дата. событие. лететь

холодно. по телу неприятно бегут мурашки, одоляя каждую частичку тонкой белоснежной кожи. волосы на ней вставали дыбом, а укрыться практически нечем. испачканное в грязи зип-худи серого цвета не спасало, а дырявая в некоторых местах футболка была очень тонкой, и ветер, что время от времени ходил по улицам и не стеснялся показывать свою силу, обдувал тело полностью, а длинные локоны высветленных пепельных волос невольно оказывались в глазах и кололись. неприятно. но деваться, в принципе, некуда. нужно дожить до утра. ночь стояла довольно тихая. только и слышно издалека, как разбивается стеклянная бутылка, или лает собака за углом. изредка слышен гул машин, но это совсем далеко: район глух и почти никому не известен. где-то дерутся бродячие коты, наверное, желая завоевать одну единственную, самую любимую и особенную, ту, что застряла, вжилась в сердце, впилась, словно острый нож. и в их драке может победить лишь один и, вероятно, победивший останется с ней. но даже здесь Рики проиграл. и теперь, словно такой же бездомный потерянный кот, идёт по пустой улице с окровавленным лицом и в рваной одежде после долгой драки. знал, что нельзя соглашаться. но ради неё был готов биться до конца. однако не всё идёт так, как хочется. как только кровь вылетела из его рта после сильного удара в живот, было ясно, что это предел. оставили с последним пинком в спину и ушли, как ни в чём не бывало. но это проигрыш. а проигравшим подарка не дают. тело ужасно болело, ныло и словно изрезало изнутри. долгий бой закончился сильными травмами и испорченной одеждой. тупой Ли Хисын, вот что звучит в голове у Нишимуры, и губы невольно поджимаются от жуткой обиды на этого человека. ведь этот парень старше его на целых 2 года! а душа обоих повела к одной и той же сердцеедке. любовь слишком странна и непонятна. и почему даже здесь нужно соревноваться? это несправедливо, ужасно несправедливо. мысли льются потоком. ноги ведут в никуда. дома юноше вовсе не рады, а в таком виде даже за порог не пустят. побитый телефон разрядился, да и зарядки с собой нет. она сломалась, заряжать приходится в школе, попросив у одноклассников кабель. спасибо, что класс хороший. только старшеклассники его искренне ненавидят, да и скрывать того не пытаются. результат на лицо, как говорится. и несмотря на всё хорошее, в жизни особого смысла нет. движется по долгому течению с тяжестью в груди. если бы можно было просто взять и выкинуть всю боль и этот груз – сделал бы сразу, не думая. но, к сожалению, приходится жить с тем, что имеется. либо не жить вовсе. живот неприятно урчит, но юноша это попросту игнорирует, как и повторно открывшееся кровотечение из раны. губа прикусывается во избежании глупого всхлипа, и тело ломит с костями, особенно грудную клетку. кажется, нужно будет обратиться в медпункт: сегодня кое-кто сильно постарался. и результат, по всей видимости, великолепен. голова покруживается, а из носа повторно течет алая жидкость, капая прямо на светлую футболку. Рики, пошатываясь, останавливается и облокачивается на стену, опустив голову. плохо. ему снова плохо. минуты длятся часами, а то и больше. и стоит прикрыть глаза, дабы забыться, уснуть прямо здесь и попытаться отправиться на тот свет, лишь бы не чувствовать эту боль, разрастающуюся по всему телу, как слышится громкий гудок, отдающий в голову не самым приятным образом. взгляд поднимается, и узкие глаза прищуриваются ещё больше, ведь прямо на них светит яркий свет фар мотоцикла. он прикладывает ко лбу свободную руку и поджимает губы, а неизвестный в черной косухе снимает с себя темный шлем и кладет на свои колени. Нишимура лишь проигрышно вздыхает. нехороший человек приехал. это видно. значит, умереть в этом районе ему суждено. пусть сделает это как можно скорее. пожалуйста. иначе самостоятельно бросится под чужие колёса. терпеть становится невыносимо. — зомбак, – раздаётся наконец чужой голос. – из мёртвых восстал? тебя закопать обратно? — чего... хорошо. услышать подобную фразу было весьма неожиданно. думал, что выдадут немного иной комментарий, или молча возьмут за шкирку и увезут куда подальше. но брюнет с проколотой бровью, по всей видимости, решил отличиться. — точно зомби... – спустя несколько секунд слышится тихий ответ. Нишимура решает промолчать. да и полегчало уже, идти пора... не домой, но дойти хотя бы до парка со скамейкой. поэтому делает шаг вперёд, однако ноги за секунду становятся ватными, а в голову отдает сильная боль. неизвестный вскидывает бровь, замечая чужое изменение в поведении. Рики старается удержаться за кирпичную стену, но через секунду бессильно валится на твёрдый асфальт, кашляя при этом. – хей! пацан! пару секунд спустя крепкие руки поднимают его тело с пола и держат, лишь бы повторно не грохнулся. неизвестный оглядывает Нишимуру с ног до головы, а Рики же в очередной раз закусывает губу. больно. безумно... — б-больно... – шипит он, и хватка ладонями слабеет мгновенно. незнакомец тяжело вздыхает, ведь вид младшего совсем не радует. в синяках и в незасохшей крови, да и видно, что школьник ещё. даже жалко. — это кто тебя так, а? – тихо спрашивает молодой парень, заглядывая прямо в душу. Рики отмахивается, качая головой, но его слабо встряхивают. – говори. или ты правда из мертвых вышел? тут до кладбища один квартал. — не смешно... – бубнит под нос юноша. – упал. и всё. — если ты так упал, то тогда я сам Юн Сок Ёль, – усмехается байкер, но младший не проявляет ни одной эмоции. лишь шмыгает носом, откуда алая жидкость совсем недавно лилась водопадом. парень снова вздыхает, следом слегка закусывая губу. – что же делать с тобой... — ты же... плохой человек? – светловолосый медленно поворачивает голову и смотрит в глаза старшему. тот навостряет взгляд, но не отвечает. Нишимура слабо поджимает губы, бегает с одного глаза на другой. – можешь... добить меня? мне очень больно. а если посадят... скажи, что я добровольно согласился. можешь на видео снять, я всё сам скажу. просто убей меня прямо здесь, прошу. его глаза сияют огнями, а пухлые губы подрагивают от холода и жуткой усталости. брюнет задумчиво смотрит на юношу, языком виляет внутри своей щеки. вот что взять с маленького ребенка? глупый, вот что думает парень, но вслух говорит иные вещи. — ладно, согласен. убью тебя, – он хватает юношу под руку, а тот вздыхает с облегчением. – но не здесь. — а где? – интересуется Рики. — я не глупый, чтобы лишать человека жизни на улице, пускай в пустом районе. в лес поехали. заодно познакомимся. только ты это... по пути не умри, окей? я быстро езжу. – улыбается, медленно начиная вести парнишу к мотоциклу. тот хмыкает, соглашаясь со старшим. повезло, что его лишит жизни такой забавный человек. хоть не так скучно. – звать тебя как, зомбак? — Нишимура Рики. – хрипло отвечает юноша, шоркая ногами по асфальту. — долго как-то! – восклицает парень. – будешь Ни-ки. — ладно... – Ни-ки вскидывает бровь. – а вы? — стоп. я ещё не старый, чтобы ко мне так уважительно обращались. я Джейк, – брюнет подводит к своему байку парнишу и выдает тому в руки свой шлем. — имя как у собаки... – Рики тихо усмехается, а вот старший раскрывает свои глаза шире, глядя на парнишу с удивлением. — ты... ты! – он возмущённо вздыхает, что вызывает у блондина улыбку пошире. – это моё уличное имя! я не Джейк! просто так легче... – парень фыркает в сторону. – я тебя за такое прямо здесь зарежу. — валяй, – Ни-ки пожимает плечами. – я же сам попросил, можешь сделать это где угодно. Джейк стоит несколько секунд в ступоре, тупо глядя на высокого юношу перед ним со шлемом в руках. но неожиданно начинает медленно тянуться к своему карману косухи и достает оттуда охотничий ножик, крепко сжимая его в руках, прямо до побеления. резко замахивается на младшего остриём, сложив губы в ниточку, останавливается прямо у сонной артерии, едва касаясь кончиком до молочной кожи. тот даже не моргает. молча глядит на своего убийцу и спокойно дышит, не испугавшись вовсе. действительно. не боится. — ты... серьезно не испугался? – удивлённо спрашивает старший, медленно убирая обратно нож в карман. Рики качает головой. – зомби, ты... — что? – он склоняет голову. брюнет поджимает губы. — ...