Collision

«Если это окажется какой-нибудь мерзкий старикан, я убью себя. Или его. Я ещё подумаю над вариантами» — напечатал Феликс, искоса поглядывая на водителя и сидевшего рядом с ним телохранителя. «Не будь так категоричен, Ликс, может быть всё пройдёт хорошо» — через пару минут пришёл ответ от Кристофера — хорошего друга Феликса, с которым они были знакомы с детства.       Феликс надул губы и закрыл мессенджер. Крису хорошо, он в структуре клана занимает не последнюю роль. И ему не уготована судьба разменной монеты, благодаря которой их клан закрепит союз с другим, не менее крутым корейским кланом.       Феликс не знал, как ему быть. Его родители были младшей ветвью клана Ли, поэтому обычно их не трогали, но вот, как только появился повод — тут же явились за Феликсом. Потому что, видите ли, его сёстры не подходят.       Потому что наследник крупного клана Хван, оказывается, девушек не любит. Ему мальчиков подавай.       Умом Феликс понимал, что вряд ли наследником Хван окажется старик, но побрюзжать хотя бы в переписке с другом было необходимо. Тем более, что всё произошло слишком внезапно.       Ещё пару дней назад Феликс собирался поступать в университет в Сиднее, на курс для танцоров, потому что ему обещали, что он сможет это сделать, что он сможет быть тем, кем захочет, а теперь — он в Южной Корее, в родной стране, чей язык он даже не знает. Так, совсем немного, бабушка научила нескольким словам.       И, что хуже всего, свободы ему не видать. Если клану нужен союз, он вынудит принять все условия.       Коленки Феликса затряслись, и он положил на них ладони, стараясь успокоиться. Не помогло. Тогда он положил пальцы на шею, проверяя пульс и тихо дыша.       Телохранитель покосился на него и что-то пробубнил, но Феликс не разобрал, что тот пытался сказать. Может, ему не понравилось, что Ликс елозит на заднем сиденье, отвлекая водителя от дороги.       Перелёт длился почти половину суток, и после прилёта Феликс даже не возражал, когда его отвезли в отель. Упал на кровать и уснул, а проснулся только тогда, когда в номер кто-то вошёл и разбудил его.       Незнакомец представился как Ли Минхо — и было понятно, что он тоже из клана. Минхо был красивым, может, чуть старше самого Феликса, и говорил по-английски, хотя и с чётко выраженным акцентом. — Вставай, тебе нужно собраться. Сегодня у тебя встреча с наследником клана Хван, — прошелестел Минхо, раздвигая шторы. — Тебе нужно выглядеть очень хорошо. Я помогу.       Феликс хмыкнул и ушёл в душ. За это время Минхо успел заказать завтрак — скорее корейский, чем европейский, — и откуда-то достал одежду, видимо, как раз для выхода. У Феликса ничего подобного в гардеробе не было, так что одежду явно купили для него.       Это был строгий чёрный костюм — с галстуком, с жилеткой и запонками для рубашки. С бриллиантовыми, блин, запонками.       Феликс с мокрыми после душа волосами сел обратно на кровать и подвинул к себе столик с завтраком. Взял палочки — слегка неумело, но бабушка учила его, как делать правильно, так что вскоре руки вспомнили. Взял какую-то закуску и сунул в рот.       И тут же выплюнул в салфетку, взглядом ища воду. Минхо, повернувшийся на шум, торопливо протянул ему бутылку с водой, которую Феликс открыл и жадно опустошил почти на половину. — Оно острое! — выдохнул капризным тоном Феликс, высовывая язык наружу. Вода его ни капли не спасла. — А, извини, — Минхо оглядел завтрак и забрал несколько тарелок. — Остальное должно быть не острое. Ешь, потом я уложу тебе волосы, сделаю макияж, и ты оденешься. Потом поедешь.       