Старые фики по ОЭ

— Ваше вино, эр Рокэ. Монсеньор лениво протягивает руку, берет кружку, а ты, ни говоря ни слова, заставляешь его взяться за ручку, а не обхватить стенки замерзшими ладонями. — Глинтвейн? Хотя, нет… — Да. Просто не торскский. Бергеры добавляют можжевельник и, к тому же, недолюбливают сладкое… У нас больше ингредиентов: зверобой, тысячелистник, имбирь, мед и дубовая кора, из-за нее немного вяжет. А лимонной цедры достать не удается зачастую, так что вместо нее бросаем молодые побеги хвои и бруснику… — Вы об этом говорите, словно это ваш собственный рецепт. — Нет, но вы можете себе представить мой восторг, когда я убедился, что и наши дрянные вина как-то можно пить. Рокэ принюхивается и жмурится, довольный как кот, пригревшийся у очага. Ты, улыбнувшись, подбрасываешь еще дров в камин. — Надолго к нам, господин регент? Он качает головой, грея о стенки кружки пальцы, глубоко вздыхает, и начинает вдумчиво цедить пахнущий сбором трав напиток. — Ричард, если вы вновь решите отравить меня — травите, прошу вас, этим. Яда не заметить, вкус чересчур насыщен, а последнюю минуту жизни провести хочется счастливым. Ты, тихонько хмыкнув, расправляешь и накидываешь на плечи регента свой плед. Потом бесцеремонно отбираешь вино — расслабленный, он отдает ополовиненную кружку почти не воспротивившись. Добавив в нее горячего вина из котелка над очагом, ты делаешь глоток и возвращаешь ему напиток. Он приподнимает бровь: — Зачем? — Сагранну помните? Как вы заставили меня съесть вместе с ними сыра? Он кивает, все еще сохраняя на лице иронию — и пьет. А ты любуешься им, постаревшим, и однако, по-прежнему невероятным. Со врагами не едят. Врагам не подают любимого вина, не угощают тем, что любят сами. Прошло немало лет, пока ты понял. Юноша просыпается только на миг и снова бредит, дрожа от холода и лихорадки. Злобная метель заносит двери, словно вознамерясь закрыть ему пути назад. Путей вперед у юноши уже не остается. Он закрывает воспаленные глаза. Ресницы мокрые, но это пот, должно быть — из Дика в раннем детстве выбивали благословенное умение плакать от горя и отчаяния — ну что вы, как может плакать Повелитель Скал? А у тебя во сне эр Рокэ тихо напевает любимую из твоих песен, и лениво тянет глинтвейн, который ты готовил ему сам.