садись за мной. ничего. и... я не хочу быть псом, звучит странно, поэтому называй меня Шимом или Джеюном. пока ещё можешь, конечно. – с этими словами байкер усаживается на заведённый мотоцикл и ждёт, пока младший залезет назад. тот, всё ещё слабо шатаясь, но садится за спину парня. – и шлем надень, ага? Ни-ки кивает и выполняет просьбу без колебаний. а что сейчас спорить? его лицо избито, и будет больно от сильного потока воздуха. да и... малость страшно, если признаться. Шим резко газует, а от испуга Нишимура обхватывает чужую талию, прижимаясь крепче. — о, сработало. а то возиться с тобой, как с ребенком, мне тоже не хочется, – старший хихикает, а Рики фыркает в сторону, но слабо улыбается, скрывая улыбку под шлемом. – держись крепче, не улети. уже через пару секунд к телу неприятно прилегает светлая футболка, живот скручивает от скорости, а кожа наполняется мурашками. страх одоляет полностью, чувство, что вот-вот слетит с места, заставляет прижаться к байкеру ближе. страшно. а на лице старшего появляется лёгкая улыбка. но стоит привыкнуть к скорости, как тело ощущает прилив адреналина и открытого второго дыхания. хватка расслабляется, а внутри ощущение полной свободы. шуршание шин и гудение двигателя отдаются в ушах эхом, но ему хорошо. вся боль улетучилась по пути, остаётся лишь жажда большей скорости, больше эмоций и чувств. ветер не кажется таким уж холодным, даже наоборот. он вдыхает свежий воздух сквозь шлем, который хочется снять. и эту мысль, кажется, слышит старший, ведь мотоцикл замедляется и вовсе останавливается прямо на середине дороги. — хочешь покайфовать перед смертью? – спрашивает тот с улыбкой. Рики кивает головой. – снимай шлем. тебе понравится. головной убор убирается в кофр, и теперь Нишимура смотрит вокруг одоляющим его интересом. Джейк садится обратно, бросая на юношу добрый взгляд, а Ни-ки вновь прижимается к старшему, дабы не слететь с мопеда. тепло проносится по его телу, когда вжимается в чужую спину. чувство некой защиты появляется в нем, ощущение, что это совсем не плохой человек, пускай и имеет оружие в своем арсенале. и Шим как-то не возражает этих объятий, молча начинает движение, совсем медленно набирая скорость. — тебе точно домой не нужно, малой? – говорит он громким голосом, когда шум двигателя начал бить в уши, а быстрота движения стала выше. — нет, – в ухо кричит Ни-ки. ветер обдувает его тело и лицо, заставляя морщиться и прищуриваться, но ощущения от поездки невероятные. – они даже не заметят моего отсутствия, – он вздыхает, после чего кладет свою голову на чужое плечо. Джейк не отвечает. и улыбка спала с лица, словно не существовала. *** долгая дорога заканчивается в районе, ещё более глухом, чем предыдущий. старые, построенные своими руками домишки без обеспечения какого-либо света, но у самого моря, из-за чего пахло очень свежо и приятно. ночная темная атмосфера жуть клонила в сон, дорога укачала, поэтому Нишимура едва ли не валится с ног, придерживаясь за старшего. тот тихо открывает калитку, ведущую к небольшому неаккуратно построенному дому, крыша которого вот-вот, да свалится, а вокруг царит полный бардак. но Рики на это абсолютно плевать. даже на то, что не в лесу он сейчас. его организм нуждается хотя бы в одной минуте сна. ну, или в двух. или в вечном. не суть. Джейк смотрит на парня и слабо подталкивает того вперёд, чтобы зашел во двор. без сопротивлений младший шагает по нужному направлению, а следом заходит сам парень вместе со своим мотоциклом. Рики зевает себе в кулак, глядя мутным взглядом в одну точку, небольшой фонарик, висящий на здании, что светил в траву, и моргает то одним глазом, то другим. прохладный воздух заставляет зевнуть снова, прикрыв очи, что очень ошибочно при такой усталости. уже через секунду Ни-ки ушатывает назад, из-за чего он чуть ли не падает. но Джейк вовремя подхватил. — не падай. подожди пару мину... – транспорт не удерживается на ограде и падает с грохотом на траву. – т. ну что за... — ты тут живёшь? – по-глупому спрашивает Рики, сонно глядя на брюнета. тот бросает раздраженный взгляд. — да, – отвечает он резко, следом поднимая мотоцикл и ставя его аккуратно. – живу. — а почему не в квартире? там же уютнее, чем здесь, – парниша смотрит прямо в упор, но мало что соображает. голова побаливает и очень нуждается в отдыхе. а Джеюн от излишних вопросов решает избавиться. он подходит к высокому младшему и смотрит прямо в глаза, выжигающе. чужой взгляд пуст и бессмысленен, не выражающий даже счастье от того, что его привезли сюда. Джейк смотрит несколько секунд строго, но затем сжимает кулаки и издает тяжёлый вздох. — не знаешь, не говори, – отвечает на отвали Шим. – что уютно, а что нет. знал бы, что у тебя язык длинный, я бы... – замолкает на несколько секунд. вздыхает снова и обходит стороной. – просто иди за мной. Нишимура медленно кивает головой и шагает за брюнетом, все ещё слегка пошатываясь в стороны. старший включает тусклый свет на веранде, а следом, прямо без ключей, открывает входную дверь в дом и проходит туда прямо в обуви. Рики решает не возражать, делает тоже самое. в нос ударяет запах тлеющих сигарет, стирки и мужского одеколона, смешанный при этом с ароматом кофеина и старой мебели. светловолосый оглядывается вокруг с интересом, взгляд падает то на чьи-то картины и фотографии, то на небольшой бардак повсюду. вещи разбросаны, и окурки с холодным пеплом лежат на полу. и где-то виднеется собачья игрушка, но самой собаки нигде нет. странно. Шим заводит юношу в душевую и начинает рыскать по полкам, кажется, с чистыми вещами. старая стиральная машина местами потрескана и разломана, а также повсюду различные тазики в набранной водой. Джейк выдает в руки серое полотенце, а в другой полке достает длинную футболку и шорты. Рики хлопает глазами, беря все это, а старший наконец поворачивается к нему. — душ. обработка ран. спать. понял? – говорит он твердо, облизывая сухие губы. — понял, – в небольшом смятении отвечает Ни-ки, глядя на старшего со скепсисом. – а убивать... не будешь? – спрашивает он, поднимая брови. Джейк усмехается себе под нос, а после ворошит чужие волосы. — нет конечно, глупый. меня ведь посадят, – он выходит из