За дымом от сигарет...

— Ты же сейчас не серьезно? — Голос девушки дрогнул, а взгляд устремился на собеседника. — Почему же, как по мне это отличная идея. Строим порт, начинаем торговать с ближайшими странами и городами и забываем о проблеме туризма. — Скрытая за маской серьезности, ухмылка, вышла и послышался смешок. — Да ладно тебе, как по мне, идея гениальная. Этот разговор тянулся уже на протяжении долгих лет. Практически каждый разговор между парой давних знакомых всегда плавно переходил в обсуждение несносных туристов, что каждый сезон, приезжая, оставляли свои деньги, но и часто происходило так, что забирали с собой на север чужие нервные клетки. Виктор посмотрел на давнюю знакомую, что раздраженно смотрела на него. — Нет, я полностью согласна с тобой, но может ты хочешь вспомнить Новороссийск, который за сезон пережил нашествие из более полутора миллиона людей? — Девушка вновь стрельнула взглядом в человека близь себя. — Как по мне еще больше забот. — Да, Новороссийску в последнее время не сладко. Ставлю, что через лет 50 забудут, что он когда либо был городом портом. — Растянув свою приторную ухмылку и устремив взгляд в два голубых напротив, мужчина протягивая продолжил. — А вообще, что тебя не устраивает в наших частых друзьях? Я и зимой буду встречать в своих районах тобой любимых туристов, а ты с каждым годом все чаще и чаще дуешься на них. Девушка, что сидела на балконе одного из отелей Сочи и потягивала свой коктейль, наблюдала за ноябрьским морем, буйство которого начинало набирать обороты. Ответа на скрытый вопрос девушка не давала долгое время, будто не расслышала или намеренно тянула паузу. Удар стекла об деревянный столик. Она немного развернула корпус на Виктора, поймала его взгляд. Его брови сошлись у переносицы, девушка редко поддавалась на искушение иного эмоционального поведения, как раздраженность, сейчас же во взгляде читалась некая грусть, а может обычная усталость. — Знаешь, у тебя красиво. — Из размышления его выбила эта фраза, что удивляла неким откровением. — Давно я что-то не приезжала к тебе, да и ты ко мне не заглядывал. — Ты как-то и не звала, вот и думал, что борешься с потоками туристов на курорте. — Он тоже изменился, в глазах не играло ребячество, а ухмылка сошла с лица. Взгляд поймал частые волны моря, что было прекрасно видно на последних этажах отеля, в котором остановилась Аня. — И все же, приехала ты конечно не вовремя, не понимаю про какую красоту ты говоришь. Море — холодное, снега, как такового нет. Не лучшее время для путешествий, да и предупредила уже будучи в городе. — Сочи прикрыв глаза, расслабленно лег на мягкий стул, что был обвит специальным материалом. — Просто захотелось куда нибудь сбежать, вот и приехала. Девушка в последнее время то часто пропадала, то наоборот, резко заявлялась без предупреждения. В последний раз они виделись в Краснодаре, на собрании городов, перед летним сезоном, в дальнейшем пересечься не получалось. — Так что случилось? Опять поймала депресняк и решила уйти с радаров? — Не открывая глаз спросил Виктор. — Просто не хотела слушать количество чужих жен и мужей с которыми ты переспал. Видишь, даже приехала в период, когда ты в состоянии спокойствия и о подобном не говоришь. — Рука потянулась за почти допитой пина коладой и еле заметно дрогнула от смешка услышанного справа. — Так вот почему ты невзлюбила туристов. Ревнуешь? — На смену ребячеству и спокойствию пришло что-то навееное скукой разговора, что тянется, как смола по старому дереву. Это было что-то ядовитое, местами ироничное и неконтролируемое. Словно шуточная фраза была общеизвестным фактом. Виктор сел ровно, облокотив руки на подлокотники и посмотрел на Аню, что не понимала реакции знакомого. В нем будто играл алкоголь, которого для подобной теории он крайне мало выпил, либо же та самая скука, что постепенно зарождалась до этого момента и в ней, уходя в философские мысли о мире и бытие. Она, выпрямив осанку и положив руки на подлокотник, повторяя позу человека напротив, посмотрела в глаза, будто вот вот что-то скажет, вновь съязвит в своей раздраженной манере. Но сделав рывок, та встала и подошла к форточке, открывая окно нараспашку. А после сказала, но почему-то не то, что ожидал город Сочи. Не в ее манере. — Может и ревную, а