Пальто, значит?

Солнечный день снежного февраля. Бегая взглядом больших карих глаз по классу, где у доски распинался учитель, пытающийся вложить хоть что-то в головы учеников, девушка зацепилась за настенные часы. Примерно через минут 15 должен был закончиться последний урок, а это означало, что скоро Оля будет спешно собирать все свои канцелярские принадлежности в ранец и одна из первых выйдет из класса, лишь бы поскорее встретиться с объектом своего воздыхания - Васильевым Андреем, который учился в параллельном классе, и пойти вместе с ним домой, пока жестокая развилка между домами не разлучит их. Постукивая аккуратным пальчиком по парте, девушка засмотрелась на пейзаж за окном. Блестящий снег слепил её глаза, но в это же время заставлял смотреть на него дольше, соблазняя своей бесподобной красотой. Лучи солнца пробивались в окно кабинета математики, оставляя за собой яркий оранжевый свет. На лице Оленьки растянулась лёгкая улыбка, когда она вновь вспомнила о предстоящей встрече с юным пианистом, однако из транса её вывел строгий голос Натальи Павловны, которая пыталась достучаться до бедной девчушки. — Соколовская! Ну в конце то концов! Хватит в облаках летать, звонка ещё не было и от уроков тебя никто не освобождал! — громким тоном выпалила учительница под тихие смешки остальных учеников. — Ответь на вопрос, что я только задала. Сердце провалилось в пятки. Последнее, чего хотела сегодня девушка - получить неуд по и без того провальному для нее предмету. Проглотив огромный ком в горле, девушка тихо вымолвила — Извините, я не услышала… — виновато опустила глаза на свои руки Оля, нервно покусывая губу. — А я и не сомневалась! Вот такие выхо… — однако договорить она не успела, звонкая трель звонка перебила её на полу слове. Сняв с переносицы свои очки с довольно массивной оправой, она продолжила, но уже тише. — … выходки, как правило, до добра не доводят. Ничего не усвоишь из сказанного мной, а что на контрольных делать будешь? Чтобы я такого больше не видела. Колл ставить не буду, на сегодня все свободны. С облегчением выдохнув, девушка поблагодарила учителя и мигом собралась, покидая кабинет и направляясь к раздевалке рядом с выходом, где обычно и пересекаются ребята. В течение нескольких минут она оделась и крутилась перед зеркалом в старой, деревянной оправе, оценивая свой внешний вид. Серое длинное пальто, черное, словно смоль, каре с заколотой челкой и длинные зимние сапоги, за которые она воевала с мамой, лишь бы только та сжалилась и купила ей эти треклятые ботинки за 4 рубля. Улыбка растянулась до ушей, когда она услышала за спиной знакомый голос, и быстро обернулась. — Привет, Оль — по-доброму улыбаясь протянул блондин, встречи с кем она так долго ждала. — Андрюшка! Привет, как день у тебя прошёл? — глядя ему в глаза спросила Соколовская, неловко переминаясь с ноги на ногу. Она даже представить себе не могла, что парень ожидал встречи с ней так же мучительно и трепетно, отчего его взгляд буквально замер на ней. — Да обычно прошёл… ну, только, разве что Юлька поспать с утра не дала… — негромко отвечал ей Васильев, стараясь не привлекать стороннего внимания. — бегала всё утро, кричала маме, что я не встаю. Оля хихикнула, двигаясь к выходу со школы, зная, что парень поступит также. — Ну надо же, до чего же у тебя заботливая сестра! Золото, не меньше… давно я с ней не виделась. А чего не вставал? Устал, поди, не выспался, в своей музыкальной школе, только и бегай туда сюда, брынчи на пианино…— без задней мысли отвечала девушка. А тот лишь коротко кивнул, давая немой ответ на её вопрос. Когда она открыла дверь и вышла на крыльцо школы, холодный зимний ветер ударил в лицо школьницы, и она слегка сощурила глаза от яркого света. Он долго смотрел на её лицо, не смея оторвать глаз. Ему действительно нравились её карие глаза с длинными, неаккуратными ресницами, искусанные светлые губы, которые она поджимала каждый раз, когда улыбалась, но улыбалась так искренне… всегда. Не сказать, что Оля была несносной красотой, на которую могли бы равняться другие девчонки со школы. Скорее простой серой мышкой, не привлекающей стороннего внимания, но, по большей части, бездельницей. Делала уроки только тогда, когда понимала, что её будут спрашивать, на контрольных умудрялась списывать, в основном не следовала за модой, так как ей казалось, что это глупо. Однако особым красноречием она тоже не отличалась и было весьма бестактной, говорила что думала, за что мать её всегда звала «Расщеколдой». Полная противоположность Андрею, но минус на минус, как мы знаем, даёт плюс. Пусть она и не была цепляющей взгляды дамой, или той, кем все горячо мечтали быть - для него она всегда была самой особенной на всём белом свете. — А как кнопка поживает? — спросил парень, переводя взгляд на дорогу. Собака девушки уж очень полюбила юношу за всё время их дружбы. Уже, считай, как родня. — А то за день что-то поменяется! Вчера же вы виделись, я уже начинаю думать ненароком, что ты ко мне ради собаки ходишь. — посмеиваясь, отвечает девушка, когда тот начинает отнекиваться и убеждать девушку в обратном. Всю следующую дорогу они разговаривали об абсолютно случайных вещах, которые приходили им на ум. Они шли и обсуждали это так, словно от этого разговора зависит их дальнейшая судьба. Неважно о чем, главное – заполнить скучное, глухое пространство бессмысленными разговорами. Дойдя до той самой развилки, они повернулись друг к другу, и Оля неуверенно сказала: — Ну, получается, пока? — она переминалась с ноги на ногу, будто прощалась с ним первый раз. — Ну да, завтра ещё увидимся. — нежно улыбаясь, ответил Васильев. Как только они отодвинулись друг от друга на пару метров, девушка резко развернулась и, пока тот не скрылся из её поля зрения, крикнула: «Андрей!», заставив юношу немедленно повернуть голову в её сторону и остановиться. — Если хочешь, можем у меня недолго посидеть, уроки вместе сделаем на завтра… — если уж быть совсем честной, она делала полностью всё домашнее задание только в его компании, ведь музыкант постоянно читал ей морали, когда узнавал, что та снова не сделала уроки, на что она лишь закатывала глаза и кивала, делая вид, что так делать действительно не нужно и она всё понимает. И минуты не прошло, как парень развернулся и пошёл в её сторону, и секунды не раздумывая над её предложением. Мама Олю знает, значит возражать не будет. А в музыкалку он и позже сходить может.

