Конечности

Беннет не смотрит. Он держит Рэйзора за плечи, цепляется за потрепанную куртку, зарывается пальцами под обрезанные рукава. Тот крупно дрожит и вскидывает голову чтобы резко вдохнуть. Рэйзор под его руками горячий, будто он вот-вот сгорит дотла. Беннет старается об этом не думать. Барбара откладывает в сторону мазь и отворачивается, вытирая руки. Ее лицо не выражает ничего, и не то чтобы Беннет ждал хороших новостей, но ускользающая надежда из всех сил цепляется когтями за сердце. - Есть одна хорошая новость и одна не очень, - осторожно начинает Барбара. Она сложила руки на переднике, и пальцы подрагивают будто хотят взлететь к святому кодексу и сжать его в руках. - Гангрена не пойдёт дальше если купировать ее на самой верхней точке, - она прикасается к ноге чуть ниже колена, - вот тут. Беннет зажмуривается и шумно выдыхает воздух - он даже не заметил что все это время не дышал. - А какая хорошая новость? Барбара бросает на него сочувствующий взгляд. - Если мы это сделаем вовремя, болезнь не пойдёт дальше, - терпеливо повторяет она. - Неужели совсем нет никакого выхода без...этого? - Я хотела бы обойтись без таких радикальных мер, но если мы не остановим болезнь вовремя, Рэйзор может... Барбара, охнув, прижимает ладонь ко рту. Рэйзор смотрит мимо неё, он пылает под руками Беннета. Его кожа тускловато-серая, синяки под глазами - глубокие озера. - Я хочу не быть бесполезным, - бесцветно говорит он. - Без ноги я буду ходить? - Ты сможешь, - твёрдо говорит Беннет. Барбара смотрит на него укоризненно и он решительно хмурит брови. Барбара не хочет чтобы он давал ему ложных надежд, но он лучше всех знает, что Рэйзор способен на невероятные вещи. Его только беспокоит, что за пугающе блеклыми глазами Рэйзора почти не осталось. *** Дверь в палату тихонько скрипит. Рэйзор смотрится сломанной куклой на койке в госпитале. Он сидит на кровати, вытянул руки поверх одеяла - Беннет отводит взгляд от провала на месте голени. Беннет не может забыть, не хочет забывать - Барбара, накладывающая жгуты, Вагнер, разматывающий мелкозубчатую пилу, сестра Виктория с повязками, пропитанными отваром сесилий. И он, Беннет, держащий руки Рэйзора в своих. Кажется что комната ещё хранит воспоминания о криках Рэйзора - или Беннет носит их с собой. Он мотает головой и присаживается на краешек койки. - Я принёс тебе оладьи и ягоды, - он кладёт свёрток рядом, - ещё тёплые. Барбара сказала что тебе уже можно твёрдую пищу, но понемногу, ну вот я и подумал что начать можно с них. Ты только не думай что это я готовил, нет, это Сара… Он умолкает и смотрит на подушку. Рэйзор прочищает горло и смотрит на торчащие из шорт Беннета нитки. - …спасибо, - хрипит он и снова кашляет. - И что пришёл. - Я пришёл бы и раньше если бы Барбара меня пускала, - натянуто улыбается Беннет. - Она решила что ты должен немного окрепнуть перед тем как принимать посетителей. Рэйзор прикусил язык. Не стоит ему говорить, что Фишль приходила вчера?.. - В любом случае, я очень рад тебя видеть, - продолжает Беннет. - Как ты себя чувствуешь? Он неловко перебирает пальцами и смотрит куда-то в район шеи. - Все хорошо. Сестра Виктория заботится обо мне, Барбара каждый день меняет целебные повязки. - Рэйзор переводит взгляд на жилетку Беннета - дыра с волчий крюк, сам прожег, или нет? - Скоро будет тренировка. - О, что будет на тренировке? - Костыли. Беннет отпускает короткое аааа и замолкает снова. Он чувствует как его уши начинает жечь; и воздуха будто становится меньше. Дышать сложно. - А ты уже пробовал, - он чувствует как в горле набухает горький комок, - вставать? Рэйзор дергает плечом и тянется к свертку. - Я пытался, - он разворачивает промасленную бумагу. Взгляд Беннета перескакивает на его пальцы, потом на оладьи, потом снова на пустоту под одеялом, и упархивает опять к рукам. - Но не получалось? - осторожно спрашивает он. - Ты будешь вставать на тренировке? - Без помощи сложно, я падаю. Фиш… - Рэйзор обрывает предложение и запихивает в рот оладушек целиком. Беннет подскакивает в поисках воды, крутится волчком на месте и бросается за кувшином. - Мме шкажали, шшо шмогу пой... - еда идет не в то горло, и Рэйзор запивает большим глотком воды. - ...ти. Сам. Беннет растягивает губы в улыбку и теребит ниточку на шортах. - Ты точно сможешь! А потом можно будет и ногу поставить, я видел таких, с очень крутыми руками и ногами, они были прямо как стражи руин! Рэйзор кивает и облизывает блестящие от масла пальцы. Беннет наконец поднимает глаза на него, такого серьезного и уже непохожего на неисправный механизм. У него появился аппетит, кожа больше не пергаментный лист, но Беннет все еще хочет упасть на колени, вымолить прощение, предложить Барбаре забрать его ногу, все равно что, главное - чтобы Рэйзору не было больно ни завтра, ни больше никогда в жизни. - Рэйзор, - глубоко вздохнув, начинает Беннет, - я... мне так жаль, - его голос срывается на жалкий шёпот, в горле собирается горький комок. - Это...моя вина, ты...мне так жаль, ты не должен... - Я устал, - Рэйзор тяжело откидывается на подушки и отворачивается к стене. Он чувствует, как в его груди сжимается и тяжелеет шар, становится трудно дышать. - Сейчас мне нужно поспать. Прости, Беннет. - Да нет, что ты, - Беннет озадаченно моргает, - это я прошу прощения, заболтал тебя, а ведь надо восстанавливаться! Ты, - он мнется и вдруг вскакивает на ноги, - давай я помогу лечь! Рэйзор слабо отмахивается, но не возражает, когда Беннет помогает ему улечься, ничего ему не говорит, пока Беннет разводит убаюкивающую суету, выстраивает на тумбочке Рэйзора ягоды и апельсины из своих карманов, перекладывает вещи туда-сюда - он постепенно погружается в сон. Беннет замирает у койки, давя в себе желание остаться в этой палате, остаться навсегда, стать костылем, заменить ногу, и лишь невероятным усилием сдерживает этот порыв. Сейчас Рэйзору нужно поспать, но вот завтра... А потом дверь закрывается с глухим щелчком.