ванной, закрывая дверь за собой. Рики медленно раскрывает рот от возмущения, вместе с этим сжимая кулачки. Джеюн быстро шагает на кухню, только и слыша за собой громкий пинок в дверь с ожидаемым «э-эй!», а через пару минут включается душ. хоть не сопротивляется. уже хорошо. *** в спальне горел теплый тусклый свет, исходящий от старинного ночника, что иногда издавал странные трески, будто лампочка оттуда вот-вот перегорит. Нишимура засыпал, сидя на своих коленках на полу, пока Джейк обрабатывал чужие раны. в новой чистой одежде, умытый, но полностью побитый юноша моргал глазами и постоянно зевал, но любое соприкосновение с царапинами и ссадинами, куда попадало обеззараживающее средство, его оживляло. он шипел, словно кот, но Джеюн давал тому лёгкий щелбан по лбу, мол, терпи, из-за чего младший недовольно закатывал глаза, а после... снова зевал. — все, теперь на зомби не похож. даже грустно, – спустя несколько минут сообщает Шим, вытирая друг о друга ладони. – сейчас принесу мазь от ушибов. сними футболку на пару минут, – он встает с пола, собираясь уходить, но чья-то рука касается его ноги. – м-м? — почему... – хрипло шепчет Ни-ки, глядя снизу на парня. – почему ты вообще обо мне заботишься, Джейк? я же пустое место. я незнакомый человек. я никто, – он поджимает губы. Шим смотрит на того серьезным взглядом, молчит несколько секунд. — дают - бери, – строгим тоном отвечает на вопрос брюнет. – что-то не нравится если, молча проваливаешь отсюда. я никого не держу. добро нужно уметь принимать, даже если живёшь вокруг зла и кажется, что все это подвох. а если не умеешь, мучайся дальше. тебя никто не заставляет сидеть здесь. можешь идти. – отдергивает свою ногу и молча уходит на кухню, усаживаясь за стол. к горлу подкатывают слёзы, но он их просто проглатывает, не желая выпустить наружу. мысли льются друг за другом, заставляя прикрыть глаза, дабы распинать их во все стороны. нельзя думать, нельзя. иначе будет больнее. пару минут выжидает в другой комнате, закурив сигарету при этом. запах дешёвого дыма разносится по помещению, а на языке неприятная горечь. смотрит в окно, прямо на луну, что также тускло сияла в ночи, не давая не единого слабого луча во двор. медленно опустошал свой разум, лишь бы не страдать. а потушив сигарету, все таки идёт к холодильнику и достает оттуда мазь, следом возвращаясь в спальню. Нишимура уснул. без футболки. *** 3 дня спустя. — у тебя скоро каникулы, да? чем собираешься заняться? – Джейк смотрит на младшего и медленно помешивает ложкой кофе в старой кружке, стоя рядом с новым соседом. Рики же рассматривает старые книги, что стояли на довольно высоком стеллаже, но рост юноши позволял достать до них, едва потянув руку. – ну ты и дылда, конечно... — следи за словами, – Ни-ки хмурится, подходит к старшему и бьёт того легонько в плечо. – это не я высокий, а ты короткий. — э-эй! – протягивает возмущённо брюнет, но на лице заметно растет улыбка. – это ты мне так отплачиваешь за жильё? оскорблениями? — ты первый начал, – напоминает юноша, указывая на парня пальцем. – не я. — проехали! чем на каникулах займешься в итоге? лето ведь. у тебя, должно быть, много планов, – Джейк отпивает свой кофе, пока Ни-ки смотрит в пол. — разве что один, – спустя несколько секунд раздумий отвечает он, слабо улыбаясь. — и какой же? Рики поднимает свой взгляд и смотрит в глаза Джейку. тот вскидывает брови в ожидании ответа. — увидишь. а до каникул я должен хорошо провести время. потому что потом я буду готовиться к полёту, – Нишимура ухмыляется, доставая запылённую книжку и открывая её. — в смысле "к полёту"? – взгляд Джеюна становится острым, внимательным. – конкретнее давай. — ну. найду подработку, заработаю на билет и улечу в другой город, – уверенно объясняет тот, кладя книжку обратно. – а ты что подумал? что умру? — нет, ты что такое говоришь?! – неожиданно вскрикивает Джейк, что невольно заставляет младшего вздрогнуть. он смотрит ошарашенно-напуганным взглядом из-за такого резкого изменения в поведении, а Шим раскрывает рот. его губы дрожат. – п-прости. прости. не хотел кричать. извини. — я, наверное, прогуляюсь до моря. один. – хмуро отвечает Ни-ки, разворачиваясь и уходя к двери. через несколько секунд она хлопается, а Джейк продолжает смотреть вслед. молча. «я определенно схожу с ума...» – он тяжело вздыхает, прикрывая глаза и ставя при этом кружку с кофе на край свободной полки. ладонь трёт очи и лоб, а голова быстро качается в стороны в попытках прийти в себя. – «он не умрет.. это галлюцинации... он будет жив... будет...» — с ума сошел вообще, – Нишимура пинает камень под собой, шагая к берегу моря и бормоча себе под нос. – я ему кто, самоубийца, что ли? бред... я сказал ему убить меня, а если бы хотел сделать это сам, уже бы сде...лал. – останавливается, поднимая голову к самодельной сушилке вещей у соседей. – что... это? С-су..а.. — она выбрала тебя, – слышится за спиной знакомый до ужаса голос. – но я решил, что она не достанется никому. – безумный смешок. – ты рад, Нишимура? глаза мгновенно наполняются слезами при виде подвешенного изуродованного тела. в горлу подкатывает тошнота, а голова начинает кружиться. — рад? рад, я спрашиваю?! – Хисын подходит сзади все ближе и ближе, голос отдается эхом в ушах, а свои руки держит в кармане. через секунду Ни-ки разворачивают к себе и на ненавистном лице виднеется широченная обезумевшая улыбка. – РАД?! _ _ _ _ _ — и где мне его искать... сказал же, без меня не уходить, особенно к морю. несносный ребенок, – ругается себе под нос байкер, идя по дороге к берегу. узковатые джинсы приходится время от времени открыто подтягивать, пускай это не очень прилично (конечно, Джейку на это плевать), а в кожанке подозрительно холодно, хотя лето уже наступило. он смотрит себе под ноги, идя вниз по склону. первый попавшийся камень пинает вперёд, да так, что улетает поближе к соседским сушилкам, а дальше воображаемых мячей Шим больше не видит. поэтому сворачивает налево, подбирая камень и прокручивая его в своих руках. – не улетай, ты мне ещё нужен. ну...жен. «нет» «нет-нет...» взгляд медленно поднимается ввысь, к грёбаной высокой сушилке, прямо по всему росту бедного мальчика. кусок асфальта падает со стуками на пол, да и сам парень валится с ног, видя повешенное тело юноши. этого не может быть. просто не может... — НЕТ! *** — Джейк... Джейк, Джейк, мать твою, открой глаза! – голос Рики дрожит, и касания его по плечу довольно ощутимые. буквально трясет тело старшего, а тот резко вскакивает. в слезах. – Джейк... — что, что? – он торопливо вытирает влагу с глаз, а сам нервно сглатывает, неровно дыша. взгляд его широк и напуган. – что случилось? — мне кошмар приснился... ужасный кошмар... просто кошмарище... – Рики шмыгает носом, беря за руку старшего. – она во сне умерла, он меня чуть не убил...