может боюсь, что вскоре ты наберешь себе полный венерологический букет. Кто же меня знает. — Девушка достала пачку сигарет из кармана брюк, а после зажигалку оттуда же. До прихода ее собеседника она вообще собиралась выйти покурить, но заявился тот, кого не ждали и сигареты заменил алкоголь. — Оу, как мило с твоей стороны, но не стоит волноваться за меня. — Его взгляд устремился на пачку. — Ты же собиралась бросать? — Передумала. — Она снова начала беситься не понятно из-за чего. Постепенно, но верно набирала градусы, как чайник. Пять минут и засвистит. Виктор встал и подошел сзади, взял из раскрытой пачки еще одну. Аня поднесла зажигалку ко рту и они оба прикурили. — Ты в последнее время слишком уж раздражительная, не думаешь, что тебе чего то не хватает? — И чего же? Вроде всё есть. — Он стоял слишком близко, прислонившись к ней сзади. Он был таким всегда, слишком тактильным, слишком ядовитым, слишком распущенным. Она же всегда была за ним, спокойной, рассудительной и в последнее время постепенно забывалась среди своих знакомых. — Не думала, что тебе нужно расслабиться? — Он почти прикасался губами до ушка девушки, а после немного отстранился, чтобы сделать тягу. В его действиях не было ничего похотливого, заходящего за рамки возможного. Эти действия просто описывали его, как личность. Пошлый, азартный, возносящийся даже перед столицей Южного Федерального Округа, но почему-то впервые она была не против показать себя такой же, забыв про свою сдержанность. — И что ты можешь предложить мне? — Девушка сделала тягу и прикрыв глаза облокотилась на плечо мужчины, вслед ее действию послышался сдержанный вздох и округлившиеся глаза. Она медленно приоткрыла глаза и смотрела на него через пышные ресницы. Виктор поддался ее игре, принимая секундную заминку за 1:0 в ее пользу. — А чего бы ты хотела? — Сигарета была докурена за одну последнюю затяжку и выкинута в пепельницу неподалеку. А руки мужчины обхватили женскую талию, прижав ближе к себе. Виктор всегда был змеем искусителем в многих сферах своей жизни, он знал, как заставить людей доверять ему и как уводить женщин из семей. Он был таким. Аня же всегда была рядом, но всегда была далеко. До нее было невозможно дотянуться, потому что любые действия в ее сторону сокрушались стеной из спокойствия и рациональности, которую она возвела вокруг себя в начале 20 века и отказывалась сносить. Она всегда казалась распутной, умеющей зажигать и веселиться, но это было лишь первое впечатление. Она могла все это, но это была маска, что она надевала, чтобы не портить свой же праздник. Для туристов, иных городов или же близких друзей, которых в последнее время становилось все меньше и меньше. Она всегда была желанным куском для многих, в какой то момент и для Виктора, но вначале это была необузданная страсть, желание иметь и восхищаться, а в дальнейшем переросло в переживание, помощь и некую заботу. Страсть переросла в некую парадигму любви, которую Анапа умело отвергала или же не замечала, чем и добивала чужое сердце, оставляя множество осколков в нем. Поначалу была война, а в войне любви нет, как говорила девушка, после пришел советский союз, снова война и 90-е, которые добили окончательно. Девушка ушла в круговороты тусовок и отдавалась всем, не замечая мальчишку, что ждал ее столь долгий период времени. И именно тогда, он начал копировать ее, именно тогда он взял за основу чужую модель поведения. Шли годы, она отошла от распада СССР только к 2010-м, он же ушел в азарт и похоть. Они поменялись местами. И когда прошло столько лет с момента, как он ее ждал, когда он смирился с статусом друга, она сама легла на плечо, она сама шла навстречу, она не оттолкнула, как делала обычно. Прошлый окурок сигареты заменила мочка уха, после губы перешли на шею. Тихий вздох. Рука девушки сверху обвила чужую голову. Она не отстранялась, что и постепенно начинала пугать Виктора. — Если я продолжу, то уже не остановлюсь. — Шепотом произносит тот. На что девушка начинает отстраняться и оборачивается к нему лицом. Вариант закончить все, не начиная, имел больше плюсов и он был согласен с ним это было логично, но чувственная сторона рассудка до сих пор держала чужую талию и не скрывала всю грусть в глазах. Девушка посмотрела на парня томным взглядом и он понял. — А