приехал

—а как мы в группировке называемся? — спрашивает Андрей, сидя на игровой площадке. —либо скорлупа, либо звездюки. — отвечает Марат на вопрос Пальто, делая затяжку. слышится хруст снега, как темноволосый оборачивается, и сразу прячет сигарету в рот, потушив ее слюной, после вскакивает с железный прутьев в виде полушария. а Пальто вслед за ним, не понимая почему его друг так резко слез. —че пацаны, курите? подростки обернулись почти одновременно, замечая одного из старших, отвечающего за скорлупу. Зима. —глотай, Маратик. — картавый засовывает руки в карманы, пронзительно смотря на скорлупу. — а ты че, оборзевший самый? — глядит он на нового скорлупу. —извини. —пацаны не извиняются. один выплевывает сигарету, а другой сразу бросает на снег и тушит ее ногой. Марат уже знал, что их ожидает, а Пальто нет.

***

спалили за куревом двоих, и плюс оказались еще двоя провинившихся. наверное, тоже курили, но до конца не известно. перед скорлупой появились два старших - Зима и Турбо. —первые четверо ко мне! — кричит Зима, пока Турбо сидит на корточках, ожидая парней. первые четверо подошли. Марат сразу предупредил, чтобы Пальто не уворачивался, видимо по себе знает, что следует дальше. первым Турбо подозвал Ералаша. светловолосый мальчик, лет четырнадцати. первый удар прилетает справа, а второй уже слева от Зимы. следующий пошел Кирилл, в после Марат. только Валера замахнулся, как кулак остановился перед самым носом. знал ведь, кто его брат. руки шатен опустил и выпрямился. —брат вернется, сам тебе люлей выпишет. иди. а Зима останавливаться не стал, все же ударил младшего. от ударов старших, всегда что-то остается. синяки, ссадины, раны, для Маратика уже не впервой. но в этот раз видимо прикусил губу, да сплюнул кровь на белый снег. видимо Зима даже не старался. мороз стоял ужасный. но щеки парней горели от ударов старших, которые куда-то уже ушли, как и скорлупа. два парня остались сидеть на бортиках корта, один курил, а другой держал ледышку у щеки. да, больно, но обижаться на старших не за что. ведь еще в день, когда Андрей пришел пришиваться, Турбо сразу предупредил, за курение реально будет давать по щам. такие правила для скорлупы. Маратик закурив сигарету, предупредил Пальто что завтра Турбо берет их в Москву. для темноволосого это вряд ли было бы весомой проблемой, а Андрею конечно не легко выпрашивать три рубля, соврав ей, что это на экскурсию. на три рубля можно поехать только на плацкарте, на купе у уличных пацанов денег не хватило бы.

***

в Москву все-таки Турбо свозил скорлупу, повеселились, Андрей наделал много фотографий. да только назад он поехал уже в отделение. но не суть. спустя какое-то время, Пальто опаздывает на сборы, перепрыгивая через борт корта его ловит Марат, оттягивая чуть дальше, чтоб никто не слышал их разговора. —че, меня написал уже? — говорит Маратик, поджимая губы. ведь видел, как Андрей уходил в кино вместе с Ириной. —куда? —знаешь, как называют тех, кто с ментами сотрудничают? — Марат понял, что Пальто не в курсе. —я не с ментами. —козлы. знаешь как с козлами поступают? их забивают. —да я в комп играл. —мне хотя бы не гони. ты с ментовкой это, то-сё, мороженое. тогда то Пальто и понял, что имеет ввиду Марат, начиная рассказывать ему, как все было на самом деле. ведь один Марат знал Пальто дольше двух дней. вроде понимал, что он не глупый, не пойдёт навстречу ментам, но все же опасался этого. —загасят так, что даже чушпаны перестанут здороваться. —Маратик! — на весь корт кричит мужчина в форме, с большим рюкзаком и чехлом от гитары. приехал братец, Вовка Адидас.