мне страшно одному спать... очень страшно... можно я лягу с тобой? Шим быстро кивает головой, сразу соглашаясь на чужую просьбу. раскрывает одеяло, а сам двигается, чтобы младший улёгся, и как только Ни-ки оказывается рядом, крепко обнимает парнишу, укрывая покрывалом. прижимает дрожащего мальчишку ближе, поглаживая по светлым волосам. — спи, это просто сон. все живы... и ты жив, – успокаивающе шепчет он, пока юноша мочит его плечо слезами. – просто... сон. не плачь. не по мужски. — я итак ее не добьюсь, Джейк... а во сне она умерла. он её убил... и на меня набросился... – вздыхает, вцепляясь ледяными руками в чужое предплечье. – защити меня от него, пожалуйста... ヘルプ¹... — защищу, обязательно. не хочу ещё и тебя потерять. не выживу. Нишимура тихо всхлипывает, кивая, а из глаза брюнета по виску катится одна слезинка, которую невозможно было сдержать. горячая, обжигающая кожу, но наполненная скопленными грёзами и болью за это время. ведь он теряет всех. и позволить случиться ещё одной потере позволить просто напросто не может. сойдёт с ума. в одиночестве. *** 2 недели спустя. — чем занят, малой? – Джеюн проходит в небольшую спальню, выделенную отдельно для Ни-ки на какое-то время. тот что-то старательно черкал в тетради, высунув язык, а увидев силуэт в комнате, наконец отрывается от своего порыва вдохновения и смотрит на парня. — песню написал. точнее, пока что первый куплет и небольшой припев, – Рики чешет свой затылок, виляя взглядом по листку тетради. – могу напеть, но... желательно найти где-то гитару. или... сделать её самому? – он неожиданно вскакивает со своей постели, заставляя старшего сдвинуться с места, раскрывает письменный стол и достает оттуда несколько резинок. ножницами обрезает их, достает скотч, берет какую-то досточку и наклеивает на нее все самодельные струны. делал всё это так, будто уже занимался раньше. Джейк решает не перебивать подростка вопросами. молча наблюдает. пальцы несколько раз дёргают резинки, и те вибрируют, издавая звук. нахмурившись, отцепляет их и затягивает сильнее. а спустя пару минут исправлений наконец приходит к нужному результату. – вот... — я бы мог настоящую гитару принести, но... – старший замолкает, когда Нишимура выставляет указательный палец вперёд и виляет им в стороны. – не нужно? — эта лучше, намного, я уверен. – он усмехается, после чего усаживается на постель обратно и кладет тетрадку на колени. – садись, послушай. Шим кивает головой и, словно пёс, виляя невидимым хвостом от интриги, быстро садится на стул, пододвигаясь к кровати ближе. Рики прикусывает губу, проводит кончиками пальцев по самодельным струнам, что создают кривой звук, а после вздыхает и глядит на тетрадный лист. — слушай... наступает тишина. раз. два. три. нежная музыка раздается по комнате, совсем тихая, неуверенная, но приятная ушам. пальцы младшего перебирают струны гитарки, время от времени стуча ладошкой по досточке, а у Джейка невольно начинает постукивать нога по полу. «Влюбленный мой взгляд, такой глупый и детский, Направлен лишь на тебя, любовь моя. Кровь течет по венам, и знаешь, если Потерять мне тебя, не выживу я. Любовь так странна, мне хочется чтобы С тобой нас связала вся жизнь тонкой нитью. Красной, как то, что даёт мне к тебе чувства, Алой, как то, без чего мне не жить. * * * Я знаю, я знаю, я знаю, душа, Нам с тобой не по пути. Знаю, я знаю, что мне придется уйти. Я помню, я помню всё... я чувствую, что В этой борьбе победит... никто.» и продолжаются написанные аккорды звучать по помещению, нежно и тихо, глухо, но очень созвучно, словно писал не 16-летний подросток, а настоящий музыкант. через несколько секунд она останавливается, а Ни-ки поднимает свой невинный взгляд, ожидая реакцию. Джейк же... плачет? — ты... плачешь?! – Нишимура хмурит брови, глядя на стирающего с глаз слезы парня, что пару раз шмыгнул носом. он откидывает свою тетрадь и гитару, спрыгивает с кровати и подходит ближе к суровому, казалось бы, байкеру, садится на одно колено и смотрит прямо на него. – что случилось... — ничего, ничего! – отмахивается старший, откашливаясь, хотя глаза его остались красными. – просто... вспомнил кое-что, не подумай, что я из-за твоих розовых любовных строк разрыдался. нет-нет, – он суетливо делает вздохи, дабы прийти в себя, но Ни-ки молча берет того за руку. — мне кажется, ты мне что-то не договариваешь, – говорит тихо. – перестань притворяться и скажи, что не так. — все хорошо, не сходи с ума, – настаивает на своем брюнет, а Рики закатывает глаза. — сам сказал мне, что плакать это не по мужски. а сам то... – отпускает руку, вставая с пола. – хоть бы похвалил, что ли, – обиженно произносит он, запрыгивая на постель и беря в руки тетрадь с ручкой. Джейк смотрит на фигуру, усевшуюся на кровать, а сам прикусывает губу. словно в фильме, образ Ни-ки мелькает, как на старом телевизоре, меняется на другого человека, но стоит моргнуть, как японец возвращается на свое место. парень молчит, вздыхая, а после встает со стула. — конечно, я хвалю тебя. ты молодец, Нишимура. я бы так точно не смог. у тебя огромный потенциал, – говорит он честно и с лёгкой строгостью, из-за чего младший поднимает свой обиженный взгляд и смотрит в упор. – у влюбленных много вдохновения. не теряй надежды, иди дальше. потом сама твоя Суа к тебе хоть на руках прибежит, когда на сцене стоять будешь. лети, хорошо? лети по всему миру со своими хитами. не теряй таланта. и других не слушай. делай то, что любишь. — даже тебя? – с лёгкой улыбкой спрашивает Рики. Шим кивает. — даже меня. – усмехается, опуская голову. – но меня чуть-чуть нужно слушать, в любом случае. — ладно. ты единственный, кого я буду немного слушать, – светловолосый склоняет голову в бок, улыбаясь. – и слышать тоже. ты... мудрый хён. я про тебя тоже песню напишу, чтобы знали моего спасителя. – опускает свой взгляд, но ненадолго. услышав шмыг носом, навостряет уши, а затем вздыхает и откладывает тетрадь. – ну что опять? — ты сказал, что я твой... х-хён... – громко всхлипывает, опуская голову и сжимая дрожащие кулаки. – посвятишь целую песню... — Господи, Джейк! неожиданно настал последний день учебы. выпускной у старших классов. завтра первый день каникул. вокруг громкие возгласы, аплодисменты, веселая музыка. летний воздух приятно пахнет свежестью, рюкзак полупустой, ведь учебники уже сданы в школьную библиотеку, солнце ярко светит, тепло и очень красиво. зелёные листья кажутся слишком цветными, да и всё по-особенному выделяет свои оттенки. то, что раньше казалось серым, на деле очень яркое, и тяжело поверить собственным глазам, что природа и пейзажи реальные. либо Ни-ки сходит с ума. ведь перед ним, совсем рядом, стоит сама Суа, в красивой школьной форме и своим милым рюкзачком в нежных ручках. наверное, это удача, что она учится в параллельном классе, что и сам японец, ведь им придется видеться ещё целых два года! и никакой Хисын не помешает больше. возможно, даже попадут в один класс, это будет ещё лучше. и приблизиться к ней будет легче. не придется наблюдать издалека. может... подойди прямо сейчас? или... не нужно? она ведь совсем рядом. такая красивая... ухоженная... и очень милая. сияет среди всех остальных, что даже дух захватывает, дыхание перекрывает, а сердце бьётся быстрее, намного быстрее. кажется, что она ненастоящая, как куколка. узкие карие глазки, небольшой рост, тонкая фигура, пухлые губки, бледная кожа, темные волосы, постриженные под каре... а ее милая особенность в виде родинки под правым глазом. разве не чудо? Нишимура готов все отдать, лишь бы с ней быть. даже сегодня