Доказательство жизни и смерти/proof of life and death

Некоторое время Ю Джунхёк и Ким Докча лежали бок о бок и было слышно только дыхание друг друга. Напряжение истории "Ад Вечности" довело их обоих до предела. Ю Джунхёк нарушил тишину. "Ты сказал, что побывал на другой мировой линии". Ким Докча подумал, почему его не спросили об этом раньше. Что ж, видимо, это было неизбежно. "А на какой регрессии?" "1863-я". Тяжелая пауза заполнила воздух. Не слишком ли большое число? Нынешний Ю Джунхёк всё ещё думал, что он находится только в третьем раунде. "Я в том мире рассказал тебе эту историю?" "Именно так". Ю Джунхёк снова замолчал, осмысливая сказанное. "Этот я... я провалился?" Ким Докча поднял глаза к небу. "Ты преуспел". Он почувствовал, как Ю Джунхёк напрягся рядом с ним. Там, где соприкасались их плечи, и пальцы, и затишье в его ровном, спокойном дыхании. Эксклюзивный навык 'Четвертая Стена' слабо мерцает. В голове промелькнул образ Ю Джунхёка из 1863-й регрессии: белое пальто раздувалось на ветру, а его фигура рассеивалась. "Он сможет дойти до конца сценария. Может быть, это конец, которого я не знаю". "...Ты не проверил его должным образом". "Если бы я проверил, я бы не вернулся". Низкий голос Ю Джунхёка показался громким в пустом пространстве. "Было бы не так уж плохо увидеть конец в том месте". "Это был не мой мир", – он посмотрел в глаза главному герою, которому предстояло пережить бесчисленные мировые линии. – "Мой мир здесь". Ю Джунхёк долго молчал, удерживая взгляд на нём с такой силой, что во рту пересыхало. Когда это, наконец, стало слишком, Ким Докча отвернулся и тихонько засмеялся. Он облизал губы и заговорил снова. "Здесь есть моё воплощение Юсунг, моя коллега Ю Сангах, Хан Союнг, которая ещё не сошла с ума, моя мать..." "Не радуйся. Это ещё не конец". "Естественно. Это же Звёздный Поток", – он посмотрел на небо с его подмигивающими вуайеристскими созвездиями. – "Я тоже готов ко всему этому". Ким Докча улыбнулся. Эта ужасная, несчастливая улыбка. Он был слишком расслаблен, лежа на земле рядом со своим компаньоном, с которым только что ожесточенно сражался. Поэтому он не услышал ни резкого вздоха Ю Джунхёка, ни легкого шороха ткани. Поэтому он был потрясен, когда Ю Джунхёк сделал выпад в его сторону и прижал его к земле. Сильные руки сомкнулись на его шее, а Ю Джунхёк смотрел на Ким Докча с типичным для него замкнутым выражением лица. Он недолго сопротивлялся, но Ю Джунхёк держал его крепко. Сейчас Ю Джунхёк был на три года и несколько месяцев сильнее, чем раньше. Неоспоримая сила его ног, опирающихся на бедра, была убедительным напоминанием об этом факте. Почему, черт возьми, этот парень всё ещё был так полон энергии? Несмотря на то, что Ким Докча немного восстановился благодаря Пилюле Великого Восстановления, его тело всё ещё было измотано боем. Он со вздохом сдался и позволил Ю Джунхёку удерживать себя на месте. Кстати, это его новый извращенный способ убийства или что-то другое? Ким Докча уже не в первый раз оказывался в ситуации, когда пальцы разъяренного протагониста обвивались вокруг его шеи. Ким Докча поднял голову и проговорил: "Ю Джунхёк", – ощущение того, что его горло двигается под руками Ю Джунхёка, было странным. – "Сценарий уже закончен. Разве мы не доказали свое доверие? Что ты до сих пор делаешь?" Ю Джунхёк ничего не ответил. Он просто бесстрастно смотрел на него. Однако его пальцы слегка подергивались, а лицо выглядело ещё более осунувшимся, чем раньше. Ну и ладно. Он не ожидал, что Ю Джунхёк вдруг заговорит о своих чувствах или откроется и побеседует с ним по душам. Вероятно, их недавняя вежливая беседа считалась аномалией. Хорошо, что Ким Докча был начитанным человеком. Эксклюзивный навык "Точка Зрения Всеведущего Читателя' ур. 2 активирован! ["...