Кролик, ВРИ

      

«Разве можно стать чужими,

после стольких откровений»

      Почти весь следующий день Лисы провели на свежем воздухе: сперва исследовали горные тропы, а после обеда отправились кататься верхом.        По окончании конной прогулки все вернулись в домик и проводили время как хотели. Нил валялся на кровати вместе с Эндрю, наслаждаясь покоем, они не разговаривали, просто кайфовали от общества друг друга. Через некоторое время Эндрю поднялся и собрался покинуть их лежбище. Нил охотно остался бы в спальне, но Эндрю, уставший его ждать, жестом велел идти за ним и отправился на поиски Кевина. Нил со вздохом поплелся следом.        Войдя на кухню, он застал всех. Каждый занимался своим делом. Ники с Аароном смотрели что-то на телефоне, активно это обсуждая. Дэн и Мэтт пили чай, Рене кофе, сидя рядом с ними. Элисон стояла у подоконника, рассматривая свой маникюр. Вслед за Нилом на кухню вошли Эндрю и Кевин. И как только все были в сборе, Элисон подала голос: — У кого нибудь есть идеи — чем заняться после ужина? — У нас остался алкоголь, можем упиться и поиграть во что-нибудь, — весело предложил Ники, Аарон рядом закатил глаза. — Во что будем играть? — поинтересовался Нил, улыбнувшись. — Ого! — восхищенно воскликнул Ники. — Нил, я не узнаю тебя, мало того что ты не отказываешься от выпивки, так еще и готов играть с нами в пошлые игры. Мне прям интересно стало, кто кого облагораживает в этой парочке?       Эндрю небрежным жестом потянулся к деревянной подставке для ножей. Рене невозмутимо отодвинула ее подальше и, встретившись глазами с Эндрю, обезоруживающе улыбнулась. Ники воспользовался тем, что Эндрю отвлекся, спрятался за спиной у более рослого Кевина. От Нила не укрылся взгляд, который Аарон метнул на близнеца, и от внезапной ярости у него сами собой сжались кулаки. Он смог слегка охладить свой пыл, но затем Аарон пристально посмотрел уже на него самого, и Нил почувствовал острое желание ему врезать.  — Кстати, Нил, — позвала его Элисон, — когда мы поговорим насчет «этого»? — Она поводила пальцем между ним и Эндрю. — Видимо, никогда, — буркнул Ники. — Не болтай ерунды, — отмахнулась Элисон.       Нил с усилием оторвал глаза от Аарона. — Нет ничего «этого», а следовательно и говорить не о чем.       Эндрю никак не отреагировал на слова Нила, а Аарон победно ухмыльнулся, Элисон собралась было возразить, но захлопнула рот. После долгой паузы она посмотрела на Дэн и Рене. Дэн коротко качнула головой, Рене лишь улыбнулась. Элисон скорчила обеим недовольную гримасу и снова перевела взгляд на Нила. — Ладно. Хочешь молчать — молчи. Рано или поздно мы вытянем из тебя подробности.       Нил усмехнулся про себя восхищаясь их настойчивости, но ничего больше не сказал.         До ужина оставалось еще достаточно времени, поэтому компания переместилась в комнату для досуга. Время пролетело незаметно, и они засиделись допоздна, увлеченно играя и обсуждая все, кроме экси. Свежий воздух и алкоголь сделали свое дело, и Нила начало клонить в сон. Не он один был готов отправиться в постель пораньше. Рене и Аарон тоже решили пойти спать. Эндрю остался присматривать за Кевином, и Нил, оставшись один, устроился на своей половине кровати и быстро уснул. Он ненадолго проснулся, когда в комнату вошел Эндрю, а затем снова провалился в сон, как только тот лег рядом.       Спустя некоторое время их разбудил тихий стук в дверь, словно кто-то осторожно скребся ногтями.       Нил машинально потянулся за оружием, но вместо этого наткнулся на руку Эндрю. Тот, взглянув на него, поднялся с постели. В комнате было темно, но Эндрю нужно было сделать всего несколько шагов от кровати до двери. Нил не видел, кто пришел, но узнал голос. — Извини, — сказала тихо Рене Эндрю. —Могу я взять твою машину? Я верну ее до отъезда. — Свет, — коротко ответил Эндрю.       