оделся поприличнее, сходил домой и взял школьный костюм, точнее черные брюки и белую рубашку с эмблемой, всё погладил и прическу покрасивее уложил. пару раз даже заметил, что на него девочки оглянулись, перешептываясь о хорошем. редкий гость на учебе, а на выпускной пришел. ради неё. и текст с дописанной песней лежит в кармане. но это... просто так. спеть ему смелости не хватит. — а давайте на крыше школы закат встретим сегодня? средняя школа закончилась, многие уедут, может быть даже переведутся, а тут воспоминания! – предлагает заводила класса, хлопая в ладоши, дабы призвать внимание к себе. Ни-ки оборачивается, вскидывая бровь, а другие охотно кивают головой. — да, это отличная идея! можем и некоторых из параллели взять. почему бы и нет? мы никогда не соперничали, они точно согласятся, – принимает предложение ещё один одноклассник. все переглядываются, но принимают общее решение. выпускной на крыше – слишком запоминающееся событие. — тогда нужно собрать всех тут. встретимся через полчаса. зовите всех, кто хочет. крыша все равно ограждена, это будет безопасно, – староста хлопает в ладоши. – кто-то идёт в магазин и покупает много еды. деньги потом посчитаем. поняли? звучит всеобщий возглас, и люди разбегаются по сторонам. Рики оглядывается вокруг в поисках параллельных классов. все уже нашли компании друг другу, собрались кучками, уходят. громкий хохот, парни о чем-то шутят, прыгают и бегают, а девочки стремительно бегут в туалет с зеркалами, ведь именно средние классы, почему-то, оказались самыми красивыми в этом году. а Ни-ки... один. весь школьный двор опустел буквально за мгновение. остался только он, которого даже за компанию не позвали. и о каком добром коллективе идёт речь? да, он отличается от них внешностью, ведь родители японцы, да и пару шрамов на лице, но... он такой же ребенок. он не хочет быть... — ты чего один? женский голос за спиной заставляет дёрнуться и резко обернуться. и руки мгновенно запотели, и сердце забилось чаще, но не от испуга. Суа. этим всё сказано. — о, привет... – Рики смотрит на девушку с улыбкой, и там делает абсолютно тоже самое. машет ему ладошкой, не сводя и взгляду. внутри просыпаются дурные бабочки. – все разбежались, меня как-то не прихватили. вот и остался... один. — ну, у меня также. все куда-то ушли, а куда... сама не понимаю, – она вздыхает. – могу ведь с тобой постоять? — конечно! – восклицает парниша, но сразу откашливается, что вызывает нежную ухмылку у девушки. – то есть, да, давай постоим. о, кстати... – он делает шаг ближе. – мы с классом всю параллель зовём на крышу, отметить начало летних каникул, закат встретить. вот все и разбежались, чтобы позвать. ты пойдешь? «согласись... прошу тебя» — м-м-м... – протягивает она, смотря в пол. – почему бы и нет? думаю, это будет весело, – Суа заводит руки за спину, вставая на носочки и перекатываясь на пятки. — супер, – Рики радостно вздыхает, облизывая пересохшие от нервов губы. – я рад. — рад? почему? – чужой взгляд становится хитрее, а улыбка шире. вот знает же, что кое-кто влюблен, зачем издеваться? но Нишимура только ухмыляется, чуть наклоняясь. — чем больше народу, тем веселее. разве не так? – голова склоняется в бок. Суа смотрит то в один глаз, то в другой, не переставая лыбиться. — всё так, – соглашается та. — и чего спрашиваешь тогда? – становится ближе. девушка не сдвигается с места. только и смотрит в упор, складывая губы уточкой. — мало ли... только из-за меня радуешься. я бы ещё с большим удовольствием пришла, – говорит тише, и теплый ветер неожиданно начинает обдувать кожу, листья негромко шелестят. парень молчит, виляя взглядом по чужим глазам. — ты моя причина... Суа, – шепчет он. рука прикладывается к собственному сердцу, что билось очень громко в тишине. – причина всего. в том числе и похода на крышу с классом. 生きる理由². становится спокойно. щеки девушки совсем слабо краснеют, едва заметно. темные локоны медленно заводит за ухо, а сама давит широкую улыбку. ее лицо будто приобретает блеск, сияние, солнце светит даже ярче, чем было. вокруг летают насекомые. а Рики кажется слишком красивым. «как я раньше этого не замечала?» Суа кладет свою ладонь поверх чужой, что была приложена к груди. Ни-ки склоняет голову, а девушка вздыхает с улыбкой. сжимает руку, сквозь которой чувствуется сердцебиение. — увидимся на крыше, Рики. – говорит она тихо, невинно глядя на юношу. – с тобой этот вечер станет особенным для меня. ты... удивительный. отпускает ладонь. разворачивается. уходит. губы дрожат. щеки болят от улыбки. — она то-о-очно неравнодушна к тебе, – Джейк хихикает, подходя сзади спустя пару минут. – я всё видел. говорю, как эксперт. — как взрослый, а не эксперт. – Нишимура разворачивается к брюнету, на чьем лице не сходила ухмылка. – ты немного опоздал с выпускным. — зато увидел самое интересное. на остальное мне, мягко говоря, наплевать. – он усмехается, подходя ближе. – вы ведь отмечать пойдете, да? пить будете, буйные подростки... — мы на крышу школы пойдем. там будем встречать закат, – поясняет японец. – я пить не буду, остальные как хотят. — смотри мне, – старший угрожает пальцем. – пьяным не пущу домой. хотя... ты и без алкоголя пьян. — это ещё почему? Джейк усмехается, кладя руки в карманы джинс. — влюбленные всегда пьяны. особенно вы, подростки. – он улыбается, но Ни-ки закатывает свои глаза, слабо толкая старшего. — всегда мне будешь о моем возрасте напоминать? мне уже 16, я не такой уж и подросток... – цокает, складывая руки на груди. Джеюн качает головой. — наслаждайся. сам не заметишь, как вырастешь. в один момент резко осознаешь, что ты взрослый. так что... люби, гуляй, живи. а как наступит время... отправишься в полёт. Нишимура кивает головой, улыбаясь старшему. солнце медленно начинает опускаться, близится долгожданный закат. издалека слышен топот, кучки людей возвращаются на место, где договорились встретиться. полчаса, конечно, не прошло, но минуты с ней казались часами. просто каждый справился быстрее, чем думал. Рики оглядывается вокруг, видит, как ему машут рукой. удивительно, что зовут. снова кивает, но переводит взгляд на Джеюна, что смотрел с лёгким беспокойством. — не уходи далеко, хён... подожди меня. телефона нет, не смогу тебе позвонить. до дома не смогу дойти, – говорит Ни-ки торопливо. – я долго не буду... как темнеть начнет, сразу пойду к тебе. хорошо? – поджимает губы, глядя на парня. тот кивает головой, кладя руку на плечо юноши. — я и не собирался уходить. я буду тут, на скамейке ждать тебя. повеселись. но будь осторожен. иначе по ушам получишь, – смотрит строго, но с улыбкой. издалека слышится «Рики!», раздающееся эхом, после чего брюнет хлопает японца по плечу. – беги. не заставляй других тебя ждать. — увидимся, – машет ладошкой и прогулочной походкой шагает в сторону толпы ребят. Джейк смотрит вслед, а после вздыхает, поджимая губы. — в мой выпускной все напились ещё на вручении аттестатов.. странные дети сейчас, – бормочет он, после чего уходит подальше, не смущая всех своим присутствием. слишком взрослый. *** — на счёт три все вместе подходим к ограде, смотрим на солнце и кричим «здравствуй, лето!». поняли? – парень встает с бетонного пола и размахивает