"Все, всё и вся"

      Запреты всё портят, запреты ограждают от свободы. Запрет и ненависть у амазонок к атлантам, и наоборот, не даёт нормально поговорить и договориться.       Но какая разница Диане? Какая разница Артуру? Им не движет ненависть к друг другу, ведь всё наоборот. Любовь всегда имеет место быть, даже между враждующих народов, что всегда против этого были и будут.       И вот, когда Дарксайд, древнейший враг всех, наконец нагрянул на землю, когда два материнских куба оказались в его руках, двум людям, амазонке и атланту, проходиться объединиться в одну команду, которая с остальными защитниками земли и справедливости, покончит с уничтожением миров по всей галактике.       Впервые увидев Диану, у Артура не укладывалось в голове, разве стоит таких женщин, воительниц земли, ненавидеть из-за собственного народа?       Впервые увидев Артура, у Дианы не сложилось мнения о Карри как о плохом атланте. Он скорее похож на человека, совершенно свободного от своих обязанностей в океане и блуждающий по земле помогая людям, что попали в беду на воде.       Они не видели в друг друге врага. Друзей, товарищей, партнёра по команде, возможно, даже большее чем это всё.       Стихнувшее бедствие в лице Дарксайда позволило всех вернуться к своим делам, обыденным вещам, к работе, учебе или супергеройским делам. Всё было прежним, тишина и спокойствие в день, ночь дежурства и работы.       В карих глазах амазонки промелькнула очередная искра, стоило взглянуть в глаза атланта, сердце сжималось, мысли путались у обоих, и слов не находилось, чтобы обойти запрет и абсолютно наплевать на мнение народа и родственников.       Но, спавших целый мир от уничтожения, не находят слов, чтобы выразить это, и они лишь отшучиваются, хлопая друг друга по плечу, обнимаясь и расходясь в разные стороны. Запрет засел в голове намертво, или это просто неуверенность?       И сжимая кулаки, лишь в нескольких десятках метров от друг друга тихо шепчут: "Я тебя люблю".