Этот глупый Сань Лан

- Сань Лан, я так люблю тебя. Хуа Чэн застывает. Се Лянь, казалось, ничего не осознаёт, хоть и продолжает смотреть своему господину прямо в глаза. Он расслабленно улыбается, позволяя себе прикоснуться губами ко лбу, носу, щекам демона. Тот принимает поцелуи. На виске губы принца прижимаются особенно долго. Хуа Чэн никогда не чувствовал себя настолько любимым. Ревность съедала его, ведь он знал, что на самом деле поцелуи предназначены кому-то другому. Се Лянь зарывается в его волосы, приподнимает его голову и делает нечто из рядя вон выходящее: прикасается к самому уязвимому месту демона. Мягкий поцелуй сквозь повязку выбивает все мысли из головы Хуа Чэна. Ему так приятно. Он ненавидит себя, но всё равно продолжит притворяться Сань Ланом сколько угодно. Пока Се Лянь сам не опомнится. Пока не убежит от него в смущении. Хуа Чэн проявляет свою истинную натуру демона и наслаждается каплями того богатства, что целиком принадлежит другому человеку. Се Лянь не отпускает его. Хуа Чэн по-детски надеется, что тот ещё долго пробудет в забвении и ему можно будет без зазрения совести обнимать это божество. Ведь он всё равно его, не так ли? Он не уйдёт. Не посмеет. - Я скучал так сильно, Сань Лан. Ты не представляешь насколько. Хуа Чэн растерялся. Он ведь совсем не знает, как разговаривает этот Сань Лан. Спрятавшись у Принца в объятиях, он покрепче сжал тело в руках. «Я тоже», - мысленно проносится у него. Это странно, но ему кажется, что роднее этого толком незнакомого божества у него никого нет. Рука Се Ляня продолжала гладить его волосы, отгоняя мысли. Он совсем не испытывает стыда. Совсем-совсем. Этот дурацкий Сань Лан был обязан беречь своё сокровище. Ах, если бы только Се Лянь принадлежал ему. Он бы заставил принца утонуть в драгоценностях. Он бы одевал его в лучшие шелка, целовал бы руки, не позволял бы бледным, отчего-то покрытым шрамами ногам ходить по грязной земле. Он сделал бы улыбку Се Ляня яркой и искренней. Такой, какая она была сейчас, пока Принц не осознавал, где он и с кем. Он бы отдал всего себя, лишь бы снять с Се Ляня проклятую кангу, что мешает ему нормально вдохнуть. Хуа Чэна корёжит от понимания, что где-то внутри, он, кажется, согласен притвориться Сань Ланом на всю жизнь. Забыть свой кровью и потом заработанный титул непревзойденного демона и стать тем, кого желает видеть Се Лянь. Чтобы он был только его. Чтобы быть только с ним. Нет. Нет, так нельзя. Се Лянь не глупый. Наверняка этот Сань Лан тоже ждёт своего принца. Думает, куда же запропастился его возлюбленный. А Хуа Чэн, тем временем, мешает влюблённым воссоединиться. Он вдыхает запах Се Ляня глубже, чтобы помнить его как можно дольше. С неохотой отрывает от себя его руки и отодвигается. Смотрит в затуманенные, счастливые глаза Се Ляня. - Ваше Высочество, - зовёт он. Се Лянь расслабленно мычит и кладет голову Хуа Чэну на плечо. Льнет ближе, - Ваше Высочество, я не Ваш Сань Лан. Я - Хуа Чэн, помните? Ты пришел ко мне в качестве подарка. Что же, если боги хотели насмехаться над ним, у них получилось. Се Лянь поднимает глаза. Немного хмурится, а затем улыбается так нежно, по-родному, что у Хуа Чэна жмёт где-то в области груди. Он матеарилизует в руке хрустальное колечко и снова обращается к Се Ляню: - Я отпущу тебя. Вижу, твое сердце принадлежит другому человеку. Просто прошу, прими этот подарок от меня. Он будет защищать тебя всю дорогу. «Длиною в жизнь», - проносится у демона в голове. Се Лянь смотрит на протянутое кольцо. То самое, что висело у него на шее уже долгое время, но исчезло, стоило Хуа Чэну попасться проклятью. Он берет демона за руки, позволяя кольцу спрятаться между их ладонями, подбирается ближе. Он правда не может сдержать себя. Се Лянь приникает к губам демона сам. Так осторожно, словно боится отпугнуть Хуа Чэна, ведь ему, кажется, не хотелось целовать принца вот так. Однако, стоило принцу лишь прикоснуться, хоть на немного задержать касание, как Хуа Чэн тянется сам. Сплетает с Се Лянем пальцы и целует напористо, так, словно принц всегда был его и принадлежал только ему. Тучи рассеялись. - Гэгэ? - спрашивает Хуа Чэн дрожащим голосом. Се Лянь кивает и гладит свою любовь по голове. - Мой милый, нежный Сань Лан. - шепчет принц. Он так счастлив, что не может сдержать радостный смех, - Ты наконец-то вспомнил меня. - Прости, Гэгэ, этот неосторожный Сань Лан так глупо попался… - Се Лянь не даёт ему договорить, целуя, ведь знает, что его мужу в скором времени захочется обвинить себя во всём, чём только можно. Сам же принц мечтает насладиться обществом любимого, по которому так долго скучал. Хуа Чэн, опомнившись, надевает кольцо мужу на палец. Целует изящное запястье. Целует всё, докуда дотянется, одержимо шепча фразы любви. Се Лянь поступает так же. Он не понимает, чьи слёзы потекли первыми, но это не стоит внимания. Прожить без любви своего демона, как оказалось, было для него самой ужасной пыткой.