Феликс накинулся на остатки завтрака, краем глаза наблюдая за Минхо. Тот ходил с холодным выражением лица, не улыбался, но его глаза очень мило блестели, когда Феликс что-то говорил или делал. Кажется, он не был как-то негативно настроен по отношению к Феликсу.       Когда с завтраком было покончено, Минхо усадил Феликса поудобнее и высушил его волосы, тщательно укладывая в более-менее приличную причёску. Ликс особо никогда не жаловался на непослушность волос, так что с прической всё прошло достаточно гладко. — У тебя хорошие волосы, — заявил Минхо, задумчиво глядя на баллончик лака в его руке. — Но твой родной оттенок волос ведь светлее?       Феликс кивнул, прикрывая глаза и нос, когда Минхо всё-таки начал распылять лак на его волосы. Когда он закончил, Ликс медленно проговорил: — Я решил покрасить волосы недавно в более тёмный оттенок. Подумал, что мне пойдёт чёрный цвет.       Минхо кивнул, поправляя прядку у лица Феликса. — Тебе идёт. Сиди спокойно, я буду тебя красить.       Несмотря на опасения Феликса, с макияжем тоже всё было не так страшно. Минхо протер его лицо каким-то лосьоном, стараясь действовать аккуратно, нанёс на кожу лёгкий крем, дал ему впитаться, рассматривая лицо Феликса. — Я не буду сильно тебя красить, — кивнул Минхо, откладывая кушон и доставая из небольшой косметички консилер. — Мы не хотим врать. Просто чуть-чуть освежить твоё лицо. Ты и так очень красивый.       Он нанёс консилер сначала на палетку, а потом собрал его кисточкой, нанося его точечно под глаза Ликса, чтобы перекрыть лёгкую синеву, оставшуюся после бессонной ночи в самолёте, а также пару мест, которые, как Минхо показалось, нужно было перекрыть тоже. — Спасибо, — смущённо пробормотал Феликс. Он не так часто слышал комплименты, хотя и понимал, что он вполне симпатичный парень.       Припудрив после консилера лицо Феликса, Минхо нанёс едва заметный румянец на щёки Ликса, хайлайтер на скулы, а глаза подкрасил, чуть затемнив внешние углы, чтобы взгляд стал более выразительным. — Сиди тихо, я немного уложу твои брови, — выдохнул Минхо, доставая очередной тюбик. Ресницы они трогать не стали, только чуть расчесали их, а на губы Минхо нанёс бальзам с лёгким оттенком. — Посмотри, нравится? — Феликс послушно посмотрел в зеркало, разглядывая себя. Казалось бы, особо ничего не изменилось, но он выглядел куда лучше, чем обычно.       Он закивал, поджимая губы, а потом расслабляя их. — Спасибо большое. Нужно одеваться, да?       Минхо кивнул, собирая косметику обратно в сумку. Феликс, отвернувшись от него, брызнул на себя свой любимый парфюм — сладко-пряный, который подарила ему мама на предыдущий день рождения, — и принялся надевать предназначенный ему костюм.       Рубашка села идеально, как и остальные вещи. Носки лежали там же — чёрные, подходящие под костюм и строгие мужские туфли, которые сиротливо стояли на полу.       Феликс завязал шнурки, чуть притопнул, проверяя, нормально ли сидят ботинки. Вроде бы всё было вполне хорошо, но…       Он не любил такие вещи. Не любил и не носил. Его гардероб в основном состоял из джинсов, разномастных футболок, толстовок и оверсайз кардиганов, в которые он любил заворачиваться, когда выдавался холодный день. Он любил носки с забавными принтами, свои разношенные кеды и танцевальные кроссовки.       Может быть, этот наследник клана Хван просто любитель классики, и клан Ли хочет, чтобы Феликс ему понравился?       Феликс надул губы, нахмурив брови. Ну, он просто обязан подчиняться. Он знал, что клан ценит его семью, но он не хотел никого подставлять под удар, не хотел, чтобы им были недовольны. Хотя внутри него росло чувство противоречия.       