***

старшие были в подвале, а скорлупу оставили резвиться на улице. Турбо лежал на тренажере, а Зима был как всегда рядышком, под боком. сейчас парень ни о чем не думает, в голове ветер, никаких мыслей. только взгляд в потолок. когда же открывается входная дверь в качалку, Валера все же взглянул, кто вошел. —здорово, пацаны. — заходит Адидас в форме, как Турбо тут же бросает гантели. столько шуму навело возвращение Вовы, все ждали его, особенно кучерявый, как его любит называть его старший. Турбо самый первый подошел жать руку, тут же обнимая Адидаса, прижимаясь крепче. но сразу отпуская, с той же широкой улыбкой на лице. Адидас здоровался со всеми, принимая теплые объятия и рукопожатия. когда же вышел Кащей с сигаретой между пальцев и бутылкой пива, лицо Вовы тут же поменялось. Кащей был самым старшим из Универсама, старшим Вовы. Кащей тут же обратил внимание на телосложение Адидаса, похлопывая то по плечу, то по торсу. Кащей был тем еще говнюком, срубит бабла у бедного человека, и будет по барабану. Вове уже было известно про ситуацию с шапкой матери Пальто, скорлупа ему донесла такие заветные вести. они не спорили, не ругались, у них была беседа. вроде дружеская, как думал сам Кащей. раз старший, значит должны уважать. но уважать его не за что. разговор длился около пяти минут, и старший понял, что Вовка не особо был рад и встречи, и услышанной ситуации. Кащей изменился в лице, начал повышать голос на Адидаса. но усатый умнее, не будет же он в ответ рявкать на Кащея, хотя мог. у Кащея всегда были безумные мысли и идеи, например, как сейчас. —слушай! — Кащей выдыхает дым. — а ты сноровку-то не растерял, боец? помните как он по углам всех раскидывал? кстати! у нас же новый пацанчик тут появился, Демид. — подходит он к высокому, массивному мужчине. — а может быть нам устроить легкий спарринг? — о безумных идеях Вова не сомневался. — как в старые добрые времена. это дело, знаешь, всякую ерунду из головы быстро выбрасывает. если выиграешь, слово даю, из своего кармана пацану долг возмещу. сколько там твоя мамка проиграла? —сто рублей. — вскидывает брови Андрей. —ну там, сто не сто, а тридцать верну, да? за тридцать сойдет? ага? или зассал? а то знаешь, с Демидом не каждому удобно выходить. — Кащей хитер, ухмыляется. понимает, что такой шанс Вовка не упустит. русый вздыхает, потирает подбородок. —мне удобно, давай. — и сразу много шума.

***

—я тебе говорю, если б твою мать раздевали, ты б че сделал? — спрашивает Турбо, шмыгнув носом, сидя на одном диване рядом с Адидасом. —впрягся бы. — отвечает Зима, откусывая маринованный огурец. —ну вот. Кащей уже совсем охренел, краев не видит. —ты при скорлупе так не говори. —ну а че не так? — пожимает плечами кудрявый. —да поавильно-правильно. — подтверждает Вова. спустя несколько минут разговора, Зима со скорлупой вышли из подвала, а на диване остались сидеть Турбо и Вова. —задолбал Кащей уже со своими понятиями, бухает постоянно, — вновь шмыгает Турбо и добавляет. — и черняшкой колется. —реально? — удивился Вова, хотя по его лицу того не скажешь. —ну слух ходит. и молчание. —не думал, что ты так скоро приедешь. думал, на следущей. — говорит Валера, закуривая сигарету. — тут все так поменялось. —что именно? —ногами начинают топать, не понимаю этого. меня улица по-другому воспитывала. — вновь пожимает он плечами. Вовка ничего не отвечает. да и Турбо молчит. вдвоем в тишине не так плохо. —а я тебя как воспитывал? старших почитать, и уважать. так че это было, на три секунды обнялись, и ты считаешь это уважительным? — говорит Адидас, отбирая сигарету у Турбо. —да как там, столько пацанов стоит. все щемятся, руку тебе пожать хотят. —так сейчас обними, никого нет же. Валерка поворачивает голову на Володю, уставив голубые глаза прямо в карие Вовины. он тут же прилипает к Адидасу, обнимая крепко-крепко. будто родную мать так не обнимал. столько лет разлуки для Валеры были чуть ли не смертельными. хоть его и оставляли смотреть за скорлупой, в тревожных ситуация постоянно говорил : «Адидас приедет, тогда и решим все». но сейчас решать ничего не хотелось, было жклание только прижаться к теплому Володе. —только сопли по мне не размазывай, а то слизывать будешь. — Адидас ложится на диван, укладывая на себя Турбо, обнимая в ответ, носом зарываясь в кудрявые волосы. какими бы жестокими эти двое не были, наедине они были как Инь и Янь. —я пиздец как скучал, Адидас. — выдает робко Турбо, прижимаясь к старшему все сильнее. —а я то как скучал. следует поцелуй в макушку, а Валера прикрывает глаза, зная, что если вдруг Адидас его разбудит в нужный момент. сейчас они ни о чем и ни о ком не волновались.