Бедная Лиза.

В тихом объятии раннего зимнего утра в тёплом доме, в мягкой кровати лежали два тела. Одно тёплое, словно молоко с мёдом, а второе холодное, словно лёд над озером. Две полные противоположности друг друга в итоге сливаются в одно. Так бывает всегда. Минус и плюс обязательно встречаются вместе. За окном плотно лежал снег. Все улицы холодной России словно одеялом укутал белоснежный, холодный и пока что нетронутый людскими руками и подошвой обуви снег. Воздух свежий и чистый. Он несёт в себе холодный шепот. На каждой ёлочной ветке не видно ни единого зелёного пятнышка. Все деревья стоят, украшенные белым кружевом. Каждая снежинка в спокойном танце кружит в воздухе и аккуратно приземляется вниз. Рассветное утро заставляет сверкать скопление множества снежинок на асфальте и где только угодно. Достаточно лишь выглянуть в окно, и они ослепят глаза каждого своей блестящей красотой. В доме Лизы было тихо и тепло. В доме слышалось лишь сплетённое дыхание двух людей. Дыхание Кристины щекотало ухо и заставляло мышцы тела непроизвольно сжаться. От таких манипуляций организма глаза Лизы немного приоткрылись. Своим холодным телом она чувствовала исходящее сзади тепло дыхания Захаровой. Такое нежное и до боли в рёбрах родное. За эту ночь они успели привыкнуть друг к другу на столько, что уснули в объятиях друг друга. Нежные подушечки пальцев водили по коротким чёрным волосам в темноте. Перебирая их из одного места в другое. Структура волос чувствовалась, словно шерсть котёнка. На столько мягкая и нежная. Лизу с Кристиной можно было описать как маленький запуганный чёрный котёнок без семьи и родных. А Кристину - как властного золотого ретривера, который не знал, что такое любовь и забота, пока не повстречал правильного человека. Этот человек точно мог дать всё, что только не хватало Кристине за всё это время. Любовь. Раньше этот маленький котёнок боялся большую и злую собаку. Но теперь же они будут как не разлей вода. Война между этими двумя подошла к концу. В их жизни начался новый этап. Чистый лист, на котором можно было красиво выписать первую строку. Лиза тихо и без лишних движений развернулась на другой бок и встретилась лицом к лицу со спящей Кристиной. Её глаза всё ещё были закрыты. Длинные золотистые волосы слегка растрепались за эту длинную ночь. Несколько коротких передних прядей перекрывали этот прекрасный вид. Потому холодная рука Лизы своевольно потянулась их поправить и заправить за ухо. Холодные тонкие пальцы коснулись немного горячих, словно только недавно потухший костёр, ушей. Но у девушки не было ни единой реакции. Она всё так же сладко спала. В первые ей повезло уснуть в безопасности и попытаться выспаться. Лизе хотелось порадовать со вчерашнего момента уже Её Кристину вкусным завтраком. Наверняка, у Захаровой ещё ни разу утро не начиналось именно так, как сегодня. Лиза попыталась аккуратно вылезти из-под большого и пышного одеяла, как вдруг её талию обхватывают руки ещё полностью не проснувшейся Захаровой. — Не уходи. Давай полежим вместе ещё немного. Лиза без лишних слов вернулась под тёплое одеяло. Её место ещё не успело потерять всё тепло. Кристина уткнулась носом в плечо Индиго и начала вдыхать её аромат. — Ты пахнешь тёплым молоком. Лиза смотрела в пустую стену и слушала хриплый, но приятный для ушей голос. Этот голос был словно медленная часть симфонии с нотками чего-то грубого. Но эта грубость ни как не портила полную картину. Кира не была из тех людей, что ходили раннем утром по безлюдным коридорам музея и смотрели на прекрасные работы известных авторов. Но это помогало успокоиться. Голову можно было забить чем-то прекрасным. Звуки мотора любимого транспорта больше не могли заглушать её