В плену своих изящных слов.

Среди всех стихов Есть один — до боли знакомый, Сочиняя, я вложил в него сотню историй, Быть может, частичку души. И записал на листе чёрной ручкой Некоторые свои чувства, О которых я готов рассказать, А некоторые лучше порвать. Их лучше забыть, запереть и молиться, Чтобы то событие не успело случиться, Порой мысли выходят наружу, А мы теряемся в вьюгу. Главное не свернуть с пути, И пожалуй, дойти. А там и море по колено, А отражение — небо. Среди всех стихов Есть один — до боли знакомый, В нем столько историй, Пальцев не хватит, чтоб посчитать. — ты поэт — прошепчешь так сладко, А мне в этот момент становится гадко, Ведь я знаю, что следом ждёт только забвение. — я пишу свои стихи для тебя настолько, Что в них утопая, Я зову на помощь, Тишина. Никто не приходит. Среди всех стихов Есть один — особенный точно, Я написал его ночью, Как сотни таких же стихов. И не в рифме уж дело, Не в словах, подобранных в лад, Я лишь уста готов целовать — бесценно, В объятия погрузиться, шепча: Сегодня я пишу этот стих, И через день, неделю и месяц Я тоже буду писать, Но знаешь, что его отличает от сотни таких же, Написанных мной от руки? Я пишу для тебя снова ночью, Как стихнут звуки за стенами, И соседи устанут болтать. Я пишу для тебя, И это, может, стоит порвать? Лучше уж не увидишь позора, И тогда не придётся краснеть, а уж тем более робеть. Среди всех стихов Этот — любимый, И поверь, мне стоит признаться, Пока не закончится счастье. И стих посвящаю я снова, Чтобы мир прочитал те строки Самой сладкой, быть может, наивной и детской любви. Погрузился в грезы, вернулся и продолжил снова идти.