Таньжелика

      В обед Катя с Колей остались в ее кабинете поедать снедь, оставленную Еленой Александровной, а мы с девочками наконец-то пошли в «Ромашку». Столовая, конечно, тоже хорошо, но наше кафе было вайбовым местом. — Так, Таня! — безапелляционно сказала Амура, как только мы уселись, — сейчас я буду тебе гадать! И не возражай! — Так зачем? — я удивилась. — Ты же мне уже нагадала недавно! — А я вот чувствую, что всё изменилось! — она тряхнула кудряшками. — Что-то с крестовым не так, да? — сочувственно спросила Шура. — Ну гадай, — я закатила глаза и сняла несколько верхних карт. — Точно! Вот как чувствовала! — торжествующе возопила гадалка, обозрев расклад. — У тебя теперь их двое! Крестовый король и крестовый валет! — Ну валет — это же хлопоты… — Угу. Нормальные такие хлопоты. Сердечные, — покачала головой Буйо. — В общем, им придется за тебя сразиться! Тут соперничество показано. Явное. И Валет пока у тебя ближе… — А с королем я еще и не знакома даже… Жесть! — выдохнула я. — Амур, главное, чтобы я об этом ничего не узнала!       Все дружно заржали, приняв это за шутку. А я ведь не шутила! Короче говоря, Амура была в своем репертуаре. По ее словам, счастье с любимым ждало меня неминуемо! И ей было совершенно наплевать, что мне-то оно и даром было не нужно по той простой причине, что в этом мире моего любимого просто нет. И быть не может — я ведь искала…       После обеда позвонила Вика. — Привет! Ну как ты?! — спросила я. — Как себя чувствуешь? — А всё хорошо! Отслойка заросла совсем! Но меня пока не выписывают. В общем, послезавтра всё состоится прямо тут. В больнице. Сашенька договорился. — Вау! Круто! — вырвался у меня возглас. — Да, это точно будет оригинально! — хохотнула она. — Тань, Саша сказал, что пойдет в «Зималетто» искать свидетеля. Чтоб тебе в пару… — Не иначе Георгия уговорит! — рассмеялась я. — О, вот это был бы номер! — она поддержала. — Но нет. И он сказал, что поговорит с Пушкаревой… Кстати, как там она? — А он тебе что рассказал? — А про неудавшуюся попытку Жданова ее соблазнить. Ну я это уже поняла. И про инструкцию, в которой Малиновский наставлял Андрея, как именно Катьку соблазнять. Ну и что встречались они с ней фиктивно. И он намерен ей рассказать о нас. Так что скорее всего ее он тоже пригласит на свадьбу. Я не против, так ему и сказала. — А Киру — не пригласит, что ли? — Вот и не знаю… В общем, опасаюсь я ее реакции. Что-то подсказывает, что она за нас не порадуется. — Ой, Вик, как бы хуже не было! — вздохнула я. — Вот-вот. И я о том же. Короче, он едет к вам, готовьтесь. — К такому никогда готов не будешь! — философски заметила я.       Воропаев приехал к половине четвертого. В приемной появился с букетом опять ромашек. — Добрый день, Татьяна Владимировна! — улыбнулся он мне. — А Екатерина у себя? — Да, сейчас скажу ей… — я воспользовалась селектором. — Екатерина Валерьевна, к вам Александр Юрьевич! — Да?! — кажется, в голосе Пушкаревой была паника. — А… ну конечно, пусть заходит! — Проходите, Александр Юрьевич, — кивнула я. Он зашел и закрыл за собой дверь. Подслушивать я не собиралась, тем более они не повышали голос. Просто общались. Прошло полчаса, и в приемной появился Андрей Павлович. — Татьяна, добрый день. Госпожа президент у себя? Боже, как странно звучит! — он усмехнулся. — Да, но у нее сейчас Александр Юрьевич… — Что?! — взвыл Жданов. Я в недоумении хлопала глазами на такую реакцию. Значит, всё-таки любит Катьку? Или просто ревнует как потенциальную часть своего гарема? Ну вот, еще больше всё запуталось! — Ну им надо поговорить, Андрей Павлович. Вы присядьте, сейчас я скажу, что вы подошли. Вдруг, разговор уже окончен? У вас какое-то дело было? — Да я… да, есть дело. Вот! — и он протянул мне стопку листов. — Бизнес-план по франшизам… — Так может, просто оставите — я передам? — Да, да… Вы правы. Я просто хотел уточнить, но ладно. В другой раз зайду!       И ушел. Так-так-так! Что же это значит?       Еще через десять минут зазвонил селектор. — Таня, будь добра, пригласи ко мне Николая Антоновича? И сделай нам всем кофе… — Конечно, сейчас все сделаю. Тут кстати Андрей Павлович заходил, но я ему сказала, что вы, Екатерина Валерьевна, разговариваете с Александром Юрьевичем… — Да ты что? — она явно заволновалась. — Надо было сразу мне сообщить! — Так он только план по франшизам оставил, сказал — в другой раз зайдет. — И всё? — Больше ничего не оставлял! — Хорошо, спасибо…       Еще интереснее… Выходит, Катя наврала нам, и у нее ничего к Жданову не перегорело. Странно, очень странно. Ну зачем мне-то врать? Я вроде не болтаю направо и налево, чужими тайнами не разбрасываюсь… Хотя, если вспомнить бывшую владелицу этой тушки, то опасения Пушкаревой вполне объяснимы. Ну в общем это не мое дело.       