен. — и что же вы хотите? он подходит к кашину и шепчет что то на ухо, а даня вскинув брови хихикает: — ладушки, договорились! — вот и славно.— улыбнулся алексей александрович.— но пора снова на репетицию. вова жалобно застонал: — блядь.. да свяжите меня уже, я не могу больше этой херней маяться. — если ты так просишь, то хорошо— вова был рад, рад то того, как алексей отворачивается и перед тем как уйти добавляет— но после сценки. вова краснеет, как помидор: — леша, ты придурок, или им прикидываешься?— а мы начали смеятся во всю ивановскую, а я добавляя масла в огонь сказал: — вов, сыграй сценку хорошо, тогда может он и согласится. — илья, пошел ты.. *** мы подготовились последний раз к сценке. похоже что репетиция на сегодня закончена. осталось лишь отыграть. мы конечно еще долго стояли, и смеялись из за "ссоры" вовы и алексея, но вова в итоге сдался, но был очень "обижен". — нет, ну вова конечно сказанет, так сказанет.— мы до сих пор с денисом не можем перестать смеяться. мы уже подошли к кружку и зашли внтурь. даши не было, и не было лизы. ну ладно, может дикорации режут на сценки? что ж, удачи им. я беру "свою" гитару и начинаю ее настраивать вновь, аккуратно, чтобы струны не порвались. и тут в голове возникает идея: — денис, а ты не хочешь научиться играть?— будто бы подшучивая сказал я, убирая гитару в сторону и подошел к любимому, целуя в губы. это уже было не так нелепо, но хотелось целовать его чаще! я прижимаю его к фортопиану усаживая на край, поглаживая ребра его. вдруг слышаться шаги в сторону музыкального домика, я неохотно отлетаю от дениса и сажусь, беря обратно гитару, пока денис открыл то же самое фортопиано, поправив очки, пытаясь убрать румянец с щек. и не зря я переживал. это была татьяна денисовна. она подходит ко мне, трогает лоб рукой, от чего денис немного напрягся: — божечки! илюша, да ты весь горишь! не врал алексей александрович, тебе ж вчера плохо в лесу стало! а денис тебя вроде бы довел, и в правду, я захожу в домик, а там только вова! я так перепугалась за тебя. с тобой все хорошо? голова не кружится? — нет, не переживайте, татьяна денисовна, наверное просто перегрелся на солнце, или устал от репетиции, но все в норме! пионер к труду и защите отечества всегда готов! — в любом случае, спасибо, денис, если бы не ты! ух, даже представлять не хочу. ладно! не о грустном. сегодня последний день! так что после кружков, все свободны. я не успел ответить, как она уже ушла: — выкрутились— сказал денис, нажимая на нотк "си" — и не говори.. *** — леш, ну я пошутил, вот давай без твоих шуток, я тебя прошу. — но я же тебе уже слово дал, а пионеры.. — та нахера мне твои пионеры! ну, леша, блядь, ну шутить не твое! голубоглазый смеется, а семенюку вообще не смешно, он не знает, шутит ли на самом деле губанов? а черт его знает.. *** — арина,ну куда мы? скажи же уже!— ксюша шла за девушкой. — узнаешь! они проходят дальше в лес, и арина что то шепчет под нос и радуется подзывая аловолосую. ксюша рассеянно смотрит на нее, но все же решает подойти. поле было усыпанно ромашками: — вот куда! я хотела тебя привести сюда! ксюша садится рядом с шикиной и обнимает ее, целуя в щеку: — ты лучшая! *** последний день в лагере (P.s.из заметок ильи) 10.07.19** наступил вечер. мы весело проводили время друг с другом, гуляли по лагерю, и по заброшенной сцене, смеялись.. но вот наступил вечер. 17:20, мы пришли заранее. было страшно, девочки поддерживали нас, как только могли. алексей александрович нервно перебирал пальцы, шепча что то под нос, выдыхая, а вова стоял рядом, будто бы подерживал вожатого. после я увидел и макса с колей, они махнули мне рукой, и я им кивнул. я поднялся на сцену за кулисы и присел около стенки. я боялся. тут вся моя смелость улетучилась. но ко мне продошел денис. он присел рядом и положил мне голову на мою, прижав колени к себе: "— илья, я тебя люблю. не волнуйся, ты все сможешь." "— я тебя тоже очень люблю, спасибо денис" мне и в правду стало чуть