Минхо заметил, как Феликс смотрит на кеды, которые лежали у входа в номер. Те, в которых Ликс приехал в Корею, с нарисованными от руки на ткани смайликами и сердечками. — Только не делай глупостей, Феликс, — пробормотал вполголоса Минхо, подходя ближе и поправляя воротник рубашки на парне. — Это для твоего же блага. Клан Хван — очень серьёзные люди. Я не смогу быть с тобой на встрече, так что…       Феликс вздохнул. — Да, я понимаю. Я постараюсь вести себя хорошо.       Минхо кивнул. Феликс собрал нужные вещи — телефон, ключ от номера, на всякий случай взял с собой паспорт и банковскую карту, хотя ему обещали, что его отвезут и привезут обратно, без эксцессов.       Они спустились к выходу из отеля, где уже ждала машина — большая, чёрная, ощутимо дорогая, с тонированными стёклами.       Минхо открыл для Феликса заднюю дверь и прошептал, сбиваясь на ещё более сильный акцент: — Всё будет хорошо. Просто будь скромнее. Тебя никто не позволит обидеть.       Так Феликс и оказался в автомобиле, который вез его на территорию клана Хван. Почему нельзя было встретиться где-нибудь на нейтральной территории — Феликс не знал, но и задавать этот вопрос вслух не собирался.       Машина остановилась у огромного дома, скорее, даже особняка в тихом районе. Здесь было по-европейски чисто и спокойно, хотя в самой архитектуре дома чётко прослеживались корейские изыски.       Телохранитель вышел первым — он Феликсу не представился, к сожалению, — и открыл дверь, позволяя выйти из машины Ликсу.       Они вдвоём прошли ко входу в дом, но даже постучать не успели, как дверь открылась. Их ждали.       Молодая женщина, возможно, работница дома, поприветствовала их поклоном, а затем проводила их по длинному коридору, чтобы затем подняться по лестнице на второй этаж. Снова коридор.       Отделка дома была дорогой, но при этом претенциозно винтажной, с налётом традиционности. Феликс хотел было оглядеться, но девушка шла достаточно быстро, так что он поспешил за ней.       Она постучалась в одну из дверей, подождала, пока ей ответят, и открыла дверь, с поклоном пропуская Феликса внутрь.       Комната была достаточно большой, но казалась вполне уютной. Светлые оттенки во всем, удобные кресла возле электрического камина, между ними — столик с закусками, бокалами и бутылкой вина. Одно из кресел было занято.       Феликс чуть поклонился, не зная, насколько хорошо он должен был это сделать, и выпрямился, тут же ловя на себе чересчур внимательный взгляд тёмных глаз.       Телохранитель за его спиной чётко выговорил: — Господин Хван, это Ли Ёнбок.       А затем развернулся и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.       Феликс замер, чувствуя себя неловко. Парень, что сидел в кресле, явно был не сильно старше него, если они вообще не были ровесниками. А ещё он был безумно красив.       Длинные чёрные волосы мягкими волнами лежали на его плечах. Узкие, прищуренные глаза смотрели с искрой веселья на Феликса. Родинка под левым глазом, аккуратный нос, пухлые красивые губы.       Наследник клана Хван оказался молодым и симпатичным парнем. Более того, он не был одет так же строго, как Феликс. На нём была жемчужного оттенка шёлковая рубашка, оттеняющая медовую кожу, да тёмные брюки с высокой посадкой, демонстрирующие тонкую талию. На босых ногах — чёрные кожаные лоферы.       Феликс нервно сглотнул, а потом неожиданно выдохнул: — Не Ёнбок. Феликс.       Хван улыбнулся, а потом кивнул на свободное кресло. Он заговорил на английском с мягким, едва заметным акцентом: — Садись, не нужно стоять. Разве тебя зовут не Ёнбок?       