Это не мои дети

      Зелёные глаза буквально влипли в монитор компьютера, мышка щёлкала по экрану, прокручивая колёсико вниз, пролистывая очередные скандальные статьи, кричащие заголовки и фотографии к ним, где герой Деку позирует с ребёнком, которого спас на одной из миссий. Маленький мальчик счастливо улыбается и обнимает героя за шею, пока тот осторожно держит его на руках и вместе с ним смеётся, оборачиваясь на камеры репортёров. Этому фото около двух лет и они даже его вытащили на поверхность, чтобы привлечь внимание. — Господи... — зелёные непослушные локоны падают на глаза, и широкие ладони хлопают по веснушчатым щекам, пытаясь привести «счастливого героя» в чувства.       Если бы неделю назад кто-то сказал Изуку, что он попадёт в такую курьёзную и абсурдную ситуацию, он бы, возможно, посчитал этого человека немного сумасшедшим и прошёл мимо. Но наблюдая за разворачивающимися событиями в реальном времени, вновь и вновь разбирая электронную почту своего агентства и выгребая со стола стопки писем, принесённых секретаршей, он уже сам себе не верит. Вот как такому солидному и популярному герою, как он, удостоилась честь принимать призрачное (не совсем) участие в каком-то таинственном заговоре населения?       Герой Деку – герой номер один, состоящий в чудо-дуэте с героем номер два, Динамитом, резко поменялся в глазах публики с учётом новых утверждений. Или мир сошёл с ума, или вся Япония только недавно очнулась ото сна и решила заявить, что, оказывается, герой Деку — счастливый отец более чем тысячи детей по всем её городам. Толпы журналистов собираются у входа в здание агентства, кричат и просят прокомментировать эту ситуацию, пока он даже поверить не может в то, что происходит, что уже говорить об интервью? Это звучит даже смешно, но по какой-то причине люди всё не утихают, ведь стоит появиться очередному «точно ребёнку героя Деку», как поднимается новая волна догадок и теорий.       Как из «милого мальчика-героя с забавными веснушками» – он цитирует слова СМИ несколькими далёким годами раннее – он успел стать завидным холостяком, у которого резко проснулись родительские чувства и он решил заделать себе семью – и не одну! – он не знает. В основном об этом заявляли матери-одиночки приводя своих детей с какими-то до смешного еле схожими с Мидорией чертами лица. Но были и полные семьи, именно с мамой и папой, что приводили своего бедного ребёнка и заявляли, что: вот, как-то так получилось.       Дверь в его кабинет открывается, и на пороге показывается взрывной блондин – его напарник. Вальяжно Кацуки опирается плечом на дверной косяк и приподнимает одну бровь наблюдая за Деку, который уже прожигает дыры в своём мониторе и громко щёлкает мышкой, словно от этого зависит чья-то жизнь. Его волосы взъерошены, спина сгорблена, а пальцы свободной руки зарыты в тёмных локонах. — Ботаник, выглядишь так, блять, будто у тебя траур, а не всего-то тысяча детей, — подчёркивает блондин, и Деку бросает на него почти убийственный взгляд, кричащий «прошу, замолчи к чёрту», на что Бакуго смеётся. В последнее время этой канители ему особенно трудно заставлять себя не ржать так откровенно. Задрот зачастую поражает своим умением влезть в говно не просто по колено, а по самое не балуй и после пребывать в таком заёбанном состоянии, что только даёт корм Кацуки на новые подстрекательства. — Как ты умудряешься попадать в какое-то дерьмо, хотя двумордый, вроде, тебе советов не давал? — Как думаешь, когда это закончится? —игнорирует его слова Деку и отчаянными глазами, жаждущими надежды, смотрит на Кацуки. — Я, блядь, не знаю, может быть, когда ты прекратишь заводить себе детей? — Это не смешно Каччан! Это всё не мои дети, хватит глумиться! — Изуку почти рычит, а Бакуго театрально закатывает глаза. Очень сложно этого не делать, особенно когда с недавних пор слишком самоуверенный Деку начал подкалывать его в ответ. Теперь-то Бакуго есть на чём отыграться. — Ну тогда просто пойди и пошли их всех нахер! Чё ты вообще это терпишь? Чем больше ты молчишь, тем больше у тебя появляется детей. А прикинь если они все одновременно подадут на алиме- — Так, ладно, — Мидория