Зорькина позвала, всем кофе сделала, печенек отвалила, занесла и уселась обратно. Но ненадолго. Меня пригласили в кабинет уже через полчаса. — Таня, скажи, ты ведь всё знала? — Смотря что вы имеете в виду, Екатерина Валерьевна. — Про то, что у Саши и Вики роман? — А что, мне на слово ты не поверила? — усмехнулся Воропаев. — Знала. А что? — Почему мне не сказала?! — Кать, я ж тебе утром объяснила всё? Твои секреты — это твои секреты, секреты других — это секреты других. — Но ты обманула меня! Ты передавала ему информацию! — Я?! — удивленно посмотрела на Воропаева. — Передавала, передавала! — самодовольно ухмыльнулся этот гад. — Ничего я не передавала! — Про драку-то рассказала! — О, а это настолько конфиденциальная информация, что на ее разглашение стоит запрет? — кажется, Воропаеву удалось меня выбесить. — То есть это вот такую информацию она тебе передавала? — Катю он тоже выбесил. Талант просто у мужика. — Но передавала же! Ну ладно, пошутить уже нельзя! Что ты так в штыки всё воспринимаешь-то?! — Шутить тоже надо уметь, — хмыкнула я. — Вам надо приложить усилия, чтобы ваши шутки были действительно смешными, Александр Юрьевич. — Просто чувство юмора надо развивать, а не болтать попусту! — тут же ощетинился Воропаев. — Вы свидетеля-то на свадьбу нашли, господин юморист? — я перевела тему. — На какую свадьбу? — удивился Зорькин из кресла. — Да на их с Викой, — ответила я, мстительно глянув на Воропаева. Тот аж скривился — видно, хотел обойти этот вопрос. — Вы женитесь на Вике? — удивление Зорькина было очень похоже на обвинение. — Да, в эту субботу, — недовольно зыркнув на меня, отозвался он. Потом все же выдавил улыбку. — Кстати, Николай Антонович, будете наши свидетелем?       Вот это номер! Нет, ну такого я точно не ожидала! Да и Катя с Зорькиным тоже! — Я?! — переспросил он в ужасе. — Ну да. Только Кире ничего не говорите. Вика беременна, ей лишние волнения сейчас ни к чему. Мы потом скажем ей… — Вы серьезно? Вы хоть любите ее или так, по залёту?.. — Так одно другому не мешает. Но если бы не ребенок, мы бы, конечно, не торопились с браком. Я хочу, чтобы Вика была защищена. В том числе и статусом. Так согласитесь? — Да. Не скажу, что с удовольствием, но раз такое дело — спасибо за доверие, — немного помолчав, выдал Николай. Вот молодец! Так и надо расставаться с иллюзиями, которые только жить мешают! — Ну и отлично! — улыбнулся Воропаев. — Большое вам спасибо! А свидетельницей у нас будет Татьяна Владимировна. Или вы уже обиделись и передумали? — На что обиделась? А, это опять из серии непонятных шуток! — усмехнулась я. — Ну конечно я буду свидетельницей! Это же ради Вики! — Язва! — он тоже усмехнулся и подмигнул мне. — Я ценю!       Коля с Катей смотрели на меня огромными круглыми глазами: наверное, они просто не представляли себе, что с Воропаевым можно вот так разговаривать. — А во сколько, кстати? — спросила я. — В четыре. Прямо в палате. Но прийти лучше пораньше, помочь там одеться-накраситься… — Нет уж! — ухмыльнулась я. — Накраситься и одеться вам Вика поможет!       Тут заржали Пушкарева с Зорькиным, да и сам Воропаев тоже усмехнулся. — А я знал, что вы так скажете! Хотел еще уточнить, что Вике, но не стал мешать вам шутить! — Вот так всегда и поступайте, — милостиво кивнула я, теперь смеялись мы все. В общем, ушел Воропаев довольный и спокойный. Ну и нам хорошо. — Панкратова! Ты, что, с ним дружишь? — осторожно спросила Катя чуть позже. — Да мы просто подкалываем друг друга, Кать, — ответила я. — Вообще сложно представить, что у Воропаева с кем-то будут дружеские отношения. Ну он, скажем так, до меня снисходит из-за Вики. — Получается, ты помогла им сойтись, когда стало известно, что она не беременна в тот раз? — Получается так. — Ну ты даешь! — нервно усмехнулся Зорькин. — Никогда бы не подумал… что Воропаев пригласит меня своим свидетелем! — Так он знает, что Вика тебе нравится. Вот и решил тебя… обезопасить, как соперника, — сказала я. — С чего это он решил так? — А Вика, когда с ним одно время порвала, рассказывала, что с тобой по телефону болтала и что она тебе нравится. Что, она ошиблась? — Не ошиблась, — улыбнулась Катя. — Но всё уже в прошлом, да, Коль? — Да ладно, Пушкарева! Не ревнуй! — самодовольно заявил Николай и огрёб от подруги подзатыльник. — Ай! Ты чего дерешься? Уже и пошутить нельзя?! — А вы точно с Воропаевым подружитесь, — констатировала я. — Вон и шутите одинаково… — Что?! — возмутился очкарик. — Чтобы я! Был похож с этим?! — Кстати да, — задумчиво произнесла Катя. — И правда… — Ну хватит уже! — взмолился Коля. — Да, надо еще поработать, до конца дня осталось не так много времени, — поддержала на этот раз Катя. И я вернулась в приемную.       Вика больше не звонила, всё было спокойно. Ушла домой чуть позже шести, довольная! Как же хорошо, когда никто не конфликтует и все друг с другом ровно общаются!