It started in the morning

========== Часть 8 ==========

Окончив сборы, парни вышли и двинулись запланированным маршрутом. Через 10 минут: - О, нет, я забыл свою камеру…- Намджун сокрушенно опустил голову. Это был идеальный момент для фразы адресованной, конечно, Чимину. Младший понял это, чуя подвох, но озираясь по сторонам осознал, что действительно, кто кроме него может сноситься обратно и принести хёну его камеру. Джин с визгами улепетывал от Хоби, который пугал его каким-то жуком, который в свою очередь уже почти потерял сознание от ультразвука Джина. Чонгук плел очередной веночек для Тэ (хоспадибожемой как же он был прекрасен в этих цветах), тот ему смущенно улыбался и что-то щебетал. - Я сбегаю, хён, - уныло произнес Чимин, планируя как пробраться в дом, чтоб Шуга его не заметил. Намджун смотрел в след Чимину, когда рядом появился Хоби. - Думаешь, на этот раз поговорят? – ухмыльнулся Хосок. - Надеюсь. Достали уже со своими пубертатными выходками, - пожал плечами Намджун. - А твоя принцесса так ниче и не поняла еще? – хитро сверкая глазами спросил Хоби. - Видимо нет, - плечи Джуна уныло опустились. - Поговорил бы ты тоже уже. - Надо бы…