кто-то хотел тебя останавливать? — Она ухмыльнулась, та самая ухмылка, которую он репетировал у зеркала и которую не видел долгий промежуток времени. — А если сам не хочешь, то зачем держишь? Это была последняя капля. Он резко притянул свою подругу к себе и впился в ее губы своими. Он не знал, повлияло ли на нее то количество алкоголя, что они выпили сегодня, а может это вообще были не сигареты, но он не будет упускать возможность хоть физически, но приблизиться к ней, к мечте, что казалось с каждым годом только становится дальше. На поцелуй ответили так же резко, как он начался. Протяжное мычание со стороны девушки, раздалось после рук прошедших с талии до груди. — Ты уверена? — Это были последние секунды перед полным затмением. Девушка ничего не ответила, просто залезла рукой с новым острым маникюром под чужую рубашку и, встав на носочки, поцеловала красные от прошлого поцелуя губы. Сочи, не растерявшись, прошелся языком по приоткрытым губам и пробрался внутрь. Его руки, не уступая Анапе, начали исследовать тело. Не пробравшись под чужую одежду и не разрывая поцелуй, он поднял девушку на руки, та обвила ноги вокруг чужой талии. Они устремились в спальню, что за короткое время пропиталась нотками сирени чужих женских духов. Дождливая погода создавала сонную атмосферу вместе с серыми и довольно холодными оттенками чужой спальни, но это перестало иметь какой либо смысл, когда он бросил ее на кровать и навис сверху. — Никогда не верила слухам, что ты нежный в постели. Была права. — А ты хочешь чтобы я стал нежным? — В сантиметре от чужих губ спросил тот. — Нет. Его губы оказались на чужой шее, в этот раз имея больше пространства для множеств махинаций. Поцелуи закончились быстро, как и начались. Первый укус затронул ближнюю к трахеи мышцу. Послышался тихий, но первый стон. Правая рука оказалась под чужой футболкой, пока левая помогала держаться на весу. Одна из расставленных ног девушки, аккуратно оторвавшись от мягкой постели, кончиками пальцев докоснулась до чужих ног, а паховые мышцы сжимались, обвивая чужие бедра. Мужчина сел на колени, отстранившись от столь желанной девушки. Не теряя времени он снял рубашку через верх, пока чужой голодный взгляд пробежался по рельефному телу. Немного наклонившись вперед, и, потянув за руку девушку, он начал постепенно и в довольно медленном ритме снимать чужую футболку. Томный вздох. — Не тяни. — Протягивая словосочетание, просила она. — Нам некуда торопиться. Вещь была откинута, а девушка брошена обратно. Губы мужчины целовали в грудину, пока рука резко сжала чужую грудь. Послышался тихий стон. Руки девушки, обвивающие чужую шею, начали тянуть чужие волосы. Губы перешли ко второй груди, что не была задействована до этого. Лиф, что белым кружевом облегал женское достоинство не сильно мешал для чужой задумки. Губы начинали с самого верха и контура, подходя ближе и ближе к границе одежды. Чужой язык начал медленно проходить по доступной плоти, а после приближаясь к кружеву резко проникать под него без помощи рук, когда вторая рука, залезла туда же с помощью большого пальца, цепляясь за сосок и медленно водил вокруг него. — Ты издеваешь… Ах! — Пробравшись до цели, второй сосок был укушен и сразу же зализан круговыми движениями языка. — Возможно. — Отстранившись ответил тот. Рука с груди перешла на плоский животик девушки, а колено к ее промежности, немного надавив на нее. Стоны участились, а лямки лифа сбежали с чужих плеч. Поддев носом чашечку лифчика снизу, та начала съезжать вверх. Полностью взяв ту в рот и спустившись рукой к чужим ягодицам - сжал их. Девушка поддалась чужому колену вперед и потерлась об него. Женское мычание продолжало радовать уши. Отстранившись от груди, мужчина начал проводить губами дорожку через живот и постепенно убирая руку с чужих ягодиц проводил ее вперед и, спускаясь по ляжке, накрыл колено. Губы столкнулись с препятствием в виде джинс, но не обращая внимания продолжили спускаться. Остановившись напротив промежности и прислонившись губами к ней, пока на голове ощущались тонкие женские руки, мужчина пустил волну горячего воздуха через ткань, а после, поворачивая голову, укусил внутреннюю часть левого бедра. Мычание переросло в четкий стон. Отстранившись, он расстегнул пуговицу и вслед чужую ширинку. Потянув