Нил начал искать выключатель прикроватной лампы. Наконец, с пятой попытки, он нашел его и зажмурился от яркого света. Эндрю тоже недовольно прищурился, а затем полез в рюкзак. Рене стояла в дверях, полностью одетая, с мрачным выражением лица. В ее глазах не было и следа сна. — Рене? — спросил Нил, заметив, что Эндрю не собирается задавать вопросов. — Кенго умер, — ответила она, и Нила словно окатили ледяной водой.       Он был ошеломлен, но тут же понял, что произошло: — Что с Жаном? — Рико его избил, — сообщила Рене. — Я еду за ним. — Тебя не пустят в «Эвермор», — возразил Нил.       Рене холодно улыбнулась: — Пустят.       Эндрю протянул ей ключи от машины. Рене благодарно кивнула и вышла. Эндрю проводил ее, чтобы запереть за ней дверь. Нил услышал, как снаружи завелся двигатель. Фары на мгновение осветили окно спальни, и Рене уехала. Эндрю закрыл дверь и вернулся в комнату. Нил дождался, пока он уляжется, и выключил свет. Дыхание Эндрю постепенно выровнялось, а Нил никак не мог заснуть, размышляя о Рико, Жане, Тэцудзи и «Замке Эвермор».       На следующий день Нилу пришлось объяснять Лисам исчезновение Рене. После обеда они немного повеселели, пока не обнаружили, что Рене выключила телефон. Они верили в ее благоразумие, но без Рене отдых был уже не тот.       Она вернулась утром в воскресенье, так как для возвращения в Южную Каролину требовались обе машины.        Лисы накинулись на нее с вопросами. Жан не был одним из них, но каждый в комнате переживал и надеялся на лучшее.        Нил знал, что Кевин сможет повлиять на своего пернатого друга, и стойкими словами попытался добиться от того помощи.       В итоге Дэй согласился сделать все, что в его силах. Оставалось лишь собраться, поэтому все разошлись по комнатам и вытащили из шкафов рюкзаки и сумки. Лисы сдали ключи и расселись по машинам. Эндрю вырулил первым, и они отправились в обратный путь.       У дома Эбби сделали короткую остановку, чтобы Кевин мог повидаться с Жаном.        ***       В четверг, покинув лекционную, Нил столкнулся с Эндрю у выхода. Миньярд, не говоря ни слова, зашагал по коридору, уверенный, что Нил последует за ним. Так и вышло, Нил не отставал, пока не осознал, что они направляются в библиотеку. Ники как-то упоминал, что Эндрю избегает это место, и Нил видел его там всего раз, в январе, когда тот приехал, чтобы подвезти его на тренировку. Не успел он задать вопрос о цели их визита, как Эндрю прервал молчание.       Остановившись на лестнице, ведущей на второй этаж, он резко повернулся. — Возьми, иначе я ими воспользуюсь, — произнес Эндрю, протягивая руки.       Нил опешил, глядя на пустые ладони, но затем засунул пальцы под рукава толстовки Эндрю и нащупал края повязок. Он знал об их содержимом и раньше держал в руках, но вес все равно ощущался. Нил спрятал повязки с оружием в рюкзак. Эндрю наблюдал, как он застегнул молнию и повесил рюкзак на плечо, после чего продолжил путь.       Причина, по которой Эндрю отказывался от ножей, была очевидна, но Нил не хотел в это верить. Долго ждать не пришлось. Вдоль стены с правой стороны библиотеки располагался ряд с компьютерами, а рядом — столы для групповых занятий. За одним из таких столов в глубине комнаты сидела Кейтлин в окружении троих студентов. Эндрю был всего в двух столах от нее, когда она его заметила и резко вскочила, уронив карандаш. Встретившись с ее взглядом, полным изумления, он прошел мимо. Нил немного задержался, чтобы убедиться, что Кейтлин поняла его намек. Ее одногруппники замолчали, удивленно глядя на девушку.       Кейтлин повернулась в кресле, провожая взглядом Эндрю, а затем нервно посмотрела на Нила. Он лишь покачал головой и кивнул в сторону Миньярда. Кейтлин встала. — Я сейчас вернусь, — сказала она своим друзьям.       Нил не мог назвать случившийся разговор легким, но и тяжелым бы его не назвал, скорей уж он был опасным и в тоже время освобождающим.        