руками, лишь бы все встали. а все так и делают, соглашаясь с его идеей. подходят ближе к ограде, откуда прекрасно видно заходящее солнце, а небо стало оранжево-красным, обещая предстоящую жару, и лишь в некоторых местах можно увидеть розовые облака. атмосфера невероятно теплая, уютная, и совсем не кажется, что многие из этих людей позже уйдут, словно никогда вместе и не учились. Рики даже представить не мог за столько лет, что они такие хорошие. что староста не такой уж и хмурый, как казался, что стерва класса не такая уж и избалованная, какой себя показывала, даже наоборот. добрая и милая, и очень щедрая, ведь заказала каждому человеку пиццу по вкусу, учитывая чужие предпочтения. а заучка не такой нудный, и даже умеет забавно шутить. и параллельные классы очень милые и довольно активные, хотя казались тихими. и почему они не проводили так время раньше? почему всё происходит при выпуске из средней школы? неужели, для таких встреч всегда нужно определенное событие? это какой-то принцип? в жизни для всего нужен особый случай? мысли идут в голове потоком. Ни-ки стоит у ограды и смотрит на заходящее солнце. лицо его освещено оранжевыми лучами, а волосы слабо обдувает прохладный вечерний ветер. внутри спокойно, как никогда. счастлив. Ни-ки впервые счастлив. — ну, отсчитывай уже! – кричит какая-то девушка, и многие начинают поддакивать. паренёк широко улыбается, глядя в небо, а после раздается отсчёт. — раз... – протягивает цифры. – два... три! здравствуй лето-о-о! – кричит он один. – эй! вы чего молчите?! раздается общий хохот, из-за чего юноша краснеет, но с широкой улыбкой на лице. Рики не сдерживает и свою. и под боком слышит родное хихиканье, ведь Суа всё это время стояла рядом. и даже не с девочками. — давайте нормально! ещё раз! это нечестно, что я один ору, как псих, – возмущается заводила. слыша ответное «ладно-ладно», он откашливается, и уже смотрит на ребят. – всё. ещё раз. один... два... три! — ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕТО! – восклицает огромная толпа подростков, громко хлопая в ладоши. кто-то свистит, а кто-то не может перестать улыбаться. палящее солнце медленно уходит за горизонт, провожая школьников своими яркими лучами в добрый путь отдыха и новых впечатлений, а само пропадает с каждой секундой. по телу Рики пробегают мурашки. невероятно. все слишком хорошо. — с летом тебя, Рики, – говорит Суа, мило улыбаясь. – надеюсь, я увижу тебя в новом учебном году? — конечно. буду очень счастлив, если мы станем одноклассниками, – он подмигивает девушке, а та кивает головой. — пошли есть пиццу? она уже остыла, небось... – она машет ладонью, зовя за собой. а Ни-ки не теряется. хватает ту под руку и ведёт скорее к их коробке. — я ждал, пока пригласишь. – ухмыляется. — да конечно... *** солнце село за горизонт, медленно близятся сумерки. ещё не темно, но небо точно стало на оттенок синее, а это значит, что скоро пора домой. но... гитара оказывается в руках у Нишимуры. совсем случайно. но очень удачно. — Цоя споём? – спрашивает одноклассник, кажется, заместитель старосты, глядя на группу ребят. получая согласные кивки, обращается к гитаристу. – Рики, наиграй нам «Последнего героя». знаешь такую? — знаю, – юноша наигрывает мелодию припева, и все удивлённо воют. – с самого начала? — да-да. давай, начинай. Ни-ки кивает головой, после чего пододвигает гитару ближе к себе. усаживается поудобнее, делает глубокий вдох. и через несколько секунд начинает играть. люди взволнованно вздыхают, улыбаясь. пододвигаются ближе друг к другу. девочки укрываются мальчишескими пиджаками, а парни же кладут руки на плечи друга и улыбаются. музыка льется рекой, звучит чисто и красиво. руки вовсе не дрожат, даже наоборот: в парне столько уверенности, открылось второе дыхание. струны звенят под пальцами, мелодия приятна. а как подходит момент для пения, юношеские громкие голоса начинают напевать. «Ночь коротка, цель далека, Ночью так часто хочется пить, Ты выходишь на кухню, но вода здесь горька, Ты не можешь здесь спать, ты не хочешь здесь жить...» все обнимают друг друга за плечи, начиная качаться в стороны. японец упорно играет мелодию, без остановок и каких-либо ошибок. Суа сидит рядом с ним, не спуская глаз, а затем кладет свою макушку на чужое широкое плечо и прикрывает глаза. лицо Рики меняется, он начинает сиять. но с музыки не сбивается. сам начинает петь припев, как и все остальные. «Доброе утро, последний герой! Доброе утро, — тебе, и таким, как ты! Доброе утро, последний герой! Здравствуй, последний герой!» такими темпами играет ещё один куплет и все тот же припев, который каждый знает просто наизусть. слова Цоя отдаются в голове отдельными строками, заедают, впечатываются в мозг. небо все темнело и темнело, а атмосфера становилась теплее. пока кто-то не выбивает закрытую снаружи дверь ногами, из-за чего та с грохотом падает на бетонный пол. музыка мгновенно прекращается, и люди замолкают. — веселье на полную катушку, да? – слышится знакомый голос, из-за которого бегут мурашки по телу. – а нас не позвали? — у вас отдельный выпускной, Ли Хисын, – говорит хмуро староста и встает с пола, вытирая руки друг о друга. – зачем пришли? — о, здравствуй, герой, – парень с фиолетовым маллетом широко улыбается, уверенно шагает к юноше, что смотрел на старших с презрением. – "последний" герой. — зачем ты дверь выбил? – спрашивает юноша, грозно глядя на выпускника. Ли усмехается, подойдя к тому впритык. но староста с места не двигается. — а чтобы ты спросил. сопляк, – Хи ударяет кулаком в живот юношу, из-за чего тот со стоном валится на бетон. вот теперь точно не до шуток. девочки испуганно вскрикивают, а парни встают на защиту. но увидев чужой агрессивный настрой в виде хрустов пальцев, готовых избивать, нервно сглатывают, а после вовсе стараются уйти с крыши. и их спокойно отпускают. вот только Рики окоченел. чужой безумный взгляд его загипнотизировал. гитара молча откладывается подальше. — Суа, беги отсюда, – шепчет он девушке, что прижалась к нему от страха. и это огромная ошибка. – беги, Суа... — без тебя не хочу, мне страшно, – она смотрит на светловласого практически в слезах, но тот отдергивает руку, глядя слишком строго. — я говорю беги! Хисын подходит очень близко, прикусив при этом губу. спустя мгновение, младшего жёстко хватают за воротник и притягивают к себе, а следом дают сильную пощечину. Суа вскрикивает, но рот ей закрывают ладонью. глупые помощники. на крыше остались только они. — завоевал значит, да? – прорычал Ли, поднимая на ноги Нишимуру. тот смотрит хмуро, но с ужасной ненавистью, полностью игнорируя боль в теле. – не хватило того раза? я же тебя чуть не убил, идиота кусок... мазохист, что ли? ран не хватает? — а тебя заботит мое здоровье? – шипит Нишимура, склоняя голову. – или тебе просто нравится наблюдать за тем, как я кровью плююсь? на медика собрался? выпускничок, – последнее слово выделяет интонацией. — молчи, идиот! – Хи отпускает воротник и бьёт кулаком по чужому лицу, не сбавляя ни капли могущества собственных сил, из-за чего парня буквально ушатывает в сторону. кровь начинает идти из носа, а голова кружиться. но он стоит на ногах, глядя на старшего черными от