мысли. Но тишина, картины и большое пустое пространство отныне забирали в себя все её шумные мысли и прятали в своей загробной тишине. При передвижении по ровному полу можно было услышать эхом проходящий по всему залу стук низкого каблука ботинок. Длинные коридоры несли на своих стенах целую историю о боли, любви, страсти и горе. Каждый экспонат на маленькой возвышенности, закрытый за стеклом, нёс целые эпохи. История каждого предмета была так глубока. Словно рана на душе после некого отказа в искренних чувствах Киры. Почему даже Кристина с многочисленными ошибками и плохим отношением к Лизе смогла получить её согласие, а Кира, что, так желала быть рядом, нет? Судьба в жизни каждого бывает несправедлива. Судьба - просто отвратительна. Она никогда не даёт то, чего ты желаешь. Она просто глупа и ничего не понимает. Она, как самый злейший враг, ставит тебе палки в колёса. Тёплый, сшитый бабушкиными металлическими спицами шарф укутал тонкую шею Виолетты. Холодный воздух впивался в горло с каждым глубоким вздохом.С каждым тяжёлым выдохом горячий воздух из организма встречался с маленькими кристаллами в воздухе и создавал пар. Под тяжестью тела снег издавал тихий глухой хруст. Словно хрустит битый в дребезги, хрупкий и старый бабушкин хрусталь. На ресницы медленно оседали крупицы снежинок и тут же таяли. Руки в карманах не держали тепло и всё так же мёрзли. Идти было не долго. Ещё пару поворотов и Виолетта будет на нужном ей месте. Виолетта не редко любила заходить рано утром в музеи. Она побывала во всех музеях родного ей города и хотела бы посетить другие. Но это уже в не далёком будущем. Она любила находиться там именно утром. По утрам там обычно не было людей. Было тихо, и можно было подумать обо всём, о чём только было возможно. Ничего не мешало ходу её мыслей. Осталось всего пару шагов, и Виолетта уже стоит перед высокими дверями музея. Она стряхивает со своей обуви и одежды снег. Заходит внутрь, оставляет в ящике лишние вещи и закрывает его на ключ. Ключ кладёт внутрь своего кармана толстовки. Ключи сталкиваются с проводными наушниками, и те связывают ключ в своих объятиях. их проводов. Виолетта заметила, что ещё несколько ящиков были с содержимом в них. Ничего удивительного в этом не было. Всё же есть такие люди, как Виолетта. Она не одна такая в этом городе. Виолетта не спешила и тихо шла по коридорам, оставляя за собой шлейф её сладких духов с нотками дыма от сигарет, которые выкурила перед тем, как войти в здание. Она вошла в главный зал, где на другой стороне стояла Кира. Она стояла перед самой известной картиной Густава Климта - "Поцелуй" или, как было первоначально, "Влюбленные". Она с интересом рассматривала его произведение. Что-то в этой картине тянуло Киру. Оно отложило в её сердце частичку себя. На столько она ей приглянулась. Ни Виолетта, ни Кира не заметили друг друга и всё так же были на разных концах огромного зала. В середине между ними стояла мраморная скульптура Чонси Брэдли Айвза - "Ундина выходящая из воды". Виолетта и Кира так и проходили по всему музею вдвоём, но так и не столкнулись друг с другом за всё то время. Первой из музея ушла Виолетта, которая решила не идти по холоду до дома и дождалась своего автобуса. Села на него и направилась, как обычно, в самые дальние места. И села на свободное место около окна. Она надела свои проводные наушники и ехала под спокойную музыку до нужной ей остановке. Дальше же ей пришлось пройтись пешим ходом. Кира оставалась в музее до тех пор, пока люди ни начали целыми группами входить в здание. Когда их стало не выносимо много, она покинула музей и направилась обратно к своему дому на мотоцикле. Зима только началась, и потому она ещё не успела заменить свои