для остальных, но я не доверю этому ублюдку собственную жизнь"]. Ого. Этот сопляк всерьез называл его ублюдком даже в мыслях. Ким Докча подумал, что надо бы почаще напоминать Ю Джунхёку, кто между ними старший. И кто такой Ю Джунхёк, чтобы диктовать ему, правильно ли он прожил свою жизнь? Жизнь Ким Докча была жизнью Ким Докча. Несмотря на то, что он хорошо знал характер своего любимого героя, ему всё же казалось, что Ю Джунхёк иногда перегибает палку. Но этот чудак был намного сильнее его, и Ким Докча устал и глубоко осознал разницу в их способностях. "Ю Джунхёк", – он говорил тихо, чтобы не разволновать его. Темные глаза дрогнули. Он осторожно положил свою руку на руку Ю Джунхёка. Его пальцы были грубыми, костяшки пальцев сильно выделялись. Под своими мозолистыми пальцами он чувствовал линии пересекающихся шрамов на тыльной стороне руки Ю Джунхёка. "Отпусти меня". "Нет". ["Скользкий ублюдок. Просто оставайся на месте".] "Сценарий закончен", – повторил Ким Докча. "Ты все еще хочешь иметь право распоряжаться моей жизнью и смертью?" Рот Ю Джунхёка сложился в твердую и недовольную линию. Его левая бровь дернулась. Но он не отводил взгляда, встречаясь с глазами Ким Докча. Ким Докча отвел глаза. ["Если бы я получил его, я бы позаботился о том, чтобы он остался жив".] Ранее он не успел заметить, но теперь заметил. Мышцы на предплечьях Ю Джунхёка стали крупнее и рельефнее. Без сомнения, Ю Джунхёк мог свернуть ему шею, не прилагая почти никаких усилий. И всё же тепло его рук странно успокаивало. Он знал, что Ю Джунхёк не убьет его здесь. Скорее всего. "Сейчас нет смысла говорить об этом, но ты действительно думал, что это того стоило? Ты же знаешь, что бы с тобой случилось, если бы ты дотронулся до звезды". Глаза Ю Джунхёка сузились, и давление на горло немного усилилось. ["Он так ничего и не понял. Его жизнь слишком важна"]. "Я никогда не хотел умирать. Я также хочу быть со своими товарищами", – говорить становилось всё труднее. Голос вышел более хрупким, чем он рассчитывал. ["Он мне нужен. Он мне нужен".] ...Может быть, на этот раз ему следует просто позволить ему идти своей дорогой. ["Он нужен компании".] Постепенно хватка на его горле усилилась. Он просто не мог понять. Неужели ему всё ещё не хватает уверенности? После того, как Ким Докча так старался, чтобы подарить ему историю "Ад Вечности"? ["Особенно дети. Эгоистичный засранец".] Ким Докча зашипел, в основном от ужасного ощущения сдавливания дыхательных путей, но также и потому, что, черт возьми, эгоист? Всё это было сделано для тебя. Но потом он подумал об испорченных сообщениях в 'Полуденной Встрече', и его горло сжалось так, что руки на шее не имели ничего общего. ["Он мне нужен".] Руки, обхватившие его горло, снова сжались. Ким Докча попытался глотнуть воздуха, но это было бесполезно. Вдруг до него донеслось тиканье часов. На запястье Ю Джунхёка висели знакомые карманные часы, слегка потёртые, с зазубринами на кожаном ремешке – свидетельство трёх лет, которые Ю Джунхёк и другие члены компании трудились и страдали без него. ["Он должен был остаться здесь. Почему он ушел?"] Тик-так. В том месте, где пальцы Ю Джунхёка вдавились в его кожу, бился пульс, дикий и бешеный на фоне ровных звуков часов. ["Почему он всегда уходит?"] Тик, тик. Ю Джунхёк был тяжел – его тело было вылеплено в результате бесчисленных лет тренировок. Тяжесть, навалившаяся на него, была горячей и непреодолимой. Сейчас он не мог думать ни о чем, кроме Ю Джунхёка. Мыслей об уходе не оставалось. ["Почему он всегда умирает?"] Тик-так. Возможно, Ю Джунхёк действительно беспокоился о нём лично. А может быть, он чувствовал вину за предыдущие смерти Ким Докча. Для такого регрессора, как Ю Джунхёк, видеть смерть одного и того же товарища несколько раз за одну регрессию было бы, вероятно, вредно для его психического здоровья. Ваше понимание персонажа 'Ю Джунхёк' расширилось. Почему-то слово "персонаж" немного выбило его из колеи. Странно было считать персонажем человека, сидящего на его коленях и выжимающего из него жизнь. Ощущение, что кислород заканчивается, было очень реальным. 