ненависти глазами. – как ты смеешь вообще приближаться к этой девчонке?! она моя, слышишь?! моя! — а ты её спросил, чья она? – хрипит младший, вытирая ладонью льющуюся жидкость. – или мнение девушки вообще не учитывается? улыбка Ли сменилась на обезумевший грозный взгляд, не обещающий ничего хорошего. даже не до шуток, если честно. старший делает несколько мелких шагов к подростку, но тот самостоятельно наносит удар ногой с разбегу, из-за чего Хисын больно падает на пол, шипя от полученного удара. — ах ты ж... — Ни-ки! стоит Ли начинать подниматься с пола, как к Нишимуре бегут, перехватывают и ведут к выходу за руку, причем как можно скорее. тот даже глазом моргнуть не успевает, его тянут за собой, видит сквозь пелену глаз темные волосы. но за ними стремительно бегут помощники фиолетовласого, из-за чего юношу приходится подтолкнуть вперёд, к выходу, а самому Джейку проделать прыжок с ударом ногой. двое валятся на пол с грохотом, Джеюн тяжело дышит, смотрит на идущего криво выпускника, лицо которого оставалось таким же безумным. точно не в своем уме. — о, защитник пришел? – он усмехается, шоркая ногами. – нехило так устроился, Рикусь. я то думал, ты у нас одиночка, сам по себе. а у тебя целый... бродяга, – оценивающим взглядом пробегается по чужому оутфиту, подходя ближе. – где косуху прикупил? — закрой пасть, Ли Хисын, – сквозь зубы говорит Ни-ки, подошедший к Шиму обратно, но тот отодвигает его ладонью, причем с особой силой, из-за чего младший опешил назад. — рот, – строго приказывает брюнет, грозно глядя на Хи, что вскинул бровь с улыбкой. – по-хорошему говорим, или по-плохому? — по-хорошему не получится. девка ведь теперь не моя. было бы хорошо, если бы этот ублюдок к ней ни шагу бы не сделал, – старшеклассник шмыгает носом, подойдя слишком близко. – а теперь мешаешь ты, дворняга. — значит... по-плохому, да? – Джеюн цокает, смотря на Хисына недовольным взглядом. – я не хочу. — значит захочешь. Суа, явно недовольная раскладом событий, набирается смелости и сильно кусает чужую ладонь, что удерживала ее рот всё это время. наблюдать за происходящим становилось трудно, атмосфера была очень напряженной. её мгновенно отпускают с криком, та вырывается и бежит к Нишимуре, уводя как можно дальше, лишь бы и японцу не попало, а Джейка с Хисыном оставляет наедине друг с другом. что очень зря. и Ни-ки ни в какую не слушает тех, кто пытается его спасти, уберечь. несмотря на сжатую ладошку её рукой, он вырывается из хватки и бежит к парням обратно, видя не самое приятное глазам. те... стоят на самом краю крыши. опасно. Хи набрасывается на старшего и прижимает того к железной ограде, начиная душить. брюнет отчаянно пытается вырваться, хрипит, старается убрать чужие руки, но слетевший с катушек Ли давит сильнее, упирается прямо на, казалось бы, защиту, прижимаясь всё ближе. — Ни...ки... стоит младшему сделать шаг вперёд, приблизиться к старшим всего на метр, как слышится треск. голова кружится, сердце делает сильный удар. только не это. нет. — НЕТ!!! ограда начинает лететь с крыши, а вместе за ней два человека, не успевшие даже издать ни единого звука. Нишимура вырывается вперёд, подбегает к краю, и словно в замедлении видит его выражение лица. потерянное. не успевшее ничего осознать. глаза пусты, но даже при этом сияют в сумерках. Джейк летит. летит. и лишь в последний момент девушка оттаскивает парня от края и закрывает ему уши, лишь бы не слышал громкий грохот. голова гудит, сердце бьётся бешеным стуком, и только сейчас к горлу подкатывают горькие слёзы, медленно начинающие стекать по его впалым щекам. — нет... нет.. нет, – шепчет младший, пока Суа отчаянно пытается его успокоить. держит его щеки, стирает речки из влаги, бегущие из глаз. внутри что-то отрывается, словно живое забирают, а ноги медленно становятся ватными. юношу отшатывает в сторону, по телу бежит волна тока, а в сознании... он. – Джейк... нет, Господи, нет... — мне жаль, Рики... – она всхлипывает. – мне безумно жаль. ноги подкашиваются. Нишимура падает на колени, ладонями упираясь в пол. слезы накатывают по новой, капая на бетон. юноша начинает трястись, губы его поджимаются, подрагивая, а глаза.. тускнеют, словно не загорались. громкий отчаянный крик раздается по крыше, а то и дальше. а как оказался в больнице, даже не помнит. стёрлось из памяти. но дата осталась в голове надолго. 25 июня. Шим Джеюн – погиб. *** пару дней спустя. — давай подведем итоги, Нишимура Рики. из всего вышесказанного, я выяснила следующее. Шим Джеюн – твой временный опекун, так как у тебя плохие отношения с родителями. ты проживаешь в его доме в довольно глухом районе. Шим приехал навестить тебя на выпускной, сказал, что будет ждать внизу, в школьном дворе. пока вы веселились на огражденной крыше, он должен был находиться там. судя по всему, услышав громкий звук и испуганные крики, а может и увидев что-то подозрительное, он поспешил к вам. с Ли Хисыном, что находится в реанимации, у вас вражда. мы выяснили, что Ли пришел к вам в нетрезвом состоянии, а под лёгкими наркотиками, от того можно объяснить его агрессивный настрой. Ли был не один, напали на вас с Ким Суа, из-за которой и произошла вся ситуация. Джейк, как ты его называешь, пришел в тот момент, когда дети разбежались и остались только вы. он поспешил к тебе, стараясь тебя увести, а сам взял на себя все удары. Хисын переключился на него, а Суа отвела тебя в безопасное место. после начинается удушение, прижатие к высокой ограде, но она под напором не выдерживает и валится вниз. а за ними и дерущиеся... – дама поднимает свой взгляд, глядя на юношу с лёгкой серьёзностью. – все так? — все верно. – без каких-либо эмоций отвечает Ни-ки, сжимая холодными руками подол футболки. — хорошо. мы составим протокол, – она выдает какому-то мужчине свои записи, а следом внимательно оглядывает парня с ног до головы. – а тебя мы возвращаем домой. родители уже оповещены. — я же могу сначала вернуться в его дом? мне нужно забрать свои вещи, – японец прикусывает губу, а получив кивок, вздыхает. — ты свободен. больше от тебя ничего не требуется. – сообщает следователь, сидящий рядом. Ни-ки кивает, вставая со стула, но медленно оборачивается и смотрит на полицейских. — а Хисына посадят? – интересуется он. хочется, чтобы восторжествовала справедливость. тот убил его, а останется без наказания. а человека уже нет. — в его доме нашли наркотические вещества, это во-первых, и друзья его в этом замешаны. во-вторых, камера чётко засняла чужие попытки задушить, поэтому за покушение на жизнь он тоже получит срок. если выживет, конечно. – девушка вздыхает, протирая лоб от усталости. — спасибо. ничего больше не говорит. выходит из помещения молча, накидывая капюшон серой толстовки. его серой толстовки. с его запахом одеколона. с его запахом дешёвых сигарет. и только так можно почувствовать его тепло. его крепкие объятия. его заботу. его выражение любви. на улице льет дождь. небо хмурое, покрытое густыми темными облаками. холодно и мокро. на душе пустота. парень даже не смотрит вперёд, ноги сами ведут его туда, где его всегда ждали. впервые за столько времени. но даже этого теперь лишён. и винить здесь... некого. *** «Ты уходишь туда, куда