Гость...

Близелось время заката, лёгкие порывы осеннего ветра залетали в приоткрытое окошко, из-за чего в комнате было немного прохладно. Но хозяина квартиры не сильно это волнует, он сейчас лежит в теплой и мягкой кровати, укутавшись в одеяло. Глаза его были закрыты. Такое состояние сном сложно назвать, скорее он дремал, неосознанно вслушиваясь в звуки проезжающих машин, разговоры людей и прочий посторонний шум. Вид у него был уставший, несмотря на то, что он уже который час по счету просто лежит, время от времени проваливаясь в беспокойный сон. Мужчина открыл серо-голубые глаза. Взору предстал белый потолок с лампами по периметру. - эх... Пойду хоть в порядок себя приведу - сказал Рейх сам себе, переходя в положение сидя, а после и вставая с нагретого местечка. Перед глазами на мгновение потемнело, но потом быстро все пришло в норму. Голова все ещё кружится, но уже не так сильно. Проходя мимо входной двери, ариец вспомнил, что не проводил союза, а следовательно и не закрыл за ним дверь. Мысленно себя поругав, он дёрнул за ручку. Странно, заперто. - du Bastard, du hast meine Schlüssel gestohlen (ах ты сволочь, ключи мои спёр) - недовольно пробурчал Третий, когда глянул на тумбу около зеркала, где обычно они и лежали. Сначало он хотел было позвонить и высказаться по этому поводу, но после передумал. Скорее всего он сам скоро вернётся. Интересно, сколько времени пройдет до следующего визита. А пока  выходить он не планировал. Посмотрев на свое отражение в ванной комнате, немец выдохнул, то ли от раздражения, то ли от разочарование своим внешним видом. Рейх всегда был очень придирчив к своей внешности. От куда это пошло и с чем связано - точно не ясно, но возможно это имеет отношение к  требовательности в характере и педантичности. Ещё и эти синяки от удушья, ужас. Первом делом он аккуратно расчесал свои крашенные светлые волосы, обратив внимание на черные, немного отросшие корни.  Как рана на задней части головы затянется, он обязательно исправит это недоразумений. Дальше парень потянулся к баллону с пеной для бритья. Не сказать, что природа наделила его обилием волос на лице и теле в принципе, но они были, хоть и плохо заметные. А это значит, что от них нужно избавиться. Первое движение руки с бритвой, второе, третье и до Рейха донёсся щелчок открытия двери, благо рука не дёрнулась. - ты прям во время - саркастично подметил Вольдемар, выглядывая в коридор с пеной на лице и станком в руке. - язвишь, уже хорошо - подметил советы, разуваясь. Он оценил внешний вид Третьего, после немного улыбнулся. Выглядит он лучше. - ключи положи около зеркала и больше не трогай - послышалось уже где-то из ванной. - как скажешь - выполнил поручение советский после чего отправился на кухню, где, поставив кипятиться чайник, стал дожидаться немца. Наконец, он показался на кухне. - зачем ты пришел? - сходу спросил Рейх, опираясь поясницей на столешницу, находясь напротив союза. - во-первых узнать твоё самочувствие, во-вторых вернуть ключи. - если я скажу, что нормально себя чувствую, ты мне поверишь? - немного уставшим и безразличным голосом спросил ариец. Про ключи он спрашивать не стал, ибо слушать оправдания или что-то подобное желания не было. - нет, ты не можешь чувствовать себя нормально за столь малый промежуток времени - констатировал факт Михаил, опираясь щекой о ладонь - поэтому хочу услышать правду о твоём состоянии. Говорил он серьезно. Мысли об это не давали покоя даже на работе, поэтому он так просто не отстанет от Третьего. - чтож, если честно, то голова болит и немного кружится, а также лёгкая слабость. А тебе зачем? - волнуюсь - тяжело выдохнув произнес СССР, таким честным ответом он был вполне удовлетворен. - волнуешься? - немец неуверенно переспросил, немного приподняв тонкую бровь - только не говори, что привязался ко мне. - ладно, не