Дракон лазурного многоводья

      Вдали от людских городов, в окружении гор, располагалась, недосягаемая для человеческих глаз, обитель водного дракона - Повелителя лазурного многоводья.       Вся территория его царства окружена рядом гор, смыкающихся вокруг нее кольцом. Горы, уходившие резко вверх, в некоторых местах напоминали каменные отвесные стены, не позволяющие взбираться на них. В местах, где, все же, можно было пройти, располагались непроходимые болота, в которых, не зная куда ступать, можно было мучительно медленно погибнуть. Затем следовал лесной массив, стоящий вокруг обители зеленой стеной. И завершал окружение ряд озер, создавая собой кольцо из воды. Круглый год в их водах водилась рыба, а, на водной глади, цвели водные лилии и кувшинки. Озеры были глубоководными, и брали свое начало где-то далеко внизу. В центре озер располагался остров, на котором стоял дом хозяина здешних мест.       Высеченный из горной породы, он, белоснежной льдиной, возвышался посреди острова, и отражал солнечный свет. На его стенах, покрытых, в некоторых местах, вьющимися растениями, играли блики от воды. А дверные и оконные проемы украшали изящно вырезанные на камне узоры.       Тишину и покой обители водного дракона давно не нарушали посторонние звуки. И так длилось в течении многих сотен лет. Но сегодня данное спокойствие было нарушено.       Чуткий слух Нёвиллета уловил непонятный шум со стороны окраины тех озер, что окружали его обитель. Звук был совсем иным, не знакомым для него. На его территорию часто забредали звери. К тому же, много живых существ обитало и в обители, защищенной от человеческих посягательств на ее богатства. Дракон прислушался. Сначала послышались медленная поступь по траве кого-то достаточно крупного, а затем, последовал сильный всплеск от падения в воду. Звуки шагов не принадлежали ни одному из известных ему живых существ, обитавших на этой территории. Данный звук Нёвиллет слышал пятьсот лет назад, когда он был еще совсем мал. Поэтому, он не мог вспомнить, кто может создавать этот звук, но сердце отвечало внезапной грустью. Живущие ныне люди либо не верили в драконов, либо считали их жестокими и кровожадными существами. На самом же деле, если дракон распахнет свое сердце, то его легко ранить. Бывало, в этих краях несколько дней мог идти дождь. Но люди считали, что это обычное погодное явление. На самом же деле, в глубине гор, в своей обители, водный дракон оплакивал жизнь еще одного существа, погибшего от жестокости человека.       Нёвиллет поднялся с небольшого диванчика, где он, до появления постороннего, читал книгу. Положив закладку из высушенного цветка между страницами, дракон поставил книгу на полку. Позже, он обязательно ее прочтет, но сейчас ему необходимо проверить, что произошло. Не смотря на то, что в его обитель никто не мог попасть, сам дракон, порой, покидал ее для изучения изменений в мире, и приобретения необходимых ему вещей.       Покинув дом, он подошел к краю одного из озер, в которое упал нежданный гость. Он мог бы и нырнуть, но решил не рисковать, и поднять нечто, упавшее над водной гладью. Поэтому дракон вытянул правую руку перед собой, и закрыл глаза, сосредоточенно изучая внутренним взором дно озера. Вскоре объект его поисков обнаружился. То был человек. Внезапно, прыгнувшая в воде рыба вызвала брызги, которые долетели до лица дракона. Попавшую на губы каплю он инстинктивно слизал, моментально напрягшись. В воде улавливался привкус железа, и это говорило о том, что в воду попала кровь. Больше не медля, и не раздумывая, повелитель обители скинул с себя пиджак, и нырнул в воду, быстро погружаясь. Вода была его стихией, с самого появления на свет. Поэтому Нёвиллет с легкостью скользил в воде, стремительной стрелой, опускаясь на дно. Там, на илистом дне, лежал юноша, покрытый ранами. Когда Нёвиллет поднял его на руки, тот показался ему пушинкой. Но все это было благодаря воде. Стоило дракону подняться над поверхностью воды, почти невесомо ступая по водной глади, то ноша в его руках, в мгновенье, стала тяжелее.       Казалось, что все вокруг моментально затихло. Водный дракон, легко ступая по воде, дошел до порога своего жилища, и, аккуратно удерживая свою ношу, переступил его порог. С одежды стекали струйки воды. Длинные светлые волосы, совсем недавно аккуратно собранные в воздушную косу, распустились, и спадали по спине и плечам, прилипая к шее и щекам. Осторожно положив юношу на тот же самый диванчик, который он занимал сам, Нёвиллет, быстрым движением руки, завязал свои волосы в хвост лежащей на тумбочке лентой, и склонился над юношей. Прикоснувшись своими изящными длинными пальцами к шее гостя, он постарался найти пульс. И он присутствовал, хоть и довольно слабый. Дракон облегченно выдохнул, и принялся осматривать раны юноши. Некоторые из них были глубокими, и из них продолжала течь кровь, смешиваясь с водой, и, по одежде, стекая на обивку дивана и белоснежный пол.       Ран могло быть и больше. Кое-где была прорезана одежда, и настолько сильно прилипла к коже юноши, что трудно было судить есть ли там рана. Дракон немного задумался: ему впервые предстояло оказывать первую помощь человеку. Сам он, хоть и имел человеческий облик, но, все же, отличался от людей. Раны повелителя обители затягивались самостоятельно, и ему редко приходилось прибегать к лекарствам. Тут же был иной случай. Для начала следовало избавить юношу от мокрой одежда, обработать и перевязать раны. Нёвиллет аккуратно стал расстегивать жилетку, дабы не зацепить раны, и не усилить кровотечение. В тот момент, когда жилетка была расстегнуты, а дракон стал расстегивать рубашку, юноша резко пришел в себя, сильно закашлявшись.       От подобного Нёвиллет замер, продолжая держать края его рубашки. В этот момент взгляд его фиолетовых глаз встретился с холодностью синевы взгляда юноши.