Кейтлин победила: она боролась и преуспела в этой борьбе.        Да, Нилу было грустно видеть ее слезы, Эндрю никогда не бывает мягок, но игра стоила свеч.       Не замедляя шаг и не оборачиваясь, Эндрю продолжал идти, заставляя Нила почти бежать, чтобы не отстать на лестнице. Толкнув дверь, Эндрю вышел на ярко освещенную улицу. Нил осторожно коснулся его локтя, когда тот взялся за перила у институтского пруда. Эндрю резко отдернул руку, но остановился. Нил встал перед ним, чтобы видеть его лицо. — Почему ты передумал? — спросил он.       Эндрю проигнорировал вопрос. Нил облокотился на перила, глядя на здание библиотеки. Он мысленно возвращался к разговору между Кейтлин и Эндрю, гадая, как отреагирует Аарон на ее слезы. Теоретически, это могло сорвать тренировку, но Нил сомневался, что Аарон долго будет злиться. Во-первых, он хорошо знаком с методами брата, а во-вторых, в итоге он добился своего.  — Кстати, ты не против, если я использую свой дополнительный ход? — Нил истолковал молчание Эндрю как согласие. — Кто говорил слово «пожалуйста», которое ты так ненавидишь?       Эндрю долго смотрел на него, а затем ответил: — Я.       Нил ожидал чего угодно, но не этого. Это прозвучало как удар, внезапный и сильный. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но что можно было сказать в ответ?       Заметив его замешательство, Эндрю пренебрежительно отмахнулся, словно считая тему неважной. — Он сказал, что прекратит, если я его попрошу. — И ты поверил ему? – догадался Нил. — Поверил, – кивнул Эндрю. – Мне было семь. — Семь, – повторил Нил эхом.       Эндрю попал к Спирам в двенадцать. До того как Дрейк превратил его жизнь в ад, Эндрю сменил множество приемных семей, и, как он недавно признался, ему было плохо везде. Насколько плохо — Нил не уточнял; видимо, Дрейк был худшим из всего пережитого.        Нил пожалел, что спросил, но слова уже были сказаны. — Ты… — начал он, но замолчал, пытаясь уловить обман в бесстрастном взгляде Эндрю, но безуспешно. Эндрю был готов убить за Ники, чуть не сломал шею Элисон за Аарона, однако к преступлениям против себя проявлял поразительное безразличие. Его собственная жизнь казалась ему ничем не стоящей. Нил осознал это с неприятной ясностью. — Как после всего, что ты пережил, ты терпишь… меня? — Нил сформулировал вопрос неясно из-за присутствия посторонних. Хотя вряд ли кто-то прислушивался, но рисковать не хотелось. Нил указал жестом на себя и Эндрю, уверенный, что тот поймет. — Почему ты согласился на… это? — Это не «это», — отрезал Эндрю. — Я о другом, ты прекрасно понимаешь. Эндрю, стой, — позвал Нил, заметив, что тот собирается уйти, словно утомлен разговором. Нил потянулся к нему, не в силах оставить вопрос без ответа. — Нет, — резко ответил Эндрю.       Рука Нила замерла в сантиметре от него. Эндрю тоже остановился, и наступила тягостная тишина. Наконец Эндрю обернулся, но Нилу показалось, что он смотрит сквозь него. В мимолетном взгляде Эндрю промелькнула такая мрачная отстраненность, что Нил едва не отшатнулся. Но в следующее мгновение к Миньярду вернулось обычное спокойствие и равнодушие. Он схватил Нила за запястье и оттолкнул его руку, но перед тем, как отпустить, слегка сжал, не причиняя боли. — Вот почему, — произнес он.       Нил знал, когда нужно остановиться, если Эндрю просил. Всего-то… но этого оказалось достаточно. Молча кивнув, не в силах что-либо сказать из-за комка в горле, Нил остался стоять, глядя в спину уходящему Эндрю.         ***       В пятничную игру бингемтонские «Красные панды» вышли на поле, всем своим видом выражая надменное превосходство. Учитывая прискорбное положение «Лисов», Нил не осуждал их за самоуверенность, хотя и прощать был не намерен.        Игра была жесткой, но справедливой. «Красные панды» измотали Лисов до полусмерти. Финальная сирена возвестила о победе «Лисов» со счетом семь — пять, и всем не терпелось отпраздновать успех, залив в себя побольше алкоголя. Торопливо обменявшись с соперником рукопожатиями, они покинули поле.       