скажу - советы пожал плечами. Он не видел ничего такого во всем этом. И так понятно, что он к этому немцу не равнодушен. Оно и понятно, ведь это один из немногих, кто тебя понимает и с кем тебе не нужно скрываться за "Михаилом Николаевичем". Да, были у них проблемы на мировой арене в прошлом, но сейчас то что? Ныне они воплощения несуществующих стран, которым тоже нужно понимание, да и только. Но Третий считает иначе. На ответ союза он явно погроустнел. - что-то не так? - Мише была не понятна такая реакция. - всё не так, союз. Я не должен был допустить такого - он холодно и спокойно ответил, переведя серые глаза в пол. - почему? - мужчина напрягся. Ему перестала нравится данная ситуация. Сердечко ускорило свой темп, беспокойство начало приобретать другой характер. - я социопат с садистскими наклонностями, союз. Я думаю в большенстве своем о себе и возможной выгоде в ситуации. И понимаю это, поэтому не хочу, чтобы ты чувствовал ко мне что-то хорошее. Не хочу снова причинить тебе боль. Да и никогда не хотел, в принципе - холодное спокойствие в голосе настораживало. - война? - война... - вновь последовал тяжелый вздох, светлые глаза посмотрели на собеседника пустым взглядом - если бы мной двигала не ненависть и жажда мести, то, возможно, всё сложилось бы иначе. Ты ведь знаешь, что творилось с Германией после первой мировой, и вот что я мог сделать, союз, что? Продолжать это унижение немецкого населения? Советы молча смотрел в глаза Третьего, слушая монолог. - и напал я на тебя не потому что мне этого захотелось, а потому что к тебя в стране много различных ресурсов. Армия и военная техника это далеко не дёшево. -... На лице немца читалась грусть и сожаление. - парой я вспоминаю себя тогдашнего и понимаю, что до жути похож на отца - он горького усмехнулся - а ведь я никогда не хотел быть таким, как он. - Рей - привлек внимание союз, сейчас вставший с места. После он сделал шаг, потом ещё. Когда русский был достаточно близко, он спросил, хотя это даже и не вопрос был - позволь обниму. Ариец немного подумал, после неуверенно кивнул. Тут же он был закончен в теплые объятия, положив голову на плече советского союза. Рейх не знал, что он сейчас чувствует, вернее не совсем понимал. Его так давно никто не обнимал, он на столько привык к одиночеству, что сейчас находился в лёгком замешательстве. Но, спустя несколько мгновений, обнял того в ответ. Такое приятное чувство тепла появилось внутри. - ты не похож на него, Рейх, хотя бы тем, что старался уделить внимание всем, особенно детям. Порой даже жертвуя собственными интересами, и это точно не эгоизм. Я прекрасно понимаю всю ту ситуацию что была стране, на твоём месте, думаю, я поступил бы похожим образом - он замолчал, обдумывая дальнейшие слова. - но ты ведь и сам знаешь, что это не оправдывает всё то зверство, насилие и угнетение от твоих солдат и смерти миллионов человек. - угу... - согласился парень - политика жестокая штука... - не то слово - проговорил русский, прижимая к себе худое и уставшее тело. - так, ладно, чего это я расклеился - разорвал объятия Третий, пытаясь сделать серьезное выражение лица. - это называется делиться своими чувствами и переживаниями, а не "расклеился" - с доброй улыбкой сказал мужчина, делая пол шага назад. На это высказывание Рейх театрально закатил глаза, но после улыбнулся. От чего-то на душе было принято. Союз же был рад, что с ним поделились. Это вообще редкое явление, обычно Третий держит все в себе, надевая маски. Значит, он все же доверяет советскому союзу. Он ему тоже не безразличен. Это же хорошо, так? - союз, раз уж ты тут, то поможешь мне с окном? - решил немного воспользоваться ситуацией Рейх, не, ну а что? - мне новое не так давно пришло, но поменять все руки не доходили. - да, конечно - усмехнулся Михаил, конечно поможет он, куда тут деваться.