осторожно отодвинул ящик комода и достал свою печать. Его брови нахмурились, когда он быстро что-то написал на листе и запечатал его в конверт. Он, возможно правда долго молчал, но поверьте, у него такой шок! Даже когда дело ещё не набрало резких оборотов в первый день этого хаоса, ему сразу же позвонило несколько человек, чтобы удостовериться, точно ли не причастен он к этим бедным малышам и подросткам. И если кто-то поверил сразу, – Всемогущий – то Инко и Айзаве, который спрашивал: во что ты снова влип, проблемный ребёнок?, пришлось объяснять всё и клясться, что он вообще не знает не то что этих детей, а даже их родителей. — Пришёл надо мной подшучивать? — Было бы, конечно, славно, если бы это так и было, но-о... — блондин посмеивается, разворачиваясь к нему уже всем телом и направляясь к кожаному дивану. Взгляд зелёных глаз всё ещё не отрывается от монитора. — Хей, Деку, там ещё двое твоих детей хотят увидеть своего папу. — ДА НЕ МОИ ЭТО ДЕТИ! — руки громко хлопают о поверхность рабочего стола, а кресло отъезжает назад при слишком быстром подъёме брюнета. Кацуки переходит на откровенное ржание, наблюдая, как напарник садится обратно в кресло и громко стонет, хватая себя за волосы. Беднягу уже довели все эти репортёры и статьи, под которыми его отмечают все, кому не лень. А то, что творится среди пиар-команды Деку уже является чем-то сродни клановой войны.       Зная, каким праведным был Деку, только глупцы могли поверить в чушь, подобную этой. Деку и дети, серьёзно?       Кацуки уж точно хорошо знал ботаника, и то, что Деку любил детей-фанатов, видя в них себя в далёком детстве (ну а также умирая от смущения, когда они щеголяли перед ним в его фанатских костюмах), не значило, что он хочет себе детей в своей личной жизни. Которая в какой-то момент решила стать общественным достоянием. Они были героями, которые в любой момент могли просто не вывезти битву, какими бы хорошими и сильными не были – зачастую это просто подкрадывается незаметно, а оставить свою семью убиваться горем не хотелось никому, даже такому человеку, как Кацуки, которому обычно срать на всё с высокой колокольни. Да и обстановка в семье Мидории была, сказать так, не очень. Изуку, казалось, вообще отцовства боялся, как огня, потому что вечно мысленно сравнивал себя со своим родственником. В общем, Кацуки никогда бы не поверил, что Деку вдруг решился на это, да ещё и в таких масштабах. — Вот теперь пойди и точно так же скажи это им, тогда-то они начнут потихоньку отставать. Я тебе не блядь с микрофоном и личной армией миньонов с камерами, чтобы мне это доказывать, расслабь булки.       Изуку что-то пробубнил и кивнул. Порой агрессивный в пылу битвы и дерзкий в игривом настроении Деку, умел поражать своим переключением назад в рассеянного ботаника. Который просто не может уже, наконец, принять ситуацию и дать отпор недалёким гражданским с пулей в голове. На месте Деку, Бакуго бы уже наверное для пущей убедительности своей непричастности к мелким пиздюкам, разок бы запульнул очередного ребёнка куда-нибудь повыше (потом, конечно же, поймал – ну не такой же он отбитый, как эти люди) и послал всех на три весёлых буквы. — Ладно, я попробую, пожелай мне удачи, — парень встал из-за стола и направился к выходу с такой "уверенной" походкой, словно уже собирался давать дёру при любом шорохе. — Смотри, не растекись там в лужу перед ними, — последний раз хохотнул, пока Деку со сведёнными на переносице бровями и прищуренными глазами, сверлящими его взглядом, не скрылся за косяком.       Кацуки поудобнее устроился на диване и открыл Интернет, чтобы найти прямой эфир. Как-никак, ему нужно, блядь, знать из какой задницы вытаскивать этого горе-отца, что решил скупить весь хлеб в магазинах страны. Кто ещё вытащит ботаника из пиздеца, кроме его напарника? Может, он и не понимал паники, которая поселилась в Изуку, но мог хотя бы за него (читай: угодника народа – Изуку Мидорию) послать всех на хуй без стыда и сожалений. — В конце концов, бро, это же не ты оказался в такой ситуации, не тебе знать, каково это, — одновременно смеясь и даже рассуждая сказал ему недавно Киришима.