Феликс присел на краешек кресла, бросая взгляд на камин, а затем — на парня. — Это моё корейское имя. Но я его не люблю. Меня зовут Ли Феликс.       Парень снова улыбнулся, складывая ладони на свои узкие колени. — Вот как. Меня зовут Хван Хёнджин. Будем знакомы, Феликс, — он кивнул на столик. — Если хочешь, можешь угоститься. Я могу налить вина, это хорошее вино.       Феликс качнул головой, отказываясь, но Хёнджин всё равно разлил вино — белое — по бокалам. Не слишком много, но и не мало. — Ты говоришь по-корейски, Феликс? — мягко спросил он, подавая Ликсу бокал. Тот принял его, неловко сжимая в пальцах. — Совсем немного, — Ликс покачал головой. — Никто не предупреждал меня заранее, что мне придётся переехать сюда.       Хёнджин хмыкнул, цепляя свой бокал тонкими длинными пальцами, усеянными крупными кольцами. Серебро, не золото, что удивительно. — Вот как. Тебе придётся тогда его выучить, — Хван чуть повернул бокал, наблюдая за тем, как вино смачивает тонкие стенки. — Потому что теперь ты будешь жить здесь. Войдёшь в клан Хван как мой законный супруг. Как мы и договаривались с кланом Ли.       Феликс сжал челюсти, чувствуя, как он с головой погружается в тёмный омут. Хёнджин, несмотря на молодость, был таким же, как и любой другой человек из клана. — Я и поверить не мог, что клан Ли скрывает такое сокровище, — продолжал, тем временем, Хван, отпивая вино и смакуя его на языке. — Но я очень рад, что мы познакомились, Феликс. Ты очень красивый. Ты мне подходишь.       Слёзы навернулись на глаза, но Ликс не мог заплакать перед Хёнджином, ни за что. Он сжал тонкую ножку бокала ещё сильнее, а потом отпил вино, чувствуя, как оно мягко горчит на языке. Такова была на вкус свобода, которую он терял. — Чего бы ты хотел, Феликс? — Хёнджин отставил бокал на столик, глядя на Ликса гипнотизирующим взглядом. — Мы ещё не составили брачный договор, так что я могу внести в него то, что ты попросишь. Всё, что захочешь.       Вот он — последний шанс получить хотя бы что-то, что у него отобрали внезапно. Феликс глубоко вздохнул, а затем низким голосом пробормотал: — Я хочу… получить высшее образование. Хочу учиться. Самому выбрать специальность и поступить.       Хёнджин улыбнулся, обнажая белые ровные зубы. — Конечно. К сожалению, в этом году уже не получится, но зато у тебя будет время, чтобы выучить язык. Я внесу это в договор. Может, что-то ещё? Обещаю, никто не отберёт у тебя телефон, ты сможешь общаться с друзьями. Но у тебя будут и некоторые обязательства.       Феликс сглотнул. Слюна казалась слишком вязкой, но он не хотел снова пить вино. — Свобода передвижения? — уточнил он, но просьба разбилась о лёгкий смешок Хвана. — Нет, прости. Я имею в виду то, что у тебя будет телохранитель. У нас достаточно много врагов, а я не хочу, чтобы ты пострадал. Но, в принципе, никто не заставляет тебя сидеть дома. Ты сможешь гулять по городу и всё такое. Просто с тобой кто-то будет.       Феликс кивнул. Не страшно. Придётся, правда, привыкнуть к постоянному присутствию соглядатая, но это всё равно его не пугало. — Хорошо. Думаю, тогда у меня больше нет просьб.       Хёнджин тоже кивнул, едва слышно хлопнув в ладоши. — Чудесно. Думаю, у нас будет ещё пара встреч, прежде чем мы подпишем договор. Свадьба состоится через месяц или около того, тебе сообщат дату.       Феликс аккуратно поставил бокал на стол дрожащей рукой, а затем сложил ладони на коленках. Ему больше не было страшно.       