летние шины на зимние. Пора бы уже. Солнце было уже высоко и ярко светило. На небе было всего пару небольших облаков, и потому солнцу ничего не мешало. и лучи жёлтого ока проходили через весь космос, направляясь к самой Земле. Солнце стояло яркое, но теплом не отдавала. Но вол в доме у Лизы так и веяло теплом. Кристина сидела за столом и сверлила своим влюблённым взглядом спину Лизу. Лиза готовила завтрак и при этом чувствовала на себе крепко закрепленный взгляд Захаровой. Она не оборачивалась и не отвлекалась. Ей это нравилось. Впервые кто-то так прилежно и долго рассматривал её движения. Через некоторое время вода в чайнике вскипела. Лиза сняла чайник с плиты, кинула в кипящую воду пару чайных ложек заварки чёрного чая и закрыла крышкой. Подождав некоторое время, пока заварка даст цвет и вкус, она перелила немного свежезаваренного чая в стеклянные чашки для чая и понесла их к столу. Одну чашку она поставила на стол рядом с сидящей Кристиной, а вторую напротив, около пустого места. Жидкая масса для блинов была готова. Сковорода была полностью нагрета и ждала своего череда. Лиза аккуратно зачерпнула немного жидкости в половник и поднесла к сковородке. Она вылила всё содержимое и немного помогла расчесться тесту по всей площади, не оставляя при этом ни одного пустого места. Блин с одной стороны начал поджариваться и румянится. От этого по всему дому разнёсся манящий запах сладких блинов. Через некоторое время блин был готов с одной стороны, и Лиза ловко перевернула его на другую. Ещё немного таких же одинаковых манипуляций и от массы в чаше остались лишь следы, размазанные по стенкам. Все блины были румяными и ровными. Лиза отрезала кусочек сливочного масла и положила его сверху на блины. Масло стало таять и растекаться по поверхности и скользить по краям. Кристина всё так же сидела на своём месте и подбирала свои слюни. В доме пахло уютом. Этого ей и не хватало долгое время. Кристина уже и не вспомнит, когда её мать готовила для неё блины и готовила ли она их вообще? Лиза разложила пару маленьких тарелку по двум разным сторонам, а в середину поставила большую тарелку с горячими блинами, по которым всё ещё стекало сливочное масло. Лиза села на стул и придвинулась чуть ближе к столу. Кристина потянулась за первым блином, которые лежал в самом верху и был смазан больше остальных. Положила его на свою тарелку и сложила в треугольник. Она потянула его к своему рту и сделала первый кусок. Блин просто таял во рту. Сливочное масло предавало всему этому нежности. Кристина закрыла свои глаза и тут же очутилась в деревне у своей бабушки. Она вспомнила, как так же сидела за столом, а перед ней стояли блины, так же обмазанные домашним сливочным маслом. Рядом с её рукой стоял стакан свежего утрешнего молока. Бабушка нахваливала Кристину за просто так и говорила тщательно разжёвывать пищу и не торопиться. — Не спеши, Кристин. Блины никуда не убегут. Запивай молочком, деточка. Это были хорошие воспоминания, которые заставляли Кристину улыбаться. Как можно было забыть о таком? Бабушки уже нет, но воспоминания о ней останутся где-то глубоко в сердце. Кристина проглотила укушенный кусочек блина и открыла свои глаза. Всё это лилось лишь пару секунд, но воспоминания о бабушке длились гораздо больше. — Прямо как у бабушки. Меня даже обхватило воспоминаниями о ней. Лизе было приятно слышать такие сравнения. Бабушки и правда умели печь невероятно вкусные блины. После этих слов Кристина поспешила забить свой рот ещё больше. Ей хотелось прочувствовать весь вкус этих блинов. — Не спеши. Блины никуда не убегут. Лиза немного рассмеялась и последовала примеру Кристины.