'Четвертая Стена' слабо мерцает. Тиканье часов и резкие вдохи Ю Джунхёка начали сливаться в неясную дымку. Все, что он мог слышать – это ужасный звук его собственного рта. История 'Компаньоны Жизни и Смерти' хочет продолжения. Его зрение стало расплываться. Он скорее чувствовал, чем видел, что Ю Джунхёк смотрит на него, и этот пылкий взгляд терзает его душу. ["Ким Докча... Ты... Я..."] В связи с чрезмерным напряжением навык 'Точка Зрения Всеведущего Читателя' ур. 2 будет отключен. Из его уст вырвался тоненький звук, похожий на жалкий всхлип или хныканье. Это было бы очень неловко, если бы не тот факт, что его душил несправедливо одолевший его Ю Джунхёк. История 'Компаньоны Жизни и Смерти" хочет продолжения. Тогда отпусти меня, ублюдок-солнечная рыба. История 'Компаньоны Жизни и Смерти" требует продолжения. С его губ сорвался ещё один тоненький звук. Возможно, это было имя Ю Джунхёка. История 'Компаньоны Жизни и Смерти' хочет продолжения. Наконец Ю Джунхёк разжал руки, и они безвольно упали на землю рядом с головой Ким Докча. Он втянул воздух, и облегчение от того, что он снова может дышать, пересилило боль в горле. С каждым вздрагивающим вдохом он словно оживал – к конечностям постепенно возвращалась чувствительность, сознание медленно кристаллизовалось. Ю Джунхёк произносил его имя. "Ким Докча", – голос был грубым, как будто это его только что чуть не задушили до смерти. "Я здесь", – прохрипел он. Чёрт, как же болело горло. Должно быть, его дыхательное горло сдавило давлением. Учитывая, насколько тонкой была сейчас 'Четвертая Стена', боль была мучительной. Послышался шелест ткани, затем большой палец слегка прижался к его губам. Он позволил Ю Джунхёку положить в рот таблетку. Руки Ю Джунхёка, испещренные шрамами многих жизней, нежно касались его щеки. Ким Докча показалось, что это совсем не характерно для регрессора. Но это впечатление было мимолетным, так как действие пилюли захлестнуло его воплощенное тело, успокоив боль в горле. Когда он открыл глаза, перед ним предстало знакомое лицо Ю Джунхёка. Но выражение его лица было непривычным для регрессии этого раунда. Ю Джунхёк выглядел потерянным. Дрожащие пальцы коснулись уже исчезающих следов на его шее. 'Четвертая Стена' дрожит. Он схватил руку Ю Джунхёка, как будто только это могло остановить дрожь в его мире. "Джунхёк-а", – он изо всех сил старался, чтобы его голос был ровным. Не получилось. Рот Ю Джунхёка мягко приоткрылся, но слов не последовало. В пространстве между ними воцарилась тяжелая тишина – между ними было одновременно слишком много и недостаточно слов. Вечность историй. Голос доккэби прорвал воздух. [Боже, одна комната уже закончила. Хехе, действительно... это была захватывающая битва, которой требовал сценарий!] Выражение красивого лица Ю Джунхёка застыло, словно кто-то нажал кнопку "выключить". В мгновение ока он убрал руку, бодро встал и поправил черное пальто. Он незаметно прочистил горло, а когда снова открыл рот, то произнес обычным угрюмым тоном. "Другие комнаты вошли позже нас". Ким Докча ещё несколько мгновений лежал на земле, наблюдая за тем, как Ю Джунхёк делает вид, что ему не неловко. Это было забавно, даже мило, как он пытался изобразить спокойствие, хотя знал, что Ким Докча видит его насквозь. Теперь, когда Ю Джунхёк больше не сидел на нем, ему стало холодно. Мысль о том, чтобы двигаться, всё ещё казалась ему утомительной, хотя он знал, что скоро придется встать и продолжить выполнение сценария. Остальные члены компании всё ещё не отошли от сценария. Но сейчас Ким Докча смеялся. Горло ещё немного болело, но он все равно смеялся. Прежде чем доккэби снова бросил их в ужасы Звездного Потока и его мелких сценариев, он рассмеялся. Он смеялся над ворчливым лицом Ю Джунхёка, над доккэби, который нарушил напряжение и наверняка сейчас получал косвенные сообщения от созвездий вроде Уриэль, над сценарием, который должен был быть простым, но закончился тем, что ему понадобилось несколько Пилюль Великого Восстановления. Ю Джунхёк уставился на него так, словно тот сошел с ума, но протянул руку, чтобы помочь ему подняться. "Ого, что это за неожиданная доброта?" – проворчал он. Смех всё ещё липнет к губам, как мед. Ю Джунхёк просто закатил глаза. И все же, если бы Ким Докча не знал лучше, он бы подумал, что уголки губ регрессора чуть дрогнули в улыбке.