Жизнь бывает один раз, и это самый лучший раз.

Ревнивым взглядом девушка прожигала Андрея, когда тот, отвлекшись от совместного выполнения заданий, начал радостно играть с её собакой. Иногда ей казалось, что Кнопа считала своим хозяином совсем не Соколовскую. — Ты чего так смотришь на меня? — смеясь, спросил юноша. — Уроки давай делать…— обиженно буркнула Оля. — с ней и так часто играют. На что получила ответ необычный, да и не от Андрея вовсе. Собака осудила ее слова коротким «гав», которое девушка, в свою очередь, передразнила. Васильев лишь пожал плечами, кивая — Ну хорошо. Внезапно она перевела тему, начиная рассказывать то, что тревожило ее довольно долго, и со стороны это могло быть похоже на монолог, если бы она не задавала время от времени вопросы. — Я недавно… Я недавно шла мимо магазина нашего, там, за вторым домом, куда обычно моя мама ходит за продуктами… к тёте Злате, продавщице знакомой… — начинала издалека девушка — а там какие то отморозки бедного мальчишку избивали, двое на одного. Он наш ровесник, похоже, лет 14, не младше… — аккуратно вырисовывая буквы на тетрадном листе, тихо говорила Оля, чтобы их разговор не услышала её мама. Узнав такое может ведь и гулять запретить, мол, опасно. — деньги у него отобрали. А я… а я побоялась, побоялась разнять их, знала, что и мне прилетит…Только салфетку дала мальчику, и снег приложила, чтобы помочь ему хоть чуть в себя придти. Минуту они оба молчали, она - ждала его реакции, он - не знал, что можно было на это ответить. Зачем она это рассказала? Чего она от него ждала? Непонятно. — И как он? — А как может чувствовать себя человек в такой ситуации?… ужасно, нос разбит, губа, бровь. Спасибо мне сказал, мальчик правда добрый, по нему видно, но явно в какой то группировке состоит. — она притихла. — Андрей, пообещай мне, что не станешь таким же… Как их там называют, то… «пришитым». Он смотрел на неё глазами, полными непонимания. Парень, от чего то, начал нервно ковырять край ее стола пальцами, сведя брови к переносице. — Я обещаю, но… с чего ты взяла, что я вдруг захочу это сделать? — он выжидающе глядел на каменное лицо собеседницы, ожидая ее ответа. — Просто так. Я волнуюсь за тебя. — неожиданно для себя же выпалила Оля, неловко зыркая в его сторону и хлопая глазами, а тот лишь по-доброму ей улыбнулся. Еще мгновение они сидели в гробовой тишине, ровно до того момента, пока она не выкинула громкое «Бу!», моментально выводя из раздумий парня, отчего он даже дернулся.

И знаешь, только смелым сопутствует удача. Не бойся быть другим, бойся быть обычным.

Она стояла, облокотившись плечом на вешалку в прихожей. Провожала парня, правда, только до выхода из её квартиры. — Завтра в школу вместе пойдем? — улыбаясь, спросила Соколовская. — Если хочешь, то можем. — А ты хочешь? — Хочу. — кивнул Андрей, беря в руки свой ранец и сменку. — тогда пойдем вместе. Девушка ответила тихое «хорошо» и помахала ему рукой, когда он уходил, попрощавшись с Олиной мамой и, конечно же, не упустил момент попрощаться с ее собакой, которая после его ухода ещё минут 15 сидела и сторожила дверь, авось вернётся.