___________________

      Сейчас, сидя на не очень удобном диване одной местной студии популярного ток-шоу, Кацуки уже три раза подумал, а стоило ли оно того, чтобы защищать честь задрота усилиями своих мозгов, нервов и задницы, затёкшей на херовом диване. Зато Деку чуть не сломал ему рёбра, когда душил своими «объятиями», потому что был так благодарен за моральную поддержку. А вот кричал на него разум остепениться, ведь чо-то переборщил он с добрыми делами. Нахер это всё.       Изуку сидит слева от него, разговаривает с ведущим, на удивление, спокойным и даже немного весёлым голосом. Возможно, ему налили кое-чего в кружку кофе «для храбрости», но Бакуго сказать точно не может. Он только и вставляет какие-то фразочки, которые напоминают о его присутствии здесь, да осекает порой наглого ведущего, когда тот смеет задавать уж слишком личные вопросы насчёт личной жизни Мидории — А есть ли у вас, герой Деку, постоянный партнёр в- — Перед тем, как приглашать к себе гостей, вы хоть бы убедились, что у вас сидеть есть на чём, бл- блин, нормальном. Я уже ног не чувствую, а вон по лицу Деку можно сказать, что его задница, ещё немного, и точно станет плоской. Чем он тогда будет справлять нужды жалких фанатиков? — по залу проносятся смешки. — Ох, ха-ха, очень тонко с вашей стороны, Динамит. Думаю в следующий раз к вашему приходу мы заменим сиденья на что-то оригинальное. — мужчина, кажется, ненавидит каждую секунду того, как Бакуго открывает рот. — Чтобы был следующий раз, нужно сделать хорошим первый.       Ведущий как-то неестественно кривится, но выдавливает улыбочку, понимая, в каком направлении копать лучше не надо, если не хочет быть похороненным под своими же тоннелями. Изуку бросает на него, своего спасителя, то ли смешливый, то ли более благодарный взгляд. Поди разберись, у него цвет лица сейчас, словно он не спал ночей пять и его параллельно пытали. Хотя, если опустить детали, то так оно и было.       Кацуки закидывает ногу на ногу, раскидывает руки по спинке дивана и теснит Изуку к подлокотнику. Если они зовут их на свои передачи, то должны понимать, что Бакуго будет таким же раскрепощённым, как и всегда. Единственный минус – нельзя браниться, иначе его здесь и не было бы. Что, блядь, не сделаешь ради идиота Деку. С каких пор он вообще должен прикрывать его? — Итак, я думаю, мы подошли к самой главной и волнующей теме этого вечера! — красные глаза косятся на Деку, подмечая, как его кадык дёргается, когда тот тяжело сглатывает. — Герой Деку, правдивы ли все эти смешные заявления о ваших похождениях? Есть ли вообще у вас дети? В последнее время их набралось аж более тысячи по всей стране! Как вы реагируете на эту ситуацию? — Так, ну, во-первых, — Изуку поднимает руки в жесте капитуляции, прерывая поток вопросов, чтобы ответить хотя бы на несколько, — У меня нет никаких детей и я ни с кем не встречаюсь даже. Работа героя подразумевает постоянное его отсутствие дома, как и не имение личной жизни буквально. Так что времени на семью у меня точно нет. Я даже не успел заметить с чего это всё началось, как уже более сотен семей заявляли, что я являюсь чьим-то отцом. — ...Или не успел заметить, как нагнул пол Японии.       Вероятно слова вышли более громко, чем планировалось. Блондин хотел лишь подшутить над Изуку, тихо пробормотал под нос подкол, но забыл про микрофон рядом со своим ртом. По залу проносится тихий хохот, а Деку бросает на него самый заёбанный и раздраженный взгляд, который Кацуки видел в своей жизни. Ведущий сдерживает усмешку и с невозмутимым лицом пытается смотреть на Мидорию, который неудачно попытался смерить всех взглядом. — Кхм-кхм, возможно и так, — лёгкая улыбка касается его губ. Тут даже он уже не в силах противостоять глупой шутке. — Во-вторых, я поначалу даже не принял всё это взаправду, ссылаясь на массовый розыгрыш или что-то типа того. Но как только меня уже всерьёз начали преследовать некоторые... особы, меня это действительно повергло в шок. Я даже не мог принять всё это, что уже было говорить о каких-то публичных заявлениях!       Изуку беззаботно болтает уже и с приглашёнными гостями, пока Бакуго со стороны наблюдает за ним. Видно, что разговор хоть как-то помог ему преодолеть застенчивость и нервозность, но это не значит, что паника при очередном вопросе не может вернуться. Поэтому он тихо смотрит, изредка так же комментируя и направляя разговор в правильное русло. Даже Изуку заметил, каким тихим был Кацуки. Как затишье перед бурей.       И так оно было, когда ведущий решил объявить такие радостные новости, что у него волосы встали дыбом. — Герой Деку, мы не могли из любопытства не провернуть одну затею, чтобы просто выслушать тех, кто действительно считает, что их дети являются вашими прямыми наследниками! Поэтому мы хотим пригласить несколько семей к нам в студию и разрешить эту ситуацию, — зелёные глаза расширяются от ужаса, кажется, его челюсть упадёт на кафельный пол. Мидория переводит взгляд на Кацуки, который только устало щиплет переносицу, явно не горя желанием находиться тут дольше запланированного. Изуку кидает на него взгляд, полный мольбы потерпеть. — Эм, ну... у м-меня нет выбора, наверное, — блондин с того места, где он сидит, может слышать, как Деку скрипит зубами, а его лицо похоже на кирпич. Что-то интересное намечается.