Аарон сделал это чуть ли не первым. Сунув клюшку Ники, он на ходу стащил с себя перчатки и шлем, побежав к чирлидершам. Завидев его, Кейтлин выронила из рук помпоны, бросилась в его объятья и принялась целовать.  — Мать твою, — изумленно протянул Ники, переводя глаза с группы поддержки на бесстрастное лицо Эндрю. — Мать твою так, я что, сплю?         Общение с прессой сегодня поручалось Кевину. Тот сверкнул перед объективами самой ослепительной улыбкой из своего арсенала и жестом подозвал к себе Эндрю. Блондин встал рядом с Нилом, не глядя на журналистов.        Кевин шокировал всех правдой о своем отце и тем, что он ни разу в жизни не катался на лыжах.       Прозвучавшая истина сошла как лавина. Репортерша, задававшая вопросы, ошеломленно глядела ему вслед, а потом затараторила на камеру, комментируя все, что только что услышала. Кевин смог побороть страх и оставил последнее слово за собой.       После они отправились в душ. Нил в этот раз закончил с мытьем раньше Эндрю и Кевина, все еще находясь в легком возбуждении после произошедшего.       При его появлении Лисы притихли. — Что стряслось? — спросила Дэн, показывая в сторону раздевалки.       Нил, загибая пальцы, начал перечислять: — Кевин сообщил, что тренер — его отец, что он никогда не вернется в команду Эдгара Аллана, и заявил, что «Вороны» — двуличные мудаки. А, да, — Нил поднял глаза, — он еще сказал, что его травма не была несчастным случаем. Ну, он выразился короче и не так прямо, но все быстро догадаются, что он имел в виду. — Что? — Дэн уронила челюсть. — Прелестно, — бесцветным голосом произнес Ваймак. — Он берет пример с тебя. Этого мне только не хватало. — По крайней мере, теперь вы законно можете застраховать их жизнь за счет универа, — утешил его Ники. — Выметайтесь, — потребовал Ваймак. — Все домой пока я не поубивал вас нафиг.         Добравшись до «Лисьей башни» ребята активно начали перемещать остатки запасов спиртного на цокольный этаж. К тому времени, как Мэтт и Ники сдвинули столы в сторону, начали подходить Лисички. Эндрю встретил их тем, что забрал бутылку водки и вышел.       Комната постепенно заполнялась звонким смехом и густыми ароматами парфюма, перемешанными с запахом алкоголя. Нил ничего не имел против чирлидерш, но между необходимостью весь вечер улыбаться полузнакомым девушкам и возможностью побыть наедине с колючим Эндрю выбор напрашивался очевидный. — Сегодня мы были великолепны, — сказал Нил, понимая, что перед тем, как покинуть компанию, обязан сказать друзьям хотя бы это. — Мы все. — Да ладно тебе, — беспечно махнула рукой Дэн, но по ее сияющей улыбке было ясно, что слова ей понравились. — Разговоры об игре оставим до понедельника, помнишь? Сегодня только веселье и отдых. Так что давай, уходи и наслаждайся романтикой. — Кстати, о сердечных делах, — сказал Ники по-немецки, обращаясь к Аарону. — Что это с ним вдруг? С чего такая покладистость? Что ты, черт возьми, натворил? — Я сыграл его же картой, — ответил Аарон, бросив на Нила ледяной взгляд. — Нил использовал Кейтлин против меня, я использовал Нила против Эндрю. Если разобраться, его связь с Нилом нарушает нашу договоренность так же, как и моя связь с Кейтлин. Я поставил выбор: либо Эндрю оставляет меня в покое, либо заканчивает с Нилом.       Нил хорошо понимал немецкую речь, но сейчас слова Аарона казались ему бессвязным бормотанием. Аарон говорил о готовности бороться за Кейтлин, но если он выбрал Нила в качестве оружия, его ждет провал. Либо Нил не понял Аарона, либо Аарон неверно истолковал мотивы Эндрю.       Ники опомнился от удивления первым: — Погоди, так он что, выбрал Нила? По-моему, для «игрушки» это слишком? — Ники перевел взгляд на растерянное лицо Нила. — Ты тоже не знал, а?       