Тишина

Нёвилетта всегда тянуло к морю, сколько он себя помнил. К солёному воздуху, ласкающим слух приливам, блеску волн на солнце и крику чаек на скалистом берегу. Он всегда приходил к воде, когда ему хотелось подумать наедине, очистить уставший разум. Спускался на пляж за оперным театром Эпиклез и размещался на крупном вытянутом камне. Его кабинет вынуждал задумываться об обязанностях, а здесь, в окружении воды и мелких птичек, обычно тихо и спокойно, а ветер слабо дует, развевая светлые локоны волос. Море всегда успокаивало, обволакивало чувством умиротворения. Приятно смотреть на эти бесконечные дали, на вершины острых гор или на причудливую башню Ипсиссимус. Здесь царит безмятежность, а мысли ничего не спутывает. Нёвилетт сел на излюбленный камень, прикрывая глаза и подставляя лицо под слабый ветерок: так легче сосредоточится. Тут он часто уходил в себя, не замечая ничего вокруг, и мог опомниться только через приличное количество времени. Также и сегодня юдекс сидел на берегу моря, разгружая свою вечно тяжелую голову, пока не почувствовал, что что-то теплое касается его тыльной стороны ладони. Распахнув глаза, он увидел, как в его руку своим горячим носом тыкалась маленькая неспешная выдра. Нёвилетт развернул ладонь, а животное медленно стало обнюхивать протянутую конечность. Почему-то эти существа его очень любили, а постепенно и он проникся в ответ. Иногда судья приносил им разные лакомства, от чего выдры звонко пищали, хватая угощение и сразу же скрываясь в толще воды: несли про запас к себе в жилища. За первой выдрой подтянулось еще пара животных, подключаясь к активному обнюхиванию Нёвиллета. Обычно они любили вылезать из воды, пристраиваясь к бедру юдекса, и греться о тепло чужого тела. А самые смелые и наглые особи залезали на колени, сворачиваясь калачиками, либо же вытягиваясь по всей длине. Сегодняшний вечер не стал исключением: одна небольшая выдра ловко забралась на ноги, сразу же заваливаясь на бок. Юдекс провел по влажной голове выдры, зарываясь пальцами в пушистый мех и почесывая животное за ушком, от чего в ответ оно забавно зафырчало. После такого Нёвилетт обычно возвращался полностью мокрым, но одежда довольно быстро высыхала, не принося дискомфорт. Фурина, улыбаясь, всегда спрашивала его, хорошо ли он поплавал. Нёвилетт провел ладонью по боку, и выдра перевернулась на спину, потягиваясь и жмуря глазки. – Месье Нёвилетт. – сзади послышался уверенный голос, и судья невольно вздрогнул. Еще ни разу никто не смел беспокоить его во время отдыха, тут, на берегу. Неужели случилось что-то серьёзное, требующего его немедленного вмешательства? Он повернул голову в сторону потенциального раздражителя. Выдры, последовав его примеру, приподнялись, тоже устремляя взор на пришедшего. Перед ними возник знакомый силуэт заведующего крепостью Меропид. Непревычно растерянное лицо и глаза, бегающего то к коленям Нёвилетта, то к облепившим его со всех сторон выдрам, выдавали в пришедшем замешательство. Ладонь судьи всё еще покоилась на пушистом животе животного. Прошло пару секунд, после которых Ризли, резко разворачиваясь лицом к морю, проговорил: – Похоже, я не вовремя. – Всё в порядке, Вы меня не отвлекаете, – спокойно ответил юдекс, наконец-то успокаиваясь. Герцог не выглядел напряженным, вряд ли стоит ждать от него плохих новостей. – Ризли. Названный обернулся, и Нёвилетт взмахом руки подозвал его ближе к себе. Ризли медленно приблизился, а выдры, сверкая своими черными глазками, продолжали пристально следить за каждым его шагом, но не спешили убегать, продолжая покоиться вокруг юдекса. И только после того, как герцог присел рядом, животные расслабились, укладываясь обратно. Морской прибой мягко ласкал слух, а закатное солнце приятно пригревало всё тело. Первым тишину прервал Нёвилетт, вглядываясь куда-то в даль моря: – Мне нравится это место, тут спокойно. Легко отбросить все свои переживания. – И вправду прекрасный вид. Одна из выдр, принюхавшись, раскрыла свои глазки-бусинки, сонно взглянула на Ризли и неспешной походкой заползла к нему на колени, сразу же укладываясь поудобнее. Герцог напрягся, поднимая руки, чтобы животное могло улечься, и с растерянностью смотря на свои колени. – Погладьте за ухом, им это нравится. – поспешил посоветовать юдекс. Ризли медленно опустил руку, проводя кончиками пальцев по шерсти, которая уже успела высохнуть и смешно взъерошиться. Пальцы плавно перетекли к основанию мягких ушек, и выдра довольно запищала, заваливаясь на бок. – А Вы им нравитесь. – заметил Нёвилетт, мягко усмехаясь. Все-таки видеть растерянного герцога очень странно и забавно одновременно, от чего на лице образовалась слабая улыбка. Ризли, взглянув на него, улыбнулся в ответ. Тихо, слышны только волны, бьющиеся о камни, и приглушенные голоса, уносимые ветром.