Ему было грустно. Ему было больно, тяжело признавать, что на этом его свободная жизнь закончилась. Бежать некуда, его найдут — и снова отдадут этому красивому парню как подарок, как вещь.       Он не будет счастлив, у него не будет любимого человека, с которым он проживёт всю жизнь. Вместо этого рядом будет незнакомый мужчина, владеющий им как трофеем.       Хотелось вернуться в отель, снять с себя этот неудобный костюм и расплакаться, лёжа на кровати и обнимая подушку. Хотелось позвонить Крису и рыдать в трубку, выслушивая успокаивающие речи друга.       Он здесь совсем один — и ему уже никто не поможет. — Думаю, мне пора, — едва слышно выдохнул Феликс, сжимая ткань брюк пальцами. Останутся заломы — и плевать, не он эти брюки выбирал.       Хёнджин вздохнул. Кажется, он был слегка расстроен. — Уже? Я думал, мы немного поговорим, раз мы обсудили важные дела. В конце концов, я так долго ждал тебя, Феликс.       Ликс поднял взгляд и снова наткнулся на пухлые губы Хвана, растянутые в улыбке. Почему он постоянно улыбается?       Они не поладят — это Феликс понимал точно. Между ними никогда не будет взаимопонимания. А ведь брак подразумевает не только смену фамилии и штамп в паспорте. Этот мужчина также станет и его сексуальным партнёром.       Подумав об этом, Феликс почувствовал, как истерика с новой силой накрывает его. Он покачал головой и торопливо встал. — Прости. Мне… мне нужно идти.       Он поклонился и вылетел прочь из комнаты, не замечая хищного взгляда Хёнджина, которым тот проводил хрупкую фигуру Феликса.       Телохранитель, стоявший у двери, шёл следом, а девушка, которая провела их ранее, стояла в конце коридора. Она вновь показала им путь к выходу и поклонилась, прощаясь.       Хёнджин медленно встал и подошёл к окну, из которого было прекрасно видно вход в дом и подъездную дорожку, на которой стоял автомобиль.       Он видел, как Феликс вылетел из дома, не оглядываясь, и сел в машину самостоятельно, даже не дождавшись, когда телохранитель откроет для него дверь, как того предписывали правила.       Хван улыбнулся. Какой интересный мальчик, этот Феликс. Такой непокорный. Такой красивый. Такой… Желанный. Им хотелось обладать. Его хотелось любить, дать ему всё то, чего он заслуживает.       Тихо приоткрылась дверь, кто-то вошёл. Сел в кресло, где до этого сидел Феликс.       Хёнджину даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. — И как он тебе? — нежным голосом спросила девушка, глядя на высокую фигуру Хёнджина.       Тот обернулся, глядя на неё в ответ. — Он восхитительный, Йеджи. Жду не дождусь, когда он станет полностью моим, — Хёнджин вернулся к креслу и подхватил бокал Феликса, отпивая ровно в том месте, которого касались губы Ли. — Он такой милый. И он так сильно был обижен, кажется, на меня и на всех вокруг.       Йеджи хмыкнула, выискивая среди закусок на тарелке грецкие орехи. Вино ей было нельзя из-за ещё слишком юного возраста, а вот закуски вполне могли привлечь её внимание, тем более, что их ещё никто не трогал. — То есть, ты его запугал? Ты так не добьешься его, Джинни. Будь к нему снисходительнее. Покажи, что ты не такой мудак, каким кажешься.       Хёнджин усмехнулся, допивая вино из бокала. Оно ощущалось сладостью на языке — были ли такими же сладкими губы Феликса? — Я подумаю над этим, сестричка. Я подумаю.       В машине Феликс думал о том, как бы не разрыдаться прямо на глазах водителя и телохранителя. Не то, чтобы на него обращали внимание, тем более, что телохранитель кому-то звонил по телефону, но давать слабину на виду не хотелось.       