Веселый декабрь

- Так, Кирюш, сейчас ты отвезешь меня, а потом езжай за бабаней с дедом. И жди уже у моих дома. - М-м-м-м, понял. Сонный Кирилл сидел над чашкой кофе и дремал. Ему вообще не хотелось никуда ехать. Уж лучше забраться наверх и зарыться в теплое одеяло. И поспать еще часа два-три. - Киря, пей кофе, может, проснешься. - Не-а. Если уж умывание не помогло. Дима знал, что Кирюшу сложно привести в состояние бодрствования с утра. Зато ночью он будет праздновать со всеми и вряд ли угомонится, даже к пяти утра. - Дим, можно я отвезу твоих и приеду за тобой в отделение? - Ага, и будешь сидеть в машине, ждать меня. И умирать со скуки. Уж лучше сам доберусь. На метро. Сейчас такие пробки по городу – вдвое больше обычных. - Напугали ежика… голым профилем. Пробки как пробки. - Сейчас увидишь сам. Кирюш, дома всегда найдется, чем помочь. И где поспать, если не проснешься окончательно. А я приеду, как только смогу. Хорошо? - Ладно, посмотрим.       Пробки, реально были ужасными. Будто все, даже отработавшие и честно наслаждавшиеся отдыхом горожане решили не сидеть дома, а поехать куда-нибудь. Кир мрачно высказался, что завтра в это время пробок не будет, хоть устраивай дрифт. На любой улице, на любой площади. - Не надо дрифта, - попросил Дима, - завтра в это время будем отсыпаться. - Только об этом и мечтаю.       Конец года – нелегкое время для всех, и бывший мажор Кирилл Гречкин не был исключением. Работа, корпоратив, потом вчера еще полдня в офисе с неожиданно возникшими проблемами. Куда-то исчезло и новогоднее настроение и желание праздновать. Хорошо, Дима не дал унывать. Он это умеет… по-всякому. Вот и привычный путь, пробка слегка рассосалась. И до отделения доехали даже быстрее, чем думали. - Все, до вечера. И не грусти, ладно, шоколадка? - Не буду, булка, - пообещал Кир.       К обеду ближе Кирилл написал, что приехал к бабане и деду, там его напоили чаем и накормили пирогами. И только тогда разрешили сесть за руль. Дима был занят и прислал уйму смайликов с едой. Он чувствовал, что сам не прочь пообедать. Тем более, бабушкиными пирогами. Но дела не давали передохнуть. В предпраздничные дни сложно еще и тем, что нормальные люди совершают правонарушения. То ли под влиянием алкоголя, то ли по другим причинам. А еще пиротехника всякая. И вызывают их, полицейских, наряду с пожарными и «скорой», если кто-то подорвался на фейерверках, как было в этот день. К счастью, пострадавший остался жив, его увезли в больницу. А потом – кража в магазине, предприимчивая гражданка решила, что государство не обеднеет и попыталась пронести банку икры в сумочке. И долго возмущалась, что из-за такой ерунды ее задержали. В-общем, к вечеру, совершенно уставший и голодный Дима поплелся к метро. На улице давно было темно, везде горели гирлянды, светились окна домов. И на душе все-таки появилось ощущение праздника. Сейчас он пойдет к метро, а там тепло и светло, хоть и толкучка. А потом пару остановок пешком – и дома. У родителей сейчас вовсю подготовка к празднику, бабаня с дедом и Вера с Лизой и Лешей тоже там. И ее муж, Саша, скоро приедет, наверняка. Интересно, чем занят Кирилл?       А в большой трехкомнатной квартире была суета – веселая предпраздничная, и пахло, как в ресторане на кухне. Мама Димы и Вера резали салаты. Бабушка, не желая отставать, готовила нарезку, хотя у нее получалось уже не очень ровно. Глаза подводили и руки тоже. Но никому в голову не пришло сказать ей, чтоб она отдыхала. Бабаня не любила праздно проводить время, а тем более, перед праздником. Дед задумчиво двигал шахматные фигурки на портативной доске. Саши пока не было. А Кирилл гулял с детьми. Диму они все встретили во дворе. Хоть и было темно, Леша заметил его сразу: - Ура, Дима! – закричал он на весь двор. И побежал навстречу. Кир и Лиза поспешили за ним, и вскоре Дима обнимал всех троих. А затем, не удержавшись на ногах, плюхнулся в снег, на него свалился Кир, а сверху, хохоча и визжа, прыгнули дети. - Куча мала! Потом начали бросаться снежками, но снег лепился плохо, и снежки рассыпались на лету. - Идем домой. Меня покормят, или придется ждать до проводов Старого Года? Умираю с голоду, - сказал Дима, - да, всех с наступающим. И Лиза тут же наступила ему на ногу. - С наступающим! Передай другому! И отскочила подальше. Дима рассмеялся, аккуратно дотронулся носком зимнего ботинка до кроссовка Кирилла. - С наступающим! Опять не в зимней обуви? -Так на машине же. И эти кроссы теплые. - С мехом? Нет? Тогда живо домой. А то все каникулы будешь дышать над картошкой. Кир ошеломленно захлопал ресницами: - А это как? И зачем? - А это так раньше простуду лечили, мама рассказывала, - ответил Леша. Дома все стали отряхивать снег, так как были после валяния похожи на снеговиков – один большой, один поменьше и два маленьких. А потом Кирилл сам вытирал на полу прихожей растаявший снег. И неважно, что Диме, успевшему наскоро поужинать, пришлось вытирать еще раз.       Барсик неодобрительно следил за всеми сверху – из-за коробок с летней обувью, что лежали на шкафу. Там, наверху, было его кошачье персональное убежище. Кир на всякий случай убрал в шкаф свои кроссовки. И ушел в комнаты, убедившись, что обувь в безопасности. Барсик спрыгнул, попробовал открыть дверцу шкафа, не смог и пошел на кухню, в надежде, что со стола упадет кусочек курочки, нарезаемой в салат. Папа, дед и приехавший буквально пару минут назад Саша смотрели какой-то древний фильм, сидя на раздвинутым столом в большой комнате. - О, будете с нами? Все-таки старый фильмы куда лучше новых, - сказал Евгений Дмитриевич. - Отдохнем полчасика, - ответил Дима, - а то рискуем уснуть до боя курантов. Хорошо, что в комнате Димы есть защелка, и можно закрыться изнутри. А потом – целовать друг друга до одури, стараясь не издать ни звука, чтоб не выдать себя. Так целоваться, чтоб потом весь оставшийся год вспоминать. Этого года осталось всего часа четыре - не больше.