на себя лишнюю одежду и откидывая в стену, подмечая белое кружево женских трусиков, а после сразу услышал женский голос. — Я уже думала мы дальше не перейдем. — Резко прикасаясь через тонкую ткань женского лона большим пальцем, ставя вторую руку недалеко от девичьего лица и целуя ее в губы, ловя ими очередной, но более сильный стон. — Ты что то сказала? Я немного не расслышал, повторишь? — Вот же ты… Ммах. — Сменив позицию и пробираясь под женские трусики, он провел от горошинки к проходу во влагалище, намеренно перебивая и испытывая терпение человека снизу. — Не думал, что ты успеешь так сильно намокнуть. — Резкий хлопок руками о плечи. — Замолкни и продолжай! — Как мужчина только хотел ответить, его утянули в очередной поцелуй. Пальцы продолжали массировать клитор, после один палец вошел внутрь, аккуратно растягивая под наклоном вверх, давая возможность слушать чужие стоны и удерживать чужие извивания. Постепенно привыкая, руки девушки, проходясь по рельефу тела мужчины, спустились к чужой ширинке джинсов и, расстегнув ее, девушка начала помогать себе ногами, чтобы снять лишнюю одежду. На середине пути она резко отстранилась, оставив ноги на чужих бедров, сомкнув их и раскинув руки, лицом устремилась вверх. Второй палец коснулся половых губ и проник в ущелье, движения участились и начали вбиваться в девушку. Частые стоны и мычание чередовались с глубокими вздохами. Вскоре добавился и третий палец. Отстранившись от девушки и присев ближе, снял последние вещи, что ставил на ней до этого. — Готова? Не передумала? — Сильно далекая мечта была под его носом. Казалось, что он просто спал или сейчас перед соитием ему откажут, но пристав, девушка начала стягивать остатки одежды с мужчины. — Еще слово и я точно прерву все это. — Ее повалили обратно. Аккуратно направляя, он вставил в нее и услышал громкий стон. Резко войдя наполовину, девушка изогнулась навстречу. — Ах… продолжай… — Никогда не думал, что услышит мольбы от нее, но это было подобие, приближаясь к чему то несбыточному и превращающие реальность в сон. Ее девичье тело, с бронзовым загаром, сияло и извивалось в его руках, пока он делал первые толчки. Он слушал ее стоны, мечтая раствориться в них. Целовал ее предплечья. Но не ощущал желанного. Столько лет бегая за ее телом, сильно хорошо узнав ее душу и только недавно узнав ее как друга, ее тело казалось таким иным, чем у других городов или же людей… Но чем то далеким и будто не заслуженным. Резко войдя во всю длину, он чувствовал продолговатые царапины на спине, что постепенно начинали щипать после соприкосновения с соленым потом. Мольбы с ее стороны участились и становились более прямыми. Что то щелкнуло в его сердце. Если она исчезнет после этого из его жизни, он не вынесет, либо той атмосферы, которая может возникнуть после этого между ними. Извиваясь и цепляясь за его спину когтями, нередко тянув его волосы и кусая его губы, в случайный момент ее голос сорвался на писк и извивания прекратились. Сделав еще пару толчков и выйдя из нее, он кончил на кровать рядом с собой. А после лег рядом к ней. — Давно у меня подобного не было. — С явной одышкой говорила Анапа. — А ты думала, что я щенок какой-то? — Смотря на нее с такой же одышкой отвечал парень. — Я не думала о том, какой ты в постеле. — Спокойна ответила та, сердце которой постепенно начало уравновешенней биться. — Именно поэтому решили подготовиться? — Привстав, девушка легла на мужскую грудь. — Я хочу спать. Ты смог утомить меня. — Ты еще жалуешься? — Благодарю, за помощь в борьбе с бессонницей. Закрыв глаза и удобнее устроившись на чужом плече, показала тем самым, что разговор закончен и ее взяла, но он был полностью солидарен с ней и, приобняв ее за талию, чмокнул в растрепанные волосы, прикрывая глаза. *** Утро в Сочи было солнечным и теплым, что был странным феноменом, для города, исходя от времени года, что посещало его. Девушка до сих пор спала, но луч солнца, что коснулся ее глаз, аккуратно пощекотав ее щеки, будто намеренно будил ту. Поерзав носом и разворачиваясь на другой бок, раскрыла глаза. Серая комната встречала ее тишиной и холодом, будто чего то важного не хватало в этой тишине. Озарение пришло слишком резко. Привстав с кровати Аня обвела комнату взглядом. Виктора не было. Телефон остался