___________________

— Пиздец, — невнятным голосом кидает в сердцах брюнет, предварительно прикрыв микрофон ладонью, во избежание неудачи, настигшей его напарника. И если Мидория матерится, то либо произошёл тотальный кирдык, либо в лесу вымерли все твари.       Кацуки смотрит на него, мысленно соглашаясь, что, да, полный пиздец, когда перед ними стоит маленький ребёнок лет четырёх, с салатовыми тоненькими волосёнками и узкими глазёнками, но зато с кривым подобием веснушек на впалых щеках. Кажется... — Мне это кажется или они действительно рисовали их на ходу? — Тебе не кажется, — стонет Деку и роняет голову в ладони, сгибаясь в три погибели. Со стороны, возможно кажется, что он сейчас начнёт рыдать. Бакуго оттягивает воротник своего геройского костюма и прочищает горло для нарастающего скандала. — Да где же они нарисованы, вот посмотрите! — молодая девушка тычет в щёку бедного ребёнка, который по своему взгляду похож на человека, познавшего смысл жизни, и громко разглагольствует на эту тему. Ведущий уже немного сдулся, его запал пропал и на смену пришла головная боль от очередных криков. Оба героя уже с нетерпением ждут момента, когда можно будет выпрыгнуть с любого окна этого здания и дать себе в будущем смачную оплеуху, если вдруг когда-то снова решат, что прийти на какое-то дерьмовое шоу – просто охуенная идея.       Кацуки, несмотря на свой грозный вид, подзывает малявку пальцем, и тот нехотя приближается, к герою. Взрывные руки осторожно касаются детской щеки, и аккуратно Кацуки елозит пальцем по нескольким веснушкам. Заметившая внезапное отсутствие рядом с собой своего ребёнка мамаша, задыхается от возмущения, когда находит взглядом своего отпрыска с одним из героев. Её щеки заливает краска от силы перенапряжения и прилива крови к голове. — Да как же можно трогать чужого ребёнка, да ещё и руками, которые буквально могут убить моего малыша?! — женский визг по живому режет слух и отдаётся гулким стуком в висках. Ещё чуть-чуть и Изуку готов молиться всем богам, чтобы это поскорее закончилось. Он уже готов сорваться с места в любую секунду, пребывая на низком старте половину программы. Бакуго хотя бы, в отличие от него самого, выглядит заёбанным, но не убитым морально. — Так он и не чужой, как ты нас уверяла минут двадцать, — блондин специально сверлит девушку взглядом, без капли уважения «тыкая» незнакомой даме, — Он же ребёнок Деку, а я напарник этого придурка, значит имею ещё какое право. Ты же мне разрешаешь, задрот-кун? — плечи другого мелко трясутся и Кацуки видит, как улыбка расползлась на лице Мидории, спрятанная в его ладони. Значит, ещё не всё потеряно.       Девушка кипит от ярости, вырывая руку мальчика и уводя назад, на своё место, даже не удосужившись посмотреть на его лицо. Блондин скалится и локтём больно пихает Деку в рёбра, чем получает в ответ лёгким пинком в колено, но Изуку всё же поднимает взгляд. Его голова немного наклоняется в бок, а одна из бровей приподнимается. Прямо на лице малыша образовался большая размытая клякса от карандаша, которым были нанесены его кривые веснушки. Мамаша даже и не старалась сделать всё хотя бы капельку правдоподобным, скорее надеясь просто промелькнуть в шоу с известными героями. На что только не идут люди, ради минуты славы. — Извините, мне кажется, что у моего сына немного уплыли веснушки, — сиплым голосом подмечает Мидория, специально делая упор на слово "мой" и кивая на ребёнка, покоящегося на коленях своей матери, закрыв глазки и прислонившись к её груди. Девушка нехотя переводит взгляд на мальчика и охает от удивления, когда понимает, что Бакуго делал с ребёнком. Её взгляды метаются между Изуку и Кацуки, угрозы и обвинения сыпятся в сторону героев, пока ведущий уже не зовёт охрану, вероятно сам подзаебавшись слушать бредни сумасшедшей. Предыдущие кандидаты хотя бы готовились тщательно, хотя всё равно все провалились.       