Доверие

Андрей голову бреет, гордо принимает прозвище "пальто" и усердно улучшает навыки игры на пианино песней "седая ночь". Андрею нравится ощущать нужность, нравится, что может дать отпор, нравится новая компания, и, возможно, что-то или кто-то ещё. Андрею нравится-нравится-нравится. Нравится в шутку драться с новым другом, нравится слушать его голос, рассказывающий про различные группировки, которые он никогда и не запомнит. Он научился брать сигарету из чужих рук, не прикасаясь даже пальцами к чужим. Знает, что неправильно. Неправильно-неправильно-неправильно. Сердце ноет, а губы растекаются в улыбке при очередной встрече. Знает, что нельзя, нельзя так глупо улыбаться и радоваться, когда тот садится рядом в столовой. Нельзя так в открытую пялится на сбитые костяшки на пальцах. Нельзя задерживать руку на плече, при объятьях. Нельзя-нельзя-нельзя. Он по дружески отдает Марату свое спальное место,когда у того родители "в отъезде", а сам ложится на полу. И ему холодно. Безумно холодно. От того что зима, или из-за того что спит на полу, или..? *** Марату мерещатся косые взгляды своего нового друга, кажется, что тому с длинными волосами было даже лучше, но молчит, и с внутренним умилением смотрит на его детские фото в рамках. Ему жутко неудобно за временное проживание, за слишком частые свежие синяки, и возможно за то, что Андрею репутацию подпортил. Да как он о таком думать только смеет? Он же пацан. Пацаны сопли не развозят, они не врут и не извиняются. Пацаны правду в глаза говорят, и ногами не бьют. Но ведь сейчас всё поменялось? Марату Андрей всё ещё видится тем самым умным ботаном, который обещал ему английский подтянуть. Но возможно его голос слишком засел, настолько глубоко, что его он узнает из миллиарда. Засел-засел-засел. *** В очередной зимний вечер они сидят на крышах каких то гаражей, курят одну на двоих и Андрей изредка покашливает от непривычки, а Марат лишь усмехается этому. -Пацаны могут чувствовать? Голос раздается тихо, настолько тихо, что кажется почти шепотом. Дрожит и кажется сейчас расплачется. Марат поворачивает голову, но всё в порядке. Полном. Андрей задумчиво всматриваться в даль, возможно видя то, что не видно другим. Он то натура тонкая. -Не все и не всё. Ответ настолько холоден, что кажется даже в самой теплой желетке сердце будто замораживают. Диалог продолжается настолько повседневно, настолько скучно и неинтересно, что хочется чтобы гараж стал восемнадцатиэтажным зданием, и возможно спрыгнуть с него. -Холодно сегодня. Надо развеяться. Марат встаёт на ноги, вздыхая и поправляя куртку. Протягивает руку, а второй только хватается, удерживаясь настолько уверено, как будто месяц назад Марат не хотел его убить. Он уверен. *** И вновь убегая от милиции в -20 ноги немного скользят, а в руках обоих какие то мелочи. И когда Андрей отстаёт, видит протяную руку. И вновь хватается, доверяясь. Держа чужую руку в своей становится тепло даже в -20, а улица наполняется громким смехом подростков, а щёки Андрея красные не только от нещадящего мороза.