Король и шут - шутка на грани

Прошла целая неделя, Мэнсл так и не сумел полноценно справиться с потерей. Ему казалось что такого продолжительного перерыва ему хватит, но к сожалению нет, парень до сих пор вспоминал прошлое, особенно то как он впервые появился в театре.

Несколько лет назад

Юный Мэнсл прогуливался по дорогам родного города, общаясь со своим давним другом Робертом. Мужчина относился к рабочему классу, часто брал подработки и пытался адаптироваться к жизни в новой стране. Во время одной из подработок он попал в училище где обучался Мэнсл, несмотря на их различия, они сумели найти общий язык, став общаться на разные темы. Пусть Роберт и не был мыслителем по своей сути, но иногда в его голове появлялись неоднозначные мысли на разные темы. — Слушай, Мэнс, я конечно уважаю твой выбор, но тебе ли не кажется что театр пережиток прошлого? Сейчас появляются новые механизмы, автоматы и машины, я планирую начать копить на обучение, так что во-во я стану крутым специалистом, буду создавать, чинить разные штуки. А вот по поводу тебя… Нет, я не хочу тебя обижать, но серьёзно, разве актёрство не звучит больше как хобби? Непоседливый парень лишь тихо посмеялся, давая простой и лёгкий ответ, подкрепляя его дополнительными мыслями. — Дорогой Роберт, ты же и сам уже знаешь что это мой выбор, а выбор, это осознанное решение, я давно всё понял и поэтому готов к тому что меня ждёт впереди. Само собой, рано или поздно будущее поменяет все аспекты жизни, но мы из-за этого не избавимся от всех красок, лишь только ради палитры, иначе будущее на этом и закончится. Я планирую быть актёром, человеком в маске, что всегда способен держать улыбку, смеяться или плакать, даже когда этого не хочется. К тому же… Иногда я думаю о том что люди забывают эмоции. Избавляют себя от противных красок, дабы больше не раздражать себя их существованием, но ведь это неправильно. Я и сам не люблю серый с чёрным, но без них наша жизнь станет однотипной… В конце всё сольётся в один серый цвет с чёрными контурами, ведь наши глаза не будут распознавать другие цвета, из-за их однообразия. Роберт задумался. — Хм… Вот как, я тебя почти понял, если бы не твой сценарный говор. — Ооо, тебе понравилось? Ну же, скажи да! — Неа, я чуть не уснул. — Роберт! Шут негодующе переигрывал злость, пока большой мужчина лишь с улыбкой на лице иногда отвечал парню. Наконец они были на месте, большой и уже достаточно древний театр, театр где шла постановка «Короля и Шут». Парень похрустел пальцами и заявил. — Мы на месте! Здесь я и буду работать всю свою оставшуюся жизнь! — Прямо всю? Удивлённо поинтересовался товарищ. — Да, абсолютно всю! Когда я войду, я выйду как настоящий герой, а дома я буду учить свои реплики и готовиться к постановке! Так, подожди меня, ты же всё-равно не любишь всякое старьё. Парень убежал, войдя в дверь, но на секунду он её вновь открыл и выкрикнул другу. — Я уже совсем скоро вернусь! Друг же пожелал удачи, заняв место на ближайшей скамейке. Шут шагал по коридору, осматривая интерьер помещения. Всё было выполнено в стиле королевского дворца, много золота, много красного, пусть и Мэнсл быстро понял что здесь далеко не так уж и много настоящего золота, в большинстве своём, это был просто цвет краски или материала. Когда подошёл к месту консъержи, никого на месте не было. По началу парень просто думал посидеть и подождать пока кто-нибудь придёт, но чуткий слух быстро заприметил знакомый музыкальный мотив. Не сдержавшись, он быстро промчался вперёд, проходя через очередной проход, оказываясь в главном зале. Это было большое помещение с балконами и местами, которые постепенно опускались всё ниже и ниже, оказываясь почти вплотную у сцены. На самой же сцене была репетиция, по крайней мере так думал сам Мэнсл. Более того, похоже его появление никто не заметил, актёры были слишком заняты своей работой. Юноша стал постепенно проходить дальше, приближаясь к сцене, пока на ней был повтор сцены убийства короля, с последующим монологом Шута. Актёр старался, громко и ясно произнося свои реплики, но сам директор был недоволен… Вскоре старый мужчина вскочил с места и заявил. — Всё, хватит! Сколько уже можно пытаться вжиться в роль? Повторили по два раза каждую сцену, но ни в одной из них так и не удалось добиться результата! Ах, всё, я не имею права тратить так много времени на одного человека… Эх, а ведь это был последний… Похоже всё это время здесь проходило прослушивание, но никто так и сумел впечатлить старика, из-за чего прямо сейчас ситуация зашла в тупик… Но не для Мэнсла. Он довольно ухмыльнулся, а после этого ловко пробежал по лестнице вниз, ловко и акробатическим образом запрыгнул на сцену. Его рука ловко сорвала с головы актёра шапку с бубенцами, второй же, он выхватил прямо из рук шутовскую трость, выпячиваясь вперёд с громкой речью. — Вот он! Шут! Прямо здесь, для потехи народа!

Настоящее время

Мэнсл вновь проснулся в своей комнате. Сегодня он планировал заняться выступлением, сегодня была субботу, обычно в это время люди приходят чтобы вместе провести чаепитие, пообщаться и поделиться тем, как у других проходит жизнь вне сцены. Парень одел свой обычный наряд, решив в этот раз не пародировать своего персонажа за столом, как вдруг ему послышалось бурное обсуждение, что проходило в их буфете. Он помчался туда, не понимая что происходит. На месте он встретил своих старых товарищей, но это было не всё, на месте его бывшего директора сидел молодой парень, который держал в руках загадочные документы. Он посмотрел на Мэнсла и сказал. — Ах! А вот и Шут, ну всё, теперь мы можем начинать.