еще со вчерашнего вечера на балконе. Сев на кровати и увидев вчерашнюю футболку, потянулась, чтобы надеть ту, но рядом заметила чужую рубашку. Пазл сложился. Встав с кровати и надев рубашку, что прекрывала часть бедер и была расстегнута так, что при определенном наклоне была видна женская грудь. Босиком подошла к открытым дверям балкона. — А тебя не учили, что нельзя брать чужое без спроса. — Тонкая рука потянулась к чужой и, обхватив ту, потянула на себя, делая тягу. — Не хотел тебя будить. — Повернувшись к ней ответил тот. — Я думала - ты ушел. — От чего такие мысли? — Когда ты рассказываешь о своих похождениях, ты часто упоминаешь, что не любишь дожидаться прихода чужих мужей. Или жен. — Не знал, что у тебя есть муж. — Усмехнувшись ответил тот. — Оу, что ты. Мужа нет, только жена. Раздался тихий мужской смех. Устремив свой взгляд на Анапу, Сочи стал очень серьезным, что на секунду заставило даже испугаться ее. — Ты правда ревнуешь меня к тем людям, с которыми я спал? Неожиданный вопрос застал девушку врасплох. — Извини, что? — Ответа не было, появлялось только больше вопросов. — Ты ревнуешь меня к тем, с кем я сплю? — вопрос повторился. — К чему это? — Девушка начала вспоминать их вчерашний разговор и частично представляла, что может выйти в конце. Разорвав зрительный контакт, подошла к маленькому деревянному столику, на котором до сих пор стояла ее недопитая пина колада. Взяв пачку сигарет вместе с зажигалкой и, доставая из нее сигарету, она всем телом ощущала чужой взгляд и не могла понять, чего от неё хотят. — Не бойся, — Прикуривая сигарету и бросая пачку на стол, начиная оборачиваться в сторону к парню, — Я в тебя… — Тебе идет. — Что? — Моя рубашка. Тебе идет. — Перебивая и вставляя свои комментарии говорил он. Он выглядел крайне растрепанным, не столько даже физически, сколько морально. Он был крайне замкнут, выдавливая намеренно смешки. Выглядел так потрепано и чувственно, будто как раньше, в начале 20 века. Что то случилось, но все мысли сталкивались с сексом, который был неожиданным для него и желанным для нее. — Что произошло? — В неком замешательстве спросила та. — Я не понимаю, что случилось. — Я сам не очень понимаю. — Она смотрела на него, осмысляя, что ей делать и как реагировать на все это. — Можно поцеловать тебя? Девушка встала в ступор. Она выбрала его, как заядлого бабника, что хвастался со сколькими переспал за неделю и убегал по утрам после ночи земного рая. А тут он говорит про какие то чувства, не ясно откуда взявшиеся у человека. Про поцелуи по утрам и ревность с ее стороны. Постепенно это начало выводить, а сигарета, что была закуренна, но ни разу не использована по назначению начала жечь пальцы. — Ммм. — Посмотрев на руку, девушка выкинула девственный окурок в пепельницу. — Я не знаю что произошло с тобой буквально за одну ночь, не понимаю зачем ты делаешь то, что делаешь и для чего это, а еще… — Я люблю тебя. — Ее перебили так же резко, как и до этого. После ответа на все вопросы, тех стало еще больше. «Как?», «Сколько?», «За что?». — С начала прошлого века. Не знал, как тебе сказать об этом и решил молчать. Сильно много произошло за последние 24 часа. А ведь все началось с обычного плохого настроения и недотраха. — Я не знаю что ответить на это. — Правда. Чистая правда! Неизвестно чем все это закончится, но ей уже не нравился подобный исход. — Мне нужно на работу, сейчас подготовка города к зимнему сезону. Рад был встретиться с тобой. — Сделав серьезное, рабочее лицо и посмотрев на нее, будто они не разговаривали, выясняя отношения друг с другом, пять секунд назад. — Сможешь отдать рубашку? — Секундное замешательство. — А? Да. — Взяв себя в руки и посмотрев на себя в рубашке, она посмотрела на мужчину. — Подожди, я переоденусь и поглажу ее. — В ее голове поселилась идея, которую она не знала как развивать. — Это не обязательно, я думаю заехать до… — Договорить он не успевает, как девушка, развернувшись, вышла с балкона и ее голос раздался вновь. — Подожди несколько минут. А, и, пожалуйста, заедь ко мне вечером. Я буду ждать. Ни он, ни она не знали, что будет этим вечером. Но оба понимали, что этого не избежать. — Хорошо. Осталось меньше 24 часов до момента, когда будет понятно, что будет дальше с ним. — Я приеду. Что будет дальше с ними.