Аарон проигнорировал Ники и бросил Нилу ключи. — Завтра меняемся комнатами. Теперь я могу приводить Кейтлин в общагу, но оставлять ее в одной комнате с Эндрю ни за что не стану. Может, он, скрипя зубами и уступил, но доверять ему нельзя. — Утром соберу вещи, — сказал Нил.       Аарон поспешил обратно к Кейтлин. Ники продолжал смотреть на Нила, словно пытаясь разгадать сложную головоломку.       Нил не понимал, неужели Эндрю правда отказался от сделки с братом из-за него. Сердце ёкнуло от этой мысли.        Прежде чем Ники успел что-то сказать, Нил быстро вышел из аудитории и поднялся по лестнице. Дверь Эндрю была заперта, но Нил открыл её ключом Аарона. Эндрю сидел в кресле-мешке с бутылкой водки в руке. Телевизор был выключен, но Эндрю пристально смотрел на экран, словно надеясь что-то там увидеть. Он не спросил, как Нил вошел в комнату — вероятно, Аарон уже рассказал ему о переезде.       Нил закрыл дверь на замок, подошел к Эндрю и отобрал у него бутылку. Эндрю не сопротивлялся. Нил плотно закрутил крышку и поставил бутылку в сторону. Когда Нил повернулся обратно, Эндрю схватил его за ворот и притянул к себе. Нил уперся рукой в ковер, чтобы не упасть на Эндрю всем весом; вторая рука погрузилась в мягкое кресло рядом с головой Эндрю. Пальцы Эндрю переместились с плеча Нила на его запястье. — Ты же вроде бы меня ненавидишь, — прошептал Нил в губы Эндрю. — Каждой клеточкой, — отозвался тот.       Нил слегка приподнялся. — Я не такой идиот, как ты думаешь, — сказал он. — А я не такой умник, каким себя считал, — ответил Эндрю, — и больше такого не повторю. Может, всё дело в моей тяге к саморазрушению?       Если бы не это «больше», Нил бы решил, что Эндрю имеет в виду тяжелый разговор в четверг. Он перебрал в голове все возможные варианты: от давнего отказа Роланду и проблем в семье до взаимоотношений с Лисами и Дрейком. Ощущение тяжести на запястье помогло направить мысли в верную сторону. Когда-то он спросил Эндрю, неужели так трудно позволить себе испытывать хоть какие-то чувства, но не задал бы этого вопроса, если бы раньше увидел его шрамы. Эндрю попытался впустить в свою жизнь Кэсс Спир и едва не погиб, а в итоге все равно ее потерял. И Нил понимал, что он тоже скоро исчезнет, и сейчас винил себя за то, что дал надежду Эндрю. Нил не знал, как быть, что сказать. Оттолкнуть? Эта мысль обжигала болью, ведь он сам еще не был готов. Да он вообще не был готов к надвигающейся бездне, и всем сердцем, каждой клеткой желал лишь одного: остаться с Эндрю навсегда. — Я не мираж, — произнес Нил. — Я сейчас здесь, с тобой. — Я не просил тебя быть со мной. — Так попроси. Или просто будь рядом. — «Пока у нас еще есть это "рядом"», — подумал Нил, но вслух не произнес. Он ненавидел себя за свои слова и мысли, но ничего не мог поделать. — Рано или поздно ты мне надоешь.        «Не успею», — чуть не вырвалось в отчаянии из глотки, но Нил вовремя успел прикусить себе язык.              «Скоро я исчезну, и ты просто забудешь обо мне, Эндрю. И мне бы очень хотелось, чтобы "это" не было болезненно для тебя».       Блондин посмотрел, слегка нахмурившись, и Нил напрягся, поняв, что его мысли, похоже, проскользнули эмоциями по лицу. Он тут же попытался спрятать это, шутя: — Уверен? Говорят, я интересный. — Не верь всему, что говорят.       Нил пропустил эту фразу мимо ушей, потому что Эндрю снова привлек его к себе.        Они целовались до головокружения, до тех пор пока Нил уже больше не мог себя контролировать, и тогда Эндрю убрал его руку с кресла. Он отвел ее в сторону и держал на весу целую вечность, потом медленно прижал к своей груди и отпустил. Нил почувствовал, как мышцы под тяжестью его ладони напряглись, а затем расслабились.       