Девушка с ворчанием уходит всё же на своих ногах, волоча сына за собой, как игрушку. Все устало выдыхают. — Такими темпами тебе, блять, легче просто сделать тест на отцовство с очередным ребёнком, чтобы волна поутихла, — Бакуго уже не обращает внимания на свой выбор слов, очевидно надеясь, что если их и выгонят отсюда за это, то хотя бы они выберутся из этого ада. — Это сколько биоматериалов мне нужно сдать, чтобы удостоверить всех, что я не могу никаким образом являться отцом детей, которых впервые вижу? — Мидория издаёт смешок. Данная ситуация очень подходит, чтобы потихоньку уйти куда-то с глаз чужих долой и прекратить позориться на всеобщее обозрение. Если бы это помогло, Мидория мог бы уже наклеветать на себя и сказать, что у него импотенция, лишь бы все отвалили от него раз и навсегда. Но вот только навряд ли это помогло бы. — Мы приносим извинения за этот казус, даже не знаем, как данная особа попала сюда, но вот следующий- — Но вот в следующий раз вы пригласите кого-то ещё, чтобы он отсидел здесь себе задницу, — огрызается блондин и плечом толкает Деку, побуждая его собираться силами и убираться нахер отсюда, пока их за ноги не тянули силком назад. — Шоу, блядь, закончилось и нам уже пора на смену. Давай, задрот, отлипай от этой груды говна и волочи свои каменные полушария отсюда. — А, п-подождите, дорогие гости, дальше будет намного лучше, п-поверьте, только мы вот сейчас-       Два высоких героя встают с дивана, параллельно охреневая насколько сильно могут затечь ноги от неправильно подобранного сидения. Деку машет гостям из зала, а Бакуго просто проходит мимо ведущего, грозно сверкая на него глазами. Мужчина выглядит так, будто вот-вот упадёт в обморок. На его лице буквально написано отношение к происходящему –«кажется, меня сегодня уволят». — Только, прошу, не подавайте жалобу, мы вас умоляем, — тоненьким голосом пищит он. И Кацуки может и тот ещё засранец, но не совсем бездушный – спасать людей это его работа, а вот придурки они или нет – уже совсем другой разговор. — Единственное, на что мы можем подать жалобу это диван, а остальной цирк все зрители схавают на здоровье.       Двое мужчин скрываются за поворотом под аплодисменты зала и вздох ведущего. Что-то определённо случится после такого казусного разговора по душам, но это уже не их проблемы, как только несколько сотрудников начинают убирать оставленный прошлыми претендентами беспорядок на столиках и диванах. Кто-то действительно оставил здесь парик с лохматой зелёной шевелюрой? — Кхм-кхм, с-сегодняшний выпуск получился довольно скандальным, так что надеемся наши зрители с интересом наблюдали за событиями, произошедшими в нашей студии этим вечером. В следующий раз мы найдём более захватывающие истории чтобы подели- — «Такими темпами я точно уйду в монахи и дам обет безбрачия и девства» — «Балда, как же тебя тогда примут туда, если...» — «Постой, а они уже отключили микрофоны?»       Мёртвая тишина в зале держится до последнего, пока из динамиков не доносится шелест снятия микрофонов. — «Твою ж, блять, мать!»

Да, он определённо не хочет заводить детей.