***

«Другого выхода нет. Придется идти напролом» - так думал Чимин, разглядывая гостиную сквозь стеклянные двери. Пройти в комнату Джуна можно было только через нее. Через нее, где спал на диване Юнги. Стараясь быть максимально тихим, Чимин скользнул в комнату. Двигаясь на цыпочках, он поравнялся с диваном, но бросив взгляд на хёна застыл. Кажется, Юнги стало легче: легкий румянец покрыл щеки, вместо утренней бледности, розовые губы слегка раскрыты, длинные ресницы подрагивают во сне. Расслабленное и мягкое, неприсущее Шуге, выражение лица буквально не отпускало Чимина. - И долго ты будешь так стоять? – еле слышно произнес Юнги. Чимина как током ударило. Он понял, что Шуга не спит, а как долго он не спит неясно, а он просто стоит и хер знает сколько пялится на него. Чима заметался около дивана и буркнув что-то про камеру, метнулся наверх. Сердце колотилось, мордашка пылала от стыда. Мысленные фейспалмы не прекращались. «Дебил…» - самокритично думал Чимин. Он плюхнулся на кровать в спальне хенов и завтыкал в пол. Дверь скрипнула, Чимин дернулся как олень в свете фар, сердце упало в трусы. Бежать то некуда – только в окно. Юнги вошел в спальню и закрыл дверь. Он уже успел все обдумать и решил, что неловкого разговора все равно не избежать. Ну прояснят они некоторые неловкие моменты, забудут, да и дело с концом. Продолжат обыденно играть свои роли. - Чимин, - позвал Юнги. - Да, я здесь, - обреченно отозвался младший. - Может поговорим? - О чем? – теперь Чимини включил «дурочка». - Видимо о том, о чем ты хотел поговорить утром, когда я…- хён замялся, - сбежал. Чимин поднял глаза на старшего. Он не ожидал, что тот так открыто признает свой косяк. «Если он еще и извинится, я помру тут» - подумал Чимин. - Прости, что убежал, - продолжил Юнги, наблюдая отсутствие реакции у младшего. – Все неловко это как-то… Юнги продолжал что-то тихо говорить, Чимин нихрена не понимал и не слышал ничего после слова «прости». - Чимин, ты слушаешь меня вообще? – Юнги легонько коснулся плеча Чимина, который смотрел на него широко раскрытыми глазами. - Да, хён…-промямлил младший. - Так что скажешь? Что все это значит? - О чем ты, хён? – хлопнув ресницами переспросил Чима. - Ты меня не слушал. – устало подытожил старший. Чимин опустил глаза, мягко заливаясь румянцем. - Извини… Я действительно хотел поговорить, но не знаю с чего даже начать. – сделав глубокий вдох, Чимин принял решение идти до конца. Он мужчина, он справится. – В общем, когда мы начали играть роли влюбленных месяц назад, я, кажется, вероятно, скорее всего, начал что-то чувствовать… - Чувствовать?...- повторил за донсеном Шуга, намекая продолжать. В его голове крутился вихрь мыслей от «его тошнит от этого фарса» до «он же не уйдет из группы из-за этого?». Начало подташнивать от плохого предчувствия. - Да, чувствовать, - не зная, что говорить дальше заключил младший. - Я понимаю, - отозвался Юнги. - Понимаешь?? – сердечко Чимина забилось еще быстрее. - Да, конечно, понятно, что парню-натуралу слишком сложно вообще решиться на такое, хотя это просто наши роли, но, Чимин, мы с этим справимся, не принимай, пожалуйста, поспешных решений и… - Подожди, ты о чём? – взгляд младшего выражал полное непонимании ситуации. Тут уже очередь Юнги впадать в ступор. - Ну, я думал, что ты хочешь сказать о том, что тебе надоело притворяться на публику и все такое. Разве нет?... - Да, но немного не это я имел ввиду, хён. Замешательство в глазах старшего набирало обороты. - Хён. Я хочу сказать, что когда все это началось я начал чувствовать что-то не плохое, а наоборот… - Хоспади, Чимин, да возьми ты уже волю в кулак и скажи это! – Я начал чувствовать что-то к тебе, хён…- и очень тихо, почти шепотом добавил – Ты мне нравишься, хён. Казалось, щеки Чимина сейчас воспламеняться, потому что так краснеть ну просто нельзя. Глаза закрыты, голова опущена. Ему страшно. Конечно будет страшно признаваться закостенелому гомофобу в своих чувствах, когда ты блять парень. И ты знаешь какой реакции ожидать. Чимин морально готовился даже к удару, надеясь, то будет не очень больно. Он был готов на все, только не на то, что произошло дальше. Юнги кончиками пальцев коснулся щеки Чимина. Невесомое прикосновение током прошлось по телам обоих. - Посмотри на меня, - тихо попросил старший. Чимин лишь едва заметно качнул головой в отрицательном жесте. Слишком стыдно, слишком страшно. Теперь и рука хёна на его лице сбивает с толку. - Чимини, пожалуйста…- на такую умоляющую интонацию от старшего Чимин не мог не отреагировать. Никогда он прежде не слышал в его голосе столько…нежности?... Чимин медленно поднял голову и исподлобья устремил взгляд на Юнги. - Чимини, - вновь это ласковое, редкое на устах старшего обращение, теплой волной прошлось по позвоночнику, - Ты не одинок в своих чувствах. «Што?» Что он имеет ввиду? - Хён, что ты …- он не успевает закончить предложение, как его губы накрывают чужие. Мягко припадая к губам младшего Юнги теряет разум. Он не шевелится, не пытается даже дышать. Он спрашивает разрешение едва касаясь нежной кожи. И ему отвечают, и дают разрешение. Неумелое движение губ дает Юнги понять, что его порыв взаимен. Неторопливо, растягивая этот волшебным момент, Мин проводит кончиком языка по губам младшего, на что в ответ следует прерывистый выдох и, кажется, микроинсульт любимого донсена. Как и упоминалось прежде – Чимин не был готов к такому повороту. В голове было пусто, чувства смешались в невероятный коктейль от шока, страха, адреналина и восторга. Юнги почувствовал, что младший не дышит и начал чуть ли не заваливается назад. Его колени подкосились и Шуга вовремя среагировав, поддержал донсена за талию. - Хён…- без определенной интонации прошелестел губами Чимин. Юнги понял, что о чем тот спрашивает его, задает свой главный вопрос. - Да, Чимини, ты мне тоже нравишься. - это было легко. Юнги никогда не думал, что эти слова так моментально, без сомнения могут слететь с его губ. Они долго и молча просто стояли, и смотрели друг другу в глаза. Один не верил, что это все не сон, второй – в то, что хён ответил на его чувства.