легче. *** уже наступила наша очередь, мы начали играть сценку. кашин забыл слова, но не расстерялся, и сказанул что то идиотское, но это было хорошо сказано, в точку даже! алексей александрович хлопнул себя по лбу и вздохнул. когда началось мое соло на гитаре, мне было так страшно! боже.. это не описать словами! но, похоже я справился. *** когда все разошлись алексей попросил нас задержаться: — вы даже почти не накосячили, ай молодцы какие, а твоя игра на гитаре, илья! ты чудо, тебе особенное спасибо. я скромно улыбнулся, а вова все еще сидел за кулисами. видно он не думал, что вожатый шутит, бедный. ну что ж удачи ему. я увел дена и мы пошли сразу же к "нашему" с ребятами месту, точнее на заброшенную сцену, а вова остался.. *** — вова, прекрати прятаться. я же пошутил. — не, я не выйду, я ж не знаю что у тебя в голове может быть!— семенюк забрался на вверх сцены, как? через лестницу и сильнын руки. он сидел на деревяшке наверху, но крыша была приближена к полу, примерно на метра 2,5. губанов поднял голову к верху и сказал: — ты не упадешь?— заволновался тот.— малыш, ну спускайся ты! ты же знаешь, что без твоего согласия я ни за что! вообще за кого ты меня пренимаешь блядь.. вова выдохнул и смутился: — мгм.. алексей усмехнулся и подошел ближе: — прыгай. — ты совсем что ли?! — вов, ты мне веришь? — да, но.. — значит прыгай. семенюк последовал совета старшего и прыгнул. было ли ему страшно? пиздец как. но все же, как губанов и говорил, он поймал его, еле как устояв в равновесии. вожатый хихикнул, подтягивая семенюка ближе: — леш, какой же ты баран— вова сам по инерции движется к чужим губам, сжимает очи и поддрагивает, выгибая поясницу. усмехнувшись губанов провел их в гремерку, поставив того на пол он прижал его к столу и поцеловал, схватив чужие руки за спиной связывая их заранее снятым с брюк ремнем: — блядь леша!— мычит вова и жмется ближе к губанову и целует его. — что? это была не моя просьба.— он ухмыляется, не очень дружелюбно. семенюк сжался весь, часто дышит и весь красный, как рак. в следущий раз надо подбирать слова! *** прошло... вообщем это 1998. и вот мы уехали из лагеря. вроде бы только вчера, но нет.. уже 1998 год. ссср давно распался, а вот.. наша любовь с деном жива, до сих пор! хотя прошло уже столько лет.. у остальных ребят все тоже путем: ксюша и арина планируют полететь в отпуск, кашин и приколов все еще не перестали заниматься буллингом друг друга, но все же любили друг друга, коля и макс состоят в отношениях год, рад за них, ну и мои любимчики- вова и алексей. слышал, леша предложил вове переехать в европу, ну конечно он согласился. а еще, по секрету скажу: алексей-то собирается ему предложение делать, да да да. кхм, ну вообщем не об этом. мы с деном съехались, как только стукнуло по 20 и 22 годам. мы все так же проводили время вместе, как тогда. а еще! я же обещал покраситься в черный! вуаля, брюнет илья! пх. ладно, а еще... — илья, я вернулся!— денис, придящий из магазина прервал мои мысли, которые я записывал в найденный дневник. — привет, привет, милый— я подошел к нему и обнял, целуя в губы перенимая пакеты: — подожди, подержи пожалуйста.— я передал дневник любимому, и потащил пакеты на кухню, как вдруг услышал: — илюш, а что это за дневник? а тут что написанно?— я окаченел, и раскраснелся. стыдно было даже вспоминать это все. — ам.. почерк неразборчивый, я уже не помню.— странички моего дневника были украшенны рисунками ручкой- дениса. а так же одно имя там была написанно так часто. стыдно, как нелепо.. денис прочитывает все страницы глазами. мой почерк он всегда понимал. даже спустя столько лет. — ого, а я и подумать тогда не мог, мой ты хороший... — денис ложит дневник в сторону и заставляя почти залезть на стол, целует меня, прикасаясь к моей пояснице, а я обхватываю его шею руками и прикусываю его нижнюю губу. отстраняясь он говорит: — илья, я тебя до сих пор люблю, и буду любить. — денис, я так счастлив блядь, я тебя люблю до безумия..