Тем не менее жест Эндрю его не обманул. Целуя Нила в первый раз, Эндрю очень четко и ясно дал понять, как важно выразить свое согласие вслух. Сегодняшнюю покорность нельзя считать искренним согласием. Видимо, Эндрю опять-таки делает это из-за того разговора, но кого он больше пытается убедить — Нила или себя самого? После издевательств Пруста прошло лишь три месяца, и всего четыре — после нападения Дрейка. Нил не знал, когда Эндрю почувствует, что готов сказать «да», и вряд ли сможет узнать, ведь времени у него осталось мало, чертовски мало, но сейчас он понимал, что это произойдет не сегодня.       Нил убрал руку с груди Эндрю и тут же почувствовал, как тот выдохнул. — Я не хочу быть таким, как они, — сказал он. — Я не хочу, чтобы ты меня терпел. — Девяносто четыре процента, — скучающим тоном изрек Эндрю. — Уже почти девяносто пять. — Ты не умеешь врать, — отозвался Нил, и Эндрю закрыл ему рот поцелуем.         ***       Игра «Лисов» и «Троянцев» была удивительной для всех, в особенности для самих «Лисов».        Первые сорок пять минут представляли собой жесткую борьбу: университетская сборная, занимавшая второе место в стране, и крохотная команда с юга шли почти вровень. Тем не менее, калифорнийцы на полшага опережали «Лисов». Беспомощная злость и отчаяние наполняли кровь Нила болезненным жаром, заставляли еще яростнее пробиваться через линию защиты противника, но старания не приводили к успеху. «Лисы» напоминали малышей, которые пришли играть с большими ребятами и совершенно очевидно не дотягивали до них по уровню. Но именно эти самые малыши смогли пробиться вперед. Калифорнийцы своим благородным и, наверняка глупым, по мнению фанатов, поступком  открыли им двери в финал.       Финальная сирена прозвучала при счете тринадцать — девять в пользу «Лисов».        Сколько же сердец «Лисы» разбили этим вечером. Они обыграли команду университета Южной Калифорнии. На следующей неделе «Троянцы» уступят «Воронам» и покинут чемпионат, а «Лисы» уже вышли в финал. Все прочее не имело значения.         После того, как у «Лисов» освободился вечер пятницы и напряжённость в отношениях между Эндрю и Аароном спала, друзья впервые за долгое время получили шанс выбраться в «Райские сумерки».       До бара ехали в тишине. Эндрю, по традиции, высадил всех у входа. Кевин отдал ему парковочный билет, а охранники радостно поприветствовали Аарона и Ники. Эндрю поехал искать место для машины, а остальные вошли внутрь.       Свободных столиков не было, но у бара оказалось достаточно места. Ники занял табурет и помахал Роланду, поймав его взгляд. Бармен, освободившись от других заказов, подошёл к ним. — Давно вас не было, — заметил Роланд и с укором добавил: — Бросайте эту дурную привычку — исчезать. — Год был просто безумным, — объяснил Ники.       Роланд, казалось, хотел что-то сказать, но, бросив взгляд на Аарона и Ники, лишь покачал головой и начал готовить напитки, а Ники принялся развлекать его историями о каникулах. Нил не заметил, как Эндрю подошёл, но почувствовал — его просто прижали к Нилу и барной стойке толпой. Роланд перевёл взгляд с Эндрю на Нила, затем обратно и нахмурился, стараясь скрыть беспокойство. Нил понял: в январе Роланд случайно сболтнул лишнего, и теперь искал подтверждения, что у них всё в порядке. Было немного странно видеть его таким.       Как только Роланд покинул их и занялся другими заказами, Эндрю начал переставлять бокалы на подносе в каком-то новом, только ему понятном порядке. А затем взял себе первый попавшийся коктейль.       Стоя рядом и наблюдая за ним, Нил подумал, что, в общем-то, готов ждать свободного столика хоть всю ночь. Его часы по-прежнему тикали, отсчет дней шел к неминуемому концу, но он ни о чем не жалел.       Единственное, чего Нил хотел бы— это чуть больше времени, но судьба была и так весьма щедра. Он смог получить то, о чем раньше даже и не мечтал. И как же больно понимать, что скоро всему этому придет конец.       Горечь осознания неизбежности заливала все внутри, выжигая своим ядом надежду на будущее, которого нет.