Она взяла пару блинов, переложила их в свою тарелку и принялась пробовать. Даже слова Лизы были точь-в-точь, как говорила бабушка. Неужели это всё сон и в любой момент Кристина могла проснуться и вновь очутиться в холодной тёмной комнате вместе с братом? Нет, это не могла быть сном. Лиза и всё во круг Захаровой не могло так быстро исчезнуть. Даже если это сон, то пускай он продержится ещё немного. Если у Лизы в доме было тепло и уютно, то в доме Киры всё в точности да наоборот. Прокуренная комната. По всему полу разбросаны вещи: и пустые, и полные бутылки с крепким алкоголем и банками из-под пива. Рядом с тумбой валяется опрокинутая пепельница, из которой высыпались все окурки со старым пеплом. Кира лежала на помятой кровати и докуривала тлеющую сигарету у себя между пальцев. Около её головы лежал телефон, из динамика которого издавалась меланхоличная мелодия. Выкурив сигарету, Кира скинула с неё пепел прямо на кровать и забросила окурок в дальний угол комнаты. Она встала на ноги и направилась к высокому шкафу, стоящего в углу. Она перерыла пару полок и нашла пару маленьких зип пакетов с белым порошком. Вроде как она ещё недавно обещала себе бросить, но этого так и не случилось. Она села на пол, расчистила место и насыпала немного порошка на пол. Сделав из этой плотной белой пыли дорожку, она наклонилась за ней. В носу снова этот запах вещества, что ломает жизнь на осколки. Через некоторое время порошок отдал в голову, и Кира начала расслабляться. Она повернула спиной к стене и облокотилась на неё. Она закрыла глаза и чувствовала, как пол под её весом начинает проваливаться. Это чувство так ей знакомо. Виолетта вернулась в дом, где её ждала злая мать. — Где ты шляешься с самого утра?! — Я была в музее. — Дыхни. Она зло окинула дочь взглядом и подошла ближе. — Я сказала тебе дыхнуть! Виолетта не стала устраивать скандал в очередной раз. Это всё равно ни чем не помогало, а лишь усугубляло ситуацию. Пару раз мать Виолетты даже пыталась покончить с собой в ванной. После таких случаев Виолетта решила не давить на мать и хоть немного делать то, что она велела. Мать Виолетты убедилась в том, что дочь не пила и не курила. Она вновь окинула её взглядом с головы до ног и молча ушла на кухню, оставив Виолетту одну. Виолетта поступила так же и молча захлопнула дверь своей комнаты. В ней было чисто. Мать вновь прибрала её комнату без её одобрения. Виолетта не один раз говорила матери о том, что сама уберётся в своей комнате тогда, когда решит это нужным. Мать лишь закатывала глаза и говорила, что никогда это не дождётся. Виолетта проверила своё тайное место, где хранила свои сигареты и запрещённые вещества. Всё было на месте. Это успокаивало девушку. Всё это было на крайний случай. Так сказать, на "Чёрный день". Виолетта вышла из комнаты, налила в стакан немного воды из-под крана и зашла обратно к себе. Она сделала пару больших глотков и оставила стакан на тумбочке около кровати. Она удобно устроилась на своём спальном месте, притянула к себе немного холодное одеяло и закрыла свои глаза. Уснуть сначала не удавалось. У соседей сверху снова были споры и ссоры. Они каждый день ругались не понятно из-за чего. Виолетте так и хотелось подняться на этаж выше, постучаться к ним во входную дверь и громко наорать на хозяев этой квартиры за их шум и гам. Но, увы, она лишь закрывала свои уши подушкой и пыталась заснуть. Кристина помогла Лизе с обязанностями по дому и уже после всего этого лежала на диване, покачивая своими ногами. Родители Захаровой должны были вернуться уже на следующей неделе. До этого момента ей придётся отсиживаться в квартире Андрющенко. Но Кристине это нравилось, так что ничего плохого в том, что ей приходится тут оставаться, нет. Школу отменили на неделю из-за понижения градуса и