Пролог
25 ноября 2023 г., 18:42
Агрессивный выстрел.
Оглушающий звук.
Повтор. Ещё. Больше.
Именно так звучит практически проведенная миссия.
Новые выстрелы, крики раненых солдат, более громкие и оглушающие звуки. Боль через одно прикосновение.
Тяжёлый взгляд. Миссия провалена.
И теперь остаётся только молиться, что бы спасти себя и своих боевых товарищей.
Мужские глаза истерически бегают по темной, окровавленной местности. Осень. Чертова осень.
Грязь, боль, слезы, мужской крик и понимание, что возможно, никто уже не вернётся обратно на базу живым, а после. семья не увидит из лучезарной прекрасной улыбки, громкий радостный смех этих некогда улыбчивых, или молчаливых ребят.
«Конец.»
Это единственное, что прожгло сознание каждого из солдат.
«Безысходность. »
Возможно, есть вопрос. Почему не сбежать? Не уйти, бросить своих товарищей, но сохранить свою жизнь ради кого то? Ответ прост.
Убьют товарищи, ошибочно приняв тебя за врага, бегущего на них. Безжалостно и неосознанно пустят тебе пулю в лоб, и не осознают этого. Перешагнут твой труп, и пойдут дальше, пока встречная пуля не пробьёт их же череп.
Фронт.
Именно так выглядит опустошённая голова и безысходность.
Вновь то самое ощущение отдачи оружия и запах пороха на ткани масок и перчатках.
Никто ничего не чувствует, это сразу ясно. Только желание сделать то, что велено. Точь в точь дрессированная собака или безмозглый робот. Зачем? За что воюем? Это уже не так важно.
Они мертвы и погребены прямо на тех местах, как собаки.
Какие ощущения чувствует человек при потери своих товарищей? Не понятно.
Ожесточенность? Вероятнее всего.
Потеря рассудка? Возможно.
Поломанность? Именно.
Именно он снова смог выжить. Спасти ещё, в целом, несколько солдат, которых можно посчитать по пальцам.
Это было единственной отрадой и отдушиной для Полковника.
И казалось, воспоминания с детства. Нет, не так. даже с юношества.
Запах эфирного масла. Лица родственников. Из церкви свечка. Иконы и множество людей в платках.
Неловкое молчание, быстрое движение. свечка поставлена.
Именно на нужное место, именно под той нужной иконой.
И снова в голове Полковника все так четко, без пробелов.
Самое худшее, что мог дарствовать ему Бог — идеальная, слишком хорошая память
На войне это конкретно то, что не нужно.
Нужно совсем другое, правда? Да.
На каждый разум всегда приходит своё озарение, и воспоминания, от которых можно легко отмахнуться.
Но только не Полковнику.
Вся тяжёлая жизнь, все травмы, все приходит к тебе каждый день.
Бесконечные раздумья, которые ты можешь убрать в дальний ящик со своими скелетами и тайнами только во время полного отключения мозгов и чувств, когда на кону твоя жизнь.
Да, он сидел слишком долго. слишком долго думал обо всем этом. Все эти воспоминания, которые были слишком глубокими, сподвигли его, возможно. на совершенно сумасшедшую идею.
Но вновь он думал. он думал, и находил лучшее решение к своим действиям.
Вот что скрывалось за маской его действительно долгого и ужасающего молчаливого поведения и огромных габаритов.
Умная голова и полная отдача процессам.
И вот. Он уже шел по загрязнённой вытоптанной дороге, а можно сказать и тропинке, где не осмеливались ездить машины но частно ходили люди.
Именно сегодня Полковник узнал, что неподалёку от базы находится старая, но всё ещё работающая церковь, которая принимала солдат для искупления их грехов и отпущения их проблем.
Да, иногда туда заглядывали гражданские, что жили неподалёку, но это было слишком редко.
И вот, он идёт по грязным тропам, ища более чистый и лёгкий путь.
Военные берцы уже слишком измазаны в грязи, а сильный ветер дует в лицо, закрытое тканью, но всё равно продувает ее. Не тактический капюшон, а одно название. Да, простая имитация из черной порванной майки, которая слишком сильно потрепалась.
И теперь. вдалеке виднелась та самая небольшая церквушка с темными, уже не черными, а более коричневыми от старости куполами и скрипучим забором, открытым настежь.
Он быстро прошёл внутрь, закрыв за собой калитку и проходя дальше по двору церкви.
Окна были все до единого закрыты, и уже до верхних этажей тянулись умирающие лианы, хмель.
Подняв свою голову, Полковник осмотрел купола церкви.
Вперемешку с серым небом и грозными тучами выглядело это. жутко. Прям как его жизнь.
Он уже дошёл до крыльца, и переступая через каждую ступень, сокращая себе путь вдвое, попытался открыть дверь. Закрыта. Стук? Никто не отвечает.
Даже в этом деле ему не повезло.
Даже сейчас он не сможет отпустить свои грехи и мысли как подобает. А путь уже пройден. Слишком длинный путь. И даже не из-за расстояния от церкви до базы. а из-за угнетающего молчания, в котором шёл солдат. Наедине со своими мыслями и слабостями.
— Родной, тебе никто не ответит. Батюшка уже как два дня уехал в другой город на похороны. Поэтому Церквушка будет пустовать ещё как дня три. — ему ответила приветливая женщина лет 60, полностью в чёрном одеянии, держа в руках почти увядший цветок.
мужчина удивлённо повернулся к ней, и не раздумывая спросил её.
— Спасибо, но. Кто вы такая? Вы тоже на молитву? — его голос звучал холодно, и казалось, подавлено от переживаний и эмоций.
— Почти, Милый. Я жена вашего Батюшки. Ухаживаю за церковкой. Расскажи, что у тебя случилось? Я впущу тебя внутрь, только будь тих и осторожен. — сказала старушка, жестом зовя Полковника за собой куда то в закрома, за церковью
Идя за ней, мужчина начал говорить, хоть и неохотно, слегка прокашлявшись.
— Я хотел отпустить свои грехи за смерти моих боевых товарищей. Это случилось по моей вине. — он не успел договорить, как его перебил старый глухой женский голос.
— Каждый говорит так. А в итоге ничего не происходит. Милый, не терзай своё уставшее сердце. — она тихо молчала. Угнетающие шаги раздавались эхом по плитке, вымощенной по всему двору.
Слова повисли в воздухе. Он не ответил старушке.
Она отворила дверь, пропуская солдата внутрь церкви, где была полная тишина, и лишь в темноте горели свечки.
Полковник, как по обыкновению пошёл к специальной лавке, положил туда крупную купюру, в ответ беря свечи. Он отсчитывал, казалось, для каждого солдата поимённо каждую личную свечку.
Но как итог, набралась полная мужская рука этих свечей.
Он тихо подошёл к иконе, и начал поочередно зажигать свечу за свечой, фиксируя их на специальной платформе, казалось, напевая молитвы.
Старушка тихо стояла в стороне, наблюдая за его рельефной фигурой.
— Когда закончишь, можешь приходить ко мне. Я помогу тебе не хуже Батюшки нашего. — сказала она тихо, не сбивая его с темпа, но так, что бы он услышал.
Буквально через несколько секунд она развернулась и тихими шагами покинула церковь, оставляя Полковника одного со своими мертвыми солдатами, замаливая перед ними грехи, и ведя тихие разговоры.
***
Мне предстоит тебе о многом не сказать,
Мне предстоит к тебе однажды не вернуться.
Как жаль, что нам приходится терять
Людей, к которым хочется вернуться.
