Ошибка 404

      Аль-Хайтам поднимает взгляд от книги и смотрит на улыбающегося чему-то Кавеха, который стоит возле окна с очередной кружкой кофе в руках. — Ты чего такой радостный? - не то чтобы ему было действительно интересно. — М? - архитектор чуть вздрагивает и поворачивает голову. - Ты знаешь, говорят, сегодня звездопад будет! Он бывает раз в несколько сотен лет, как мне рассказали. А еще, ты только представь, ходит слух, что если в момент падения звезды загадать желание, оно сбудется! Волшебно, не считаешь? - алые глаза так и лучатся восторгом. — Нет. Это все детские сказки, проверить не могу, что такой, казалось бы, взрослый человек, как ты, поведётся на эту чушь. Даже если звездопад и будет, никаких чудес явно не предвидится, - и Хайтам уходит, даже не оглянувшись на соседа, с лица которого медленно сползала улыбка.

***

      За окнами синело ночное небо, лишь слегка посверкивая явившейся парой звезд. — Убери свои бумажонки со стола, иначе я поставлю на них чашку с чаем, и все твое художество испортится, - безучастно бросил секретарь, чуть поворачивая шею. — Это не бумажонки, а мои чертежи для большого проекта, - сквозь зубы говорит Кавех, сжимая кулаки до красных отметин от ногтей на ладонях. — Да мне все равно. — Неужели? - ядовито прошипел архитектор, хватая ватманы. - На что тебе не все равно, мне интересно? — На книги и работу, в отличие от тебя. Читай ты побольше, может, и реагировал бы на замечания адекватнее, - ухмыльнулся аль-Хайтам, прямым текстом намекая на временами излишнюю вспыльчивость блондина. Но этого же недостаточно, и ученый решает поставить точку в своем выпаде. - Да и чертежи бы выходили получше, чем эта мешанина кривых фигурок у тебя в руках.       Кавех замирает, приоткрыв рот. Губы дрогнули, но из горла не вырвалось ни звука.       Единственное, в чем он почти всегда был уверен - его работы, его планы дворцов и зданий, которыми восхищались все. Все, кроме Хайтама, который сейчас даже не представлял, насколько сильно его слова ударили по архитектору.       И в Кавехе что-то треснуло. — Ты… Как у тебя вообще язык проворачивается такое говорить?.. Постоянно упоминать, насколько я никудышный и бесполезный доставляет тебе особое удовольствие, как я понимаю? Видеть тебя не хочу! - глаза начинает предательски жечь, но он терпит. Терять лицо сейчас ни в коем случае нельзя. Ни за что.       Вдруг за окном проносится что-то яркое. Потом ещё, и ещё. Звезды.       Будто кто-то сбивает их с неба меткими выстрелами, они летят кометами к земле. Обещанный звездопад. — Потому что ты живёшь в моем доме и пользуешься моими вещами. И я просто говорю, как есть, давая тебе возможность осмыслить и улучшить твое «творчество», как ты это называешь. И, знаешь, я бы хотел, чтобы тебя в моей жизни никогда не существовало, как бы легче стало всем! - он говорит это, не задумываясь, следуя порыву раздражения. Не задумываясь, к каким последствиям это все приведёт.       Внезапно особенно слепящая вспышка озаряет кухню особняка, освещая две фигуры, стоящие друг на против друга, красноватыми бликами.       Когда сияние угасает, аль-Хайтам уже один в комнате, только торопливые шаги раздаются по лестнице на второй этаж. Через пару мгновений тяжело хлопает дверь в чужую комнату, и гул разносится по всему дому, эхом отдаваясь в ушах.       Странно, но секретарь не чувствует удовлетворения от сегодняшней ссоры. Мелькает в голове и тут же пропадает мысль: а не наговорил ли он лишнего?       Взгляд зеленых глаз падает на ночное небо, все еще полыхающее метеорами.       Звездопад был единственным свидетелем этой ночи.

***

      Утро встретило аль-Хайтама непривычной тишиной и спокойствием. Никто не гремел посудой, не шуршал чертежами в полночь, не ойкал громко, когда на бумагу опрокидывался пузырёк с чернилами.       Неплохо.       Выйдя из спальни, ученый спустился на кухню и с удивлением обнаружил там идеальный порядок.       Пожав плечами, Хайтам приготовил себе завтрак, поел и отправился на работу. Долг зовет, как-никак.       По возвращению секретаря из Академии, в доме было все так же тихо. Даже странно. Если Кавех все ещё дуется, что для него несвойственно, то, выходит, не ел ничего за день.       Одна минута - и аль-Хайтам уже стучится в дверь чужой комнаты. — Эй! Ты там не загнулся еще? Весь день не выходил, что ли? - ответа нет. - Кавех? - всё так же тишина. - Я вхожу.       Он не верит своим глазам. Моргает пару раз, даже щипает себя за запястье, чтобы убедиться, что не спит. Комната пуста. Совершенно пуста.       В ней нет не только Кавеха, но вообще ничего. Мебель, бумаги, маленькие безделушки - всего этого нет.       Аль-Хайтам не понимает, что происходит. Даже если бы архитектор ушел из дома, то где все, что было в его спальне?..       На душе стало слишком неспокойно. — Что за чушь… - выдавил из себя смешок секретарь, отступая назад. Он посмотрел в окно, автоматически отмечая, что уже поздний вечер. Примерно в это время вчера начался звездопад и их ссора.       Но оставить все так нельзя, верно? Хоть ученому и совершенно нет дела до своего соседа, игнорировать его исчезновение он не может.       Сейчас Хайтам напоминает молнию: так быстро он не ходил ещё никогда.       Первым делом было принято решение пойти к Тигнари: лесной целитель мудр, он точно подскажет, что нужно делать… — Тигнари! - фенек вздрагивает, тут же замолкая. Лишь теперь секретарь замечает, что рядом с хранителем Авидьи сидит и Сайно. Что ж, так даже лучше. - Ты не видел Кавеха? Я не могу найти его, а комната совершенно опустела. Он же у нас горячая голова, может, натворил что-то… - голос почему-то подрагивает. — Аль-Хайтам? Ты чего так врываешься? И, стой, что ты сейчас сказал? — Кавех пропал. Тигнари переглядывается с Сайно и осторожно спрашивает, наклонив голову: — Что за Кавех? Странное имя.