многочисленного снега. Это не могло не радовать. Лизе же, в свою очередь, и так не надо было ходить в школу. Её отстранили от занятий, но пока ещё не выгнали окончательно. Вернут ли Лизу в школу или же нет - вопрос времени и раздумий. Лиза закончила с посудой и вернулась к Кристине. Она села рядом с ней на диван и включила телевизор. На нескольких каналах показывали не очень важные новости. Где-то шёл скучный и нудный Русский сериал про любовь. Пролистав каналы дальше, Лиза не нашла ничего интересного и просто выключила большой экран. Телевизор погас, и в комнате стало снова тихо. Но тут Кристина нарушила тишину, повернулась к Лизе и легла к ней на колени. Она смотрела на неё снизу вверх и начала разговор: — Не хочешь сходить куда-нибудь сегодня? Хочу погулять с тобой вместе. — Погулять? Не слишком ли на улице холодно? — Теплее оденемся. Как на счёт сходить и сыграть в игрушечные автоматы? — Мне никогда в них не везёт. С моей то удачей. — В отличие от тебя, моя удача на высоте. Так что пошли. Всё равно дома тухнуть я не хочу и не собираюсь. Лиза молчала. Она раздумывала о том, стоит ли этот холод небольшого променада с Кристиной. Думать здесь было не чего. Это ведь первый раз, когда они выберутся на улицу вместе и будут хорошо проводить время. Стоило бы согласиться. — Хорошо. Я одолжу тебе свою одежду. — Круто! Погнали. Кристина тут же вскочила со своего места и побежала в комнату Лизы. Она распахнула небольшой шкаф с одеждой. Перед её глазами стоял не большой выбор тёплой одежды и пара зимних курток. Кристина немного рассмотрела вещи и выбрала то, что ей приглянулось. В момент, когда Захарова снимала с себя верхнюю одежду, в комнату вошла Лиза. Она заметила открытую спину Захаровой и тут же отвернулась. Кристина услышала, как Лиза вошла в комнату и немного посмеялась. — Такое ощущение, что увидела ты не мою спину, а грудь. — Молчи и одевайся. Лиза покрылась румянцем и немного улыбнулась. Это первый раз, когда Кристина шутит перед ней. Было немного странно и непривычно, но точно лучше, чем раньше. — Я закончила. Как тебе? Лиза повернулась лицом к Кристине и оценивающе взглянула на неё. Она окинула взглядом верх и низ Захаровой. Ей точно было всё к лицу. — Тебе идёт моя одежда. Даже больше, чем мне самой. С этими словами Лиза выбрала для себя вещи на выход и уставилась на Кристину вопросительным взглядом. — Что? — Может, ты выйдешь или хотя бы отвернёшься к стене? — Стесняешься, Индиго? Забыла о том, что я уже видела твоё голое тело? В голове Кристины эти слова подразумевались как некая шутка. Но для Лизы это был некий триггер. Она лишь нахмурила брови и выгнала Кристину за дверь. Быстро переодевшись, она натянула тёплые шерстяные носки и вышла из комнаты. — Выглядишь не плохо. — Наверное. Кристина уже стояла в проходе и даже успела надеть ботинки, которые так же нашла на полке у Лизы. К счастью у них оказался один и тот же размер обуви. Но вот к не счастью у Лизы была лишь одна пара зимней обуви. Она не стала об этом говорить и вытащила из шкафчика осенние ботинки. Они были немного маловаты и не подходили на длительные прогулки. Ничего не поделать. Придётся идти так. Делить одежду с другими оказалось сложнее, чем она думала. Быстро зашнуровав обувь, она сняла куртку с вешалки у входа и накинула её на себя. Кристина открыла входную дверь, и тело тут же покрылось мурашками от резкой смены температуры. Даже в подъезде оказалось довольно холодно. Не говоря уже о температуре с наружи. Лиза вышла в след за Кристиной, вытащила из внутреннего проёма замка ключ от квартиры и закрыла дверь на замок с наружи. Проверив, точно ли она заперла дверь, Лиза не спеша начала спускаться по лестнице, оставляя за собой пыльные следы от обуви.