не хочешь идти, Ты уходишь туда, но тебя там никто не ждёт» «Последний герой» – Виктор Цой. запах в доме совсем не изменился. всё также пахнет стиркой, старой мебелью и перегаром. пыль летала в воздухе, и лампочка слабо горела. всё абсолютно тоже самое, и вещи на месте. лишь Джеюна нет. и больше не будет. в старую сумку было уложено совсем мало личных вещей. остальная часть была заполнена его вещами. того, кто заступился, оставшись героем в сердце Нишимуры. поступок, на который не каждый сможет решиться. по сути дела, это два разных и несовместимых человека, которых связала жизнь очень случайно. Рики мог шагать дальше до самого парка, лечь и замёрзнуть до смерти, смирившись с судьбой. ему жить страшнее, чем умереть, он согласен на это и сейчас. согласен оказаться на месте Джеюна тогда, согласен был отправиться в полёт. но Джейк хотел жить. но лишил себя способности чувствовать. остался в сердце последним героем. полетел сам. накатившие слёзы Ни-ки сглатывает, вытирает узкие глаза рукавом чужой толстовки. смотрит на собранную сумку, шмыгая носом, оглядывается по сторонам в поисках ещё чего-то важного. ведь позже этот дом разломают, отправив все его детали на более нужные постройки. книгу взял лишь одну, которую Джейк ему прочитал, вещи забрал лишь самые особенные, теплые и с лучшими воспоминаниями. старая тетрадка с текстами песен тоже лежит в глубине сумки, и самодельная гитарка оказывается прямо там. что же ещё... взгляд падает на письменный деревянный стол, на котором откуда-то появляется старая записная книжка в кожаной коричневой обложке. бровь вскидывается наверх. такой за всё время он ни разу не видел. подходит ближе. открывает. сердце замирает, медленно разрываясь на куски. «Дата: 04.02.2012. Событие: Мамы больше нет. Умерла от болезни. Я очень скучаю, мне без неё тяжело» интерес берет выше. по всей видимости, это личный дневник. читает дальше. но с каждой записью становилось больнее. «Дата: 13.11.2014. Событие: Бабушки нет. Инсульт. Умерла, пока я спал. Лейла скулила всю ночь. Я не знал, что по делу. Наругал. Она плакала. Я проснулся и тоже плакал. Мне страшно. Этот свет меня пугает. Завтра должен приехать дедуля» «Дата: 14.11.2014. Событие: Дедуля не приехал. Я очень боюсь смерти. Но меня некому обнять. Мне часто снятся кошмары» «Дата: 17.11.2014. Событие: Дедуля в больнице. Ему очень Больно, Мне тоже больно!» «Дата: 18.11.2014. Событие: Дедушка скончался» «Дата: 17.03.2015. Событие: Папа не проснулся» «Дата: 19.04.2015. Событие: Привезли моего младшего брата. Он рос в детском доме. Я тоже мог оказаться там, но прячусь, Лейлу не могу оставить. Мы пьем чай и говорим о хорошем. Мне нравится улыбка братика. Не так страшно» «Дата: 23.04.2015. Событие: Всё хорошо!» страницы обрываются. но стоит пролистать к самому концу, добивают до слёз последние слова. и понимание чужих переживаний приходит сразу же. щелчком. «Дата: 15.11.2017. Событие: Брата убили и принесли его тело. Сегодня мой день рождения. Он хотел сыграть мне на гитаре. Он написал мне песню» «Дата: 30.11.2017. Событие: Лейлу отравили. Её больше нет» «Дата: – Событие: – Я один. Джеюн Остался Один» *** 10 лет спустя. по телу бежит зимний морозец, щеки порозовели из-за холода. пальцы слегка дрожат, но ничего страшного. сыграть мелодию совсем не стоит труда. вокруг тишина. на кладбище всегда хорошо, никто не мешает и не трогает. жизнь популярного артиста окрашена в яркие краски, всегда слышишь аплодисменты и поддержку. но сил набираешься только с ним. с тем, кто остался в сердце навечно. тот, кто пожертвовал всем ради одного. Нишимура Рики, под псевдонимом Ни-ки, никогда не забудет Шим Джеюна. поэтому, между туров по всему миру, находит время навестить своего спасителя, друга, родного брата. — меня сегодня узнало больше 100 человек, представляешь? это безумие, – он хмыкает себе под нос, настраивая гитару. замершие струны звучат иначе из-за холодного воздуха, поэтому приходится прикладывать небольшие усилия. – если бы я знал в 16 лет, что популярность – это так тяжело, не продолжал бы писать музыку. но песня про тебя взлетела ввысь. это хит года, Джейк. я уверен, что ты слышишь её оттуда. но я пришел сыграть немного другое, хорошо? ты же не обидишься? тишина в ответ ласкает уши. Рики усмехается, прикладывая к себе ближе гитару, а сам укутывается, залезает в куртку поглубже, лишь бы не замёрзнуть. делает глубокий вдох и выдох. горячий воздух растворяется, создавая пар, а пальцы начинают замерзать сильнее. — я пел её в день, когда тебя не стало. много раз за это время упоминал её, но не осмелился пропеть снова. теперь готов. тем более, сегодня твой день рождения. удивительно, что в Корее снег, согласись? – улыбается. – а теперь слушай. знакомые аккорды раздаются в глуши, идут также уверенно, но тихо, без торопливости и суеты. строчки песни заставляют прослезиться, но идёт дальше, четко проговаривая слова. — доброе утро, последний герой... доброе утро тебе, и таким, как ты... доброе утро, последний герой... здравствуй, последний герой. лишь спустя пару минут он понимает, что плачет, когда горячая капля падает на его ледяную ладонь. музыка прерывается, раздается лишь тихий всхлип. но он смог это спеть. то, чего заслуживает душа ушедшего в иной мир. этих почетных и важных слов. — плакать - не по мужски... да? – опускает свой взгляд, не смотря на мраморную плиту. – я не плачу. не подумай. просто... – вздыхает. – с тобой я искренний, Джейк... я не могу что-то держать в себе. прости меня. но я скучаю. лишь недавно избавился от твоего образа в голове. я даже начал забывать твой голос. но твое фото у меня под чехлом. защита, понимаешь? ты защищаешь меня до сих пор, и не только от Ли Хисына. его выпустили. он приходил ко мне на концерт. он плакал, представляешь? извинялся до последнего, но... как я могу простить того, кто лишил тебя жизни? – молчит. губы подрагивают. – ладно... просто хочу сказать, что не забываю тебя. я лечу дальше. я понял, что такое взрослая жизнь. как ты мне и говорил. просто добился того, чего сам не ожидал. и взлетел даже выше. – встает с небольшого стула, который притащил с собой. – но ты... всегда будешь на высоте. надеюсь, что ты сейчас со мной. гитара убирается в сумку, надевается на плечо. две гвоздики кладутся на замершую землю, где совсем немного лежал снег, а рядом закапывает небольшой свёрток из тетрадного листа. раздается телефонный звонок. Нишимура сразу же отвечает на него, нежно улыбаясь. — да, Суа, я скоро буду. наш маленький Джеюн уже проснулся? супер. я привезу чего-то вкусного, не утруждайся. – он усмехается, бросая последний взгляд на мраморную плиту. – все, целую. ждите. отключает трубку. выключает телефон. — с днём рождения. спасибо тебе за всё. медленно шагает в сторону выхода из кладбища, шоркая ногами по ледяным дорожкам. начинает идти снег. а бумажка, закопанная в землю, совсем немного раскрывается и видно содержимое. «Я помню, я помню всё... я чувствую, что В этой борьбе победит... никто» последний герой держит свое слово. последнее слово, оставшееся в груди. последний герой не проснется снова, но открыл для других в полёте пути. любите. всё будет хорошо. *** ヘルプ¹ – помоги. 生きる理由² – причина жить.