В номере никого не было, и Ликс, скинув с себя вещи, сначала смыл макияж, который на него так тщательно наносил Минхо, а затем уже расплакался. Найдя телефон, он едва нашёл номер Криса — в глазах всё расплывалось от слёз. — Ликс? Боже, что случилось? Тебя кто-то обидел? — Кристофер явно куда-то вышел, в динамике были слышны шаги.       Феликс, всхлипнув, хрипло выдохнул: — Крис, это… это ужасно, он… Я чувствую себя вещью, которую продают новому владельцу… Да, Хёнджин красивый и молодой, но… он такой же, как и все они…       Феликс снова залился слезами, всхлипывая в микрофон. — Я не буду счастлив, Крис, никогда… я не хочу, я не могу так…       Кристофер вздохнул. — Феликс, тише. Успокойся. Давай, сосчитай со мной до десяти. Давай, Ликси…       Они медленно сосчитали до десяти, и Феликс выдохнул, стирая слёзы с лица. — Феликс, я понимаю, что это несправедливо по отношению к тебе, но… может, это наоборот, поможет тебе в дальнейшем? Подумай сам, в Корее отличные университеты, тебе оплатят обучение, ты выучишься на кого захочешь. Ты сможешь заниматься чем угодно.       Ликс шмыгнул носом и пробубнил: — Мне придётся учить язык. И… и жить с ним! Спать с ним, Крис! У меня свадьба через месяц! Я не этого от жизни хотел!       Крис успокаивающе прошептал в микрофон телефона: — Ликс, я уверен, всё наладится. Мне кажется, Хёнджин не такой уж плохой человек. Дай ему шанс, узнай его получше. Может быть, ты вообще влюбишься в него, кто знает?       Феликс покачал головой, а потом, спохватившись, что Крис его не видит, прохрипел: — Нет, нет, точно нет… ни за что. Нет.       Они проговорили ещё долго, до самого вечера. Закончив разговор, Феликс почувствовал себя несчастным и разбитым, но чуть более спокойным, чем раньше.       Он умылся, сделал уход за кожей лица, как привык, и завалился на кровать, грустно глядя на скомканный дорогой костюм, лежащий на полу. Нужно было что-то с этим сделать.       Из последних сил он поднялся с постели, собирая вещи с пола. Найдя в шкафу вешалку, он аккуратно, как смог, повесил костюм. Всё же, вещи не виноваты в том, что он несчастен и несвободен.       Вечером в его номер принесли ужин — на этот раз без острой пищи, видимо, Минхо предупредил, что Феликс не может есть острое.       Поужинав в одиночестве и оставив пустые тарелки на столике, Феликс выключил свет и лёг в кровать, намереваясь половину ночи провести за просмотром видео с котятами — единственным, что успокаивало его всегда.       Он пожалеет о потерянных часах сна, но это будет утром. Тем более, что вряд ли кто-то побеспокоит его, если он внезапно никому не понадобится. Тем более, что он мало что в принципе решал, всё делали без него, без его присутствия.       Прибавив звук на телефоне, чтобы не искать наушники, он открыл приложение. Рекомендации тут же выдали ему несколько подходящих видеороликов. Включив один из них, Феликс улыбнулся — едва ли не впервые за последние пару дней.       По крайней мере, никому в голову не пришло лишить его телефона и интернета. Посмотрел бы он, как бы они это провернули.       Впрочем, вскоре ему пришлось отвлечься — позвонила мама. И вот с ней Феликсу пришлось разговаривать спокойно и уверенно, чтобы не дать лишнего повода для волнения.       Он описал Ли Минхо и подготовку, обсудил с ней еду, а затем рассказал и про встречу с Хёнджином, утаив самое важное — собственные переживания и истерику после возвращения в отель.       Мама пообещала, что они обязательно приедут на свадьбу, а также попросила его звонить и рассказывать о том, как всё проходит. Прощаясь с ней, Феликс едва не сорвался. Так хотелось сказать правду, но… Он не мог. Не мог заставить её и отца волноваться.